Игорь Мандель: Война глазами художников -7

 322 total views (from 2022/01/01),  2 views today

Питер Пауль Рубенс интересное явление. Будучи рабом своего грандиозного стиля, он его применяет во всех работах, но достигает блестящего результата только там, куда вносит совершенно персональную струю, как в «Шубке» или некоторых автопортретах. Во всех других случаях эти пышные формы и пафосные жесты (полная противоположность Рембрандту, творившего чуть позже и чуть по соседству), вместо чувства возвышенного, которое они призваны создать, лишь понижают восприятие чуть ли не до насмешки над сюжетом.

Война глазами художников

Игорь Мандель 

Окончание. Начало

Первой жертвой войны становится правда.

Хайрам Джонсон, 1918 

  1. Война как социальный феномен: взгляд сверху

Можно выделить определенную группу работ, где война интерпретируется с некоторых «высших» позиций, как глобальный феномен, к которому художник высказывает свое общее отношение. Конечно, многие из них могли бы попасть в какие-то другие разделы, но любая классификация не может избежать такого недостатка. Эти концептуальные произведения, в свою очередь, можно подразделить на условные подгруппы по их общей направленности.

Война как коллективное безумие. Питер Пауль Рубенс интересное явление. Будучи рабом своего грандиозного стиля, он его применяет во всех работах, но достигает блестящего результата только там, куда вносит совершенно персональную струю, как в «Шубке» или некоторых автопортретах. Во всех других случаях эти пышные формы и пафосные жесты (полная противоположность Рембрандту, творившего чуть позже и чуть по соседству), вместо чувства возвышенного, которое они призваны создать, лишь понижают восприятие чуть ли не до насмешки над сюжетом. Так и в этой работе (131): прекрасная по замыслу, экзальтированная по исполнению. Тут самый главный персонаж фурия Алекто, богиня мщения, с факелом в руке, которая неудержимо тянет Марса к себе. Его уже не остановит ни жена Венера, ни дети, никто. И действительно порочный цикл «преступление мщение» лежит в основе гигантского количества конфликтов и войн, и нет из него выхода. А картину лучше бы переназвать как «Ужасы мщения«.

131. Питер Рубенс. Ужасы войны, 1638
131. Питер Рубенс. Ужасы войны, 16

Давид Сикейрос одним из первых смог современными средствами передать бессмысленный и тотальный ужас войны (132). Убежденный сталинист, организатор покушения на Троцкого, он, видимо, думал, что вот с правильным коммунизмом-то все дело и наладится. Увы, как-то не вышло. Еще один пример того, как талант может жить в теле человека с любыми убеждениями.

132. Давид Сикейрос. Коллективное самоубийство, 1936
132. Давид Сикейрос. Коллективное самоубийство, 1936
133. Питер Хаусон. Пророчество, 2007
133. Питер Хаусон. Пророчество, 2007

«Пророчество» Питера Хаусона ничего хорошего не обещает. Насмотревшись на реальную войну, он перешел от сочувственного изображения жертв (79) к апокалиптическим видениям (104) и особенно (133) в более позднее время. Никто не знает, чем нынешняя полномасштабная война в Европе закончится и удастся ли кому-то отсидеться в медитативном размышлении, как философу в правом нижнем углу.

Война как тупая не рассуждающая сила. Гениальный провидец Альфред Кубин за короткие 5-7 лет в начале 20-го века создал в своей очень простой манере множество необыкновенно глубоких образов на самые разные темы, эксплуатируя скорее собственное я, нежели окружающий мир. Вот два из них, связанные с государством, вдохновителем, как известно, всех наших побед, и непосредственно с войной (134, 135). Кажется, пояснять тут особенно нечего. По грандиозному историческому недоразумению работы Кубина, как и других мастеров австрийско-немецкой-голландской школы, оказались совершенно затюканы кубизмом футуризмом и прочим лет на сто, тогда как для самопознания человечества «северные» дали, по моему глубокому убеждению, несравненно больше. Даже Макс Эрнст, при всей своей тесной связи с французами, оставался немцем (и был интернирован во время первой мировой войны). Его «Ангел» (136) яркая иллюстрация, что дело не в стиле (сюрреализм в данном случае), а в том, что именно хочет сказать художник. Здесь он явно хотел сказать, что дело плохо; ангел слеп, яростен и ни на что не обращает внимания. 1937 год, однако. Тревожно. Или год 2022. Вся та же пляска в безумном ослеплении.

134. Альфред Кубин. Государство, 1900
134. Альфред Кубин. Государство, 1900
135. Альфред Кубин. Война, 1901
135. Альфред Кубин. Война, 1901
136. Макс Эрнст. Огненный ангел, 1937
136. Макс Эрнст. Огненный ангел, 1937

Про блестящую работу Шлихтера (137) я уже недавно писал я не нашел лучшего образа, чтобы кратко передать обуревающие чувства насчет текущей «спецоперации». Фигура обуреваема бесами (их можно понимать как пороки, а можно как ложные теории, вроде нацизма 30-x и «нацизма» сейчас), она слепа и идет в пропасть.

137. Рудольф Шлихтер. Слепая сила, 1937
137. Рудольф Шлихтер. Слепая сила, 1937

Война как социально-природный феномен. Художники нащупали различные способы погрузить войну в общий ритм процессов на нашей Земле. Это позволяет взглянуть на нее «философски» и, возможно, найти в этом некоторое утешение. В конце концов, «…и это было«, как давно сказано.

У Фредерика Черча это погружение выглядит очень романтично и патриотично (138) небо цветет полосами национального флага, как бы на корню пресекая наглую попытку южан отойти в сторонку.

138. Фредерик Черч. Наш небесный флаг, 1861
138. Фредерик Черч. Наш небесный флаг, 1861

Марк Тенси видит мировую история, со всеми ее императорами и поработителями, как грандиозный памятник полуразрушенных голов разнообразных героев, от фараонов до Ленина (139). Их немой вопрос: о чем волнуетесь, людишки? Ну, еще один герой на час появится, еще угробите миллион человек. А толку? Все тут будете; добавится еще один бюст.

139. Марк Тенси. Пейзаж, 1994.
139. Марк Тенси. Пейзаж, 1994.

Ансельм Кифер погружает спящего (убитого?) человека в поле огромных подсолнухов (140), черные солнца которых несут свою службу, не поворачиваясь за настоящим солнцем, но склоняясь над павшим. Ночь среди бела дня; награда, но не при жизни. Подмена источников света.

140. Ансельм Кифер. Ночные медали, 1997
140. Ансельм Кифер. Ночные медали, 1997

Алексей Сундуков проводит генеалогию отрезанной головы Иоанна Крестителя непосредственно от динозавров доисторических времен (141). Большая тварь поедает меньшую, та еще меньшую и т.д. Во фрагменте видно, что насилие везде, а Господь и его творение вообще смотрят в разные стороны, как бы проехав мимо друг друга. Кровавый миф, действительно. Да и не миф история лично явилась на рассмотрение ее дела.

141. Алексей Сундуков. Парадигма кровавого мифа, 1990
141. Алексей Сундуков. Парадигма кровавого мифа, 1990

В своей фирменной меланхоличной манере Гриша Брускин превращает и орудия убийства, и убитых, и их жертв в археологические артефакты так сказать, взгляд на застывший мир не с позиций главных героев, как у Тенси, а со стороны мириадов индивидуальных творцов истории (142). Но и те и другие навечно мертвы; вот они, итоги ваших бесконечных войн.

142. Гриша Брускин. Из глубины. Выставка уместного искусства. Коллекция археолога. 2021
142. Гриша Брускин. Из глубины. Выставка уместного искусства. Коллекция археолога. 2021

 Война как тотальное разрушение и бесконечная трагедия. История «Герники» (143) слишком хорошо известна, чтобы останавливаться на ней здесь. Ее экспрессивность и огромные размеры (более 7 метров в длину), демонстрация в Европе и в Америке сразу после создания сделали картину одной из самых узнаваемых в мировой живописи. Такое впечатление, что и здесь успех объясняется удачным сочетанием творческой манеры автора с субъектом: то, что выглядит уродливым и примитивным в бесчисленных работах Пикассо, особенно в его женских портретах, тут находит свое оправдание из-за уродливости (да и примитивности) массового, первого в истории, разрушения мирного города за какие-то 2.5 часа. Хаотическое нагромождение разнообразных символов (свечи, быка, лампы и др.) соответствует общему хаосу после бомбежки. А чрезвычайная экзальтированность всех героев шоку от пережитого. Помнится, как советский марксистский критик Михаил Лифшиц строго различал две вещи: да, говорил он, «Герника» производит очень сильное впечатление, но нельзя забывать, что это все-таки модернизм, т.е. нам с «Герникой» никак не по пути. Диалектика, однако.

143. Пабло Пикассо. Герника, 1937.
143. Пабло Пикассо. Герника, 1937.

Работа Эрнста (как и в какой-то мере картина Сикейроса на рис. 132) также передает идею тотального разрушения и несчастья, но совсем другими средствами. Это скорее не шок, а какой-то переход в другое, уже не вполне человеческое измерение (144). И ничего хорошего там нет, кроме эфемерной красоты руин когда-то живых городов.

144. Макс Эрнст. Европа после дождя II, 1941
144. Макс Эрнст. Европа после дождя II, 1941

Бесконечно мрачный Здзислав Бексинкий в одном из своих полотен (145) показывает трагедию существования и для живых и для убитых в разных масштабах, от гномов до гигантов. Его интуиция, случайно или нет, начертала пресловутый знак Z (Zdzislaw?) на стене дома рядом с крестом; хорошая визитная карточка для этого царства мертвых (см. 28).

145. Здзислав Бексинкий, Без названия, 1987 (?)
145. Здзислав Бексинкий, Без названия, 1987 (?)

Украинский художник Валентин Захарченко создал своих «Слепцов» в 1978 году; по загадочным причинам ни одной полноценной фотографии работы я найти не смог. Все что есть на рис. 146, где автор сидит в тоске возле полотна. Его печаль от того, что дом с мастерской находится в аварийном состоянии и надо оттуда выезжать, но картина не проходит ни в какие двери или окна и ее требуется разрезать. Дальнейшая судьба картины мне неизвестна. Из того, что можно разглядеть, следует, что этаa работа очень высокого класса. Сложно понять, что именно двигало рукой художника, но мне представляется, что она символизирует человечество, упрямо двигающееся вперед, но не видящее свой путь. Лица слепцов одухотворены, их возглавляет также слепой ребенок (юное поколение), они не падают в яму как у Брейгеля, они никого не ведут за собой с обманной целью, как у Шульженко (129); они к чему-то, безусловно, стремятся но не видят своего пути. Работа насыщена очень высоким напряжением и грустью. К войне, быть может, она и не имеет прямого отношения, но к взгляду на человечество в целом (а, следовательно, и на войну) имеет. Поэтому я решил ее включить в этот раздел.

146. Валентин Захарченко. Слепцы, 1978 (фото 2015 года)
146. Валентин Захарченко. Слепцы, 1978 (фото 2015 года)

Микеланджело был переосмыслен Баком десятки раз; вот так рождается новый человек в военное время (147). В море мрачных образов войны это дает надежду. В конце концов, конец каждой войны — это начало чего-то другого, обычно лучшего, чем было раньше. Среди тотального разрушения Творец все еще протягивает руку. Можно предвидеть, как из нынешних мук и разрухи родится новая Украина (и даже, будем надеяться, новая Россия или новый мир).

147. Самуил Бак. Акт творения в военное время III, 2008
147. Самуил Бак. Акт творения в военное время III, 2008
  1. Самуил Бак. Акт творения в военное время III, 2008

_________________________

Правда первая жертва войны, это так. Но это истина в своем обычном значении. Высшая правда происходящего быть может, живет в искусстве. Если оно не лжет…

Литература 

  1. Apel War Culture and the Contest of Images, 2012
  2. Lubin. Grand illusions:American art and the First World War, 2018
  3. K. Rabb. The Artist and the Warrior. Military History through the Eyes of the Masters, 2011
  4. L. Clinefelter Artists for the Reich Culture and Race from Weimar to Nazi Germany, 2005
  5. Brandon. Art and war, 2007
  6. Sillars. British Romantic Art and the Second World War (1991
  7. В. Ракитин, А. Сарабьянов (сост.). Энциклопедия русского авангарда, тома 1-3, Москва, 2013
  8. CvoroK. Messham-Muir. Images of War in Contemporary Art: Terror and Conflict in the Mass Media, 2021
  9. Bourke(Ed.) War and Art: A Visual History of Modern Conflict, 2017
  10. N. Harari. The Ultimate Experience Battlefield Revelations and the Making of Modern War Culture, 1450–2000, 2008
  11. Golomstok. Totalitarian art, 2011

Print Friendly, PDF & Email

7 комментариев к «Игорь Мандель: Война глазами художников -7»

  1. Zvi Ben-Dov: это мне напоминает самое краткое описание человеческой жизни из старой притчи: родился, страдал, умер. Теперь каждую «моду» разделим на подмоды и т.д. до бесконечности. Будет много пустых клеток. И чем это поможет понять жизнь?

  2. К философскому осмыслению войны, как части истории и бытия в ней человека можно добавить несколько соображений.
    Одни из них — о направлении изменений природы человека.
    Другие — о войне-бедствии, как влиянии истории на природу человека и человечества.
    Краткая суть состоит в том, что природа человека определяется его эволюцией и потребностями адаптации. Отсюда смесь двух начал в человеке — «зверское» и «человеческое».
    Созидание – сугубо человеческое качество, развитое в наших животных предках, как способ выживания во враждебной среде. Но эта среда навязала наряду с этим «зверский» способ – хищничество. Современный человек и его сообщества – продолжение этого природного смешения способов жизни.
    Война – самое очевидное (по процессу, и по результату) опровержение пути созидания.
    В нас осталось из прошлого стремление «завоевать», а не только создать лучшую жизнь. Тем сильнее контраст противоестественного необратимого результата – массовые беды и разрушения.
    И в этом вся наука истории, оставляющая человечеству только одну подсказку для выживания – замещение зверских инстинктов человеческими-гуманными.
    В этом «обучении» беды, рожденные прошлыми «зверскими» инстинктами толкают к потребности вытеснить «зверское» человеческим. Ведь только чувством боли можно положить начало этому процессу и поддерживать его необратимость. Увы, для «зверя» болезненные аргументы – самые действенные.

    1. Совершенно с Вами, Геннадий, не согласен. Хищники вовсе не стремятся подчинить себе жертву. Она для них обычная пища, никаких эмоций. Иными словами звери-хищники не «зверствуют». Война у людей произошла из конкуренции племен в первобытном обществе за охотничью и другую добычу. Она связана с охраной собственного охотничьего участка или стремлением захватить соседний. Еще недавно тунгус в Сибири, обнаружив на своем участке езнакомого человека, был обязан убить его. Это — первобытная ксенофобия. А развитие орудий труда, нападения и защиты (технологий) привело к ужасам и масштабам современной войны. Бороться с этой темной, подсознательной силой, освободившейся из-под культурных (религиозных? духовных?) запретов, можно только с помощью правильного воспитания.

  3. Как я уже писал в статье годичной давности: «Искусство — это три в одном» Вообще-то даже больше.
    Цепочка «объектов изменения» ~ следующая:
    Средство выражения/отображения (картина, скульптура, фотография) -> то, что отображается (в данном случае война) -> объект воздействия (человек) Причём, человек в данном случае объект не только воздействия информационного и эмоционального воздействия, но и физического (физиологическое (развращающее 🙂 )и методическое (обучающее) воздействия опустим для простоты).
    Опустим физическое восприятие, хотя без него, как без воды «и не туды, и не сюды». Опустим даже информационное и образное воздействия (сообщение, сюжет, образы, «сценарий», законченное произведение) — без них не обойдёшься, но ладно.
    Рассмотрим только то, что отображается — войну.
    Берём «зубило и молоток» и приступаем:
    Война — это вид человеческой деятельности => эту деятельность можно разбить на «моды»:
    1. Подготовка к деятельности;
    2. Деятельность в нормальных и экстремальных условиях;
    3. Обслуживание деятельности;
    4. Развитие деятельности;
    5. Прекращение деятельности;
    Каждый из «модов» можно разбить на «под-моды», «под-под-моды» и т.д.
    Такая разбивка и даст более чёткое основание для классификации произведений изобразительного искусства о войне.
    Почему более чёткий?
    Потому, что появятся так называемые «пустые клетки», как в таблице Менделеева, говорящие либо о том, что какие-то примеры упущены, либо о том, что какая-то тема или под-тема деятельности «война» не раскрывалась.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *