Кстати, рядом с Дженкинсом можно построить целую группу композиторов 20-21 века, которые пишут «простую и понятную» музыку, но как правило на какие-то глобальные темы, как скажем экология, климат, войны, геноцид, Бог, вселенная, жизнь, человечество и многое другое… Тексты которые используют эти композиторы — это Библия, Евангелие, Тора, Коран, греческая мифология, философия времен Майя, Конфуций, Будда и многие другие…
ДВА СОВСЕМ РАЗНЫХ КОНЦЕРТА — В ОДНОМ ЗАЛЕ
Недавно мы с Ирой два дня подряд ходили на концерты в Карнеги-Холл.
*
И это были два совершенно разных концерта…
Более того, было впечатление, что мы находились в разных вселенных.
Хотя всë на первый взгляд выглядело одинаково: зал, сцена, на сцене оркестр, на подиуме дирижер.
Но на этом сходство кончалось… Дальше начинались расхождения.
Причем глобальные, тотальные и даже повальные.
Эти два концерта были антиподами или антитезами, диаметральными противоположностями. Причем это был не тот случай, когда противоположности притягиваются друг к другу, как плюс и минус, как мужчина и женщина, или как сказал поэт:
…Они сошлись. Волна и камень,
Стихи и проза, лед и пламень…
Нет, нет, они совсем не сходились.
Наоборот, они сильно отделились друг от друга… между ними практически не было ничего общего.
Похожи были только внешние атрибуты.
А сущности были совсем разные.
Но начнем по порядку.
ПЕРВЫЙ ВЕЧЕР
Вечер 20 января был вечером музыки Сэра Карла Дженкинса, английского композитора, который родился в Уэллсе, в 1944 году…
Перечислять его награды слишком долго, его звания займут целую страницу, список его сочинений займет несколько страниц.
Многие источники утверждают, что Дженкинс — один из самых популярных в мире композиторов, что его музыка звучит по всему миру, что у него огромное количество фанов-поклонников, которые считают его гением, и посещают все исполнения его музыки по всему миру (ну что-то вроде безумных «вагнеристов» или «битломанов»).
Кстати, рядом с Дженкинсом можно построить целую группу композиторов 20-21 века, которые пишут «простую и понятную» музыку, но как правило на какие-то глобальные темы, как скажем экология, климат, войны, геноцид, Бог, вселенная, жизнь, человечество и многое другое… Тексты которые используют эти композиторы — это Библия, Евангелие, Тора, Коран, греческая мифология, философия времен Майя, Конфуций, Будда и многие другие…
Как правило, мало кто разбирается в этих непростых текстах, и тем более в их глубоких (или высоких) соотношениях. Однако любой простой обыватель с удовольствием послушает, как композитор Дженкинс переложил на музыку священные тексты Ислама, Индуизма или Таоизма….
А музыка — простая, примитивная, мелодии несложные, оркестровка стандартная, форма банальная… главное, публике нравится!
Правда, публика в этот раз в Карнеги-холл была необычная. Что-то было другое, это была не та публика, которая ходит на музыку Брамса или Рахманинова, не та, которая слушает прекрасных пианистов или скрипачей, которые стоят в очереди, чтобы попасть на концерт Берлинских или Венских Филармоников…
Нет, это были другие люди… Немного они напоминали сектантов, которые идут молиться в особые церкви, носят особые одежды, узнают друг друга по каким-то жестам…
Конечно, я немного фантазирую. Может быть, это были вполне нормальные и достойные люди, исправные налогоплательщики, те, которые непременно делают recycling мусора, вносят деньги в благотворительные фонды, и вывешивают флаги на праздники.
И приходят в концертные залы, где играют Дженкинса, чтобы еще раз убедиться — мы живем правильно, как жили наши бабушки и дедушки, и как учили в школе…
Кстати, музыка Дженкинса за последние годы не раз звучала в России, и публика всегда его тепло принимала. Опять же — это не была академическая публика, это были обычные обыватели, люди, которым важно присоединиться к высокой музыке и к великим текстам…Уходят они всегда довольные, приобщенные и вознесенные.
***
Что же прозвучало в нынешнем концерте в Карнеги холле?
Было исполнено 2 произведения Карла Дженкинса.
Одно называется “Gloria”, написано это в 2010 году, в основном на библейские тексты, а также на тексты на санскрите, на китайском, на японском, и на арабском языках, все тексты взяты из разных священных книг. Интересно, что перед каждым музыкальным номером на сцену выходил человек, одетый в специальные этнические одежды (китайские, арабские, индийские и пр.). Человек выходил ненадолго, произносил несколько фраз, и исчезал…
Я не очень разбираюсь в этих одеждах, и конечно ничего не понимаю на санскрите.
Но понимать и не нужно… текст этих речей есть на английском языке в программке, и глядя в текст, вы все поймете… (надо отдать должное, все слушатели добросовестно открывали программки, и прилежно следили за смыслами…)
А смысл был такой:
На санскрите: как маленькая капля росы или как пузырь, плывущий по течению…нам видно все существующее…
На иврите: Молитесь богу, хвалите бога за силу его власти.
По китайски: Путь который вы можете описать словами — это не вечный путь…
По арабски: Хвала богу, властителю мира…
Это я сделал подстрочный перевод… Возможно в оригинале он звучит лучше. Но тут главное — откуда взят этот текст.
А взят он из священных книг.
Понятное дело, перед этим текстом преклоняются миллиарды людей на земле, и будут преклоняться еще долгие годы.
Так почему же не прикоснуться, не примкнуть к великим текстам? К тем текстам, которые уже использовали тысячи композиторов во всех странах мира…
А музыка — да какая разница? Слова-то священные… А музыка мягко стелется, так легко проникает к нам в голову… Ведь поет огромный хор, и играет огромный оркестр, и все это происходит в огромном зале, одном из лучших залов планеты…
Ну как тут не порадоваться, не помолиться, не причаститься? Причем неважно, к какой религии вы принадлежите.
Да хоть бы и ни к какой… Все равно, так приятны эти переходы от одной музыки к следующей, от одного божества к другому?
И люди насладились этой «Глорией».
*
А во втором отделении прозвучало более ни менее новое произведение Дженкинса. Называется оно «Один Мир» или «Единый Мир» (“One World”).
Это еще более громоздкое произведение, в нем тоже много текстов на разных языках, взятых из примерно тех же источников: Библии, Kорана, много слов из санскрита, японского языка (о сакуре), латыни. Но на этот раз много английских стихов, в том числе поэтессы Фрэнсис Хэйпер, и известного поэты Перси Биш Шелли, того самого, чья жена написала «Франкенштейна»…
Однако главная доза стихотворных текстов здесь принадлежит мадам Кэрол Баррат (как вы правильно догадались, это жена нашего уважаемого сэра Карла). Она не только поэт, но и композиторка (кажется, в данном случае уместно употребить это диковатое слово), и явно именно она управляет всем творческим конгломератом мистера Дженнингса.
Об этом произведении скажу кратко: все написано в той же цветовой и звуковой гамме, как и все другие произведения этого автора. Великие и довольно заурядные тексты положены на довольно примитивную и банальную музыку, хор поет громко, и часто хлопает в ладоши, призывая к этому зал (к счастью, это не Советский Союз, где коллективное хлопанье является любимой забавой аудитории.)
Лучшие и самые знойные места в музыке — это то соло скрипки, то соло виолончели, а также их парное соло. Две солистки дамы (не буду их называть) тяжело дыша, брали высокие ноты. В одном месте пафос достиг кульминации, это был номер под названием «Похороните меня в свободной стране» где повторялось не только “Black Life Matters” но и “George Floyd Matters”, что вызвало оживление в зале… Музыка была по-прежнему бесцветная и невыразительная, хотя дирижер Джонатан Гриффитс вкладывал все свои пантомимические возможности в исполнителей, густо заполнивших всю сцену…
Нет, большой овации в конце не было… Слишком многое было спето и сыграно, слишком многое было перемешано в этой безумной политической и экологической музыкальной поэме…
Никаких бисов, и никаких лишних звуков… Композитор вышел поклониться и быстро ретировался. Публика мгновенно исчезла в холодных нью-йоркских улицах. (В этот вечер было аж минус 6 по Цельсию, по понятиям Нью-Йорка — дикий холод.)
Честно скажу: я впервые слушал музыку этого композитора «живьем» … Слышал в записи, видел на Youtube. Всегда удивлялся бедности музыкального языка, примитивным мелодиям и гармониям, однообразной оркестровке. Особенно поражало «величие замысла». Именно в том ироническом смысле, о котором говорил Бродский …
Во всяком случае, здесь явное противоречие: гигантское величие замысла и полная творческая беспомощность…
Бесспорно, в имя Дженкинса вложена огромная энергия, много денег, гигантская ПИАР-Компания, которая всегда необходима для больших коммерчески успешных творцов.
И очень мало людей понимают, что это все — липа. Что это даже сравнить невозможно с такими современными композиторами, как Филип Гласс, Джон Адамс, Томас Адес, с такими гигантами как Бриттен или Шостакович.
А ведь есть множество композиторов, у которых вообще нет имени… Это все создатели музыки для обоев. Так называемая background music или elevator music (музыка для лифта)… Иногда это называется ambient music или atmospheric music. Ее все больше делают компьютеры без участия человека… Все больше музыки создается при помощи Artificial Intellect.
И людям нравится…
Но искусство исчезает. А вслед за ним и человечество.
***
ВТОРОЙ ВЕЧЕР.
Но нет. Не так все просто.
На следующий день мы были опять в Карнеги-холл.
И все повернулось совсем в другую сторону.
21 января в Нью-Йорк приехал прославленный Чикагский оркестр. Главный дирижер этого оркестра — легендарный Рикардо Мути. Ему 84 года, он в прекрасной физической форме, и назначен главным дирижером этого оркестра до конца жизни (Music Director Emeritus for Life).
Chicago Symphony Orchestra
Riccardo Muti, Conductor
Concert at Carnegie Hall
(©Todd Rosenberg 2025)
И он действительно великий дирижер… Я несколько раз был на его концертах в Европе (с Венскими Филармониками), но ни разу не слышал Чикагский симфонический оркестр «живьем» под руководством Мути.
Уже в 2026 году его сменит молодой финский дирижер Клаус Мякела. Так что те, кто его слышал в этот раз — тому повезло.
Конечно, Чикагский Оркестр — один из лучших в мире. Глупо расставлять оркестры по номерам, и выставлять отметки. Но тем не менее есть некая Ivy league (как Университеты) и Чикагский оркестр безусловно в первой тройке (или пятерке).
Особенно когда за пультом стоит Маэстро.
Я напишу об этом концерте очень кратко. Потому что глупо писать все время: «великолепно», «чудесно» «прекрасно», «фантастично» и прочие синонимы, имеющиеся в русском языке.
Это был редкий концерт, на котором все до единого — от музыкантов-оркестрантов до слушателей на галёрке получали редкостное удовольствие. Оркестр был в ударе, а больше всех наслаждался музыкой сам Маэстро Мути.
Программа была простая, и состояла из нескольких оркестровых сочинений.
Увертюра к опере «Норма». Композитор Винченцо Беллини.
«4 времени года» из оперы «Сицилийская вечерня». Композитор Джузеппе Верди.
Симфония номер 4. Композитор Петр Ильич Чайковский.
Вот и все.
Chicago Symphony Orchestra
Riccardo Muti, Conductor
Concert at Carnegie Hall
(©Todd Rosenberg 2025)
И это было божественно… Оркестр играл мягко и тонко, а где надо взрывался на Фортиссимо.
Солиста не было — и не надо! Хотя в подобных программах почти всегда есть солист — пианист, скрипач или виолончелист. А оркестр выступает в качестве аккомпаниатора.
Но зачем это маэстро Мути? Он сам и есть солист, он сам ведет оркестр, и оркестр играет по мановению его палочки, его рук — а в некоторые моменты Маэстро просто смотрел на оркестр и очевидно глазами показывал, как и когда надо играть…
Да. Это был высокий класс! Таких дирижеров на земле уже почти не осталось.
Ну, еще дирижирует Зубин Мета (ему в будущем году 90). Уже почти не дирижирует, но еще в добром здравии Герберт Бломштедт, ему уже 97.
Ну конечно, придет новое поколение, уже десятки юных талантов ждут своей очереди…
Chicago Symphony Orchestra
Riccardo Muti, Conductor
Concert at Carnegie Hall
(©Todd Rosenberg 2025)
Но такого как Рикардо Мути больше нет, и, наверное, не будет. Он корифей дирижерского искусства, уникальный мастер, великий Маэстро.
P.S. А на бис Маэстро неожиданно взял микрофон, и рассказал историю о композиторе Джузеппе Мартуччи, малоизвестным даже в Италии, и совсем неизвестным за пределами Италии. История комическая, и трагическая одновременно. (Я не буду ее пересказывать. Мне удалось заснять этот эпизод. Видео внизу). И потом оркестр сыграл прелестный «Ноктюрн» Марчетти.
Счастливые слушатели пошли домой. У многих на глазах были слезы…
***
Я написал маленький парафраз на стихи Бориса Пастернака:
Великому дирижеру Риккардо Мути
Хотите в музыке дойти до самой сути?
Пойдите в зал, на тот концерт, где будет Мути.
Он в музыку себя вложил — и это чудо!
Черты фольварков, рощ, могил — в его прелюдах.
Он вмиг достигнет торжества. Игра и мука —
И палочка его — как тетива тугого лука!
Примечание
Фото Тодд Розенберг (Мути) и Дэн Райт (Дженкинс).
Карл Дженкинс, One World, политическое, по заказу, произведение. Идеология в музыке.
https://www.youtube.com/watch?v=4ZG3ublh6zY
Здесь можно послушать музыку Ноктюрна Джузеппе Мартучи в исполнении оркестра театра Ла Скала под управлением любимого Р.Мути.
https://www.youtube.com/watch?v=Z5i-kgwmGMg
Начал читать статью, фамилия композитора сразу насторожила. Где-то я ее уже слышал. Карл Дженкинс (Karl Jenkins). Взглянул на фото усатого дяди — сильно постаревшее, но вроде бы знакомое лицо. Зашёл на сайт всезнающей Википедии и … вот оно — известный саксофонист и клавишник замечательной Кентерберийской джаз-рок группы 70-ых Soft Machine. Поднимаю глаза на полки со своей коллекцией компактов, вытаскиваю Soft Machine Seven (1973г.) и двойной сборник Tales of Taliesin, композиции с нескольких альбомов 1975-1981г., просматриваю фотографии во вкладках — он самый — сидит у синтеза, молодой, хипповатый, те же роскошные усы, модные солнцезащитные очки и длинные до плеч волосы.
Интересная джазовая (фьюжн) группа была. В 70-ые, когда этот стиль музыки был на подьеме, а на американской и мировой джаз-роковой сцене царствовали Майлз Дэвис, Weather Report с гениальными Джо Цавинулом, Джако Пасториусом и Уэйном Шортером, Mahavishnu Orchestra с Джоном Маклафлином, Return to Forever с Чиком Кория и Аль Ди Меола, Soft Machine был своебразным британским “ответом” американской джазовой гегемонии.
Зашел на ютуб чтобы послушать ту музыку, которую Сэр Карл Дженкинс сочиняет в своем новом пост-джазовом амплуа — композитора симфонической, вокальной и камерной музыки, о которой в статье поведал нам Александр Журбин. Такого Дженкинса я никогда не знал (после распада Soft Machine в начале 80-ых, я к ним редко возвращался, хотя дома, как уже отметил, несколько их альбомов по сей день храню). Стало любопытно. Увы, но послушав несколько его более известных сочинении (The Armed Man, Palladio, Adiemus…) могу сказать, что я полностью разделяю мнение автора статьи — музыка — «простая, примитивная, мелодии несложные, оркестровка стандартная, форма банальная». Своего оригинального совсем ничего, ноль — все открыто содрано и переигранно с давно известных и заезженных музыкальных мотивов-штампов давно минувших лет. Лица оркестрантов и дирижера во время исполнения совершенно постные (видно, что понимают с чем имеют дело, но контракт и гонорары обязывают). И вся эта приторно слащавая (с фальшивым драматизмом в нужных местах) музыкальная туфта замешана на дрожах липовой мультирелигиозной духовности а ля движения Нью Эйдж.
Summing up: Лучше бы вы, г-н Дженкинс, вернулись к тому, что когда-то давным давно хорошо делали — сочиняли и исполняли со своей замечательной группой Soft Machine хороший джаз-рок. Это было ваше и это вам удавалось хорошо. А нынче … никакой пиар и толпы поклонников раскрученного, но простоватого ремесленника не поставят вас рядом с Д.Шостаковичем, Джоном Адамсом, Арво Пяртом, Валентином Сильвестровым, Стивом Райхом, Кшиштофом Пендерецки, Мортоном Фельдманом, Джорджом Крамбом, Альфредом Шниттке … А на фоне превосходных Weather Report и Return to Forever ваша Soft Machine творчески (в своих лучших альбомах) и исполнительски выглядела весьма неплохо. Прохладным осенним вечером, после рабочего дня, с бокалом хорошего виски и горячим кофе в уютном баре, тягучие звуки вашего саксофона или органа — в самый раз.
Так это всё о сегодня, о Штатах, а давайте о вчера и о Европе.
Из фейсбука:
Катя Иванова
Как-то раз Бетховен решил умереть.
Но не умер.
Вернее, — умер, конечно. Через тридцать лет.
Сейчас бы ему сказали — слушай, ну это не дело. Давай сходи к психотерапевту.
Но, во-первых, тогда с психотерапевтами была напряжёнка, а во-вторых, даже если бы он и пошёл, психотерапевт сразу бы спросил — какие у Вас, Людвиг, отношения с родителями? А отношения с родителями у Людвига были так себе — мама у него умерла, а папа все детство делал из него вундеркинда — с папой Моцарта соревновался.
Это была изначально провальная затея — Моцарт был умница и солнышко, гастролировал и улыбался. Он был совсем другого формата ребенок. А Бетховен был хмурый и лохматый, и на папу огрызался. А папа его бил.
Короче, психотерапевт бы наверное просто разбогател на этом деле.
Но психотерапевта у Бетховена не было.
Поэтому, как человек европейский и культурный, он решил написать завещание — нельзя ж умирать без завещания.
И как это часто бывает — когда он изложил свои проблемы в письменном виде, ему как-то полегчало.
Ситуация у Бетховена была, прямо скажем, не айс.
Шестой год он боролся с глухотой, старался не падать духом, но как тут не падать? Он лечился — и все мимо. Скрывал — его принимали за сумасшедшего.
На личном фронте тоже была засада — Джульетта (да, ее звали Джульетта) — ушла, причём так пакостно ушла, как не все и умеют.
‘‘Я люблю тебя, ты гений, но ты уже признан, я нужнее другому…‘‘
Что надо с такой барышней сделать? Правильно, надо ей посвятить Лунную сонату.
Издатели и друзья будто сговорились — что-то, Вы, Людвиг, непонятно писать стали. Слушать трудно, публика скучает. То ли дело раньше. И денег платить стали меньше.
Бетховен как раз находился на переходе к своему зрелому творчеству. Но это уже сейчас, через двести лет, все знают. А Бетховен тогда был не в курсе, что он на переходе, а просто грустно ему было и тревожно, почему его вдруг перестали понимать.
И вот он сидел — одинокий, глухой, непонятый и без денег.
А умирать всё-таки передумал.
И как хорошо, что он передумал, правда?
Послушайте семнадцатую сонату — вот как раз на ней он и передумал.
Если бы Бетховен не передумал, мы б остались без Авроры. И без Аппассионаты. И без трёх последних сонат. И без Хаммерклавира.
Хотя кого я обманываю — Хаммерклавир мне не жалко 😂
Лист и Черни остались бы без Учителя.
Евросоюз — без гимна.
Половина струнников — без работы.
И миллионы бы не обнимались.
И никто бы так и не узнал, как судьба стучится в дверь.
Ужас, да?
Поэтому мы теперь можем радоваться с утра до вечера.
Что Бетховен всё-таки передумал.
Кто радуется вместе со мной?
✍️Maria Pustovit
«А музыка — простая, примитивная, мелодии несложные, оркестровка стандартная, форма банальная… главное, публике нравится!»
——————————————
Как раз вчера у Швыдого обсуждалась эта проблема: о том, что современная музыка непонятна неподготовленному слушателю. Решили: надо слушать. Когда слух у тебя станет «наслушан», начнешь понимать.
Композитору Журбину не понравилась музыка Дженкинса. Очень может быть: исполняемый и востребованный. Хотелось бы для равновесия увидеть рецензию Дженинса на сочинения Журбина, в том же Карнеги.
Мне кажется, у мастера получиласб реплика не только о музыке, но и вообще о современном и вневременном состоянии — и достоянии — человечества. Браво!
Написано, безусловно хорошо, но писать о музыке без музыкальных примеров…
Повторюсь:
https://club.berkovich-zametki.com/?p=86494#comment-190855
Комментарии открыты.