— Жалуюсь, — продолжал он, не скрывая отчаяния. — Когда я вижу брошенную больную кошечку или грязную бездомную собачку, у меня начинается головокружение от сочувствия. Настолько сильное, что я не могу держаться на ногах и падаю… Я вживаюсь в их образ, их несчастье врывается в мой внутренний мир…
ЗАБОЛЕВАНИЕ ПОМРАЧИНСКОГО
— Я болен, я болен! — закричал Помрачинский.
— Ну и что, — сказал я.
— Как — что? — возмутился он. — Я болен, а тебе — все равно!
— Ну да, — сказал я. — Более-менее все равно. Кстати, а чем ты болен? Это не заразно?
— Не знаю, — ответил он, внезапно переходя на шепот. — Может быть, и заразно. Но болезнь моя в том, что я стал безразличен к людям. Люди страдают, а мне наплевать. И я от этого мучаюсь, переживаю, места себе не нахожу. Понимаешь теперь?
— Вот это да, — удивился я. — И это все, что тебя волнует?
— Нет, не все, — продолжил он с болью в голосе. — Вчера я убил клопа. Размахнулся и раздавил его, из бедняги потекла зеленая жидкость… А потом всю ночь я не мог заснуть. Потому что я — убийца! Я заслуживаю всеобщего…
— Ну да, — сказал я. — Раз ты сам признался, значит, так оно и есть. Ты заслуживаешь всеобщего. Больше ни на что не жалуешься?
— Жалуюсь, — продолжал он, не скрывая отчаяния. — Когда я вижу брошенную больную кошечку или грязную бездомную собачку, у меня начинается головокружение от сочувствия. Настолько сильное, что я не могу держаться на ногах и падаю… Я вживаюсь в их образ, их несчастье врывается в мой внутренний мир…
— Кошмар, — сказал я и зевнул.
На него это никак не подействовало.
— Так что же мне делать? — сказал он требовательным голосом. — Ты можешь хоть что-то посоветовать?
Я тогда:
— Болезнь твоя проистекает от излишнего благополучия. Все у тебя слишком удачно складывается. Все тебе на блюдечке само преподносится. Но есть одно хорошее средство. Вот применишь его и снова будешь сочувствовать людям, а не клопам. На кошечек и собачек вовсе перестанешь обращать внимание… Будешь снова нормальным человеком!
— Какое, какое средство?
— Но, — говорю я, — средство это не простое, а специфическое. В общем, идешь к зубному врачу и просишь его, чисто по-человечески, удалить зубной нерв без обезболивания и без спешки… Если с первого раза не поможет, можно повторять до трех раз.
— Удивительное средство, — зевнул он. — Вот, я только мысленно его к себе применил, и, ты не поверишь, мне оно уже помогло.
— Нее, — зевнул я, — так дело не пойдет. Такое самолечение до добра не доводит, только запустишь свое заболевание, и примет оно опасные для человечества формы.
— Но у меня нет больных зубов, — взмолился он, пытаясь отвертеться.
— Это не имеет значения, — отрезал я.
22 июня 2025
В моем предыдущем комментарии опечатка. Напечатано ALorshin; должно быть: ALokshin
А.А.Локшин
Цицерон в Параллельном мире (фантастический рассказ)
Все произошло совершенно неожиданно, в последние минуты семинара «Расширение Языка Поэзии», где Ц. Викентьеву должны были вручить специальный утешительный приз за наиболее мелодичное использование нецензурной лексики и, в частности, многосмыслового понятия «хунья». (Тут надо заметить, что этот бесспорный успех стоил ему жуткого скандала с женой и, быть может, даже развода.)
— Поздравляю, поздравляю от души… — только и успел сказать седовласый И.П.Нектаринский, и тут небо внезапно потемнело, а в Дом Поэзии ударила молния. Вылетели электрические пробки, зазвенели стекла и наступила странная, неестественная тьма. Буквально на пару секунд Викентьев отключился… Придя в себя, он обнаружил, что за окном уже сияет солнце, никакой грозы больше нет, а седовласый Нектаринский, только что поздравлявший его с успехом, теперь сердито смотрит на него и грозно спрашивает:
— Ну что, Цуцик, свое задание понял?
— Не совсем понял, извините, — промямлил Викентьев, не решаясь возмутиться фамильярностью обращения («Цуциком» звала Цицерона только мама, в раннем детстве, а больше — никто).
— Мы, тов. Викентьев, — повысил свой старческий голос И.П.Нектаринский, — из-за тебя теряем драгоценное время. Мы все, к твоему сведению – занятые люди. Утром работа, вечером – акция. Но мы не хотим, чтобы про нас думали, что мы… ну, ты меня понял. Поэзия должна быть разгромлена, но самих поэтов мы не собираемся… Только в крайнем случае, если ты, Цуцик, не предложишь экономичного человекосберегающего подхода. Тогда, конечно, придется… эээ… их всех. Можешь прямо сейчас прикинуть, сколько человек из-за тебя … это самое. Это же, можно сказать, население небольшого такого цветущего городка, вроде Заунывинска… А если за дело взяться с умом, да со смекалкой, капитально, то и среднего города!
Только теперь Викентьев понял, что попал в параллельный мир, и нужно выкручиваться на ходу, немедленно. «Неужели я не справлюсь, — лихорадочно думал он, — тогда чего стоит мой утешительный приз? Ровно ничего!»
— Послушайте, Изверг Петрович! – сказал Викентьев, решительно выдвинув нижнюю челюсть вперед, чтобы было легче соврать. – Мне тут сегодня утром подкинули стишочек в почтовый ящик… Так там уже есть одна почти готовая идейка…
И Викентьев, ощутив прилив вдохновения, начал на ходу осторожно сочинять, избегая непроверенных рифм:
Страсть рифмовать слова безмерна
Неизлечим томительный недуг
Он славы жаждою питается неверной
И сам собой пройти не может вдруг
Неужто средства нет? Есть путь один зловещий
Необходимо звание «Поэт»
Наполнить содержанием похлеще,
Чем «Переносчик горестей и бед»
Тогда поэт захочет притвориться,
Что никогда не изводил словес
И запретит губам ночами шевелиться
Биясь об стенку лбом наперевес
Выслушав, Нектаринский с подозрением посмотрел на Викентьева, но потом все-таки смягчился, а когда все вышли на улицу, подошел и пожал Цуцику руку.
— Так и сделаем, — сказал он задумчиво, оглядывая Дом Борьбы с Поэзией, — это не будет стоить нам практически ничего.
22 июля 2025
Пародия на не мой вариант:
Болят ноги у кого?
И по телу сплошь наколки.
Похлестать его бы ёлкой —
мазать мазью нету толку.
И как старую скотину
Ты не кормишь,
Смотрит в лес.
Спать пора, упрямый бес.
Как не моешь варианты,
Не зароешь ты таланты.
А. Локшин без всякой хевры
Создаёт свои шедевры.
https://www.youtube.com/watch?v=0Xl1tkXGSP0
Жалкое зрелище… Душераздирающее зрелище… Кошмар…
Анненский очень хорош — «страшат набеги сна», просто супер.
Такое не напишет ни один ИИ
Нет, душевные страдания , душевная боль не идут ни в какое сравнение с физической болью. У меня один пациент все зубы себе вырвал обычными плоскозубцами. Рот был как у младенца.
ХХХХХХХХХХХХХХХХХ
Какого зубного хирурга загубили
«Вчера я убил клопа. Размахнулся и раздавил его, из бедняги потекла зеленая жидкость… А потом всю ночь я не мог заснуть.»
_____________________
О раздавленном клопе…
https://www.youtube.com/watch?v=FY7NZ6ij7PA
У клопа сплошная дуэль со смертью! Почему бы нет? 😉
Но, — говорю я, — средство это не простое, а специфическое. В общем, идешь к зубному врачу и просишь его, чисто по-человечески, удалить зубной нерв без обезболивания и без спешки… Если с первого раза не поможет, можно повторять до трех раз.
_____________________________
Нет, душевные страдания , душевная боль не идут ни в какое сравнение с физической болью. У меня один пациент все зубы себе вырвал обычными плоскозубцами. Рот был как у младенца.
Пародия на “Свечка гаснет” Иннокентия Анненского
Втемном пламени свечи
Зароившись как живые,
Мигом гибнут огневые
Брызги в трепетной ночи,
Но с мольбою голубые
Долго теплятся лучи
В темном пламени свечи.
Эх, заснуть бы спозаранья,
Да страшат набеги сна,
Как безумного желанья
Тихий берег умиранья
Захлестнувшая волна.
Свечка гаснет. Ночь душна…
Эх, заснуть бы спозаранья…
Мой вариант
У меня болит нога
И по телу как иголки
Будто кто-то хлещет ёлкой
Ненавистного врага
Мазал мазью — нету толку
Я, как старая карга
У меня болит нога
А ещё скрутило спину
Эх дожить бы до утра
Встать и накормить скотину
Выпить с кайфом чай с малиной
Спать давным-давно пора
Будь, нога, ко мне добра
А ещё скрутило спину…
Отчаянный вы человек, Zvi))
Больше пародий тут:
https://stihi.ru/2020/03/26/8763