Владимир Рывкин: АННА И ДРУГИЕ» (поэма в сонетах)

 373 total views (from 2022/01/01),  2 views today

Он с братом в комнате обедал.
Письмо Облонского пришло.
То, что Облонский в нём поведал,
Обоим братьям подошло, —
Чтоб Левин к Долли бы собрался,
В её проблемах разобрался,
Она с детьми там, Кити ждёт,
В нём друга верного найдёт…

«АННА И ДРУГИЕ»
(поэма в сонетах)

Владимир Рывкин

Продолжение Начало

Глава 3.
I
Брат Николай умчал на воды,
Там Кити видела его.
Был он скандальным от природы,
Врачи страдали от него.
Не ехал к брату в это лето,
И Левин знал уже про это,
Но тут приехал старший брат –
Мыслитель и аристократ…
Любил он отдых деревенский,
Любил тут воздухом дышать,
Задачки в шахматах решать,
Дух, не теряя джентльменский…
Сергей Ивановичем был,
Что брат он старший, не забыл…
II
У них был диспут о народе,
О школах, лекарях, судах…
Не соглашались они, вроде,
Быть может, разница в годах…
Проснулся Левин — чуть светало,
Поспавши много или мало,
Не будоража брата, слуг, —
Косить направился на луг.
Крестьяне луг большой косили,
Косил он с ними до конца,
В себе он видел молодца,
Хоть на него они косили:
«Косить траву не для господ», —
Так говорил честной народ…
III
Он с братом в комнате обедал.
Письмо Облонского пришло.
То, что Облонский в нём поведал,
Обоим братьям подошло, —
Чтоб Левин к Долли бы собрался,
В её проблемах разобрался,
Она с детьми там, Кити ждёт,
В нём друга верного найдёт…
Воскликнул Левин: «Я поеду!»
И брат воскликнул: «Я с тобой!»
И говоря наперебой,
Вернулись к вкусному обеду…
Но всё меняется к часам, —
Поедет к Долли Левин сам…
IV
Степан Аркадьич весь в работе,
Имеет в Питере дела,
А Долли, в трудностях, в заботе, —
Всех в Ергушово увезла.
Но дом там был, почти, угроблен,
И к жизни был неприспособлен.
Пришлось усилий приложить,
Чтоб стало в нём возможно жить…
Была прекрасная природа,
Они ходили все к реке,
Под солнцем были, в холодке,
Была отличная погода…
Им было дружно и легко,
И от коровки — молоко…
V
Однажды Левин в дом к ним входит.
И Долли рада так ему.
Он сразу к выводу приходит, —
Чтоб они ехали к нему…
Но Долли это отсекает,
Она на Кити намекает –
Мол, ждёт её приезда здесь…
А Левин против встречи весь.
Он весь ещё в своей обиде,
Но Долли хочет он помочь, —
Ей двух коров прислать не прочь,
Но Долли: «Всё тут в лучшем виде!»
Она за Кити с ним в борьбе,
Но стоек он… и мчит к себе…
VI
В июле к Левину явился —
О сене, скошенном, отчётом,
В отчёте Левин усомнился
И сделал сам о том расчёт…
Потом пошёл на поле к сену,
Он знал стогам, подводам цену,
Увидел явный там подлог,
И навести порядок смог…
Крестьяне сено разрыхляли,
Бросали вилами в стога,
Все были убраны луга…
Они в труде, как бы гуляли…
Хотел и он так жить и петь,
Крестьянку в жёны заиметь…
VII
Но изменилось всё в итоге,
Когда с копны он сена встал:
Была кибитка на дороге,
Он двух особ в ней увидал:
В ней в Ергушово Кити мчала…
«Люблю её!» -душа вскричала…
Да, Кити он одну любил,
И глаз её не позабыл.
Кибитка мимо пролетела,
Увидел Кити миг он лишь,
За ней никак не добежишь,
Как бы душа вся ни хотела…
Звон удалялся бубенцов,
Потом затих — в конце концов…
VIII
Каренин взвесил варианты
И выбрал он один такой:
Пусть будет служба, аксельбанты…
И, с виду, вроде бы, —  покой.
Но Анне нет его прощенья,
Он весь в желании отмщенья.
Себе назначил он покой,
А ей -пощады никакой…
Не должен быть он несчастливым,
Тут не его совсем вина,
Тут виновата лишь она –
Своим деяньем похотливым.
В конверт письмо он ей вложил
И сумму денег приложил…
IX
Писал письмо он в кабинете,
В нём Анны был портрет большой.
С улыбкой Анна на портрете,
Он вздрогнул телом и душой…
В глазах её он наглость видел,
И он в ответ её обидел, —
Издавши брр губами, звук –
Тоски, брезгливости и мук…
В письме писал он, что не может
Он уз семейных разрушать…
Решил он сам тут всё решать,
И верил — бог ему поможет.
Он ревность всю преодолел,
Ей в Петербург примчать велел…
X
Его так дело занимало
Одно служебное теперь,
Оно все мысли отнимало,
Оно уже стучалось в дверь…
Оно от Анны отвлекало,
В жизнь инородцев увлекало.
По делу были и враги,
И министерские круги…
Он весь в параграфах закона,
Он о комиссиях радел,
Кого-то он уже задел, —
Любое дела, не икона…
Когда ж один в кровать он лёг,
Не так был к Анне в мыслях строг…

XI
В расстройстве Анна пребывала
После признания в грехах,
После того, как рассказала
Всё мужу дерзко, впопыхах.
И в тоже время была рада,
Что нет обманчивого взгляда,
Что всё теперь без всякой лжи,
Но жди, что будет…и дрожи…
Казалось ей, что тяготиться
Её любимый ею стал,
От непринятия устал —
Его желания жениться…
Казалось ей, что страшный грех
Её — дошел уже до всех…
XII
Записку Анна получила,
Когда проснулась поутру,
Её ей Бетси настрочила,
Послал бог Вронскому сестру…
Приехать к ней она просила,
Ну, и, похоже, упросила…
Мол, к ней прибудет высший свет –
Развлечься партией в крокет…
Но Анна в страхе спохватилась,
Пыталась письма написать,
И сына начала спасать, —
С ним кража мелкая открылась…
И стала вещи собирать,
Чтобы в Москву от всех удрать…
XIII
Но был конец её затеи –
Всю мебель стали выносить:
Садовник, дворники, лакеи…
И Анну начало трусить.
Она в раскаянье очнулась,
И тем, что будет, ужаснулась.
Несчастье страшное пришло,
В любви оно её нашло…
А тут Каренин показался,
Он Анну в Питер увозил,
В письме своём он ей грозил.
Она: «Он правым оказался,
Но нет ему прощенья, нет –
Душил меня он восемь лет…»
XIV
Каренин чётко всё придумал:
Решил — развода он не даст.
Для Анны злобное задумал –
За грех её он ей воздаст…
Вся жизнь была у них на фальши,
Он оскорблял её и раньше.
Сейчас он сыном угрожал,
И с наслажденьем унижал.
Вся жизнь по-старому осталась,
Осталось Анне горевать,
Хоть всё мечтала разорвать,
Но не смогла, как, ни пыталась…
И переждавши день-деньской,
К княгине ехала Тверской…
XV
Она был с лицом усталым
Но Бетси радовалась ей,
И утешением не малым
Была в игре последних дней…
Записку Анне передали
И огорчиться ею дали:
В записке — Вронский не придёт.
Решила Анна, что уйдёт…
Тут были дамы и мужчины,
Замужних было много дам,
Те, что моложе, и мадам…
Свели их разные причины.
Пришли они играть в крокет,
Но Анны тут уж больше нет…
XVI
А Вронский дома в это время
В деньгах порядок наводил,
Долгов раскручивая бремя,
С кем рассчитаться находил:
Одним быстрей долг возвращался,
Другим срок дальше назначался,
Отдать чтоб,—  где-то занимал,
И страсть занять не унимал…
Свой пай за дом отдал он брату,
И перестала деньги слать,
Ему за встречи с Анной, мать.
Но он не снизил денег трату.
И он решил коней продать,
Чтоб часть долгов своих отдать…
XVII
Из Средней Азии приехал
Друг — генерал Серпуховской.
Сначала в бывший полк заехал, —
У комполка был сбор мужской…
Там Вронский с ним и повстречался,
Ну, и по-братски пообщался,
Они дружили с давних лет,
Когда был равный эполет…
Но друг стал быстро генералом,
А Вронский лишь ротмистром был,
Зато свободу он добыл,
Был с независимым забралом…
Карт-бланш ему друг предложил.
Решенье Вронский отложил…
XVIII
Мчал Вронский к Анне на свиданье,
Карету взял он не свою, —
Не привлекать, чтобы вниманье,
К себе и где-то — на краю…
К казённой даче он добрался,
В аллеях как-то разобрался,
Нашёл её, взглянувши вдаль, —
Скрывала лик её — вуаль.
Она ему всё рассказала,
Он в мыслях тягостных витал,
Письмо Каренина читал,
Увидел, как их жизнь связала…
В разводе выход он искал,
Ну, и дуэль он допускал…
XIX
Она ж в нём видела сомненье:
Был не уверен он в себе,
Не подтверждал он заверенье —
Быть до конца в своей борьбе,
Не смог бы бросить свою службу,
И полковую свою дружбу,
И офицером не служить,
И с не женою Анной жить…
Она всё это понимала,
И испытала тут его,
Ждала ответа от него,
Как говорится, не дремала…
Домой отправится она –
Туда, где вся её вина…
XX
Каренин праздновал удачу,
Его продвинулись дела…
Успела Анна бросить дачу,
И утром в Питере прибыла.
Он ей сказал, что не волнуют,
И для него не существуют —
Её любовные дела,
Пока молва в свет не пошла…
И что должно быть всё как прежде,
Не опозорен, чтоб он был,
Чтоб человек их дом забыл,
Тот, что живёт о ней — в надежде,
Что у него все средства есть,
Чтоб защитить и дом, и честь…
XXI
Ночь не прошла, похоже, даром
Та, что провёл он на копне:
Он брешь нашёл в сужденье старом –
О своей жизненной стряпне…
Увидел он, в его работе,
В его деяниях, в заботе —
Нет, сотоварищей ему,
И есть потери посему…
Крестьянин хочет жить раздольно,
Ему косилка ни к чему,
Ему мотыга по уму,
Ему косы и вил довольно…
Копейку Левин бережёт,
А люд поёт на поле, ржёт…

