Лев Сидоровский: «УВЫ, МНЕ — ВОСЕМЬДЕСЯТ ВОСЕМЬ…»

 1,000 total views (from 2022/01/01),  5 views today

Прежде, работая в «Смене»,  я уже завоевал немало ленинградских, всесоюзных и — единственный в редакции — четыре международных журналистских премий. Также единственный в редакции получил звание Заслуженного работника культуры РСФСР. И теперь, в  2005-м, Международный астрономический союз присвоил моё имя малой планете Солнечной системы      № 11792: «За инициативы по реабилитации исторической правды и созданию новых культурных традиций».

«УВЫ, МНЕ — ВОСЕМЬДЕСЯТ ВОСЕМЬ…»
Невесёлые раздумья в день рождения

Лев Сидоровский

СЕГОДНЯ у меня сочинилось:

«Итак, мне восемьдесят восемь…
Схожу тихонечко с ума –
Ведь это, братцы, уж не осень,
А настоящая зима…

Хоть и не чтим высокий стиль мы,
Но всё ж скажу, что был я смел:
Писал статьи, варганил фильмы,
«Свою» планету заимел…

И хоть с утра я полон муки,
Ведь прёт такая дребедень,
Но всё же третий год в Фейсбуке
Мой новый очерк — каждый день.

Да, на туннели жизнь богата,
Но свет в конце необходим.
Однако мы схлестнулись с НАТО –
И ведь не факт, что победим…

У Бога милости не просим –
Чтоб был нам Рай хоть в шалаше.
Увы, мне — восемьдесят восемь,
И очень тошно на душе…»

Да, тошно. Потому что, мысленно оглядывая все двадцать восемь лет, миновавших после празднования того моего 60-летия в петербургском Доме журналиста, о котором только что поведал в Фейсбуке (««ВАЛЬС-ЧЕЧЁТКА» В ДОМЖУРЕ, или КОФЕВАРКА — В СЧЁТ ПОСЛЕДНЕЙ ЗАРПЛАТЫ»), сейчас отчётливо понимаю, что ничего существенного за эти годы не добился. И хотя в заключение того вечера опрометчиво спел: «Не стану я пенсионером на всю оставшуюся жизнь…», потом формально оказался им сразу, ибо после «Смены» никогда больше в штате какой-либо другой редакции не состоял, журналистскую зарплату не получал. Только — гонорары: в «Комсомолке», «Аргументах и фактах», дайджесте «24 часа», других изданиях.  Попытался  создавать новые газеты для разных фирм — «…И т.д.», «О’кей!», «Госпожу Удачу», но все земной путь завершали быстро. Дабы обеспечить себе более-менее независимое существование и, в частности, заиметь нам с Таней возможность увидеть Париж, Рим, Вену и другие столь же замечательные места (а заодно — снять там фильмы), сочинил ОТ ИМЕНИ некоторых весьма состоятельных заказчиков несколько прозаических книг и одну поэтическую. (Что, кстати, позволило издать и три собственных). В общем, некоторые из тех моих «авторов» с той поры официально числятся «писателями» и «поэтами»…
Прежде, работая в «Смене»,  я уже завоевал немало ленинградских, всесоюзных и — единственный в редакции — четыре международных журналистских премий. Также единственный в редакции получил звание Заслуженного работника культуры РСФСР. И теперь, в  2005-м, Международный астрономический союз присвоил моё имя малой планете Солнечной системы      № 11792: «За инициативы по реабилитации исторической правды и созданию новых культурных традиций».
И когда в 2006-м получил от редактора «Невского времени» приглашение к постоянному нештатному сотрудничеству, поставил единственное условие:  только — при полной гарантии нормальной доброжелательной обстановки. Он пообещал. Что ж, поначалу так и было. За семь лет я опубликовал там больше семисот очерков, кроме которых порой на газетной полосе появлялись и согревающие душу отклики от моих благодарных читателей. Дважды заслужил Диплом Правительства Санкт-Петербурга, один — Фонда поддержки и развития СМИ. Но постепенно этот мой, простите, успех коллег стал всё больше раздражать, снова начались разные гадости, что  вынудило меня  редакцию покинуть. С того дня живу лишь на пенсию…
Только-только остался без «своей» газеты, как случилась другая весьма болезненная утрата. В Большой Драматический театр, который с «золотых» его времён ощущал для себя вторым домом (не только о тех людях писал, но и постоянно сочинял там весёлые «капустники», одновременно в них выступал),  главным назначили  человека в потной, никогда и нигде не снимаемой бейсболке, который, по моему глубокому убеждению, Искусству Товстоногова абсолютно чужд. В общем, бывший Храм превратился в балаган — и с той поры я туда ни ногой.
Полностью переключился на съёмку видеофильмов (сегодня вместе с Таней завершил по счёту уже пятьдесят восьмой, под названием «Есть на Фонтанке дом зелёный…»; девятнадцать из них можно посмотреть в Ютубе), но беда с позвоночником этому занятию с каждым годом мешала всё больше. И теперь, кажется, наступил финал…
В общем, единственное, что мне ныне остаётся, так это продолжать начатую в марте 2020-го ежедневную публикацию своих текстов в Фейсбуке. Конечно,  ваши многочисленные добрые отклики меня морально очень поддерживают.  Однако угнетает вот что: из всех многочисленных  родственников  читатель (как и зритель) у меня — один-единственный: в Иркутске родной брат Шурик (ему уже восемьдесят, возглавляет Совет ветеранов Иркутского университета, но с далёкой детской поры продолжаю называть братишку именно так). А вот его жене, дочке, двум внучкам мои творения почему-то совершенно не нужны. Ну и, за небольшим исключением, —  всем двоюродным братьям и сёстрам (и в том же Иркутске, и в Израиле, и в Америке).  Всё, что пишу или для киноэкрана снимаю,  им — абсолютно ни к чему. Пробовал отправлять туда свои книги, фильмы, в ответ —  молчание. Впрочем, за все годы от них (опять-таки, за одним исключением)  вообще  — ни письма, ни звонка. Наши интересы ни в чём не совпадают — кстати, именно поэтому я когда-то сбежал из родительского дома и вообще от родни…
А совсем недавно, в прошедшем сентябре, выиграв место в магистратуре ФИНЭКа, с ангарского берега на невский прибыла Шурикина внучка, значит, моя  внучатая племянница. Пришла в гости. Внешне — славная, умненькая, двадцать два года, очень практичная, целеустремлённая, эмоции  (если таковые   есть) спрятаны глубоко, дома лихо водит машину любой марки, от смартфона не оторвать. Услышав, что прежде, чем построить кооперативную квартиру, я пятнадцать лет снимал в Ленинграде разные «углы» и комнаты в коммуналках, где на восемь семей —  одна, на кухне, раковина с холодной водой и общая уборная, подивилась: «Да разве такое  возможно?» Поскольку обо мне  ничегошеньки не знает, ни одной моей строчки  не читала, посоветовал гостье завести Фейсбук: вдруг что-нибудь на моей странице покажется важным? Однако услышал категорическое: «Нет». И это меня поразило: сотням совершенно вроде бы  посторонних людей, из самых разных городов и стран, ежедневное общение со мной (по их заверениям) необходимо, а молоденькой родственнице — нет. Она — выше этого и в моих текстах не нуждается.
А ведь, откровенно говоря, прежде мелькнула мысль: не завещать ли юной  племяннице нашу с Таней квартиру — вместе с хорошей библиотекой (где немало книг с дарственными автографами авторов), с моим архивом (где, кроме рукописей, — сотни, тысячи порой уникальных фотокадров, диски с фильмами)? Но после подобного непоколебимого «нет» вынужден был посетительнице в дальнейших визитах отказать…
Да, очень горько оттого, что, когда меня и Тани не станет,  эти книги, рукописи, снимки (порой — уникальные), фотоплёнки, фильмы и прочее окажутся на помойке. Ведь передать это некому, а сил на то, чтобы всё упорядочить, атрибутировать  для сдачи в архив, нет.
Год назад я с отчаяния (из-за покалеченного позвоночника пользоваться машиной «с низкой посадкой» сложно) любимый «Жигуль» — заодно с благоустроенным, близким от моего жилья гаражом — первому встречному отдал за копейки.  Так что теперь по городу передвигаюсь только на такси. По той же причине,   ноги позволяют возле дома лишь самую коротенькую прогулку. Но выхожу крайне редко. Впрочем, и езжу-то в основном по врачам. А куда-либо «повеселее» — например,  в театр, или в концертный зал (кафе и рестораны не привлекали никогда), или просто в интересные «гости» — всё это уже давненько для меня исключено. Кстати, в театры теперь (за редчайшим исключением)  не приглашают, а раньше туда режиссёры и актёры буквально завлекали, потому что  был им «ой как нужен»…
И самое главное: с начала двухтысячных годов я обычно ещё осенью придумывал, какой фильм стану «за бугром» снимать в будущем мае. И потом к такому событию всю зиму напряжённо готовился. Это маячило впереди — как лучик света! И придавало силы! Но в 2020-м очередной, тщательно отрепетированный вояж, из-за ковида, сорвался. Потом — пандемия, закрытые границы, война на Украине, мой вконец прохудившийся позвоночник… В общем, больше планировать  нечего, лучик погас. Огромный мир скукожился до скромных размеров собственного жилища. И дачей  не обзавёлся, где можно было бы, например, организовать барбекю. А то ведь эту вкуснятину прямо  с мангала за всю свою длинную  жизнь попробовал лишь однажды — на даче у приятелей в подмосковном Шереметьеве, в новогоднюю — с 1974-го на 1975-й — ночь, под заснеженной елью. Больше такого момента  жизнь не подарила…
Да, теперь мои дни — один от другого — неотличимы. Телефон с мобильником порой молчат целыми неделями. И, кроме Тани, нет у меня на этой Земле  н и к о г о…
Вот почему нынче написалось:
«Увы, мне — восемьдесят восемь,
И очень тошно на душе…»






Print Friendly, PDF & Email

17 комментариев к «Лев Сидоровский: «УВЫ, МНЕ — ВОСЕМЬДЕСЯТ ВОСЕМЬ…»»

  1. Уважаемый Лев Исаевич!
    В эти дни исполняется 100 лет Архивной Службе СПб. В связи с этим председатель Архивного комитета города Петр Евгеньевич Ткаченко дал интервью корреспонденту газеты «Аргументы и факты. Петербург» Елене Данилевич (см. № 50 (1510)). Вот что г-н Ткаченко, в частности, сказал: «К сожалению, старшее поколение уходит, а молодым семейные фотоальбомы, стершиеся страницы дневников порой кажутся неуместными. Чтобы этого не произошло, наши специалисты готовы приехать, помочь все рассортировать и документы, имеющие значение , поместить на хранение».
    Адреса петербургской редакции: Невский пр., д. 72А, пом. 14-Н; e-mail: info@aif.spb.ru.
    Желаю удачи!

  2. … эти книги, рукописи, снимки (порой — уникальные), фотоплёнки, фильмы и прочее окажутся на помойке. Ведь передать это некому, а сил на то, чтобы всё упорядочить, атрибутировать для сдачи в архив, нет.
    ——————————
    Уважаемый Лев Исаевич!
    Государственный архив СПб принимает частные архивы людей. Можно обратиться по тел.417-54-65 к зам. директору Архива Марии Александровне Галгал. Думаю, что у нее по договору можно попросить для такого благородного дела помощника.

  3. Дорогой и уважаемый Лев!
    Всегда и с большим удовольствием читаю ваши воспоминания о прошлом, думая при этом не без белой зависти: «Как много вмещает прожитая достойно человеческая жизнь!» Действительно, прав был поэт:
    Служенье муз не терпит суеты,
    Прекрасное должно быть величаво!
    Но… годы проходят, это закон природы и закон жизни, им подвластно всё в этом мире, а потому
    . Увы, наш круг час от часу редеет:
    . Кто в гробе спит, кто дальный сиротеет…
    И всё-таки, несмотря ни на что, мне хочется закончить это своё обращение на оптимистической ноте, словами того же поэта из того же стихотворения:
    Пируйте же, пока ещё мы тут!

  4. А вот Онегин думал, глядя на больных в Кисловодске:

    ….зачем я пулей в грудь не ранен?
    Зачем не дряхлый я старик,
    Как этот бедный откупщик?
    Зачем как сельский зеседатель
    Я не лежу в параличе?
    Зачем не чувствую в плече
    Хоть ревмвтизма? Ах, создатель!
    Я молод, жизнь во мне крепка,
    Чего мне ждать? Тоска, тоска…

  5. Трогательно! И как я понял, автор живет в России? Вот это героизм! Ну что ж, долголетия Вам, уважаемый Лев!

  6. Поздравляю с впечатляющей датой. Сил Вам физических и духовных на долгие годы! И главное, в чём Ваше счастье:
    ТАНЯ! Все невзгоды, огорчения, несправедливости гасятся ГЛАВНОЙ в старости отрадой: быть вместе с родным человеком. Одиночество — худшее из старческих бед. Вы счастливый семьянин. Берегите Таню, не нагружайте её своим (судя по статье) пессимизмом и склонностью к депрессии.
    «И, кроме Тани, нет у меня на этой Земле н и к о г о…». Если есть Таня, то это предложение лишено смысла.
    P.S. Дельные и благородные предложения господина Левертова, по-моему, достойны внимания.

    1. «Одиночество — худшее из старческих бед.»

      Ну это как для кого — люди всё таки разные…

      На одиночество подсел,
      Свободных вечеров не счесть —
      Пусть дома у меня не все,
      Но мне хватает тех, кто есть…

      1. Zvi Ben-Dov: 28.11.2022 в 16:41
        «Одиночество — худшее из старческих бед.»

        Ну это как для кого — люди всё таки разные…

        На одиночество подсел,
        Свободных вечеров не счесть —
        Пусть дома у меня не все,
        Но мне хватает тех, кто есть…
        ******************************************
        Хобби бывает разное, как для кого. Стихосложение корректного содержания вполне приемлемо в обществе. Поэтического качества приведенного четверостишия не касаюсь — хобби, но его смысловая суть противоречива: если «хватает тех, кто есть» дома, то какое это одиночество? Какая-то бессмыслица. Конечно, в доме есть кровать, возможно, шкаф (даже многоуважаемый), не исключено — кошка или даже мышка… Не на такое ли одиночество подсел плодовитый автор, вдохновившись ссылкой на «старческое одиночество»?

        1. Вообще-то стишок старый. И… «дома у меня не все» имеет разные смыслы. 🙂
          Хобби тут ни при чём 🙂

  7. Грустное повествование, но…это жизнь и никуда от подобного не деться. Вероятно большинство дедушек согласятся с тем, что внуков мало интересуют их рассказы («преданья старины глубокой»). В любом случае оптимизма вам и здоровья.

    1. Эт-то точно.
      Ни одна из моих дочек до сих пор (за ~ три года) не прочитала «Рассказы отца от первого лица», а ведь это об их дедушке.
      Повод (я знаю, что надуманный — чтобы я отстал) — недостаточное владение русским, но на самом деле их просто всё это не интересует. 🙁

      Присоединяюсь в пожелании здоровья и оптимизма к «предыдущему оратору» 🙂

  8. Не грустите, пожалуйста, дорогой земляк!
    Жизнь не остановишь. Я полгода искал, кому бы бесплатно отдать пианино «Красного октября». Описал свои страдания здесь https://blogs.7iskusstv.com/?p=73532. А книги я отношу в библиотеки.
    С днем рождения Вас! Здоровья и оптимизма!

    1. Уважаемый Лев Исаевич!
      Позабыл дописать, что если Вам понадобится посильная мужская помощь, то я к Вашим услугам. Попросите, пожалуйста, у Редактора мой емейл и телефон.
      Кстати, может быть к Вам небольшое деловое предложение. Ничего интригующего, нормальная культурологическая инициатива петербуржцев. И это никак не связано с моим первым предложением.
      Всего доброго! Здоровья Вам! «Еще не все дорешено» (Машина времени).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *