Михаил Ривкин: Недельный раздел Ки Тиса

В этих стихах шаббат упомянут как прямое обращение к нам, к Израилю, он основан не на идее сотворения Мира, и он не направлен только на поддержание социального миропорядка и справедливости. В этих стихах шаббат символизирует интимную связь между Всевышним и Его народом, «Между Мною и сынами Израиля».

Михаил Ривкин

НЕДЕЛЬНЫЙ РАЗДЕЛ КИ ТИСА

И ты говори сынам Израиля так: Только субботы Мои соблюдайте! (Шемот 31:13)

Шаббат многолик и многогранен, у него много смыслов, и его следует рассматривать с разных позиций и под разными углами. В его законах и обычаях сокрыты различные переживания.

Четвёртое Речение из Десятисловия, как оно изложено в главах Итро и Ваэтханан, выражает два важнейших аспекта шаббата. Эти два аспекта резюмировал в своем фундаментальном труде современный исследователь Торы М. Гликсон:

«Почётное место уделено шаббату в Десяти речениях\…\ Заповедь шаббата стоит среди первых в перечне нравственных человеческих обязательств. В формулировке книги Шемот заповедь шаббата мотивирована с позиций религиозно-космогонической: «Ибо шесть дней созидал Г-сподь небо и землю, море и все, что в них, и почил Он в седьмой день. Потому благословил Г-сподь день субботний и освятил его» Это — пересказ того, что написано в конце первого раздела книги Брейшит. Согласно такому взгляду, шаббат — это венец и свершение Сотворения Мира, символ и пафос великого космогонического чуда. Шаббат завершает Творение и переносит нас в иной мир — мир покоя. Вместе с тем, уже в этом месте мы встречаем социальные, человеческие аспекты этого первичного религиозного постулата: «А седьмой день — суббота Г-споду, Б-гу твоему. Не делай никакого рукомесла — ни ты, ни твой сын, ни твоя дочь, ни твой раб, ни твоя рабыня, ни твой скот, ни твой чужеземец, который в твоих вратах» Именно в этих словах выражена вся уникальная красота этого возвышенного свершения, чудесный синтез религиозно-космогонического и социального, человеческого. Религиозная вера и нравственный закон слиты в неразрывном единстве. Именно поэтому обрёл шаббат своё место в Десяти Речениях, содержащих, на первый взгляд, только умопостигаемые, рациональные заповеди. Социально-нравственный аспект шаббата ещё более подчёркнут в разделе Ваэтханан: «чтобы покоился твой раб и твоя рабыня, как ты (сам). И помни, что рабом был ты на земле Египта, и вывел тебя Б-г Всесильный твой оттуда рукою крепкою и раменницей простертой; потому велел тебе Б-г Всесильный твой, на деле вершить день субботний». Здесь шаббат становится символом и залогом равенства между людьми: «чтобы покоился твой раб и твоя рабыня, как ты (сам)» (нечто вроде этого сказано в заповеди любви, гуманности и миролюбия: «возлюби ближнего, как самого себя»). В этом состоит вечное и живое свидетельство этико-социального учения иудаизма. Шаббат это символ нравственного выбора в пользу добра и справедливости» (М. Гликсон «Шаббат»)

И именно поэтому соединил пророк Йешайа исполнение справедливости с соблюдением шаббата

«соблюдающий субботу, не оскверняя ее, и оберегающий руку свою, чтобы не сделать никакого зла» (Йешайа 56:2)

Однако в нашем недельном разделе шаббат открывает нам свои новые грани:

«Только субботы Мои соблюдайте! Ибо знак это между Мною и вами для поколений ваших, чтобы знали, что Я, Г-сподь, освящаю вас» (Шемот 31:13)

«И пусть соблюдают сыны Израиля субботу, чтобы сделать субботу для своих поколений заветом вечным. Между Мною и сынами Израиля знак это вовеки» (там 31:15-16)

В этих стихах шаббат упомянут как прямое обращение к нам, к Израилю, он основан не на идее сотворения Мира, и он не направлен только на поддержание социального миропорядка и справедливости. В этих стихах шаббат символизирует интимную связь между Всевышним и Его народом, «Между Мною и сынами Израиля». Шаббат, о котором идёт речь, целиком и полностью принадлежит Израилю. Шаббат это не шаббат, если община не встречает его и не соблюдает его. Наши мудрецы описали эту связь между шаббатом и Израилем как связь жениха и невесты.

«Учил Рабби Шимон бар Йохай: Сказала суббота пред Всевышним так: Властелин мироздания! У всех есть супруг, и только у меня нет супруга. Сказал ей Всевышний: Собрание Израиля — это твой супруг. И это то, о чём сказано: «помни день субботний дабы святить его» (Брейшит Раба 11:9)

И этот образ шаббата как супруги, как невесты Собрания Израиля, повлиял на многих толкователей и комментаторов, на поэтов и сказителей, на атмосферу в доме и в семье, на торжественную праздничную церемонию встречи невесты, которая выходит во всей своей красе.

И отсюда же становится понятным, в каком контексте стихи из нашей главы обретают свой особый смысл в утренней субботней молитве. Вот эта молитва:

«Возрадовался Моше дарованной ему участи, ибо рабом преданным назвал Ты его. Увенчал его венцом великолепия, когда стоял он пред Тобой на горе Синай. И две каменных скрижали вручил в руку его. И написано на них о соблюдении шаббата, как написано в Торе Твоей:

И пусть соблюдают Сыны Израиля шаббат» (Утренняя молитва)

Возникает вопрос: если песнопевец начал с Моше, со скрижалей и с написанного на них, почему он сразу же не процитировал нужное место из Десятисловия, почему после слов «и написано на них» он ещё раз повторяет «как написано в Торе твоей» затем следует цитата из раздела Ки Тиса?

В вечерней субботней молитве сказано о космогоническом шаббате, который освятил Всевышний Именем своим, о венце сотворения Небес и Земли, и там приводится цитата из рассказа о сотворении мира. В утренней молитве речь о шаббате, который «не даровал Ты его племенам мира», «ибо Израилю даровал его с любовью, потомкам Яакова, которых избрал Ты». Именно поэтому уместно и оправдано упоминание именно стиха из нашей главы Ки Тиса, где речь о шаббате как «знаке между Мною и между сынами Израиля».

Важно понимать, что эти близкие, трогательные отношения между Всевышним и Израилем проявляются именно в особом месте шаббата в еврейской теологии. Шаббат это знак вечного и нерушимого завета, и именно об этом сказано другими, более точными словами в нашем отрывке

«Ибо знак это между Мною и вами для поколений ваших, чтобы знали, что Я, Г-сподь, освящаю вас» (Шемот 31:13)

К кому же обращён этот стих? Кто именно должен «знать», что посредством соблюдения шаббата Всевышний освящает Израиль? На этот вопрос есть разные ответы, начнём с Саадьи Гаона:

«Сказал Гаон Рав Саадья: и было возвещено об Израиле не иначе, как соблюдением шаббата: если кто в городе — пусть закроет торговый магазин, если кто в дороге — пусть не идёт далее»

По мнению Саадьи Гаона провозвестие о святости Израиля адресовано народам мира. Именно через соблюдение евреями шаббата народы мира в состоянии постичь, что мы избраны Заветом Вечным.

И об этом сказал пророк:

«И известно будет среди племен семя их, и потомки их — между народами, все видящие их признают их, ибо они семя, которое благословил Господь» (Йешайа 61:9)

Однако Ибн Эзра иначе истолковал эти слова. Он видит цель шаббата не в демонстрации Завета народам мира. Шаббат служит тому, чтобы мы сами познали его истинный смысл, чтобы в нашем сознании укоренилась идея нашего избрания, идея, что шаббат — это наша миссия и особое назначение, «что Я, Господь, освящаю вас»

«И смысл слова «чтобы знали», чтобы вы знали, что вы мне освящены, и в этом заключён намёк, что каждый шаббат должен человек учить слова Торы. «Он сказал: почему ты едешь к нему? Сегодня не (начало нового) месяца и не суббота» (IIМлахим 4:23), ибо по субботам мужчины и женщины шли к пророкам и к мудрецам слушать слова Торы. И ещё верно сказано про год Шмиты, который подобен шаббату, и сказано в Писании, что надлежит читать Тору при собрании всего Израиля, в год Шмиты в праздник Суккот и сказано: «чтобы слушали и понимали» (Ибн Эзра)

И об этом же сказано в молитве в Минху в шаббат:

«Познают сыны Твои и будут знать, что от Тебя их покой и за это освятят Твое Имя»

Однако между словами Саадьи Гаона и словами Ибн Эзры есть ещё одно различие. Рав Саадья полагает, что шаббат становится знаком в результате субботнего покоя, в результате не делания, прекращения всякой повседневной активности. Ибн Эзра полагает, что шаббат становится знаком Завета не только в результате не делания, но в результате иного делания, отличного от нашей активности в шесть будничных дней, в результате изучения Торы, в результате делания во имя духовного усовершенствования, ради которого и дарован нам субботний покой. Нечто вроде островка святости в бушующем море будней. И этот островок становится тем местом, где мы обретаем нашу новую силу, силу святости и чистоты, ту силу, которая поможет нам удержаться среди бушующего моря будней, которое вновь окружит и увлечёт нас на исходе субботы.