Михаил Ривкин: Афтара Шелах Афтара Шелах (Йеошуа 2:1-24)

 187 total views (from 2022/01/01),  3 views today

Ещё во времена Патриархов было даровано Обетование Земли и Потомства, было ясно сказано, что потомки Патриархов обязательно унаследуют Страну Кнаан. Перед нами не история, как мы её сегодня понимаем, а впечатляющая телеологическая панорама, охватывающая тысячелетия. В такой панораме строгая хронологическая последовательность не нужна, да и не всегда возможна. Наиболее строго такое мировоззрение выдержано в книге Йеошуа.

Афтара Шелах (Йеошуа 2:1-24)

Михаил Ривкин

Всё историческое повествование ТАНАХа пронизано общей идеей, единым мировоззрением. История — это не цепочка причинно-следственных связей, а последовательное исполнение промысла Всевышнего. Современные учёные пытаются выявить в событиях древности некую причинную закономерность, понять, какие факторы обусловили важнейшие события в истории Израиля, чем объясняются трагические падения и невероятные «воскрешения из пепла», возрождение Вечного Народа раз за разом. Надо сказать, что исчерпывающих и убедительных ответов на эти вопросы нет и сегодня. Историографы ТАНАХа формулировали свою задачу иначе. Единственной закономерностью, единственной силой, единственным фактором, направляющим судьбы Израиля, является воля Всевышнего. Так, завоевание Земли Обетованной было именно исполнением этой могучей и неотвратимой воли. Ещё во времена Патриархов было даровано Обетование Земли и Потомства, было ясно сказано, что потомки Патриархов обязательно унаследуют Страну Кнаан. Перед нами не история, как мы её сегодня понимаем, а впечатляющая телеологическая панорама, охватывающая тысячелетия. В такой панораме строгая хронологическая последовательность не нужна, да и не всегда возможна. Наиболее строго такое мировоззрение выдержано в книге Йеошуа. Эта книга даёт нам самую общую картину, немало не заботясь о согласовании хронологических деталей. Это даже не собрание древних легенд, каковым, например, является книга Шофтим. Это именно сборник «умышленных», поздних нравоучительных наставлений о том, как должна была быть завоёвана Земля Обетованная.

Собранию рассказов о завоевании Земли Обетованной редактор книги Йеошуа предпослал занимательную историю о разведчиках, которая по форме и по содержанию является одним из таких наставлений. Сохранилось немало древних исторических документов, повествующих о том, как дикие кочевые племена завоёвывали страны с оседлым земледельческим населением, которое уже имело в своём распоряжении регулярные армии, крепости и хорошо защищённые города. Такое завоевание всегда подобно грозному цунами, сметающему всё на своём пути. Ни о каких военных хитростях, в том числе — о предварительной засылке законспирированных разведчиков, в этих документах нет и речи. Завоевателей ведёт простой хищный инстинкт, а не продуманная военная стратегия. Однако к тому времени, когда рассказы о завоевании Земли были записаны и собраны воедино, всяческие «военные хитрости», уловки и стратегические ухищрения были автору этих рассказов хорошо известны. Так, было очевидно, что любой «регулярной» армейской операции должна предшествовать засылка разведчиков туда, куда армия собирается наступать. Упоминание о таких «разведчиках» мы встречаем в истории Йосефа и его братьев. Моше послал разведчиков в Землю Обетованную. Так же поступает и Йеошуа, посылая своих людей «осмотреть Землю и Йерихо». Однако рассказ о Разведчиках в книге Йеошуа, который начинается как скупой военный отчёт, завершается как авантюрная драма, которая держит нас в напряжении. Автор находит новые, колоритные детали для своего рассказа. Йеошуа приказывает:

«осмотрите землю и Йерихо» (Йеошуа 2:1)

На самом деле, однако, Разведчики не видели ни всей Земли, ни даже Йерихо, поскольку пришли в город ночью, и сразу же спрятались у Рахав, дом которой «был в городской стене». Единственное, что Разведчики смогли узнать наверняка, это настроения местных обитателей:

«оробели все жители земли той пред нами» (там 2:24)

Эта красивая легенда уж слишком наивна. Откуда такая уверенность? Ни с кем из жителей Земли Разведчики не общались, и даже о Йерихо они могли знать только то, что им рассказала Рахав. Неужели этого короткого разговора достаточно для того, чтобы убедиться в робости Кнаанейцев?

 В этом рассказе мы слышим отзвук, дословное повторение Песни на Море, робость Кнаанейцев — это робость узревших чудо, которое свершил Всевышний, раздвинув воды Тростникового Моря:

«Тогда смутились князья Эдома, вождей Моава объял трепет, оробели все жители Кынаана» (Шемот 15:15).

Можно сделать обоснованный вывод, что рассказ о Разведчиках в Йерихо был окончательно отредактирован уже после создания этой песни. Слова «оробели все жители Кнаана» дословно повторяют слова Песни на Море и должны вызвать у целевой аудитории ясную ассоциацию с тем первым и главным чудом, после которого жители Кнаана оробели раз и навсегда, так что Йеошуа и его войско встретили уже «робких» Кнаанеев, завоевать которых не составляло никакого труда. В самой истории Рахав и Разведчиков Йеошуа не было ничего такого, что могло бы объяснить страх и робость Кнаанеев. Разведчики лишь напомнили своему военачальнику о той робости перед Израилем, которая не покидала всех жителей Кнаана с давних пор. В той же Песне на Море видим:

 «Услышали народы и трепещут; трепет объял жителей Пылэшэт» (там 15:14)

В истории о Разведчиках про Кнаанеев, которые услышали и испугались, говорит сама Рахав:

«Ибо слышали мы, как иссушил Г-сподь перед вами воды Ям-Суфа, когда вышли вы из Египта» (Йеошуа 2:10)

Но даже и этот, достаточно поздний, рассказ претерпел существенную правку, в него были, со временем, добавлены дополнительные детали. В первой редакции рассказ начинался с отправки Разведчиков и описания их миссии, продолжался до строфы 16, до соглашения между Рахав и Разведчиками, и сразу после этого следовало возвращение Разведчиков с докладом Йеошуа:

 «И пошли они, и пришли на гору, и пробыли там три дня, пока не возвратились преследующие. Искали (их) преследующие по всей дороге и не нашли. Эти же два человека пошли назад, и сошли с горы, и переправились, и пришли к Йеошуе, сыну Нуна, и рассказали ему обо всем, что с ними случилось. И сказали Йеошуе: действительно, Г-сподь дал всю эту землю в руки наши, и оробели все жители земли той пред нами» (там 2:22-24)

Позднее к нему добавили подробный диалог между Рахав и Разведчиками, в котором они оговаривают условные знаки, понятные воинам Израиля, и призванные защитить Рахав от ужасов истребительного вторжения в Йерихо. Впрочем, сами разведчики на эти знаки не слишком полагались и Йеошуа пришлось отправить специальных посланников, чтобы Рахав и её семью спасти.

«А двум людям, высматривавшим землю, сказал Йеошуа: войдите в дом той женщины, блудницы, и выведите оттуда женщину эту и всех, кто у нее, так как вы поклялись ей. И пошли юноши соглядатаи, и вывели Рахав, и отца ее, и мать ее, и братьев ее, и всех, кто у нее, и всех родных ее вывели, и оставили их вне стана Исраэйля» (там 6:22-23)

 На протяжении всего рассказа автор называет Рахав еврейским словом «зона», которое принято переводить на русский, как «блудница». На самом деле слово зона происходит от корня ז-ן, питать, питаться. Вероятно, этим словом обозначали женщину, которая, в отличие от подавляющего большинства своих современниц, не зависела хозяйственно от того или иного мужчины (отца, мужа, сына), а умела самостоятельно добывать средства к существованию. И сельское хозяйство, и ремесло, и даже большая часть торговых занятий требовали, по тем временам, немалой физической силы, и потому были доступны только мужчинам. Единственная форма хозяйственной деятельности, которой женщина могла заниматься самостоятельно, нанимая иногда других женщин в качестве прислуги, это было содержание постоялых дворов. Тот факт, что дом Рахав находился «в стене города» отчасти подтверждает возможность, что Рахав была хозяйкой постоялого двора и таверны. В этом случае становится понятно, почему Разведчики решили спрятаться именно у неё, а не в другом месте.

Включал ли в себя статус одинокой, независимой, «самозанятой» женщины определённую свободу в сфере личных отношений? Надо полагать, что её поведение несколько отличалось от строжайшей, под страхом смертной казни, сексуальной порабощённости одному мужчине. Но едва ли сегодня мы назвали бы блудницей любую одинокую женщину, которая ведёт достаточно свободный образ жизни… В древности, однако, любые отклонения от строжайшей моноандрии воспринимались весьма негативно, и потому в ТАНАХЕ слово «зона», как правило, звучит в негативной коннотации.

Вместе с тем, в ТАНАХе встречаются и упоминания о таких женщинах, к которым определение «блудница», и даже более современное определение «проститутка» вполне подходит. Наиболее известной из них является Тамар, соблазнившая Йеуду. Мы читаем о том, как Тамар оделась в специальную одежду, позволявшую безошибочно отличить блудницу, и села у дороги («на панели», как сказали бы сегодня) (Брейшит 38:14), точно описано, какую именно плату назначила она за свои «сексуальные услуги» (там 38:17). Важно, что в этой истории Тамар названа попеременно, то «зона» (там 38:15), то «кдеша» (там 38:21, 22). Слово «кдеша»— производное от корня ק-ד-ש, которым обозначались святилища и капища всевозможных божеств, а также ритуалы, обряды и люди, с такими святилищами связанные. Одним из непременных атрибутов таких капищ была храмовая проституция, соответственно храмовая проститутка называлась «кдеша». «Кдеша» по-особому одевалась, и могла заниматься своей «профессией» не только в капищах, но и в других людных местах. Всякий раз, когда Автор передаёт прямую речь персонажей, он использует именно термин «кдеша», поскольку это слово было в ходу, и только так называли в Древнем Израиле проституток. Но когда автор говорит про Тамар от первого лица он использует слово «зона», более литературное, обобщающее, не столь вульгарное. Можно представить себе современный роман, герои которого называют какую-то женщину «проститутка», а сам автор, от первого лица, пользуется оборотом «женщина древнейшей профессии». Для читателя ясно, что это — одно и то же. Но в первоначальном, буквальном значении это словосочетание не обязательно указывает на «платные сексуальные услуги». Его используют как эвфемизм, основанный на конвенциональном прочтении.

Таким образом, эти два термина, «зона» и «кдеша», изначально обозначавшие очень разные категории женщин, с течением времени постепенно сблизились в повседневном словоупотреблении, и Автор (Авторы?) ТАНАХа уже не делали между ними значительных отличий.

Print Friendly, PDF & Email

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *