Эдуард Бормашенко: Феномен Человека: Дарвин против Ламарка

 1,417 total views (from 2022/01/01),  6 views today

Иными словами, homo sapiens — кентавр, в котором верхняя культурная, собственно человеческая половина, неладно скроена и скверно пришита к нижней, животной. Верхняя часть тела ведет себя в соответствии с заветами Жан-Батиста Ламарка; нижняя, напротив, почитает Чарльза Дарвина; в то время, как животное тело хочет грызть стаканы, человеческое естество требует Шиллера без словаря. Это все довольно банальные рассуждения; кто только не проходился по двойственности человеческой природы. Попробуем, все же, перевести эти безответственные рассуждения на язык полуколичественного знания. Оказывается, существование homo sapiens происходит на двух чрезвычайно разнесенных, удаленных друг от друга временных шкалах: биологической и культурной. Биологические изменения, фиксируемые геномом, происходят очень медленно, характерное время этих изменений миллионы лет.

בס״ד

Феномен Человека: Дарвин против Ламарка

Эдуард Бормашенко

«И вкусы, и запросы мои странны,
Я экзотичен, мягко говоря,
Могу одновременно грызть стаканы
И Шиллера читать без словаря.
Во мне два «я», два полюса планеты,
Два разных человека, два врага.
Когда один стремится на балеты,
Другой стремится прямо на бега».
В. Высоцкий.
В школе на уроках биологии нас приучили думать, что теория эволюции Ламарка — неправильная, ошибочная, а вот, теория Дарвина — правильная и адекватно описывающая доступный наблюдению эмпирический материал. На самом деле, взаимоотношения между ламаркизмом и дарвинизмом вовсе не просты, и мы поговорим о них в связи с феноменом человека, уникальным, но неотменимым.

 Шевалье Жан-Батист де Ламарк, участник Семилетней Войны, создал первую теорию изменчивости видов.

Ламарк Жан-Батист, создатель первой теории эволюции
Ламарк Жан-Батист, создатель первой теории эволюции

Очень конспективно его учение сводится к следующему:

«Обстоятельства влияют на форму и организацию животных… Если это выражение будет понято дословно, меня, без сомнения, упрекнут в ошибке, ибо, каковы бы ни были обстоятельства, они сами по себе не производят никаких изменений в форме и организации животных. Но значительное изменение обстоятельств приводит к существенным изменениям в потребностях, а изменение этих последних по необходимости влекут за собой изменения в действиях. И вот, если новые потребности становятся постоянными или весьма длительными, животные приобретают привычки, которые оказываются столь же длительными, как и обусловившие их потребности… Если обстоятельства приводят к тому, что состояние индивидуумов становится для них обычным и постоянным, то внутренняя организация таких индивидуумов, в конце концов, изменяется. Потомство, получающееся при скрещивании таких индивидуумов, сохраняет приобретённые изменения и, в результате образуется порода, сильно отличающаяся от той, индивидуумы которой все время находились в условиях, благоприятных для их развития». Излюбленный, наглядный пример действия обстоятельств через привычку — поражающая воображение, противоестественная шея жирафа: «Известно, что это самое высокое из млекопитающих животных обитает во внутренних областях Африки и водится в местах, где почва почти всегда сухая и лишена растительности. Это заставляет жирафа объедать листву деревьев и делать постоянные усилия, чтобы дотянуться до неё. Вследствие этой привычки, существующей с давних пор у всех особей данной породы, передние ноги жирафа стали длиннее задних, а его шея настолько удлинилась, что это животное, даже не приподнимаясь на задних ногах, подняв только голову, достигает шести метров в высоту».

Судьба Ламарка вполне трагична. К концу очень долгой жизни Ламарк полностью ослеп, свои труды диктовал дочери. Жил и умер в бедности и неизвестности, дожив до 85 лет. На барельефе памятника Ламарку он изображён в старости, потерявший зрение. Ламарк сидит в кресле, а его дочь, стоя рядом, говорит ему: «Потомство будет восхищаться Вами, отец, оно отомстит за Вас!».

Теория Ламарка не проста и покоится на двух предположениях: первая гипотеза, проиллюстрированная эволюцией шеи жирафа, объясняла, почему организмы так хорошо приспособлены к условиям обитания. Органы животного, которые все время «тренируются», крепнут и растут, а «остающиеся без работы» — уменьшаются и слабеют. Небольшие изменения, возникающие вследствие такой избирательной тренировки, передаются по наследству. Вторая гипотеза Ламарка — телеологична; Ламарк полагал, что живому присуща внутренняя «тяга к совершенству», объясняющая постепенное усложнение организмов, появление новых органов и тканей. Современная наука избегает телеологических гипотез и заботливо сторонится философии. Статус ламарковской «внутренней тяги к совершенству» очень напоминает статус проблематичного и тоже телеологического «антропного принципа», современный ученый старается избегать подобных научно-философских конструкций.

Дарвин отказался от подозрительной «тяги к совершенству» — и придумал такой механизм эволюционных изменений, которого теория Ламарка не предусматривала, — естественный отбор. Механизм естественного отбора основан на борьбе за существование (которая происходит оттого, что живые существа производят больше потомков, чем может выжить), изменчивости (ее причины Дарвин, не зная генетики, не мог сформулировать и принимал просто как данность) и наследственности, благодаря которой свойства, помогающие данной особи выжить, передаются ее потомству [1]. В отличие от Ламарка дарвинисты полагают, что приобретенные признаки не наследуются. В знаменитом фильме «Бродяга» злодей рычит: «сын вора будет вором». Дарвин с этим не согласен. Однако у сына вора меньше шансов жениться на барышне из приличной семьи…

 Август Вейсман (основатель «вейсманизма-морганизма», за который с подачи Трофима Денисовича Лысенко в лучшем случае отправляли за решетку) показал, что, если крысам из поколения в поколение отрубать хвосты, это не приводит к рождению бесхвостых крысят. На основании этих и других подобных экспериментов и был сформулирован главный принцип так называемого вейсмановского барьера: клетки тела (соматические клетки) не могут передавать информацию половым клеткам. По-видимому, механизмы передачи по наследству приобретенных признаков все-таки существуют (вирусы пробивают вейсмановский барьер, провоцируя горизонтальный обмен генами), и сейчас они интенсивно исследуются [1], но нас интересует иное: как в свете развития эволюционной теории видится феномен человека? Человек, будучи представителем царства животных, все же отчетливо из него выделен. Выделен настолько, что угроза его видовому существованию сегодня исходит не от природы, а от него самого, homo sapiens.

                                                ***

Чрезвычайно привлекательный синтез ламаркизма и дарвинизма я обнаружил в замечательной книге Майкла Коула «Культурно-историческая психология» [2]. Позволю себе длинную цитату:

«Возможно и раньше, но уж безусловно с приходом homo sapiens, новый принцип развития — культурная эволюция — начинает взаимодействовать с принципами эволюции, правящими другими видами…. Ключевым фактором в отношении этой новой формы деятельности, опосредованной языком, является то, что она аккумулирует «успешные» взаимодействия с прежним окружением вне тела. Следовательно если генетические изменения происходят по Ч. Дарвину (то есть посредством естественного отбора, действующего в условиях ненаправленных изменений), культурная эволюция происходит по Ж.-Б. Ламарку в том смысле, что полезные открытия одного поколения непосредственно передаются следующему… Естественный отбор не предполагает никакого сознательного выбора со стороны тех генов и генных комбинаций, на долю которых пришелся максимальный успех в репродукции. Культура, напротив, часто движется посредством преднамеренного отбора конкретных практик среди широкого массива имеющихся. В этом смысле она «телеологична» или целенаправленна таким образом, каким не может быть направлена биологическая эволюция» [2].

Иными словами, homo sapiens — кентавр, в котором верхняя культурная, собственно человеческая половина, неладно скроена и скверно пришита к нижней, животной. Верхняя часть тела ведет себя в соответствии с заветами Жан-Батиста Ламарка; нижняя, напротив, почитает Чарльза Дарвина; в то время, как животное тело хочет грызть стаканы, человеческое естество требует Шиллера без словаря. Это все довольно банальные рассуждения; кто только не проходился по двойственности человеческой природы. Попробуем, все же, перевести эти безответственные рассуждения на язык полуколичественного знания. Оказывается, существование homo sapiens происходит на двух чрезвычайно разнесенных, удаленных друг от друга временных шкалах: биологической и культурной. Биологические изменения, фиксируемые геномом, происходят очень медленно, характерное время этих изменений миллионы лет.

Обратимся к специалистам:

«Благодаря высокому качеству репликации и репарации (восстановления) ДНК случайные ошибки в поддержании последовательностей нуклеотидов в геномах столь редки, что только пять из тысячи нуклеотидов меняются в течение миллиона лет. Не удивительно что сравнение хромосом человека и шимпанзе, разделенных пятью миллионами лет эволюции предъявляет лишь очень незначительные различия» [3].

В самом деле, геномы человека и шимпанзе очень близки. Напротив, культурные изменения происходят значительно быстрее, время жизни цивилизаций исчисляется сотнями, редко тысячей лет. И что еще важнее: скорость культурных изменений нарастает; особенно большой культурный скачок пришелся на промышленную революцию Нового Времени. Следующий прыжок был сделан во времена революции информационной. В моем детстве не было ни смартфонов, ни компьютеров, а за книгами морозными ночами стояли в шевелящихся очередях интеллигенты в валенках. Сегодня зачитанные, засаленные тома классиков подпирают мусорные баки. Но, дело в том, что смартфоны, компьютеры, атомная бомба, искусственный интеллект и водородная бомба достались человеку с геномом шимпанзе.

Этот геном быстро меняться не может, обеспечивая стабильность человеческого рода. Эволюционные изменения, следуя Дарвину, протекают миллионы лет. Культурные, целенаправленные изменения, вслед за Ламарком сегодня происходят в течении жизни одного поколения. Вообще говоря, физики любят ситуации, в которых у процесса есть две сильно отличающиеся временные шкалы. Такие задачи хорошо описываются уравнением Фоккера-Планка, позволяющем описывать броуновское движение. Так что, может быть, именно большое различие в характерном времени дарвиновских и ламарковских процессов позволит что-либо понять в эволюции homo sapiens, если, разумеется у шимпанзе с водородной бомбой есть будущее.

Шимпанзе сидит в каждом из нас, сидит и в Моцарте и Эйнштейне. Это очень страшно, достоверно и непреложно показано в гениальном фильме Милоша Формана «Амадей». Форман нарочито выпячивает животную, радостную сущность гения Моцарта. Именно с ней не может примириться Сальери. Пытался бороться с геномом Толстой, да только измучил себя и окружающих. Дмитрий Быков вслед за братьями Стругацкими пытается нас убедить в том, что человечество уже распалось на два подвида: быдло и мокрецов. Это не так. Генетика не позволяет. Но антропогенные, ламарковские, целенаправленные и обессмысливающие жизнь изменения накапливаются в биосфере очень быстро. Противоречия здесь нет: нам кажется, что мы видим перед собой культурную цель, но ее достижение неизбежно разрушает смыслы. Неизмеримо усовершенствовались средства связи, в результате чего люди вообще разучились общаться. Посмотрите на подростков в парке: сидят, сгорбившись, на лавочках, тупо уткнувшись в свои смартфоны. И тишина. А вместо писем люди отправляют друг другу смайлики. Пророчество дочери Ламарка сбылось, потомство им восхищается, возможно за него и отомстит; отобрать у приматов бомбу видимо невозможно.

Литература

[1] Марков В. А. От Ламарка к Дарвину и обратно, Экология и жизнь, 2008, 1.

https://elementy.ru/nauchno-populyarnaya_biblioteka/430567/Ot_Lamarka_k_Darvinu_i_obratno

[2] Коул М. Культурно-историческая психология, Москва, Когито-Центр, 1997.

[3] Alberts B., Johnson A., Lewis J., Raff M., Roberts K., Walter P. Molecular Biology of the Cell, 4th edition, New York, USA, Garland Science, 2002.

Print Friendly, PDF & Email

50 комментариев к «Эдуард Бормашенко: Феномен Человека: Дарвин против Ламарка»

  1. Написать отклик во-время у меня не получилось, т. к. сайт перестал работать. Но все же не могу не вставить свои 5 копеек. Вся теория Дарвина относится к процессу адаптации возникших когда-то видов к меняющимся условиям среды — естественный отбор. Скорость закрепления в генотипе новых признаков зависит от интенсивности давления отбора (максимальной при искусственном отборе — одомашнивании) и продолжительности жизни в каждом виде. Для «превращения лисиц в собак» в эксперименте, проведенном в новосибирском Институте цитологии и генетики, потребовался отбор в течение полтора-двух десятков поколений. Иными словами для обрастания слонов шерстью в нынешней Сибири или удлиннении шеи жирафа в саванне обозримого времени хватило. Но как и когда произошли эти и другие виды остается неясным.

  2. Интересные размышления. Понятие «мема» по аналогии с «геном» предложил Чарльз Докинз, известный вожак Нового Атеизма и борец с креационизмом (в его англоязычном варианте). Но с термином «мем» произошел конфуз, как это бывает часто с научными терминами, попавшими в поп-культуру (задумайтесь, что сейчас обозначают приставкой «кибер-«, словами «бионический» или «крипто», или словом «протеин» в контексте обшепита). Мемом стали называть смешные (или не очень) картинки-карикатуры или афоризмы в интернете, которые якобы распространяются как вирусы. Во времена нашего детства это называлось «крылатые выражения».

    Если же более серьезно, то на мой взгляд, говоря о загадках эволюции, хороша аналогия с возникновением языка. Язык возник в палеолите, примерно сто тысяч лет назад, Но в любом языке есть потенциал и средства для того, чтобы говорить о чем угодно — хоть об устройстве айфонов и квантовых компьютеров, хоть о феноменологической редукции и единстве трансцендентальной апперцепции. При том человеку эпохи нижнего палеолита в африканской саванне совершенно не была нужна способность говорить об айфонах. Этот инструмент, эта функциолоальность — избыточны. Ее не объяснишь аналогией с шеей жирафа. То есть в отношении культуры (а языковая деятельность это не природа, а культура) практические одномоментно возникает потенциальная возможность огромной функциональности (совершенно избыточной для саванны), которая затем используется по мере востребованности. Вот в этом направлении я бы копал в поисках различийэволюции в природе и в культуре.

  3. Бормашенко-Тартаковскому.
    Маркс Самуилович, пожалуйста, не торопитесь, не спешите. По-видимому, вы представляете себе эволюцию, так как ее представлял себе Трофим Денисович Лысенко. Ламарк полагал, что проибретенные признаки наследуются, Дарвин предполагал, что приобретенные признаки не наследуются. Противоречие налицо. Если Вы поместите жирафов в средней полосе России, Вам не удастся вырастить жирафов с укороченной шеей (Лысенко был уверен, что удастся). Информация от соматических клеток к половым не передается. А если и предается, то механизм этой передачи совершенно не ясен. Геном млекопитающих обладает поразительной устойчивостью, и тысячелетиями не меняется (сегодня мы это знаем наверняка). Мой геном очень близок к геному шимпанзе. Как же происходят изменения? Эти механизмы очень не просты. Совсем не просты. А ДНК открыли всего полвека назад. Открыть ДНК без рентгеновских методов исследования было невозможно, так что то, что кое-что стало проясняться сравнительно недавно, вполне понятно. Кроме того биологические эксперименты, значительно сложнее физических. Очень трудно (невозможно!) провести эксперимент над идентичными особями в идентичных условиях (близнецы и те очень отличаются друг от друга). Так что в биологии все еще впереди. И все очень не просто.

  4. Уже более полутора веков существует поистине странное противоставление идей Ламарка и Дарвина. Тогда как они, независимо от достоверности обеих, ничуть не противоречат одна другой.
    Ламарк утверждал, что необходимость, постоянное упражнение способствует приспособлению и совершенствованию органов и всего организма: вытягивание языка муравьеда, шеи жирафы… Если бы он обратил внимание на анатомию, обязательно указал бы, скажем, на разницу в устройстве желудка и длине кишечника (в сравнении с размерами самого животного) у растительноядных и хищников…
    Удачные изменения совершенствуются в потомстве.
    С последним согласен и Дарвин, обративший внимание, помимо этого, на выбраковку менее приспособленных экземмпляров…
    Вот и всё. Странно, что эти сравнительно элементарные идеи объявились лишь в эпоху Просвещения — во временном отрезке от идей Ньютона и Максвелла…

  5. Прекрасная статья! Спасибо!
    Я бы поспорил с автором по поводу скорости биологических изменений, а также по поводу того, что культурная эволюция присуща только человеку. Известен опыт одомашнивания лисиц, на протяжении нескольких десятилетий на ферме отбиралось наиболее дружелюбное к человеку потомство. В результате через несколько поколений появились одомашненные лисицы с висячими ушами. Возможно, скоро и у нас обвиснут уши((

    1. «Возможно, скоро и у нас обвиснут уши…»

      Не обвиснут. Мы постоянно тренируемся — вешаем друг другу на уши лапшу.

  6. Бормашенко-Беленькой
    Инна, Александр Моисеевич Пятигорский — необычайно одаренный, но очень пристрастный философ. Его лекции — прекрасная иллюстрация того, что словосочетание «философское спокойствие» нелегко наполнить смыслом. Майкл Коул полагал себя учеником Лурии.

    1. Бормашенко: 08.11.2022 в 07:52
      Майкл Коул полагал себя учеником Лурии.
      ______________________
      А Лурия в своей научной биографии писал, что «свою жизнь он делит на два периода: маленький, несущественный — до встречи с Выготским, и большой и существенный — после встречи с ним».

    2. Бормашенко: 08.11.2022 в 07:52
      Бормашенко-Беленькой
      Инна, Александр Моисеевич Пятигорский — необычайно одаренный, но очень пристрастный философ. Его лекции — прекрасная иллюстрация того, что словосочетание «философское спокойствие» нелегко наполнить смыслом.
      ___________________________
      Да уж, «философское спокойствие» тут не ночевало. Общаясь так на сайте, в Гостевой , его бы модератор тут же забанил, несмотря на то, что он «необычайно одаренный» и с мировым именем.

  7. Bormashenko — Don Kapada
    Послушайте, но эта полемика — прекрасная иллюстрация к тексту….

    1. К той части текста, где сказано «В самом деле, геномы человека и шимпанзе очень близки … Шимпанзе сидит в каждом из нас, сидит и в Моцарте и Эйнштейне»?

  8. Bormashenko — A.B.
    Спасибо, я не знал этого гениального стихотворения Мандельштама.

  9. Кому-то в эволюции не понравилось отсутствие ограничений, и была придумана мораль. Эволюция ради достижения успеха допускала (и допускает) абсолютно все, в том числе убийство, предательство, мошенничество. Если для достижения успеха тебе пришлось пройти по трупам, написать донос, притвориться благотворителем и другом, то ты на вершине популяции. Мораль пытается эти ограничения ввести, и во многом ей это удалось.
    Но ведь у нее есть издержки. Медицина, вылечивая и спасая обреченных молодых, препятствует естественному отбору, разбавляя наш геном негодным материалом. Помните мудрое высказывание: «Олени кормят волков, а волки держат оленей в форме». Жестоко, но продуктивно для развития обеих популяций. А мы, естественно, деградируем. Не только медицина, но и вся индустрия ведет нас к деградации. С внедрением «умных» и эффективных технологий нам все легче и веселей живется, но при этом постепенно атрофируются наши органы, включая мозг.

  10. Бормашенко-Дынину.
    Борис, спасибо. Как кажется подходам Ламарка и Дарвина обеспечено вечное соперничество, наподобие вечного спора Ньютона и Лейбница о природе пространства-времени. Сегодня, после успехов теории относительности, возобладала точка зрения Лейбница (простраство не абсолютно, но возникает в качестве отношения взаимного расположения тяготеющих масс, эта концепция еще и укрепилась после свижих работ Verlinde, показавшего, что пространство-время возникают в качестве энтропийного феномена), но опыт показывает, что теории, порождаемые гениями калибра Ньютона, периодически возрождаются. Мне было очень любопытно возрождение ламаркизма в работах Майкла Коула. Еще раз спасибо.

  11. Бормашенко — Инне Беленькой
    Инна, Майкл Коул долго и систематически изучал Выготского, и охотно признавал влияние идей Выготского на свои исследования. Он вообще был большим адептом советской психологической школы.

    1. Бормашенко: 07.11.2022 в 18:37
      Инна, Майкл Коул долго и систематически изучал Выготского, и охотно признавал влияние идей Выготского на свои исследования. Он вообще был большим адептом советской психологической школы.
      _______________________________
      О, как вы меня обрадовали! А то разные пятигорские(не сердитесь на меня) награждают Выготского такими эпитетами, как «лапоть самодельный», «абсолютный ноль, хотя и дико талантлив». А его труды «дребедень!»
      Справедливости ради, Выготский – не единственный, кого Пятигорский удостаивает таких «лестных» слов. Жан-Поль Сартр у него — «недоделанный псевдофилософ», Жан Пиаже — «философски дефективный психолог», Зигмунд Фрейд – «просто лапоть вообще небритый», «совсем уж сиволапый», «психолог никудышный, в традиционном смысле этого слова», «писал чушь». Спасибо еще раз, Эдуард

  12. Э.Б.: Посмотрите на подростков в парке: сидят, сгорбившись, на лавочках, тупо уткнувшись в свои смартфоны. И тишина. А вместо писем люди отправляют друг другу смайлики
    =========================

    Ну почему «тупо»? Так со стороны, подобно тем, кто уткнулись в книги и выглядят никчемными в глазах практических людей. Разные подростки смотрят разное в своих смартфонах. А отправлять друг другу смайлики лучше , чем отправлять ругательства. Но это к слову. А серьезнее:

    Ламарк и Дарвин, и мы сегодняшние всё отвечаем и отвечаем на вопрос псалмопевца: «Что есть человек, что Ты помнишь его, и сын человеческий, что Ты посещаешь его?» и видим вновь и вновь как утверждение одного ответа (Дарвин) приводит к признанию смысла в другом ответе (Ламарк). И будет это продолжаться, ибо их чередование и синтез не приближает нас к ответу на вопрос, как возникло (о)сознание трансцендентного — не только Бога, но и, скажем, трансцендентных чисел, как бы фантома этого чудища (сознания человека), но дающего ему относительный контроль над природой (достаточно вспомнить число π). Как бы мелочь по сравнению со всем зданием культуры, но без понимания «сознания» (от чего мы так же далеки, как первые софисты – по исходному значению «мудрые люди») спор и синтез Ламарка с Дарвином в отношении человека будет оставаться, думаю, неизбывной проблемой биологии и антропологии. «Спор факультетов», конечно, имеет и культурное значение, хотя бы потому, что наряду со своей ролью в экспериментальной науке о жизни, порождают иллюзию сводимости человека к природе и истории, замкнутых в круговороте естественных причин и следствий, то есть питают мировоззрение современного человека. Впрочем, видение этого спора и попыток развести «факультеты» в мирном сожительстве по разным нишам тоже поучительно.

  13. Э.Б.: Посмотрите на подростков в парке: сидят, сгорбившись, на лавочках, тупо уткнувшись в свои смартфоны. И тишина. А вместо писем люди отправляют друг другу смайлики
    =========================
    Ну, почему «тупо»? Так со стороны, подобно тем, кто уткнулись в книги и выглядят никчемными в глазах практических людей. Разные подростки смотрят разное в своих смартфонах. А отправлять друг другу смайлики лучше , чем отправлять ругательства. Но это к слову. А серьезнее:

    Ламарк и Дарвин, и мы сегодняшние всё отвечаем и отвечаем на вопрос псалмопевца: «Что есть человек, что Ты помнишь его, и сын человеческий, что Ты посещаешь его?» и видим вновь и вновь как утверждение одного ответа (Дарвин) приводит к признанию смысла в другом ответе (Ламарк). И будет это продолжаться, ибо их чередование и синтез не приближает нас к ответу на вопрос, как возникло (о)сознание трансцендентного — не только Бога, но и, скажем, трансцендентных чисел, как бы фантома этого чудища (сознания человека), но дающего ему контроль над природой (достаточно вспомнить число π).

    Как бы мелочь по сравнению со всем зданием культуры, но без понимания «сознания» (от чего мы так же далеки, как первые софисты – по исходному значению «мудрые люди») спор и синтез Ламарка с Дарвином в отношении человека будет оставаться, думаю, неизбывной проблемой биологии и антропологии. «Спор факультетов», конечно, имеет и культурное значение, хотя бы потому, что наряду со своей ролью в экспериментальной науке о жизни, порождают иллюзию сводимости человека к природе и истории, замкнутых в круговороте естественных причин и следствий, то есть питают мировоззрение современного человека.

    А вообще, Эдуард, спасибо. Будоражить мозги — полезно!

  14. Автор изобретает велосипед. Изобретает правильно и талантливо, но с нуля.

    А я могу открыть следующий этап: то, что автор называет «культурная эволюция» состоит из двух разных типов эволюции:

    1) Через воспитание в детстве и юности все социальные животные (включая человека) получают много разных инстинктов: вспомните Маугли, он получил другие инстинкты. У животных их эволюцию изучает этология. Изучает не как описательная наука, а как точная наука.

    Для понимания основ этологии я очень рекомендую небольшую научно-популярную книгу «Агрессия» от нобелевского лауреата Конрада Лоренца.

    2) Кроме того, у людей (некоторых) есть ещё убеждения и их эволюция. В некотором роде это изучает Талмуд.

    1. Инстинкты — врожденное, этология, изучая социальное поведение живого, занимается рефлексами. Маугли никак не мог получить инстинкты, просто дремавшее в нем развилось в стае. Это же относится и к стае человеческой.

      1. Рефлексы тоже бывают разные. Например, безусловные рефлексы — это передаваемые по наследству (врождённые) реакции организма. Они (безусловные рефлексы) присущи всему виду.

      2. Иосиф Гальперин:
        Инстинкты — врожденное, этология, изучая социальное поведение живого, занимается рефлексами. …
        ===
        Об определениях не спорят, но этология изучает разные механизмы поведения животных и человека. В том числе социально-приобретённые, которые стали потребностью — в определённых ситуациях или вообще.

        Например, в очень многих человеческих группах есть свои уникальные нормы «приветствия своего ближнего при встрече», механизм которых идентичен (в нескольких конкретных параметрах) врожденному инстинкту маленького волчонка, который подставляет свой голый животик любому обратившему на него внимание взрослому волку. А также врожденному инстинкту человеческого младенца, который впервые улыбается своим родителям.

        Возникновение и изменение таких групповых норм это часть той «культурной эволюции по Ламарку», о которой пишет автор.
        Кто хочет подробнее: смотрите несколько абзацев до и после
        «… Функция манер как средства постоянного взаимного умиротворения членов
        группы становится ясной сразу же, когда мы наблюдаем последствия выпадения
        этой функции.
        …»
        в http://lib.ru/PSIHO/LORENC/agressiya.txt .

      3. Вы друг друга вряд ли поймёте.
        Тяжело понять человека, который в ответ на вопрос «который час?» — пытается (многословно) объяснить, как устроены часы 🙂

    2. Benny B:
      1) Через воспитание в детстве и юности все социальные животные (включая человека) получают много разных инстинктов: вспомните Маугли, он получил другие инстинкты. У животных их эволюцию изучает этология.
      ::::::::::::
      Инстинкты не приобретаются — они ВРОЖДЁННЫЕ.
      А местного Рифенштуля вообще хотелось бы спросить — как Бендер своего бойкого собеседника: сколько классов средней школы он окончил?

  15. Трудно понять, как как здесь терпят клоунничающего пакостника Григория Френклаха — «Цви бен дова»…

      1. Глядя со стороны — удивительно, что терпят обоих. Один помещает дюжину бессмысленных комментариев в день, каждый день. Другой, вместо того, чтобы адресовать эту проблему по существу, администрации портала, оскорбляет первого почем зря. И оба при этом безнаказанно нарушают правила портала. Атмосфера, прямо скажем, хоть топор вешай. Или же святых выноси.
        Вы бы утихомирились, ребята, а?

        1. Когда мне понадобится совет этой вашей «куклы» — обещаю к ней обратиться 🙂

        2. В каждом уездном городе должен быть свой сумасшедший. А если есть еще и клоун, так это уже столичный город!

          1. А если два или даже три (хотя тут явно больше) — столица Мира? 🙂

  16. Оказывается, существование homo sapiens происходит на двух чрезвычайно разнесенных, удаленных друг от друга временных шкалах: биологической и культурной. Биологические изменения, фиксируемые геномом, происходят очень медленно, характерное время этих изменений миллионы лет.
    __________________________________________________
    Спасибо, Эдуард за «изящную» статью, как здесь ее очень точно охарактеризовали. А книга Майкла Коула «Культурно-историческая психология» напомнила мне теорию культурно-исторического развития психики Л.С.Выготского.
    Согласно ему, биологическая эволюция человека была закончена до начала его исторического развития. Развитие высших психических функций происходило без изменения биологического типа человека, эти две функции резко отграничены друг от друга и принадлежат к разнородным формам эволюции. Поэтому, как он писал, было бы «грубым смешением понятий биологической эволюции и исторического формирования объяснять различие между нашим мышлением и мышлением примитивного человека тем, что примитивный человек стоял на другой ступени биологического развития». Конечно, он не употреблял таких определений, как телеология, геном и др. Но направление его мыслей очень сходно с концепцией Майкла Коула. Или вы этого не находите?

    1. Для того, чтобы завершилась биологическая эволюция, надо производить потомство не совокуплением — т.е. смешением и случайным отбором генов, но промышленной штамповкой стандартной продукции.
      Дарвинизм НЕ объясняет происхождение видов — представляет лишь эволюционный отбор наиболее приспособленных экземпляров в рамках ТОГО ЖЕ своего вида.
      Культурная эволюция также не связана с биологической (если исключить нынешние эксперименты с генами), как дрессура животных (собак и т.д.) с их биологией (я не имею в виду медицину, ветеринарию).

      1. «Культурная эволюция также не связана с биологической … как дрессура животных (собак и т.д.) с их биологией…»

        Это не факт. Общеизвестно, что разные породы тех же собак очень по-разному поддаются дрессуре. Я уже не говорю о разнице в «дрессуропригодности» между разными видами животных. Да и среди homio sapiens имеются расовые различия в «дрессуропригодности». Не все так просто…

  17. Автор: «Оказывается, существование homo sapiens происходит на двух чрезвычайно разнесенных, удаленных друг от друга временных шкалах: биологической и культурной.»
    Человек разумный осознает свой дуализм. Кто — то ведь с гениальной лаконичностью сформулировал это осознание в крылатой фразе: «Не буди во мне зверя!»
    Эдуарду Бормашенко спасибо за очередную изящную публикацию.

    1. “Сегодня зачитанные, засаленные тома классиков подпирают мусорные баки. Но, дело в том, что смартфоны, компьютеры, атомная бомба, искусственный интеллект и водородная бомба достались человеку с геномом шимпанзе.
      Этот геном быстро меняться не может, обеспечивая стабильность человеческого рода. Эволюционные изменения, следуя Дарвину, протекают миллионы лет. Культурные, целенаправленные изменения, вслед за Ламарком сегодня происходят в течении жизни одного поколения…”
      ———————————————————-
      Осип Мандельштам.
      Ламарк
      Был старик, застенчивый как мальчик,
      Неуклюжий, робкий патриарх…
      Кто за честь природы фехтовальщик?
      Ну, конечно, пламенный Ламарк.
      Если все живое лишь помарка
      За короткий выморочный день,
      На подвижной лестнице Ламарка
      Я займу последнюю ступень.
      К кольчецам спущусь и к усоногим,
      Прошуршав средь ящериц и змей,
      По упругим сходням, по излогам
      Сокращусь, исчезну, как Протей.
      Роговую мантию надену,
      От горячей крови откажусь,
      Обрасту присосками и в пену
      Океана завитком вопьюсь.
      Мы прошли разряды насекомых
      С наливными рюмочками глаз.
      Он сказал: природа вся в разломах,
      Зренья нет — ты зришь в последний раз.
      Он сказал: довольно полнозвучья,—
      Ты напрасно Моцарта любил:
      Наступает глухота паучья,
      Здесь провал сильнее наших сил.
      И от нас природа отступила —
      Так, как будто мы ей не нужны,
      И продольный мозг она вложила,
      Словно шпагу, в темные ножны.
      И подъемный мост она забыла,
      Опоздала опустить для тех,
      У кого зеленая могила,
      Красное дыханье, гибкий смех…

  18. Я не понял, что хотел сказать автор читателям. Рассуждения о «культурной генетике» (или «генетической культуре»?) выглядят несерьезно.
    «Загадка приспособления видов» на данный момент не решена даже на 1%. Есть разные возражения. Одно из них, например, — «скорость» генетических мутаций («нормальных», случайных) настолько мала, что она никак не могла бы успеть за изменением природных условий. Например, если в местности (на континенте), в которой проживает некая популяция животных, похожих на медведей, понизилась среднегодовая температура, то, каким бы медленным ни было это изменение, эти животные ни за что не «успеют» обрасти более толстой шкурой. И вся популяция вымрет.
    Мне кажется, что сегодня наука еще очень далека от понимания глобальных природных процессов. Во всяком случае, идея о том, что все живое было кем-то «одномоментно» создано, не намного более безумна, чем предположение, что все это разнообразие появилось «само по себе»…

    1. Говорят, что однажды Рамбам пытался убедить одного атеиста в том, что мир был создан Б-гом.
      Не убедил.
      Но тут неверующий собеседник на несколько минут отлучился, а когда вернулся — Рамбам достал пергамент со стихотворением.
      — Во время твоего отсутствия произошла странная вещь — сказал Рамбам своему гостю: — Чернила пролились на стол, и из клякс случайно получились стихи. Тот спросил, почему он должен верить такой невероятной истории.
      — Почему ты мне не веришь? — спросил Рамбам.
      — Потому что эти стихи, очевидно были написаны человеком. Они не могли возникнуть случайно. Кто-то сделал это — ответил тот.
      — Если ты не веришь, что простое стихотворение могло возникнуть случайно, то почему же ты веришь, что это произошло с миром, который недоступен человеческому пониманию — спросил Рамбам.

      Правда, это всего лишь одна из занимательных историй о Рамбаме 🙂

      1. Эта аналогия, при всей ее «красивости», не выдерживает никакой критики. Вопрос о «причине» и «способе» создания «мира» (а, ведь, нужно понимать под «миром» не только нашу планету — как видели «мир» древние «мудрецы» — а всю Вселенную!) настолько далек от уровня наших знаний, что поднимать его нет ни малейшего смысла.

        1. Не может обьяснить Наука
          Одну из самых сложных тем,
          Не для неё такая штука —
          Ответы на вопрос «Зачем?»
          “Заточена” ведь под другое —
          Надежду, что любой дурак
          Её открытия освоит
          И на вопрос ответит «Как?»…

          А Рамбам как раз говорит о Мире во всей его невообразимой сложности. Я-то пересказал своими словами а у него:

          «Если ты не веришь, что простое стихотворение могло возникнуть по прихоти судьбы, то насколько же менее вероятно, чтобы это произошло с целым миром, чья мудрость бесконечно превосходит эти несколько слов и чья глубина недоступна никакому человеческому пониманию.»

  19. Вообще-то есть масса дополнительных теорий, например:
    https://thelib.ru/books/dokinz_richard/egoistichnyy_gen-read.html (тут нас, как организмы просто презирают 🙂 )
    или
    https://ethology.ru/library/?id=20 (тут, если правильно помню тоже есть про отбор, но… самкой — т.е. не естественный)
    Есть ещё так называемая «теория эволюционного мозга» (возможно хрень, но выглядит ну о-о-очень убедительно)
    И т.д.
    В любом случае я верю (именно верю!) в теорию Дарвина и в то, что мы произошли от обезьян, хотя, возможно и не без вмешательства извне.

    1. «В любом случае я верю … в то, что мы произошли от обезьян…»

      Ну, некоторые — точно 🙂 .

        1. Если Вы хотите получить какое-то представление об устройстве мира, о философии вообще, — первое, что не нужно делать, это выслушивать мнение этих двух придурков.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *