Михаил Таблис: Бесспорное

Большим спорщиком был Конфуций. Он спорил с меньшевиками на Венском Конгрессе. Они тогда решали куда отправить Наполеона. Конфуций предлагал на остров Св. Елены, а меньшевики на остров Св. Лаврентия (Берия). Но победила резолюция Бунда и Наполеона отправили на Сахалин. Туда к нему решил поехать Чехов. Хорошо приготовился, «Шабли» закупил, коньяк «Наполеон», дату отъезда назначил.

Михаил Таблис

БЕССПОРНОЕ

Пародия

Спорить не нужно. Но очень хочется. Где, как не в споре, покажешь глубину своих знаний и превосходство логики?

Спорщики были всегда. Вот, например, фарисеи. Они спорили с Сократом. Кричат ему свои аргументы, а он им — Вы кто, софисты? Они ему — Нет, фарисеи мы! А Сократ — Кричите громче! Я в 5-м веке до н.э., а вы от силы во 2 веке до н.э. а то и ещё дальше. Вас плохо слышно! Фарисеи кричат ещё громче, а Сократ говорит — это что ещё за язык? Я по-марамейски не понимаю. Вы сначала по-гречески научитесь разговаривать! И вообще, мне время цикуту пить. Фарисеи очень разозлились и говорят царю Навуходоносору, он в то время был прокуратором Иудеи — Распни его, а то он цикуту выпьет и будет поздно! А Навуходоносор им — Без очереди не распинаем. У меня тут двое ожидают, разбойник и спорщик один. Их очередь. И вообще, у меня сегодня голова болит и на работе задерживаться не собираюсь. А вы со своими яйцами сначала разберитесь. С тупого конца или с острого их бить. Так спор фарисеев с Сократом и закончился ничем.

Большим спорщиком был Конфуций. Он спорил с меньшевиками на Венском Конгрессе. Они тогда решали куда отправить Наполеона. Конфуций предлагал на остров Св. Елены, а меньшевики на остров Св. Лаврентия (Берия). Но победила резолюция Бунда и Наполеона отправили на Сахалин. Туда к нему решил поехать Чехов. Хорошо приготовился, «Шабли» закупил, коньяк «Наполеон», дату отъезда назначил. А кучером у Чехова был Платон. Каратаев. Пора выезжать, а кучера нигде нет. Чехов с ног сбился, везде ищет и наконец нашёл Каратаева. На Бородинском поле, под дубом лежит. Чехов подходит, чтобы на очень литературном языке объяснить всё что надо и видит , что рядом с Платоном Элен лежит. Курагина. И у них такой горячий спор идёт! То она вверх берёт, то Платон. Тут Чехов, конечно, как интеллигентный человек, развернулся и домой пошёл. Но ехать надо! И тогда Чехов находит другого кучера. По сопадению, тоже Платона. Едут они долго, беседуют. Диалоги у них получаются. А этот Платон очень грамотный оказался. Одной рукой лошадку нахлёстывает, а другой диалоги записывает. Пока до Сахалина доехали 34 диалога записал и вывел в них Чехова под именем Сократа. Чехов тогда ещё не очень известным был, а Сократ уже очень знаменитый, вроде Депардье. Так, что кто лучше пишет, вопрос даже не стоял. Тем более, что от Сократа ни строчки добиться невозможно. Наполеон, тем временем сидит на Сахалине, слушает в записи оперу Даргомыжского «Русалка за Царя» и обдумывает итоги русской кампании. Как только дошёл он до арии Руслана «Чуют правду, смерть близка…» — в дверь стучат. Но, это Чехов приехал. Распаковали они «Шабли», коньяк и за разговорами незаметно день прошёл. Пора уезжать. И тут у них спор произошёл. Наполеон говорит — Не возвращайся в Москву. Гори она огнём! Езжай дальше. Вот, Япония близко. Что ещё надо? Но Чехов ни в какую. Не хочет сакуру, а только вишнёвый сад. Так и уехал. Чехов потом описал их встречу в рассказе «Один день Наполеона Бонапартовича».

Непримиримый спор был у Даниеля Дефо и Джонатана Свифта. Свифт говорит — Это ты Гулливера написал! А Дефо — Нет, я Робинзона, вот у меня и черновики есть. Свифт ему — черновики не доказательство. » Не продаётся вдохновенье, но можно черновик купить». Так бы и спорили, но тут вмешался Пятница и говорит — Тихо, колонизаторы. Робинзона написал Мандела, на острове Роббен, поэтому все черновики наши.

Так, в споре, рождается истина. Но, рождение — вещь опасная и предмет для спора.

Сразу все начинают спрашивать — а от кого?