XXII
И в нём возникло отвращенье
К тому, что прежде он любил.
А тут и Кити возвращенье,
Которой — он совсем не мил…
Её отказ он вспоминает,
И как вести себя не знает.
Есть самолюбие своё,
Хотя и любит он её…
А Долли очень попросила,
Чтоб Кити он седло привёз.
Седло ей друг его отвёз.
Наверно, Долли глаз скосила…
Он от Щербацких, от всех дел —
К Свияжским в гости улетел…
XXIII
Туда он ехал в тарантасе,
Мужик тут встретился ему, —
Был дом его на этой трассе,
И Левин в дом попал к нему.-
Был разговор за самоваром,
О новом деле и о старом…
Мужик земли с лихвой имел,
И обращаться с ней умел…
Есть и картошка, и пшеница,
Он рожью кормит лошадей,
И сколько трудится людей…
Подумал Левин — пригодится…
Трудилась тут и вся семья –
Жена, невестки, сыновья…
XXIV
Свияжский — местный предводитель,
Женат — уже годов так пять,
Он поохотиться любитель,
И по болоту погулять…
Живёт в их доме молодица,
Весьма приятная девица,
Свояченица им она,
Ничья пока ещё жена…
Дворян он звал крепостниками,
Русь погибающей страной,
Был к загранице с слабиной…
Равнял животных с мужиками…
Но службе честь он воздавал,
И к ней фуражку одевал…
XXV
Охоты день был неудачный, —
Болото было без воды,
А Левин был совсем не мрачный,
Особой не было беды:
Трёх дупелей принёс домой он,
Он мыслей, воздуха был полон,
Физически был возбуждён,
И аппетитом — награждён…
Свояченица с ним сидела,
Когда чай пили за столом,
А он всё думал о былом.
Она ж общаться с ним хотела…
Разрез грудной его смущал,
И бой сердечный учащал…
XXVI
От чая Левин отказался,
К столу другому перешёл
И в разговор легко ввязался,
В нём интерес он свой нашёл…
Там все помещики сидели
О мужиках, земле галдели,
Свой открывали опыт, нрав,
И каждый думал, что он прав…
Тут было много разных мнений:
Хозяйство так вести и так,
И что мужик — свинья, дурак…
И было множество сомнений…
Свияжский в спор к ним заходил,
В пример Европу приводил…
XXVII
На мужика так все ворчали:
Мол, он ломает инвентарь,
И сколь его ни приучали,
Он хочет делать всё, как встарь,
То лошадь ладную опоит,
Мужик не знает сколь всё стоит,
То сбрую новую порвёт,
То украдёт, продаст, пропьёт…
Кто — к мужику подходит с палкой,-
Мол, без неё нельзя никак.
Кто говорит — это не так, —
Дискуссия была их жаркой.
К единой мысли не пришли
И по домам своим пошли…
XXVIII
С Свияжским Левин вёл беседы,
Кричал, что школы не нужны,
От них хозяйству только беды…
Свияжский: «Нет, они важны!
Народ в Европе образован
И он в труде организован…»
Но Левин школы порицал,
И для крестьян их отрицал.
Радел за новое устройство:
«Когда народ будет богат, —
В учёбу пусть идёт из хат
И ощутит учёбы свойство…»
Потом лежал он на тахте
И думал, думал в темноте…
XXIX
Решил раздвоить он хозяйство,
Рабочим часть его отдать,
Уменьшить этим — разгильдяйство,
Хозяйству новый вид придать.
Он объяснял им интересы,
В доход добавки и привесы,
Хозяйство мнил перевернуть,
Рабочих к пользе повернуть.
Он встретил трудностей немало –
Крестьян придётся убедить
И интерес в них зародить,
Но в каждом деле есть начало…
И возвратился он к себе,
Чтоб победить в своей борьбе.
XXX
Пришлась приказчику идея,
Сказал: «За это был всегда».
Крестьянин, опыт свой имея,
Не торопился никуда…
Но постепенно, кто умнее,
Ловчей, хитрее, здоровее, —
Куски хозяйства стали брать
И часть дохода отдавать…
И книгой Левин занимался,
Так, что охоту позабыл,
Так увлечён он ею был,
Как говорится, ей отдался:
Свой труд в хозяйстве показать,
О новом плане рассказать…
XXXI
Узнал — Облонские вернулись,
Седло вернул — их человек…
Так на него они надулись,
И с ним поссорились навек…
Он и с Свияжским не простился,
И у себя уединился,
Большие книги стал читать,
Свой метод правильным считать…
Он верил русскому народу,
Сколь тот освоил — вспоминал,
И как работать сам он знал,
Предугадать умел погоду…
Должны крестьяне с ним дружить,
И новый метод будет жить…
XXXII
Брат Николай к нему нагрянул,
Он был весь — кожа и скелет…
Подумал Левин, только глянул, —
Не проживёт он много лет…
Сказал: «Приехал за деньгами,
К земле притронуться ногами,
В гнезде, родимом побывать и
Сил для службы добывать…»
Сказал — с Марией он расстался,
Она, мол, гадкая была,
И слабый чай ему дала…
И он один теперь остался…
Подумал Левин — брат умрёт,
Да и его смерть заберёт…
XXXIII
С ним Левин планом поделился.
Брат коммунизм, в миг, притянул.
Он распекал его и злился:
«Ты, брат, чужую мысль стянул,
Обрезал начисто идею,
Представил новостью своею,
В твоей идее сила где?»
Ответил Левин, что в труде…
На этом братья разругались.
Остался каждый на своём.
Им тесно стало тут вдвоём.
В, конце концов, они расстались…
В Европу Левин укатил.
Рад был — нить дела ухватил…

(Продолжение следует)

Print Friendly, PDF & Email

3 комментария к «Владимир Рывкин: АННА И ДРУГИЕ» (поэма в сонетах)»

  1. А стоило ли затевать стихотворное изложение? Не знаю.

    Мне напоминают: Было шуточное стихотворное изложение «Бориса Годунова»
    «А зохен вэй, товарищи бояре. Я графа Шмульского не вижу между здесь!»

    1. «Ответил Левин, что в труде…
      На этом братья разругались.
      Остался каждый на своём.
      Им тесно стало тут вдвоём.
      В, конце концов, они расстались…
      В Европу Левин укатил.
      Рад был — нить дела ухватил…«
      (Продолжение следует ? 🙂

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *