Он общался на шести языках, увлекался искусством и математикой, был, по утверждению близких неисправимым мечтателем…
ПАТРИК, СЫН ЭРНЕСТА
Этот мир покинул Патрик Хемингуэй, единственный из трёх сыновей знаменитого американского писателя, который дожил до наших дней. Он умер на 97-м году жизни в своём доме в Бозмене, штат Монтана.
Патрик посвятил всю свою долгую жизнь популяризации наследия отца — редактировал его неопубликованные рукописи и поддерживал переиздания классических произведений нобелевского лауреата. Он общался на шести языках, увлекался искусством и математикой, был, по утверждению близких неисправимым мечтателем…
Это даже не Килиманджаро,
это ближе до Эвереста —
быть одной крови и жанра
с самим Эрнестом.
«Моя фамилия — Хемингуэй!» —
попробуй кому-то скажи,
но он сказал себе: «Не робей!»,
отцу посвятив жизнь.
Но он сказал: «Ни черта!
Ведь всё-таки я его сын…»
Последняя вот черта,
где львы охраняют сны…
Когда-то мы читали «Праздник, который всегда с тобой» издания 1964 года, считая, что эти записки изданы именно в том варианте, который написал Хемингуэй. Но в 2009 году Шон и Патрик, внук и сын Хэма, восстановили подлинный текст рукописи писателя. В 2011 году на русском языке вышел этот восстановленный текст Хемингуэя. Читайте только его.
Спасибо за информацию, Ефим.
Беру на карандаш!
Спасибо автору за напоминание.
Реплика в сторону.
Во времена моего детства/молодости гуляла такая шутка: «Большой, волосатый, на «х» начинается, на «й» кончается». Слушатель крепко задумывается, не решаясь озвучить свою версию. Но правильный ответ был: «Хэмингуэй». Забавно, что сегодня появился еще один вариант: «Ходорковский».
Похоже, такая шутка пришлась бы по душе Хему…
Спасибо, Леонид, что называется, улыбнули!
Господину Гундареву спасибо за это сообщение и стихи в духе великого Хэмингуэя.
В нашем (моём, моём окружении, моих друзей) plusquamperfectum явление его книг стало важным фактором интеллектуального обновления; знаменитая фотография Эрнеста (в свитере крупной вязки с высоким воротом-жабо) на стене в каждой дискуссионной комнате /кухне символизировала его соучастие в нашей жизни. Эпиграф «По ком звонит колокол» воспринимался нами глубже и острее, чем нашими сверстниками за рубежами Советов.
Признателен Вам за отклик, уважаемый Лазарь Израйлевич!
Припомнилось: будучи ещё первокурсником, купил в киоске «Юманите» с фотографией только что скончавшегося Пикассо в светлом кепи, а в самом журнале, в виде бонуса что ли, оказался тот самый знаменитый портрет в свитере. Повесил я его на стену, читал под ним «Фиесту», и на душе было так классно…
Юрий Гундарев: 14.10.2025 в 18:07
…читал под ним «Фиесту», и на душе было так классно…
**************************************
«Ах, пане, панове, что было, то давно прошло» и унесло безвозвратное КЛАССНО.
Храню книжицу с автографом Булата Шалвовича…
На гении Природа подустала,
На сыне отпуск длительный взяла,
На внуке почему-то в кому впала,
На правнуке и вовсе умерла…
Написал по поводу правнука Толстого, но почему-то вспомнилось…
Спору нет — остроумные стихи.
Но… Как-то рука не поднимается на Патрика (так и хочется сказать: «Мой бедный Патрик!») — всё-таки он полностью растворил себя в легендарном имени своего отца…
А ожидать от Гёте второго Гёте — это уже полный Герберт Уэллс! Правда, и здесь есть яркие примеры: Бах и сыновья, Томас Манн и его сын Клаус с потрясающим «Мефисто», Райкин и Райкин… Хотя всё это лишь чудесные исключения.