Михаил Ривкин: Недельный раздел Хаей Сара

 335 total views (from 2022/01/01),  3 views today

Авраам-личность описан в ТАНАХе, как основатель и первый адепт веры во Всевышнего. Научно-критический подход даёт нам совершенно иной ракурс, требует перейти от вопроса об историчности персонажа к вопросу об историчности племён и племенных союзов. «Роза мира» учит, что именно Авраам был первой душой Синклита иудаизма, основателем затомиса Нихрод.

Недельный раздел Хаей Сара

Михаил Ривкин

И взял Авраам еще жену, именем Кытура. И она родила ему Зимрана и Йокшана, и Мыдана, и Мидьяна, и Ишбака, и Шуаха. А Йокшан родил Шеву и Дыдана. А сыны Дыдана были: Ашшурим и Лытушим, и Лыумим. А сыны Мидьяна: Эйфа и Эйфэр, и Ханох, и Авида, и Элдаа. Все они сыны Кытуры (Брейшит 25:1-4)

Ранее мы уже анализировали феномен, который можно назвать многослойностью имён. Для примера мы взяли два имени: Кетура и Авраам.

В имени Кетура можно выделить три уровня, три слоя: личный, эпонимический и метаисторический. На первом, личном, самом очевидном уровне Кетура — это конкретная женщина, персонаж древней легенды про Авраама. Эта легенда, в своей письменной форме, относится к источнику Е, к одному из двух ранних текстуальных источников, однако корни её уходят в далёкое, дописьменное прошлое. Про саму Кетуру мы из этой легенды ничего не узнаём, кроме самого факта, что она была наложницей Авраама, и родила ему шестерых сыновей.

На втором, более глубоком уровне, лежит Кетура как эпоним, персонификация проматери некоей этнической группы, племени. И только с учётом этого, «второго плана» нам становится понятным, зачем Кетура вообще появляется на страницах Торы. Древнейшей эпонимической легенде очень важно выделить три момента. Во-первых, составить список из двенадцати народов, которые, по мнению этой легенды должны были бы составить амфиктионный союз. У Кетуры, с учётом сыновей и внуков, как раз двенадцать потомков. По мнению Н. Сарна, это очень далёкие и в плане языка, и территориально, и культурно народы. Вместе с тем, их связывает нечто общее: занятие торговлей, которое могло бы объединить их, по мнению Н. Сарна, в амфиктионный союз (союз двенадцати) племён. Отметим, что все другие известные нам примеры племенных союзов базируются на куда более существенной общности: как правило, они близки по языку и культуре.

Во-вторых, для легенды важно показать, что и эти племена тоже — потомки Авраама, и, тем самым, подтвердить некий общий постулат: Авраам — отец множества народов, все народы, с которыми древние обитатели Кнаана сталкивались, так или иначе происходят от Араама.

В-третьих, для легенды важно подчеркнуть, что это потомки самого низшего разряда: их проматерь это не Сара, родившая единственного легитимного наследника Араама, и даже не Агарь, родившая Ишмаэля, которому Тора тоже уделяет немало места. Двенадцать сыновей Кетуры стоят, если можно так выразиться, на самой низшей ступени престолонаследия.

Для правильного понимания третьего, метаисторического, самого глубокого уровня того уникального явления, которое символизирует Кетура, вновь обратимся, после большого перерыва, к тетралогии Т. Мана «Иосиф и его братья»:

«Иногда, например, старик утверждал, что сыновья Хеттуры, которую Аврам на старости лет взял в наложницы, — Медан, Мадиан, стало быть, Иокшан, Симран, Ишбак и как там их еще звали, — что эти сыновья «сверкали, как молнии» и что Аврам выстроил им и их матери железный город такой высоты, что в него никогда не заглядывало солнце и он освещался одними лишь самоцветами. Слушатель Елиезера должен был быть совершенным тупицей, чтобы не понять, что под этим тускло светящимся городом подразумевается преисподняя, царицей которой Хеттура, значит, и представала в этой картине. В этой неоспоримой картине! \…\ если Елиезер говорил о сыновьях, что они сверкали, как молнии, то это значило только, что он видел их двумя глазами, а не одним, под знаком одновременности и единства двух качеств: и главарями бедуинов, бродягами, и сыновьями и князьями преисподней, как то было с Измаилом, неправедным сыном»[i]

Для читателя немного знакомого с «Розой мира» не представляет труда понять истинный смысл этого витиеватого описания. «Тускло светящийся город в преисподней, куда никогда не заглядывало солнце» — это, разумеется, шрастр, демоническая цитадель еврейской метакультуры, именуемая Фошц. Это грандиозное сооружение, поражающее своими масштабами, не имеет никаких связей с провиденциальными, высшими аспектами еврейской метакультуры, с её затомисом. В этом смысл слов «в него никогда не заглядывало солнце». Что же касается «самоцветов» которые его освещают, об этом очень хорошо сказано в «Розе мира»:

«В подземном оранжево-рыжем небе  там неподвижно стоят инфракрасные и инфралиловые, почти чёрные светила»[ii]

«Сверкающие, как молнии сыновья и князья преисподней» — это вожди, воители и цари Израиля, полностью посвятившие себя в земной жизни укреплению и усилению государственного аппарата и военной мощи Израиля, пользовались большой властью и влияли на миллионы душ. Их посмертие состоит в том, что они полностью отдают себя нескончаемому строительству шрастра, города в преисподней, они рабски покорны Великому игве, как в земной жизни им были покорны их рабы. Их «сверкание» это тёмная инвольтация, направленная, потенциально, на всех тех, кто принадлежит к еврейскому сверхнароду, иными словами, на каждого еврея. Но не все эту тёмную инвольтацию воспринимают, те, кто твёрдо выбрал путь служения Всевышнему, получают особую защиту от неё, те, кто ослеплён своей гордостью — беззащитны. И не случайно она названа «сверканием». Это «сверкание», подобно яркой вспышке молнии, ослепляет, одурманивает, полностью порабощает и подчиняет себе волевую и эмоциональную сферу человека. Это «сверкание» озаряет своим мрачным отсветом многие ключевые развилки еврейской истории.

И не случайно сравнение этих «сыновей и князей» с Ишмаэлем. Мы видели, что именно тёмный лик Ишмаэля, его вечная насмешка, его «красный смех», его демонический двойник стали первоосновой, исходным толчком к появлению шрастра исламской метакультуры. Разница в том, что образ Ишмаэля в Торе это контаминация двух полярных образов, светлого и демонического. Двенадцать сыновей Кетуры в этом плане проще и прозрачнее — это именно вечные рабы и вечные строители, которым никогда не суждено закончить их сизифов труд, и ничто иное.

Наконец, сама Кетура, «царица преисподней», это очень упрощённый, приземлённый, затушёванный, но всё же узнаваемый образ Великого игвы безраздельно властвующего над обитателями шрастра еврейской метакультуры. Женский род имени не должен нас удивлять. У игв разделение на два пола сводится исключительно к физиологии. Да и это разделение становится заметно только в момент соития. В своём служении Злому началу они неразличимы.

Обратимся теперь к неизмеримо более глубокому и сложному образу Авраама. Д. Андреев называет его «человеко-дух», при этом никаких объяснений этому термину не даётся. Но если мы хотим понять истинное значение этого понятия, нам следует выделить в нём те же три смысловых пласта, которые миф выделили в образе Кетуры.

Во-первых, Авраам — это личность, один из самых главных героев танахического повествования, о котором мы узнаём очень много. Во-вторых, Авраам — это эпоним, название племени. Это становится понятным, если присмотреться повнимательнее к именам его ближайшей родни, и к тем географическим и этническим названиям, которые с этими именами совпадают. Аран (Брейшит 11:26-28) — один из сыновей Тераха, но ведь точно так же назывался один из важнейших и древнейших городов на «царском пути»! Именно так, или почти так (с учётом вариативности букв ה, ח на письме) называется место смерти Тераха (Брейшит 11:32). Но и остальных члены семьи Тераха можно без труда найти на географической карте. Это названия населённых пунктов в верховьях Эфрата: Серуг (там 11:20-23), Нахор как отец Тераха (там, 11:24-25), и то же самое имя Нахор, но уже как брат Аврама (там 11:27, 29). Такое двукратное употребление того же имени для обозначения двух разных персонажей несомненно указывает, что это эпоним. Очень интересен список сыновей этого самого Нахора, который приводится несколько ниже: Уц, Буз Кемуэль (там, 22:21) — всё это города в долине реки Бахилу, притока Эфрата. Добавим сыновей и внуков Кетуры, и получим некое генеалогическое древо, которое передаёт в символической форме реальную географическую, экономическую, этническую и культурную связь племён, а также городов-стоянок древних кочевников вдоль «царского пути».

Следует отметить, что знаток книги Брейшит Г. Гункель отказывался считать, что Авраам — это название племени.[iii] Однако другие, не менее авторитетные, источники приводят именно такое объяснение, как достаточно убедительное, хотя и не единственно возможное:

«Есть исследователи, которые понимают рассказы про Авраама и других патриархах, как персонификацию истории происхождения разных племён»[iv]

Авраам-личность описан в ТАНАХе, как основатель и первый адепт веры во Всевышнего. Научно-критический подход даёт нам совершенно иной ракурс, требует перейти от вопроса об историчности персонажа к вопросу об историчности племён и племенных союзов. «Роза мира» учит, что именно Авраам был первой душой Синклита иудаизма, основателем затомиса Нихрод.

Если сопоставить эти три аспекта, становится понятнее, что же обозначается термином человеко-дух. Во-первых, это на редкость яркая самобытная, не имеющая в своей среде подобия личность, с которой религиозная традиция связывает религию нового сверхнарода, та личность, которая дала первичный импульс и заложила некую первичную основу, на которую были далее надстроены «строго координированная система образов, определяющая отношение к Энрофу, к трансфизическим и духовным мирам со стороны какого-нибудь сверхнарода»[v]

Во-вторых, это основатель первичного племенного объединения, которое стало первым, самым ранним историческим этапом и первичной основой в развитии «совокупности наций, объединённых общей, совместно создаваемой культурой, либо отдельная нация, если её культура создавалась ею одной и достигла высокой степени яркости и индивидуальности»[vi] Это племенное объединение воплощает в реальных общественных и политических отношениях первичный импульс, некогда ему заданный. Важно понимать, что без такого «физического носителя» даже самые возвышенные духовные ценности, самые правильные религиозные верования и догматы не могут воплотиться в конкретно-исторической реальности человечества. Даже если первая часть задачи была решена, никто, кроме немногих духовидцев и вестников, никогда об этом не узнает.

Наконец, если вторая часть задачи была решена, если союз племён превратился в сверхнарод, а это может занять многие века, то дух его основателя возносится в высшие, просветлённые миры и входит в Синклит метакультуры, и даёт первичный импульс новому затомису. В случае Авраама, это был затомис еврейской метакультуры, Нихрод. И только гармоничное сочетание всех этих трёх аспектов позволяет нам использовать термин «человеко-дух».

Примечания:

[i] Томас Манн Иосиф и его братья Москва АСТ 2000 стр. 365, 376, 377

[ii] Даниил Андреев Роза Мира М «Мир Урании» 2001 стр. 178

[iii] הרמן גונקל אגדות בראשית מוסד ביאליק ירושלים 1998 עמ’28

[iv] האנציקלופדיה העברית כרך א’ ירושלים תש»ט עמ’ 285

[v] Даниил Андреев там стр. 106

[vi] Даниил Андреев там стр. 105

Print Friendly, PDF & Email

10 комментариев к «Михаил Ривкин: Недельный раздел Хаей Сара»

  1. Хеттура (ивр. ‏קְטוּרָה‏‎; греч. Χεττούρα; лат. Cetthurae) — последняя жена (Быт. 25:1) или наложница (1Пар. 1:32) Авраама, на которой тот женился после смерти Сарры. У Хеттуры было 6 сыновей. От одного из них произошёл народ мадианитян. Согласно Иосифу Флавию Хеттура с детьми поселилась на северо-западе Аравии на берегу Красного моря. Некоторые иудейские комментаторы отождествляют Хеттуру с Агарью. Википедия.
    Кетура(Хеттура) и Хагарь(Агарь) одна и та же женщина, мать Ишмаэля. После смерти Сары Авраам вернулся к ней. Через три года Авраам посетил дом своего первого сына Ишмаэля. Ицхак и Ишмаэль похоронили Авраама рядом с Сарой, могила праотцов Хеврон.

    1. Perdone, можно напомню? Согласно танахической хронологии Иосиф Флавий жил на 1500-2000 лет позже Авраама. Чтобы сравнительно оценить этот мидраш, попробуйте рассказать о судьбах Кия, Щека, Хорива и сестры их Лыбиди в датах, местах и лицах. Между тем, эта леhенда упоминается в армянских источниках, в отличие от Авраама, о котором никто больше не упоминает на письме. Да и самой фонетической письменности, к которой относится письмо на иврите, во времена Авраама еще не существовало.

  2. А может вместо Розы мира или другой постхристианской эзотерики обсудить нечто классическое, скажем, комментарии Раши или более поздние?

    1. Например, рассказать почему глава «Жизнь Сары» начинается с ее смерти? Что стало тому причиной? Напомнить о связывании Ицхака, отметить прозрение Сары, не без подсказки сатаны. Да и все рассказанное как-то успокоить, отметить необязательность этого.

    2. Спасибо за интересный комментарий, Аарон !
      Я не стал бы называть «Розу Мира» пост-христианской эзотерикой. Ничего эзотерического в ней нет. Книга, по своему изначальному замыслу адресована самой широкой публике. Более того, некоторые, достаточно сложные идеи, изложенные в поэмах и стихотворениях Д. Андреева, нарочито упрощены и «спрямлены». Автор писал эту книгу в последние месяцы своей жизни, ему было важно оставить «краткий путеводитель». Кто заинтересуется, начнёт читать дальше.

      Что касается первой книги «Розы Мира», то там даже и мистического ничего нет. Это программа общественного, морального, воспитательного преобразования человечества. Классический образец утопии. И даже последовательный атеист, как пишет сам Д. Андреев, может эту программу подержать. Там же сформулирована идея интеррелигии, опять же, без всякой изотерики, исходя из базисных теологических и эпистемологических посылок, которые не выходят за рамки конвенционального во многих религиях.
      Вот как эта часть книги заканчивается:

      «Пусть христианин вступает в буддийский храм с трепетом и благоговением: тысячи лет народы Востока, отделённые от очагов христианства пустынями и горными громадами, постигали через мудрость своих учителей истину о других краях мира горнего. \…\
      Пусть мусульманин входит в индуистский храм с мирным, чистым и строгим чувством: не ложные боги взирают на него здесь, но условные образы великих духов, которых поняли и страстно полюбили народы Индии и свидетельство о которых следует принимать другим народам с радостью и доверием.
      И пусть правоверный шинтоист не минует неприметного здания синагоги с пренебрежением и равнодушием: здесь другой великий народ, обогативший человечество глубочайшими ценностями, оберегает свой опыт о таких истинах, которыми духовный мир открылся ему – и никому более»
      Ни Р. Штайнер, ни У. Блаватская, ни Г. Гурждиев, ни А. Введенский ничего подобного написать не могли. Перед нами интеллектуально честная попытка подойти, пусть наивно и прямолинейно, без должных познаний в отношении других религий к решению задачи величайшей важности…
      Вопрос «почему глава «Хаей Сара» начинается со смерти Сары можно обсуждать по-разному. Во-первых, как вы заметили, я никогда не перевожу на русский названия недельных глав и книг Хумаша. Это просто первые слова соответствующего раздела, и ничего более. Это не смысловой заголовок, который можно перевести. Разумеется есть много мидрашей и комментариев, которые ищут в этих первых словах некий глубокий смысл, но результат, как правило, очень скромный.
      Если же копнуть глубже, то следует отметить, что тех, кто делил Хумаш на 54 недельных раздела, эти первые слова в разделе менее всего интересовали. Более того, само разделение весьма произвольно. Оно отражает вавилонскую традицию годичного цикла чтения Торы. Куда интереснее разделение на главы, принятое некогда в Эрец Исраэль. Согласно этому разделению. В Торе 154 главы. В хороших изданиях Хумаша эти главы отмечены параллельной нумерацией в каждой книге. Согласно такому делению, недельный раздел включает гл. 22-23, т.е. начинается с Акедат Ицхаак. В таком разделении есть, действительно, глубокий смысл. Не случайно многие комментаторы связывают эти два рассказа воедино, и объясняют смерть Сары именно известием про Связывание Ицхака, и вы тоже предлагаете такой подход. Он хорош именно тем, что смерть Сары это не начало главы, а середина.
      Наконец, если копнуть совсем глубоко, и обратиться к теории источников, то покупка Мааарат А-Махпела относится к источнику Р. В этом источнике смерть Сары непосредственно следует за словами «И обрезал Авраам Ицхака, сына своего, на восьмой день, как заповедал ему Б-г. Авраам же был ста лет, когда родился у него Ицхак, сын его» (Брейшит 21:4-5)
      Иными словами, в повествовании источника Р никакого Связывания нет вообще, Сара выполняет свою самую главную миссию, и больше автору просто нечего про неё рассказывать..
      Разумеется, Связывание породило бесчисленное множество мидрашей и комментаторов, малой части из них я коснулся, когда писал свои заметки ближе к канонической парадигме толкования Торы, сейчас я просто ставлю качественно иную задачу. Если интересно, какую, взгляните..
      https://z.berkovich-zametki.com/y2022/nomer10/rivkin/

      1. Хеттура — третья жена Авраама, на которой он женился в старости, как описано в Библии в книге Бытие в главе жития Сарры: «И женился Авраам, и взял себе жену, и имя ей Хеттура» (Книга Бытие, глава 25, стих 1).
        Далее в главе книги Бытия упоминаются «сыновья наложниц, бывших с Авраамом». Согласно книге Паралипоменон А, глава 1, стихи Господу, Еноху, Авиде и Эльде; все они, сыновья Катуры». Итак, положение Хетуры было положением любовницы, а не полноправной жены.
        По словам мудрецов, есть мнение, что Катора — это Агарь, которая была ранее изгнана Авраамом, а теперь Авраам вернул бывшую жену. Агарь теперь была названа Катора как намек на ее добрые дела, что она завязала свой рот и не вышла замуж за другого человека. Это отождествление также появляется в переводе, приписываемом Йонатану. Другие мнения в мидраше не принимают отождествления.[1] Даже среди комментаторов Библии есть те, кто принял это отождествление, например, Раши[2], и есть те, кто его отверг, например, рабби Авраам ибн Эзра[3].
        По словам профессора Исайи Лейбовица, Авраам вернул Агарь — свою бывшую жену, имевшую преимущественное право в его семье и высланную против ее воли.

        1. О том, что не следует умножать число сущностей без необходимости, Мудрецы Талмуда знали задолго до Оккама. Но пошли ещё дальше! Всеми силами они стремились число сущностей, точнее, число персонажей ТАНАХа. Зачастую безымянный персонаж, появляющийся один раз, отождествляется с персонажем, про которого рассказано достаточно иного. Иногда Мудрецы позволяют себе ещё большую вольность: контаминируют (накладывают друг на друга) два названных по имени персонажа: центрального, подробно описанного, и эпизодического, упомянутого однократно и никак не прорисованного. В данном случае контаминация образов Агари и Кетуры выглядит очень неубедительно. Цель мудрецов вполне очевидна – сделать Авраама безгрешным, образцом всех добродетелей. Но Авраам, который дважды отсылает Агарь, чтобы потом отыскать её и вернуть на своё ложе под псевдонимом – это вообще не Танахический Авраам, это просто совсем другой человек, с другой судьбой, с другим характером.
          Что же касается Й. Лейбовича, то он просто пересказывает известный мидраш, не более того. Да и самом этом мидраше ничего не сказано о «преимущественном праве» Агарь. Констатируется сам факт возвращения, как пример праведности Авраама.
          Пересказав этот мидраш, Й. Лейбович добавляет от себя следующее: «это апологетическое толкование свидетельствует о том, как величайшие столпы веры раздумывали о деяниях праотцев, вдумывались в каждый их недостаток, и старались его исправить. И из этого нам важно понять: не следует идеализировать, то что произошло, нужно видеть всё, как оно есть, понимать, как оно есть, судить обо всём, как оно есть, и думать о том, как всё это можно исправить».
          Иными словами, и сам Й. Лейбович скептически подходит к попыткам Мудрецов переписать историю Авраам «набело», вместо этого вдуматься в тот образ Авраама, который прорисован в ТАНАХе, и сделать правильные выводы именно из этого образа.
          Ссылка на источник:
          http://www.leibowitz.co.il/ebook.asp?id=37

  3. Большое количество учёных терминов очень препятствует пониманию текста. Для научной статьи, может быть, это и хорошо, но не для «широкого круга» читателей.
    А понять хочется.

    1. Спасибо за ваш комментарий, Виктор!
      Постараюсь обязательно учесть ваши замечания..

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *