Чувствуя приближение к окончанию концерта, некоторые кавалеры начали подниматься, пытаясь занять место у выхода перед броском к вешалкам. И вот звучит последний аккорд, раскрываются двери… и в этот момент вновь раскрывается занавес, появляется Леонид Осипович.
ТЕАТРАЛЬНЫЕ ЗАРИСОВКИ
Вилли Токарев. Концерт в Одессе
Летом 1989 года начинавшийся в Измаиле туристический маршрут по Югу России, сорвался из-за выброса в Дунай каких-то вредных химических веществ, и нашу группу из Минска и Бреста, в которой оказался я с шурином Гришей, переправили в Каролино-Бугаз, красивое место с ровным песчаным пляжем в полутора часах езды до Одессы. Однажды, приехав в город, увидел многочисленные афиши, сообщавшие о предстоящем выступлении Вилли Токарева во Дворце Спорта. От прохожих, охотно делившихся информацией, узнал, что певца, последние годы выступавшего в ресторане «Одесса» на Брайтоне, пригласил бывший одессит, продюсер Виктор Шульман. Вечером в кемпинге предложил организатору культмассовых мероприятий организовать поездку на концерт, заверив, что желающих будет значительно больше, чем мест в автобусе. Так и случилось. Направляясь к Дворцу спорта мы не удивились большому числу встречавших нас «охотников» за лишним билетом…
Перед началом концерта на сцену вышел молодой человек и попросил выключить видео и звукозаписывающую аппаратуру, так как право на запись продано, и после окончания гастролей в продажу поступят видеофильм и кассеты. Затем, внимательно осмотрев зал, сообщил, что в нем присутствует Зиновий Герд. Увидев поднявшегося с приставного стула в центре Зяму, так его называли одесситы, раздался гром аплодисментов… Тут же, не дав им смолкнуть, появился Вилли Токарев с руководителем оркестра Анатолием Кролом. Многотысячный зал «взревел» и до окончания не затихал. Когда уже в конце вспотевший Вилли, спросил публику, чтобы она ещё хотела услышать, дружно закричали: «Мурку, Мурку!» После концерта, на пути к месту сбора видел, как недавние зрители, расталкивая друг друга штурмовали подъезжавшие автобусы. Из раскрытого окна одного из них, мужчина, высунувшийся по пояс и размахивая шляпой, крикнул оставшейся на тротуаре.
— Мадам, вы не обиделись?
— Ну, что вы, прозвучал ответ: «Мы же в Одессе».
Утром на прилавках и витринах киосков, расположенных на пути от кемпинга к пляжу, громко звучали песни и бойко шла торговля кассетами с записью прошедшего накануне концерта.
В 2014 году я с женой присутствовал на юбилейном концерте Вилли Токарева в Нью-Йорке, и снова у него был ошеломительный успех.
Здесь небольшое интервью В. Токарева в Нью-Йорке. https://www.youtube.com/watch?v=zBo41k-ICms
Тогда же на Молдаванке были выпущены памятные юбилейные «Дюкаты».
Олег Митяев
Музыкальную жизнь в кемпинге продолжил Олег Митяев. Его портрет неожиданно появился у входа в столовую, но вскоре исчез. Потом появился новый и тоже исчез… Так повторялось несколько раз… Причина оказалась простой — поклонницы срывали для того, чтобы получить автограф.
После ужина, возле открытой эстрады, обратил внимание, что многие женщины пришли со свернутыми одеялами. К чему это? Вспомнил, как отдыхая на одной из турбаз, увидел, как товарищ по комнате, вернулся поздно ночью с двумя одеялами. “Понимаете, — пояснил он — пригласила дама прогуляться за территорию. — Возьми с собой на всякий случай пару одеял.” Появление Олега с гитарой, знакомая улыбка и несколько первых аккордов песни “Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались» встретили с восторгом. Такой приём вызвал у него желание петь долго, однако через несколько дополнительно исполненных песен, сопровождавший его организатор подошёл и тихо прошептал: — “Хватит, заканчивай, опаздываем на электричку в Одессу». Несмотря на это, вдохновлённый Олег продолжал петь, закончив только после третьего или четвёртого напоминания. Успел Олег и раздать автографы своим многочисленным поклонницам.
А что же с одеялами? Ими накрывались, спасаясь от вечерней прохлады и комаров.
Леонид Утесов в Минске
Поздней осенью 1979 известие о приезде Леонида Утёсова в Минск, достаточно избалованном знаменитостями, вызвало в городе настоящий билетный ажиотаж. Городские кассы мгновенно опустели, и только в Доме офицеров, где должен был состояться концерт, на оставленную «бронь» участникам войны, стали приходить ветераны, которых сопровождали дети и внуки…
Погода в это время не баловала, и многие женщины уже ходили в осенне-зимней обуви, которую переодевали на более лёгкие туфли у стойки гардероба.
В переполненном зале сидели в проходах и между рядами. Поднимается занавес и со сцены зазвучали знакомые песни, каждую из которых зал встречал оглушительными аплодисментами. Но всё хорошее, и даже очень, непременно заканчивается…. Чувствуя приближение к окончанию концерта, некоторые кавалеры начали подниматься, пытаясь занять место у выхода перед броском к вешалкам. И вот звучит последний аккорд, раскрываются двери… и в этот момент вновь раскрывается занавес, появляется Леонид Осипович. Расплываясь в широкой улыбке, громко объявляет: «Начинаем третье отделение…» Очень люблю смотреть, как бегут за тапочками…» Скопившиеся у дверей начинают возвращаться, но после 2-х песен Утёсов снова широко улыбнувшись, сообщил: концерт окончен. Шутка удалась.
Л. Утёсов. У Чёрного моря https://www.youtube.com/watch?v=iIzjCEB0Nu8
Герман Орлов
Герман Орлов, в 60-е годы прошлого столетия был любимцем ленинградцев. Билеты в Театр эстрады на его выступления достать (популярное слово, заменявшее — купить) было не возможно, и если бы не папина сестра Роза с её связями в музыкальном мире города, мы вряд ли смогли побывать на его концерте. .
И вот я, тогда ещё школьник, с мамой и папой сидим в переполненном зале. Раздвигается занавес, выходит Герман Орлов, останавливается на краю сцены и внимательно всматривается в зал. Потом подходит к столику с телефоном и снимает трубку:
— Где ты, сестричка? Почему не вижу? Ты что не пришла? После его слов, в ответ раздался женский голос…
— А что я здесь не видела? Я тебя дома каждый день вижу. Вот если бы пришёл Леонид Утесов?
— Так он здесь, — громко объявил Герман. Леонид Осипович, пожалуйста…
Зал замер и как только заиграл оркестр и прозвучали любимые слова: «Как много девушек хороших», создалось впечатление, что на сцене присутствует Леонид Осипович. А когда он опустил микрофон и прозвучал последний аккорд, загипнотизированный зал ещё некоторое время оставался под впечатлением от услышанного…
После концерта, выходя с покупками из Елисеевского магазина, мы увидели толпу стоявших у дверей театра поклонниц (фанаток), и вдруг одна из них увидев, как он старается незаметно выйти через запасную боковую дверь, крикнула: «Выходит…» и вся группа бросилась к нему…
htp://kkre-37.narod.ru/orlov/nrt.mp3
http://kkre-37.narod.ru/orlov/vsm.mp3
Александр Мерлин
Александра Мерлина, молодого задорного исполнителя собственных музыкальных фельетонов, песен в наш военный городок, расположенный в 18-20 километрах от города Невеля и вблизи железнодорожной станции Опухлики, в то время Великолукской, а теперь Псковской области, пригласила отдыхавшая у нас летом в средине 1950-х папина сестра, преподаватель игры на фортепиано в Ленинградском Дворце пионеров. Узнав в одной из поездок на базар, организуемых в выходные для семей офицеров, что он с ансамблем приезжает в Невель, она, сама организатор левых гастролей, не могла не предложить возможность выступить своим коллегам. После этого, первого, в следующие два-три года они снова заезжали к нам, и каждый раз их концерты для жителей городка и соседних деревень, которым разрешали в этот день пройти через охраняемые ворота, превращались в праздники.
Объявленное время концерта обычно задерживалось… Зрители в Невеле аплодисментами старались подольше удержать артистов, случалось, что и машина в дороге ломалась… А в клуб приходили рано, чтобы занять место, поговорить, обменяться анекдотами.
Но как только поступал сигнал о приближении, быстро все рассаживались, и Александр с двумя-тремя музыкантами, среди которых был саксофонист и гитарист, тут же взбежав на сцену, нескольким движениями лихо растянув меха и пробежав по клавишам своего “Вельтмайстера” (Weltmeister), начинал с весёлых песен, пародий и музыкальных фельетонов.
Я не помню, чтобы в такие вечера звучало что-то патриотическое, и даже не могу вспомнить, пользовались ли они микрофоном с усилителем, не говоря о различных корректорах, широко применяемых сегодня и выдавая при этом звук за «живой». Запомнился фельетон, каждый куплет которого заканчивался словами: — «Разве у вас не бывает (или — не бывало) в жизни подобных минут.» В нём говорилось обо всём: про мошенников, изменяющих мужьях или женах, чиновниках-бюрократах, погоде… Играли и джаз, добавляя для прикрытия слово «симфо». Представление заканчивалось куплетами словами прощания: «Нас ждет дорога, нас ждет вагон». Их зал подпевал с радостью и грустью.
Позднее встречал фамилию А. Мерлина на рекламных афишах А. Райкина и других ленинградских исполнителей.
Два слова в Заключение. Александр Мерлин родился в июне 1925 г. в белорусском городе Быхове на Днепре, ветеран ВОВ с медалями «За оборону Ленинграда», «За победу над Японией», «За победу над Германией». Но, как он говорит, лучше бы их не было. Из Википедии узнал, что живёт в Мюнхене.
Живём мы в той стране, что встала Не полем брани победила —
из пепла в свой недобрый час. Дань в этом ей не отдадим.
Она войну нам проиграла, А победила нас не силой
но всё же… победила нас. а покаянием своим!
Песня о Мюнхене: https://www.youtube.com/watch?v=9CQNvgI7KC8
Мы любого врага победим
Август 1970. О том, что на Юге началась эпидемия холеры мы с женой знали, но решили поездку не отменять, тем более, что Толя Фриндлянд, с которым работал на «Горизонте», ждал в Одессе отпускные, которые не успел получить. Утром в день вылета, когда жена Нелла вернулась из парикмахерской с великолепной прической, я сообщил ей, что по радио передали о том, что рейсы в Одессу отменены, а имеющие билеты могут их сдать или поменять. Она предложила, и мы решили полететь в Ленинград к жившей там моей тёте Розе и побродить по музеям и театрам. В один из дней, гуляя по Невскому проспекту, наше внимание привлекла милая женщина, продававшая билеты. Узнав, что мы приезжие, предложила посмотреть спектакль в одном из Домов культуры на Васильевском острове Петроградской стороны. «Такого вы не видели, — пообещала она, — не пожалеете…» Реклама подействовала… Спектакль с молодыми актёрами, действительно оказался интересным, задорным, острым, музыкальным. Действие его происходило в сумасшедшем доме, в котором часто сменяющиеся руководители не могли навести порядок. И тогда жильцы решают сами назначать их из своей среды. Но ни жене дипломата, вернувшейся из-за границы, потрясенной от всего увиденного, не многодетной матери, постоянно стоящей в очередях к пустым полкам, не сталинисту, при каждом шорохе в зале, вытягивающего руку с вытянутым указательным пальцем, направленным в тот или иной ряд зала и издававшего губами звук выстрела, навести порядок не удавалось, но каждый раз, после того, когда один «руководитель» уступал место другому, все жители выстраивались на сцене и хором бодро исполняли гимн. Куплеты разные — про дефицит, отсутствие внимания, хамское отношение персонала и многое другое, но две последние строчки повторялись: — «…Но, если будет война — мы любого врага победим».
Может из читателей кто-то выдел этот спектакль?
Владимир Коралли и Лидия Атманаки
На концерт, говоря сегодняшнем языке «корпоратив» по случаю юбилея одного из ленинградский научных институтов пригласили Владимира Коралли, бывшего мужа Клавдии Шульженко и Заслуженную артистку Казахстана Лидию Атманаки, известную по популярной мелодраме «Она вас любит». Когда, несколько задержавшись, мы вошли в зал, Владимир Коралли читал один из своих рассказов о войне. Закончив, продолжил рассказывать различные анекдоты, шутки, истории из фронтовой и актерской жизни. Его, бывшего мужа Клавдии Шульженко, знали, и это повышало интерес… Владимир Коралли, настоящая фамилия Кемпер, меня интересовал еще и потому, что тетя Роза была с ним знакома, так как жил он жил, как она рассказывала, не далеко от нашего дома на Чижикова 101, и по вечерам приходил во двор, собирал игравшихся там детей, усаживал на землю и заставлял слушать куплеты собственного сочинения, танцевал, требуя при этом внимания, а если кто-то отворачивался, или ещё хуже, разговаривал, подходил, дергал за ухо или толкал в плечо.
С таких дворовых выступлений начался его путь на большую эстраду…
Послушать песню в исполнении Владимира Коралли «Клава» можно здесь
https://www.youtube.com/watch?v=a3zZdVxjbWE
На театральной бирже
С гостиницами в Москве всегда проблемы. Комплексы «Алтай», «Заря» или «Восток» далеко, «Центральная» и «Минск» — для Интуристов. В Белорусском постпредстве на ул. Богдана Хмельницкого (теперь Маросейка), если место и освобождалось, то только после отправления поезда №1 «Беларусь» в Минск. Вариант хороший, рядом Политехнический музей, Красная площадь и станция метро Площадь Ногина (сейчас Китай-город), но не надёжный. Запасной подсказали художники-дизайнеры нашего института Альгерд Лиознов и Базникин: подойти к вахтёру на входе Торгово-промышленной палате, он позвонит начальнику квартирного отдела и после получения направления в Трест гостиниц, здание под Глобусом на Калининском проспекте, вернуться и положить под лист на столе 1 руб. Несколько раз, используя этот совет, останавливался в гостинице «Северная», места в которой бронировало Министерство культуры.
Однажды, несколько дней жил с актёрами, приехавшими для встречи с режиссёрами на артистическую «биржу» в поисках новой, интересной или более оплачиваемой работы.
Утром они уходили, а по вечерам в нашем на 8-м человек номере делились впечатлениями. Я спал у входа, так что все их разговоры проходили перед моими глазами. Наблюдая, я, делая вид, что читаю, держал перед собой раскрытую книгу, а они, увлечённые разговорами, казалось, на меня внимание не обращали. Удивлял их быстрый, почти мгновенный переход из состояния спокойной беседы к образу, который они показывали, взрываясь, подпрыгивая и вращаясь в танце. Моим соседом оказался высокий красавец, работавший в штате киевской киностудии имени А. Довженко. Он присматривался ко мне, но преодолев смущение, задал волновавший несколько дней вопрос: — “Вы, наверное, режиссёр. Лежите, присматриваетесь…” С трудом убедил, что я инженер и занимаюсь разработкой телевизоров “Горизонт”. Мы разговорились… Он незадолго до этого снимался в фильме (1976 гг.) «Старая крепость», получившем широкую известность, но желание работать на театральной сцене оказалось сильнее. «Достоинство работы на киностудии — это встречи с известными актёрами, но тяжело играть «кусками», не видя зрителя, и не имея возможности что-то изменить» — говорил он. Он же рассказал, что режиссёры известных театров (Вахтангова, МХАТа и др.) сюда не приезжают, у них свои правила выбора… К большой моей радости, его пригласили в Мурманск, в театр Северного флота. Удача выпала и другим жильцам номера. Молодая семья из Ростова, артисты кукольного театра, заключила контракт с театром Тихоокеанского флота, где, кроме большей зарплаты, обещали квартиру, частые гастроли и командировочные. Счастливые, они тут же позвонили родителям, согласившимся остаться с их маленьким ребёнком. Одного пригласили в театр драмы в Иваново… Повезло не всем. Уехала высокая, баскетбольного роста девушка купеческого вида, парень с широкой черной бородой, наиболее подходивший на роли героев — любовников, ещё два или три. Они прощались, надеясь вернуться через год. Сбылись ли их мечты?
В театре на Малой Бронной
Приезжая в командировку, если удавалось купить билет, старался провести вечер в театре. Иногда везло и однажды оказался в театре, в котором в 30-40-е годы шли спектакли Государственного еврейского театра (ГОСЕТ) с участием выдающихся еврейских актёров Соломона Михоэлса (13 января 1948 г. убит в Минске) и Вениамина Зускина, расстрелянного 12 августа 1952. В этот день шёл спектакль по роману А. Германа «Дело, которому ты служишь». На сцене больница в первые послевоенные годы. Главный врач мечется из одного угла к другому, решая различные бытовые вопросы: бинтов нет, лекарства закончились, шприцы некому стерилизовать, а санитарка куда-то пропала. Рядом сидевшая со мной простенько одетая дама, после каждой реплики со сцены тихо произносила: — «Точно, как сейчас, точно, как сейчас». На мое робкое о том, что действие относится к послевоенному времени, она довольно сердито возразила: — «Да что вы мне говорите! Я только из больницы…». Когда же главный врач громким голосом произнес: — «Это какое же нужно иметь здоровье, чтобы болеть!», просто подпрыгнула от восторга. Наболело…
Лет через двадцать, навестив нашего сотрудника в одной из лучших минских больниц для работников Министерства внутренних дел, которому жена принесла ложку и кружку, увидел, что положение в медицине почти не изменилось… Как сейчас, не знаю. Может уже и не так.
Василий Меркурьев (из рассказов тёти Розы)
Многие музыканты, подрабатывали “гастролями”, или как называли “чёсом”, хотя от тёти такого слова не слышал. В её группе одно время ведущим, (“паровозиком”) был Василий Меркурьев, известный «старший лейтенант Туча из фильма «Небесный тихоход», пользовавший у зрителей огромной популярностью… «Семья большая, родственников много, всем нужно помочь» — говорил он. Здесь поясню. Василий Меркурьев был женат на Ирине, дочери «врага народа» Всеволода Мейерхольда, в браке с которой родились дочери Анна, Екатерина и сын Пётр, к которым прибавились трое детей репрессированного брата. В 1948 Ирину Мейерхольд уволили со всех работ и в течение 12 лет на нём лежала забота о детях. Нужны были средства, чтобы содержать такую большую семью, и Туча — Меркурьев был счастлив, если в сельском магазинчике удавалось купить какую — то нужную и дефицитную вещь — зимнюю шапку из кролика, детские перчатки или носки. Была в этой бригаде и акробатическая пара. Он не очень молодой и начинающий лысеть мужчина, она, полнеющая дама низкого роста. Между ними постоянно проходил один и тот же диалог: — «Хватит кушать, я тебя не могу уже поднимать». И обращаясь к остальной части группы: — «Вы только посмотрите, сколько она ест…».
Так и «кочевали» артисты по колхозным клубам, маленьким городками. Жизнь заставляла…
Тётя Роза
Несколько слов о папиной сестре Розе, нашем билетном спонсоре, преподававшей уроки игры на фортепиано в ленинградском Дворце пионеров и дружившая со многими музыкантами города. Поэтому, приезжая к ней на 4-й этаж Таврической д. 45 из Опухликов, станции в 18-ти километрах от города Невеля или из Минска, в котором жили после демобилизации папы, мы могли за несколько дней побывать на разных концертах и спектаклях…
Приехав 1989 году в Америку уже в преклонном возрасте, она сразу включилась в общественную жизнь, много выступала с концертами в еврейских центрах.
Эти небольшие Заметки лишь малая часть различных историй, связанных с театром, которые, надеюсь, в такое сложное время вызовут у читателей добрые воспоминания, которые так необходимы в наше сложное, наполненное тревогами время.
Прочитал с интересом.
Спасибо!