Владимир Янкелевич: Вокруг Израиля, или Американская «смена вех»

 338 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Владимир Янкелевич

Вокруг Израиля, или
Американская «смена вех»

Strategic Forecasting Inc. (STRATFOR) — американская частная разведывательно-аналитическая компания. Barron’s Magazine в одной из своих статей назвал компанию «теневым ЦРУ»
Википедия

1. Переговоры с Президентом, приятным во всех отношениях

С 7 по 9 ноября в Женеве прошли переговоры по иранской ядерной программе. Вопрос важнейший, именно потому хотелось бы понять происходящее.

Позиция США, принимающих идею частичного сворачивания ядерной программы Ирана, вызвала сильную критику со стороны Израиля. Настолько сильную, что Джон Керри в интервью американским СМИ заявил: «Мы не слепые, и я не думаю, что мы тупые[i]. Я считаю, что мы занимаем достаточно твердую позицию в вопросе оценок того, действуем ли мы в интересах своей страны и мира».

Для подтверждения своих слов Керри сказал, что «в наших переговорах занимаются самые серьезные, способные и сведущие люди в нашем правительстве, которые всю жизнь имели дело, как с Ираном, так и с ядерным оружием, созданием ядерных вооружений и вопросами, связанным с его распространением». И далее: «Я думаю, что у нас есть достаточно сильное понимание, действуем ли мы в интересах нашей страны и земного шара, и особенно наших союзников, таких как Израиль, страны Персидского залива, а так же и других стран региона»[ii].

Но вот именно Израиль и страны Персидского залива оценивают ситуацию иначе. Но может быть, сильная вовлеченность в проблему, с которой связаны вопросы безопасности государств не дает им понять ситуацию, осознать, как она видится со стороны Потомака?

Нужно познакомиться с аналитическими материалами по теме, но вот какими? Российские, Иранские и Саудовские видимо из рассмотрения целесообразно исключить. Израильская позиция в этом вопросе понятна, но Израиль не участвует в переговорах. Наиболее перспективными для рассмотрения представляются материалы американской аналитической компании Stratfor, особенно, если материал написан самим Джорджем Фридманом, известным политологом, основателем и директором Stratfor.

На статье «Американо иранские переговоры: идеология и необходимость»[iii] Джорджа Фридмана, опубликованной в Stratfor 12 ноября, предлагается остановиться и рассмотреть ее подробнее, так как эта статья дает возможность как-то понять, если не принять, американские действия в регионе Ближнего Востока. Кроме того влиятельное аналитическое агентство своими статьями во многом формирует точку зрения англоязычного мира на современность и, в частности, на ситуацию на Ближнем Востоке.

2. Американо-иранские переговоры: идеология и необходимость

Фридман, отметил как позитивную тенденцию то, что переговоры закончились неудачей, тогда, как ранее они с неудачи начинались. Он задается тремя вопросами: почему шанс на урегулирование появился сейчас, как это урегулирование выглядят, и как оно повлияет на регион, если конечно произойдет.

В статье отмечается, что на первый взгляд противоречия между США и Ираном кажутся неразрешимыми, так как США по-прежнему «Большой Сатана», а Иран по-прежнему часть оси зла. Для доказательства, что неразрешимых противоречий нет, Фридман приводит исторический прецедент, как обоснование возможности преодоления серьезных межгосударственных проблем.

Прецедент

В 1970 году сложился своеобразный международный конфронтационный треугольник. Одна сторона, назовем ее «А», — противостояние СССР-США. Это понятно — холодная война в самом разгаре. Вторая сторона, назовем ее «B», — противостояние СССР-Китай, где совсем недавно завершился военный инцидент на реке Уссури в районе острова Даманский. А третья сторона, назовем ее «С», — противостояние США-Китай, интересы которых пересеклись во Вьетнаме, где из китайского оружия убивали американских солдат. В это время Мао открыто заявлял, что коммунисты должны приветствовать ядерную войну, а не бояться. Приходилось учитывать так же экстремизм и жестокость «Культурной революции». Ситуация казалась непреодолимой.

По мысли Фридмана США смогли обыграть то факт, что противостояние по любой стороне этого треугольника не имело однозначного результата, и для гарантированной победы каждая сторона была заинтересована с еще одной. То есть Китай-США против СССР, или Китай СССР против США, или СССР и США против Китая.

США сделали ход. В июле и октябре 1971 года состоялись поездки Г. Киссинджера в КНР, предварившие визит президента Никсона. Ничего экстраординарного от этих визитов не произошло, но СССР пришлось задуматься.

Борис Тененбаум:

«Это известное геометрическое рассуждение Киссинджера, но он на этом не остановился и выдвинул положение, согласно которому «… треугольник имеет тенденцию к сжатию…»

В самом деле — поскольку все три стороны — A.B.C — понимают, как выгодно занять положение посередине, все они норовят улучшить отношения с обоими своими партнерами. Отсюда, кстати, и знаменитый детант…

А поскольку нечто очень похожее когда-то говорил Меттерних — только он имел дело не с треугольником (СССР, США, Китай), а с пятиугольником (Австрия, Пруссия, Англия, Франция, Россия) — а темой докторской диссертации Киссинджера был как раз Меттерних — то вопрос о причинах Первой Мировой войны можно рассматривать с точки зрения этого «геометрического» представления.

К 1914 «пятиугольник Меттерниха» выродился в конфронтацию двух военных союзов: Антанты и германских держав центра Европы. Отсюда и неизбежное столкновение — балансиров не осталось».

Рассуждения Фридмана, как в смысле прецедента, как такового, так и по отношению к современному Ирану вызывают определенные сомнения.

Сомнение первое: Карибский кризис. Он был разрешен мирным путем без третьей стороны. Нужно учесть и то, что во время кризиса, в 1962 году, США многократно превосходили СССР по стратегическим и ядерным вооружениям.

File:US and USSR nuclear stockpiles.svg
Количество ядерных боеголовок СССР-США[iv]
Сомнение второе: реальные боевые возможности без учета ядерных стратегических сил. В 1979 году Китай начал военные действия против Вьетнама, ТОФ получил приказ Москвы вывести корабли на границу Китай-Вьетнам и поиграть мускулами. Это был 1979 год, деньги для армии не ограничивались. Итог боевого развертывания ТОФ оказался таким, что Командующего и Начальника штаба флота сняли.

Борис Тененбаум:

«…в Италии времен Муссолини — и выяснил, что режим отдавал все свои силы созданию иллюзии могущества. Из 8500 самолетов летало не больше 10% — но во всех отчетах значилось именно восемь с половиной тысяч, и иностранные военные атташе были вынуждены считаться с этой цифрой».

Сомнение третье: Противостояние СССР-Китай могло привести к пограничным конфликтам, но вот большая война в этом противостоянии маловероятна. Китай не Чечня и не Грузия, ресурсами для подобной войны не располагали ни Китай, ни СССР.

Эти сомнения можно продолжать, но даже приведенные данные заставляют сомневаться в концепции Фридмана. В противостоянии СССР — Китай никакой нет проблемы, схожей с иранской. Оно, как было, так и осталась конфронтацией, изменения произошли не из-за создания «треугольника». Вопрос, кто сильнее в противостоянии СССР-Китай не ставился, все было сосредоточено на пограничном конфликте, в котором ни Китай не мог себе ставить «больших целей», ни СССР. Китайцы даже в мечтах не представляли себе войну по гитлеровскому типу. Речь шла об одном острове. Вполне вероятно, что пограничные инциденты нужны были Мао лишь для внутренних целей и, в силу этого, не требовала поиска союзника.

Применимость этого прецедента для осмысления сегодняшних взаимоотношений с Ираном сомнительна.

Ответственная власть

Самым удивительным в рассматриваемой статье являются то, что Фридман утверждает, что не нужно так уж прямолинейно воспринимать их угрожающие заявления. Он, в частности, пишет: «Глядя на Иран, самое главное, следует отметить разницу между риторикой и действиями. Если послушать иранских правительственных чиновников в прошлом (при Ахмадинежаде — примечание мое), то можно подумать, что они готовили глобальный апокалипсис. По правде говоря, иранская внешняя политика была чрезвычайно умеренной. Не было ни одной крупной войны, в том числе с Ираком в 1980-х годах, начатой Ираном».

Такой комментарий возможен при условии, что тебе ничто не угрожает, например, если ты живешь в Остине, штат Техас, а не на Ближнем Востоке, где в миролюбивость и ответственность Ирана не верится даже профессиональным поборникам мира.

Новые стратегические интересы

Фридман пишет об политических изменениях в Иране. Якобы Иран признал свою политику в Сирии и Ираке провалом, результатом которой явился лишь всплеск активности суннитских боевиков против шиитов, и наконец осознал, что его ядерная программа нанесла стране серьезный ущерб из-за режима санкций.

Утверждение, по меньшей мере, странное. Что происходит в Ираке сказать трудно из-за отсутствия объективной информации, а в Сирии иранцы, как минимум, не проиграли, успешно спасают очень нужный им в региональном плане режим Асада. Санкции же действуют с 1979 года. Неужели для осознания влияния санкций необходимо 34 года?

Но на этом странности не заканчиваются. Фридман пишет, что «агентство Stratfor уже давно утверждало, что иранская ядерная программа это, в первую очередь, разменная монета, предназначенная для обмена на гарантии своей безопасности и признание статуса Ирана, как региональной державы. Ядерная программа должна была демонстрировать угрозу, но не угрожать реально». Доказательством этого тезиса Фридман считает, что Иран в течение многих лет был, как говорили различные источники, «всего за несколько месяцев» от ядерного оружия, но так и не создал его.

То есть общеизвестное противодействие иранской ядерной программе, от взрывов на заводах, до внезапных «эпидемиях с летальным исходом» среди иранских ядерщиков, как бы ни при чем. Страна, обладающая колоссальными запасами энергоносителей создает ядерную программу как бы для своих мирных энергетических нужд… И вообще, необходимо спокойно реагировать на наращивание не только ядерных, но и программ создания тяжелых ракет, способных поразить любую цель на территории Европы, и верить, что это нужно для мирных спутников… Завод в Фордо, реактор в Араке и прочие прелести — просто ребятам нужно дать гарантии безопасности, а так они не всерьез. Молодец! Ловко пишет. А если сложить ядерную программу и создание межконтинентальных ракет-носителей, то не получится подготовка к войне?

И еще это: «Неудачи во внешней политике и последующий экономический кризис дискредитировали политику бывшего президента Махмуда Ахмадинежада, изменилось мышление верховного лидера, и, в конечном итоге, это и привело к победе на выборах президента Хасана Рухани».

Вот такое откровение — на свободных демократических выборах в связи с изменением мышления Рахбара победил…

Путает господин Фридман западный парламентаризм и восточный. Главой государства является аятолла Хаменеи. Это о нем пишет Фридман, что «изменилось мышление верховного лидера», но как-то не обременяет себя доказательствами. Единственный факт — избрание нового президента, якобы реформатора.

«А потому будем называть даму, к которой приехала гостья, так, как она называлась почти единогласно в городе N, именно дамою приятною во всех отношениях. Это название она приобрела законным образом, ибо, точно, ничего не пожалела, чтобы сделаться любезной в последней степени, хотя, конечно, сквозь любезность прокрадывалась, ух, какая юркая прыть женского характера! и хотя подчас в каждом приятном слове ее торчала ух какая булавка…»
Н.В. Гоголь

В его руках аятоллы Хаменеи сосредоточена вся власть, и, самое главное, ему подчинены силовики и разведка. В его ведении и внешняя политика. А что Рухани? А ничего — он, в компьютерной терминологии, обеспечивает комфортный интерфейс, что, конечно же, тоже важно.

PhD Рухани не «человек ниоткуда». В шахские времена он на время покинул Иран и за границей продолжил агитационную работу среди иранских студентов. В Париже присоединился к аятолле Хомейни, и, когда вернулся на родину, вошел в его ближний круг. Как человек, близкий к Хомейни, он не остался в стороне от дел — был членом Совета экспертов с 1999 года[v], членом Совета целесообразности с 1991[vi], членом Высшего совета национальной безопасности с 1989, главой Центра стратегических исследований, аналитическом и консультативном органе при аятолле Хаменеи, с 1992 года. На посту председателя Высшего совета национальной безопасности вёл переговоры об иранской ядерной программе с европейскими государствами, и, как установлено МАГАТЭ, спокойно и с улыбкой врал. То есть он «кровь от крови и плоть от плоти» иранского режима, а отличает его от Ахмадинежада лишь знание языков и способность говорить то, что от него хотят услышать уставшие от конфронтации западные лидеры.

Да и причастность Рухани к теракту в Буэнос-Айресе, когда при взрыве у Аргентинского еврейского культурного центра в Буэнос-Айресе в июле 1994 года погибло 85 человек, Ираном не опровергнута. Просто считать его голубем мира приятнее. По обвинению в причастности к теракту в международный розыск был объявлен тогдашний министр обороны Ирана Ахмад Вахиди, но теракт был санкционирован Высшим советом национальной безопасности Ирана в августе 1993 года, который возглавлял Рухани.

Но вот по Фридману получается, что он «в течение многих лет переживал за стабильность режима и якобы критиковал политику Ахмадинежада. Он знал, что Иран должен пересмотреть свою внешнюю политику». Как говорится «Такую личную неприязнь я испитываю к … Ахмадинежаду…, даже кушать не могу».

 «Не дай вам бог жить в эпоху перемен»
Конфуций

Но видимо «время перемен» в США все же наступило, по крайней мере, так утверждает Фридман. Он пишет, что в 2000-е США боролись с суннитскими радикалами путем прямого применения силы в Афганистане и Ираке, но тем самым руками американских военных лишь таскали каштаны из огня для других заинтересованных стран.

Примером новой стратегии Фридман считает позицию США в Сирии, в которой не поддерживается ни одна из сторон, где предпочтение отдается балансу сил.

С этим утверждением Фридмана можно согласиться. В свое время, уничтожив режим Саддама Хусейна, США тем самым усилили Иран, убрав их очень опасного противника. Убрали одного негодяя, предполагая, что воздух станет чище, но, как оказалось, просто заменили его другим.

В таком «балансовом» подходе и видится Фридману новая стратегия. Возможно, это и ново, но очень уж напоминает «Стратегию управляемого хаоса». Как бы то ни было, это для США альтернатива прямому военному вмешательству.

Фридман пишет об изменении отношений США с Саудовской Аравией. Раньше отношения строились на нефтяных интересах, которых сегодня, по крайней мере для США, уже нет. А вот политика Саудитов, жестко борющихся с суннитскими радикалами в своей стране и поддерживающих их же в Сирии и Ираке просто больше не соответствует американским интересам.

Резонно, а что соответствует?

Фридман пишет, что США серьезно обеспокоены суннитским радикализмом, но они не единственная такая страна. Не менее, чем США, такую же озабоченность джихадистами проявляет и Иран.

Ну что же, можно сказать спасибо Фридману, разъяснил. Получается, что для того, чтобы уравновесить суннитские амбиции нужно сближаться с Ираном, а тут какой-то Израиль под ногами путается, мешает в большой игре, за выживание видите ли беспокоится.

В общем, подводя итог стратегическим интересам, Фридман отмечает, что стратегия стимулирования восстаний уже не работает, стратегия широкомасштабного вмешательство тоже оказалась провальной. Идея удара по Ирану, на взгляд Фридмана, неприемлема. Он, в частности, пишет: «Даже если Администрация США согласилась бы с Израилем и согласилась, что ядерная программа предназначена для производства ядерного оружия, не было уверенности, что программа может быть уничтожена с воздуха». То есть Администрация США не уверена в характере ядерной программы Ирана, а все заявления американских руководителей — так для порядка. А если и принять версию Израиля, то непонятно, кто даст гарантии результата удара с воздуха. И следует в такой системе мышления вполне ожидаемый вывод: поскольку США не могут полагаться на Саудовскую Аравию из-за различия региональных интересов, а на Израиль — из-за того, что он не может решить иранскую проблему в одиночку, то «нужно искать больше вариантов…» и пересматривать взаимоотношения с Ираном.

Все варианты возможны

 «у нас нет ни вечных союзников, ни постоянных врагов, но постоянны и вечны наши интересы…»
премьер-министр лорд Пальмерстон королеве Виктории.

Трудно представить себе эволюцию взаимоотношений Ирана и США, учитывая 34 летнюю историю взаимоотношений. «Но отношения между нациями строятся не на настроении, а на интересах».

Это не ново, Фридман и администрация Обамы здесь не первооткрыватели — об этом еще лорд Пальмерстон говорил. Проблема в осознании этих интересов, и это одно уравнение огромным количеством неизвестных… Аргументы господина Фридмана, к сожалению, вызывают большое сомнение в способности к такому осмыслению.

Вот что пишет Фридман: «Если Рузвельт смог объединиться со Сталиным, а Никсон с Мао, то ясно, что все возможно во внешней политике США». То, что во внешней политике США все возможно, это сомнений не вызывает, еще Черчилль говорил: «Вы всегда можете рассчитывать, что американцы найдут правильное решениепосле того, как перепробуют все остальные», история об объединении Рузвельта со Сталиным и Никсона с Мао — это просто шедевр словесной эквилибристики.

Ну и как видится послепереговорный мир? Очень просто: «Каждая сторона (США и Иран) будет использовать другую в свою пользу. Иранцы будут использовать США для восстановления своей экономики, и американцы будут использовать Иран для создания баланс сил с суннитскими государствами». То есть Иран будет нагнетать напряженность в регионе, благодаря чему Саудиты не уменьшат амбиции, а США смогут приступить к «стрижке купонов». В качестве одного из таких купонов Фридман называет возможность для американских компаний инвестировать в Иран, где будет большая потребность в финансовых ресурсах для восстановления экономики. Ну и Иран «усилится против собственных врагов». Интересно, против кого бы это?

Интересна и чрезвычайно неубедительна и следующее утверждение: «Баланс сил — это идея, не означающая разрыва с Саудовской Аравией и Израилем. Баланс сил будет действовать, только если США поддерживает тесные отношения со всеми сторонами в регионе. Саудовцам и израильтянам не понравится этот американский баланс, но у них нет выбора. Они могут утешаться тем, что строго проиранская политика для Соединенных Штатов невозможна». Ну и совсем загадочное утверждение, что, так как США — великая держава, то Иран получит выгоды от сотрудничества, но управлять отношениями будут США.

3. Краткое резюме

Мы знаем — Один плюс Один будет Два,
Пока не решат, что Три или Пять…
Редьярд Киплинг, «Костры», перевод В. Блаженнова

Новая стратегия США в изложении Stratfor выглядит так. США уменьшают взаимодействие с Саудитами и с Израилем, и начинают определенную поддержку Ирана, для того, чтобы сбалансировать силовое соотношение в регионе Ближнего Востока. Поскольку ни одна сторона противостояния не будет иметь решающего перевеса, то все станут сильно заинтересованы (читай — зависимы) в США, а США буду «управлять отношениями», следя за тем, чтобы ни одна сторона не усиливалась.

Получаются этакие политические шахматы, где за белых и черных играет один игрок — США. Только вот одна маленькая деталь — на политической доске не шахматные фигуры, а государства, имеющие свои собственные взгляды на ситуацию, свои интересы. Думать за восточных диктаторов или аятолл неблагодарное занятие, у них своя логика, иная, чем у Запада, иные цели и взгляды.

Думать за Израиль можно попытаться, так как страна Западной культуры, но только до тех пор, пока Израиль не начинает считать, что на кону его безопасность. Так что можно просчитаться и здесь и сделать неверный ход.

Достаточно понятно, что убрать одного диктатора, а на его место получить еще худшего — неумное занятие, но идея, что «управлять отношениями будут США», абсолютно утопическая. Это прекрасная мечта Госдепартамента, не более того, да еще и не учитывающего еще одного игрока — Россию.

В Иране тот же одиозный режим, абсолютно не изменившей своей сути, кто был у власти, те и остались, да и цели остались прежние. Теократический режим Ирана не может изменить своей сути, определяемой ясно сформулированными задачами шиитского ислама, и до своей трансформации в результате внутренних причин не будет партнером Запада. Но Иран страна Востока, хорошо усвоившая «Правила восточного базара»[vii]. Более реальным представляется сценарий, когда в ответ на «балансовые» действия США с собственным понимание «баланса интересов» в ядерную гонку вооружений включится ССАГПЗ, благо денег у арабов пока хватает. Чем тогда будут управлять США?

Один из «вождей и учителей» говорил, что «Идея становится материальной силой, когда она овладевает массами». В странах Востока всегда хватало экзальтированных проводников идей и пророков, а сегодня, когда наступило время «твиттера», их возможности усилились многократно. Поэтому, не обращая внимание на «шахматистов», исламские радикальные идеологи вполне в состоянии вбить в головы населения идеи, которые овладеют массами к удивлению аналитиков Стратфора и стратегов из Госдепартамента, и тогда 9/11 может показаться детской игрой.

Борис Тененбаум:

«В Госдепартаменте вообще есть две точки зрения на Ближний Восток: согласно первой, Израиль для США есть обуза, которая мешает установлению более дружелюбных отношений с мусульманскими странами, и что опираться надо на них. Согласно другой точке зрения, опора на страну вроде Египта опасна, потому что эта «трость» сломается и вонзится тебе же в руку. Примеры — Иран после свержения шаха, Иран после свержения Моссадыка, и так далее. А Израиль — надежный оплот».

США были и остаются важнейшим израильским партнером. Будем надеяться, что в Госдепартаменте возобладает вторая (по Б. Тененбауму) точка зрения.


[i] «We are not blind, and I don’t think we’re stupid»

[v] Совет экспертов избирает Высшего руководителя и имеет право сместить его с должности в любое время (хотя такого прецедента ещё не было)

[vi] Совет целесообразности разрешает спорные вопросы, возникающие между Меджлисом и Советом стражей исламской революции.

Print Friendly, PDF & Email

19 комментариев к «Владимир Янкелевич: Вокруг Израиля, или Американская «смена вех»»

  1. Моше Крейдерману: Действительно — правильно не Моссадык и не Мосаддык, а нечто похожее на Мосадде́г. На марке, выпущенной к его столетнему юбилею в Иране (а они, вероятно знают, кто он на самом деле) Написано: «MOHAMMAD MOSSADDEG»

    Выпускающему редактору — спасибо.

  2. Уважаемые господа.
    Автор и написавшие 18 комментариев.
    Видевшие вот это: «Примеры — Иран после свержения шаха, Ирак после свержения Моссадыка…».
    Поиск в Сети не дал Иракского правителя по имени Моссадык.
    Известно утверждение: как человек пишет — так и думает он. Небрежность — как клякса на галстуке.
    Очень Вас прошу: читайте, пожалуйста, внимательно и требовательно свои тексты.
    С прежним уважением,
    М.Крейдерман

    Выпускающий редактор: спасибо, господин Крейдерман за замеченную описку. Исправлено.

  3. Сэму и Игорю. Ю

    Я прошу извинить, что отвечаю обоим сразу.
    1. Фридман вряд ли работает “по заказу”, но пытается показать, что существуют определенные исторические прецеденты, на которые можно сослаться и которые, вероятно, обсуждаются в Администрации в пользу отказа от войны.
    —————————————————————-
    В лейтенантские времена на рапорте по моему поводу Ком Тоф написал: «Разобраться и строго наказать». Меня с тех пор интересует, если известно, что нужно наказать, то зачем разбираться, а если разбираться, то возможно нужно поощрить. Это так – воспоминание, навеянное процитированной фразой. Если идет обсуждение «в пользу…», то это не обсуждение, а имитация. Кроме того, прецеденты Фридмана вызывают недоумение. Разве союз во время Второй мировой со Сталиным – прецедент для понимания отношений с Ираном?

    2. Администрация же явно заявила, что этот регион волнует ее все меньше. Или, по-другому – другие регионы волнуют Администрацию все больше.
    —————————————————————-
    Возможно, что именно это Администрация и заявила, но, во-первых, у Фридмана этого нет, а во-вторых «факты на местности» не подтверждают отсутствия интереса к региону.

    3. Значит надо соблюсти лицо при выходе из региона, относительном выходе, конечно.
    —————————————————————-
    Выставив требования, не добившись их выполнения, снять санкции и при этом сохранить лицо невозможно. Это не тренинг по толерантности. Это Восток. Не добился, но отступил – проиграл безвозвратно.
    Я думаю, что израильский профессор Моше Шарон достаточно известен. Я позволю себе привести несколько цитат:
    «Их терминология совершенно не похожа на общепринятую, характерную для европейцев. В арабском языке много нюансов. Чтобы правильно понять смысл арабской фразы, надо учитывать контекст, внимательно следить за интонациями. Не все, что вы слышите, следует воспринимать буквально. Большинство ведущих израильских политиков, совершенно невежественны в трактовке мировоззрения наших врагов, и, тем более — мировоззрения палестинцев».
    И далее: «Если не понимать основы культурного мира мусульман, не понимать, чем их мир отличается от нашего, подобная идея вызывает, как минимум, недоумение». «Ситуация в мире настоятельно требует контактов с «неверными». Под нажимом «неверных» приходится брать на себя какие-то обязательства. Европейцы ожидают реального мира, но то, что им предлагают арабы — разменная монета, не рассчитанная на долгое хождение».
    Американские политики невежественны в понимании Востока несравненно больше израильтян. Я уверен, что Фридман, как Лоуренс, не поехал а Аравию изучать мир арабов. А вот Бреннан провел в Саудовской Аравии много лет. Правда в Израиле считают, что после двух лет на одном месте возможно обрастание личными связями и потеря объективности…. Так что есть сомнения.
    А вот по Керри сомнений нет. Потому, что он не скрывает, что его дочь Ванесса вышла замуж за американца иранского происхождения Бероуза Нахеда, семья которого имеет обширные связи с Тегераном. В официальном заявлении он сказал: «Я горжусь тем, что в моей собственной семье появился иранец, и благодарен молодым за то, что они сделали мою жизнь богаче». Чем гордится, мне так и не удалось понять.

    Вот эта счастливая семья
    4. Хотя бы потому, что (как я тебе писал) кнут не сработал. Вернее, никто толком не знает, насколько он сработал. И мелкая ошибка в оценке действия кнута может оказаться слишком роковой.
    —————————————————————-
    Таким образом у тебя получается – применили кнут, ты считаешь, что итоги не выяснили, потому нужно переключиться на пряник.

    5. как тогда интерпретировать отношения с Пакистаном?
    —————————————————————-
    Как неоднозначные. Кстати, хорошо поддается ответу на «КАК?» — давление на Мушарафа, введение якобы демократии. Сейчас Мушараф сам не рад, что не продавал Америку оптом и в розницу.

    6. Можно ли договориться с Ираном хотя бы на время, имея в виду, например, договора США-Израиля с Иорданией и Египтом?
    —————————————————————-
    Иордания и Египет были с грохотом разбиты в войне. А Иран – пока победитель. Если его победить, то можно, но пока победа за ним.

    7. Ваш покровительственный тон в отношении американского аналитика.
    —————————————————————-
    Его не было, просто я писал что думаю

    8. война СССР с Китаем ещё как рассматривалась как вполне вероятная.
    —————————————————————-
    Я оказался не в состоянии придумать для такой войны цель. Сможете придумать – сообщите мне, только цель реально достижимую. А вот под шум о внешней угрозе удобно решать внутриполитические проблемы. Это более вероятно

  4. \\\»…США были и остаются важнейшим израильским партнером. Будем надеяться, что в Госдепартаменте возобладает вторая (по Б. Тененбауму) точка зрения…@
    =======================
    До очередных президентских выборов ничего не изменится.
    Не стало бы хуже (Керри!).

  5. Володя, ты прав. В моем отзыве гораздо больше в продолжение нашей старой дискуссии, чем отзыв на конкретную статью. Но, на мой взгляд, и в изгибе внешней политики США и в статье Фридмана ГЛАВНАЯ тема, о которой сейчас не говорят вслух, и которой весьма завуалировано коснулся Фридман, это вопрос третьей войны в мусульманском регионе. Фридман вряд ли работает «по заказу», но пытается показать, что существуют определенные исторические прецеденты, на которые можно сослаться и которые, вероятно, обсуждаются в Администрации в пользу отказа от войны. Как видятся Фридману и как видятся они тебе — ясно, что по-разному. Ты видишь проблему Израиля и проблему региона, Администрация же явно заявила, что этот регион волнует ее все меньше. Или, по-другому — другие регионы волнуют Администрацию все больше. Денег и солдат на всех не хватает, надо утверждать новые приоритеты. Израиль и Иран не попадают в новые приоритеты. Значит надо соблюсти лицо при выходе из региона, относительном выходе, конечно. Для этого можно сослаться на все, что угодно и использовать все, что угодно. Фридман, как я вижу, пытается обосновать возможность — и возможность только! — использования пряника в отношениях с Ираном. Хотя бы потому, что (как я тебе писал) кнут не сработал. Вернее, никто толком не знает, насколько он сработал. И мелкая ошибка в оценке действия кнута может оказаться слишком роковой. И на оценку эту, опять таки, все смотрят по-разному, тебя включая. Поэтому, даже если в твоей статье нет ничего о войне с Ираном, но это напрямую подразумевается в качестве главной темы. Воевать или не воевать: если воевать, то кому и как? Кнут или пряник: в каких пропорциях и кем? Основываться ли на старых принципах Киссинджера или с мусульманами они не работают: как тогда интерпретировать отношения с Пакистаном? Можно ли договориться с Ираном хотя бы на время, имея в виду, например, договора США-Израиля с Иорданией и Египтом? В последних случаях, вроде, как оказалось, можно. Что же до сравнения с шахматной доской, то у США всегда остается в руках метод О. Бендера. Как и любой другой, как в известной песне В. Высоцкого. Фридман пишет, что факт того, что США и Иран сели за доску первый раз за черт знает сколько лет, уже говорит о изменении мышления США и Ирана. Кстати, Иран ведь понимает, что он ОБЯЗАН где-то уступить. Увидим скоро — где.
    Как ты понимаешь, я не очень высокого мнения об уме и умении нынешней Администрации, но другой у нас пока нет.

    1. Кремлевский Мечтатель — Игорю

      >Или, по-другому – другие регионы волнуют Администрацию все больше. Денег и солдат на всех не хватает, надо утверждать новые приоритеты. Израиль и Иран не попадают в новые приоритеты. Значит надо соблюсти лицо при выходе из региона, относительном выходе, конечно.

      Во первых это не подтверждается историей — Обама начал свою внешнеполитическую каденцию с Каирской речи, где обратился к мусульманам вообще и к арабам в частности. Далее он проявил инициативу во время арабской весны призвав Мибарака уйти, участвовал в свержении Каддафи тоже посильно помогая распространению арабовесенних настроений,
      угрожал ударить по Сирии и ударил бы кабы настрой в стране был бы другой. Когда страна хочет уйти из региона она постепенно сокращает своё присутствие и активность избегая резких движений, Обама не следует этой схеме. Его уход из Ирака и Афганистана в будущем году выполнение предвыборных обещаний его избирателям к тому же эти действия полностью соответсвуют идеологии группы, которую он представляет.
      Да собственно какие регионы интересуют администрацию. Восточная Европа не интересует — строительство противоракетных станций в Польше и Чехии забыто. Латинская Америка давно уже плывет сама по себе, еще со времен Буша старшего.
      Африка южнее Сахары — пока в военном отношении не предмет соперничества. Китай нынешняя администрация пытается по возможности не раздражать и даже заставила его приструнить обнаглевшую Северную Корею. Так что не понятно о каких еще регионах вы говорите.

  6. Анализ интересный. Три вещи мне видятся из статьи: 1. Stratfor и Фридман — недостаточно авторитетный источник.
    2. Борьба идет за звание великой державы Ближнего Востока и мусульманского мира между Турцией и Ираном. США здесь ни при чем, они по-дурацки убрали Ирак как конкурент, и Сауд. Аравия уже от США отворачивается. В этой борьбе обладание ядерным оружием является ключевым для престижа, столь ценимого на Востоке, так что Иран выиграет.
    Все эти треугольники — игра типа «если бы я был такой умный, как…» В 1981 г., т.е. за 10 лет до событий, Киссинджер не предвидел молниеносного распада советской системы. А кто предвидел? Начальник лагеря говорил Щаранскому в 1984: «Ну, где ваш Амальрик? Его давно нет, а мы всё ещё здесь!» Ничего нет страшнее для Израиля, чем бомба в руках Ирана.

  7. Мне, Владимир, в ирано-израильском противостоянии наиболее заметны две линии, по которым и проходит раздел между израильскими правыми и дево-умеренными политиками и политологами: первая-бить. Вторая-бить, но не в одиночку. Даже с таким странным союзником, как Саудовская Аравия. Два мои племянника-израильтянина думают по разному-в том или другом ключе. Можно ли бить в одиночку? Вопрос на засыпку. Слишком много непредсказуемых факторов…

  8. Уважаемый Владимир!
    На мой взгляд Вы написали очень интересную статью. Единственно, что резануло, это Ваш покровительственный тон в отношении американского аналитика. Но на вкус и на цвет… Кстати это тот самый Фридман, что пишет в Нью Йорк Таймс?
    Хотя Вы действительно этого слова не использовали, но ведь все мы привыкли читать между строк и скорее всего прав в своём замечании Игорь говоря, что главная цель США сегодня – избежать 3-ей подряд «малой войны» в нашем регионе. Американцы не хотят воевать. А мы?
    И ещё одно замечание. Вам, конечно, виднее, но по-моему война СССР с Китаем ещё как рассматривалась как вполне вероятная. Не зря ведь БАМ начали строить подальше от границы. И если Вы вспомните знаменитую книгу Амальрика «Просуществует ли СССР до 1984 г» то там причиной гибели СССР назван именно Китай.
    В своё время Никсон и Киссинджер провели блестящую работу, установив связь с Китаем. И читал, что выгнанный когда то с позором Никсон теперь рассматривается как очень успешный Президент.
    И последнее.
    Был уверен, что Ваша статья вызовёт массу откликов. Но вместо этого бестселером является копипаст и копирайт одного из коллег. Воистину, бытиё определяет сознание.

  9. Игорь Юдович
    19 Ноябрь 2013 at 7:53 | Permalink
    ————————————————
    Игорь, я написал достаточно большую статью, где война с Ираном вообще-то не упоминается ни разу.
    Мне же вот что интересно — на твой взгляд, Стратфор пишет отсебятину или знает, что пишет? Как ты думаешь? А если знает, то перечитай, пожалуйста, еще раз «Краткое резюме». Если найдешь там войну с Ираном, срочно мне сообщи. ОК?

  10. Элла
    19 Ноябрь 2013 at 7:55 | Permalink
    ———————————————————-
    Мне кажется, в Америке в результате определенного внутреннего развития сильно нарушена работа инстинкта самосохранения. Остальное – понятно
    ===================================
    Я думаю, что США иранская бомба угрожает в отдаленной перспективе, при уже другой администрации. Кроме того, я противник выражений «в Америке». Разве новая политика — результат консолидированного американского мнения?

    1. Консолидированное мнение при демократии вообще бывает редко, но тенденция, по-моему, вот именно туда.

    1. Как раз сейчас пытаюсь… но получается не короткое и времени потребует тоже.

  11. Сворачивая режим санкций современная американская администрация буквально выталкивает Израиль бомбить Иран ибо совершенно очевидно, что Иран будет продолжать делать бомбу и может быть даже более интенсивнее.

  12. Мне кажется, в Америке в результате определенного внутреннего развития сильно нарушена работа инстинкта самосохранения. Остальное — понятно.

  13. Володя, повторю еще раз: верят или не верят американцы в лице Администрации в «добрую волю» иранских товарищей — особого значения не имеет. Они сделают ВСЕ возможное, честное и бесчестное, чтобы не начать третью войну в регионе. В этом смысле Израиль их волнует только в том смысле, чтобы он в одиночку не отбомбился в Иране. То есть, Администрация США сейчас однозначно решает один главный вопрос — как бы не начать войну в Иране, и один второстепенный — как бы Израиль не начал войну в Иране. Ибо тогда США никуда не денутся и поддержат Израиль. Все остальное, включая статью Фридмана со всеми его сравнениями и аналогиями, не имеет значения. Это — фон. Может быть, через какое-то время окажется, что сравнение с американо-китайскими отношениями было правильной аналогией, может быть, покажется дуростью. Только будущее покажет. Но США влезать в еще одну войну не хочет, не будет и очень обидится на Израиль, если все же будет вынуждена. Уверен, в этом случае достанется американским евреям и еврейскому лобби на всю катушку. И от прессы, и от Администрации, которая умело спихнет все на «израильские интересы», и от самой американской публики. Только живя в США можно ощутить, насколько две предыдущие неудачные войны всех тут достали. Включая армию.

    1. Фридман пишет, что факт того, что США и Иран сели за доску первый раз за черт знает сколько лет, уже говорит о изменении мышления США и Ирана. Кстати, Иран ведь понимает, что он ОБЯЗАН где-то уступить. Увидим скоро — где.
      Игорь, а какой у Ирана стимул уступать? Разве что снять санкции? Так они это получат только за обещание не делать того, что они обязательно сделают. Обман — главное оружие их политики.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *