Я не знал, как это сделать, и жестоко страдал. И вдруг, то ли от страданий, то ли от любви к Генриэтте случилось второе Чудо! Нос с ушами стали постепенно расти и выросли ещё длиннее прежних. Я пошёл в церковь и поставил свечку Крысиному Богу, самому справедливому и гуманному.
[Дебют] Ирина Азаренкова
ЧЕМПИОН
(отрывок из книги »Страна Крысляндия»)
Время медленно падало и исчезало за горизонтом вместе с солнышком, унося тепло и беззаботное ощущение молодости. Друзья сидели на пляже, любуясь закатом. За приятной беседой и тропическим коктейлем уходящие часы и минуты навивали покой и умиротворение.
— Вот ведь как получается… — рассуждал элегантный крыс по кличке Чемпион. — Ведь я хотел, как лучше. Для доченьки старался, с Королем Банановой Республики её познакомил. Думал, сложится всё у них. Крысят–малышей надеялся понянчить. Хотел, чтобы поближе была. А она хвостом вильнула и в Северный город сбежала. Эх, молодость! А ведь Король –— приличный крыс, и богат, да и собой хорош. Одних мышей, прислуги, может, голов сто! С другой стороны, ведь сердцу не прикажешь, а где любви нет, там и счастья нет. И никакие мыши не помогут.
Так рассуждал Чемпион, отхлебывая ароматный ананасовый коктейль. Собеседник, Альфредо, внимательно слушал и понятливо кивал, шевеля длинным носом.
— Да, детки –— они такие! Думают, что сами всё знают. А ведь жизнь пройдёт — и не заметишь! Вдалеке от родителя молодой крысе не подобает находится.
Надо сказать, что Альфредо родился и провёл жизнь на тропическом острове, был несколько старомоден и консервативен. Маленький его мирок был прост и понятен.
…Время как будто остановилось в здешних местах. В саду росли тропические фрукты и бегали тропические куры. Погода радовала теплом и солнышком, не было холодов, и крысы жили простой незатейливой жизнью, особо не задумываясь о бренности бытия.
И только иногда заезжие туристы вносили разлад и новые веяния. На южной части острова они валялись на пляже в чём мать родила, что было неслыханной дерзостью и переходило всякие границы дозволенного. Альфредо строго осуждал всяческий реформизм, но в глубине души испытывал любопытство к жизни в заморских странах, да и заморские дамы были привлекательны и гламурны. Носили провокационные наряды и курили сигары, как будто бы и не дамами были вовсе. Поэтому истории Чемпиона он слушал затаив дыхание, и предавался мечтам, которые не посмел бы озвучить даже под пытками.
А Чемпиону было чем поделится. Жизнь он прожил бурную и на старости лет купил виллу на острове. Отдыхал, писал мемуары, наслаждаясь экзотикой местных пейзажей. Вот только по дочке скучал, которая осталась в далёком Северном городе и занималась бизнесом по продаже зонтиков. Бизнес был семейный, организованный его дедом, к тому же весьма доходный.
— Позвольте полюбопытствовать, откуда у вас эта кличка — Чемпион? — решился наконец—то спросить Альфредо.
— А знаете ли вы, дорогой друг, ведь когда—то я был фигуристом! — начал тот новую историю, выпустив в воздух клубы дыма от кубинской сигары.
— Фигуристом?.. — промычал Альфредо, шевельнув носом от предчувствия нового путешествия в полную событий жизнь друга. Вспомнились коньки, висящие на стене его прихожей, рядом с гарпуном для подводной охоты.
— Да, и не просто фигуристом, а Чемпионом! — выпалил наш герой, приосанившись. — На лёд я ступил в первый раз будучи юным крысёнком. И в то время, когда сверстники играли в детские игры, я нарезал круги на льду, набираясь мастерства. Цель была одна — стать Чемпионом, и я двигался к этой цели с упорством настоящего спортсмена.
И вот, будучи уже юношей, был допущен на соревнования за звание Чемпиона Олимпийских Крыс. Это –— большая честь! Ведь судьи и зрители –— настоящие Люди! Такое случалось не часто, чтобы нас, крыс, судили сами Люди
Тогда я уже был помолвлен с юной Генриеттой, мамой моей Сюзанны, царство ей небесное! Любили мы друг друга без памяти и планировали пожениться сразу после Соревнований. Генриетта меня всячески подбадривала и вдохновляла на победу.
Борьба была в самом разгаре. Я выступал успешно, получая отличные оценки. Зал визжал от восторга! Хочу отметить, что люди умеют визжать не хуже крыс, если захотят, конечно. Мне приходилось часто давать интервью и участвовать в светских раутах. Появились поклонницы, которые ходили за мной толпами, да и репортёры преследовали. Все они были Люди! И… как—то незаметно я начал входить в новый образ, забывать крысиный язык и пренебрегать обществом прекрасной Генриэтты. На то были свои причины.
Очаровательная Дама из Высшего общества проявляла интерес к моей особе, и мне это несказанно льстило. Дама обладала отменными манерами, стройной грациозной фигурой и относилась ко мне ласково и внимательно. Я настолько увлёкся, что совсем было потерял голову! Желание выглядеть в её глазах настоящим героем затмило всё вокруг. Я жил и боролся только для того, чтобы кинуть свою победу к её ногам. Плутовка водила меня за мой длинный нос, была мила и недоступна. Это сводило меня с ума!
И вот наступил решающий день, и должно было состояться последнее выступление за звание Чемпиона. Я был в пятёрке сильнейших и надеялся на победу.
— Этот тройной тулуп я посвящаю вам, сударыня! — бросил я ей перед тем, как выйти на лёд.
— Ах, как вы милы… — пролепетала Дама. — Вот если бы ваш нос был чуть короче и уши не такие отвислые…
Нос! Эх, этот нос! Я уже стеснялся его. А ведь было время, когда я гордился им! Что только ни делает влюблённость; в юности все мы ветрены… Я стал молиться Крысиному Богу, чтобы он сжалился надо мной и уменьшил мой нос и уши. А так как в те времена у меня всё получалось, то Бог услышал мои молитвы, и произошло настоящее Чудо. Нос вдруг уменьшился до человеческих размеров, а уши стали заметно короче. Зал завизжал от восторга! Конечно, я ведь стал теперь похож на Них, стал одним из Них! Но Крысиный Бог оказался коварен, и, выполняя тройной тулуп, я упал на лёд, чуть не проломив свою неразумную голову.
И поделом мне было, ведь Генриэтта так жестоко страдала! В общем, в тот раз никаким Чемпионом я не стал, а дама меня тут же покинула.
— Как же? Ведь я ради вас поменял свой облик! Я в вас влюблён! — вопил я в её окна, заламывая лапы.
— Не орите так, соседей разбудите! Облик он поменял… хи! Большое дело! Человеком вы от этого не стали. Впрочем, если станете Чемпионом, приходите, я могу передумать, — произнесла жестокая сердцеедка, закрывая ставни.
Понурив голову, я поплёлся домой. Там и сям попадались люди, которые от меня шарахались и пытались перейти на другую сторону улицы. Генриэтта на звонки не отвечала, и знакомые от меня отвернулись. Я начал пить, все больше превращаясь в недокрыса. Да и сам запутался в том, кто я есть. Не выходил из квартиры сутками. Дошёл до отчаяния. И вот решился на крайнюю меру. Пришёл в аптеку и попросил крысиного яду.
— Крысам крысиный яд не продаем, — строго сказал аптекарь.
— Да какой же я крыс? Видите –— ни носа, ни ушей у меня нет!
— Не знаю, но повадки у вас крысиные. Да и хвост из—под пальто торчит. Уходите и не мешайте работать! Или вот что, могу антидепрессант импортный предложить, без рецепта, заметьте.
Взяв лекарство, я уныло поплелся в сторону дома. К моему счастью, этот разговор подслушала соседка Генриэтты, которая как раз забежала в аптеку за таблеткой от головной боли.
Брошенная мною невеста, забыв обиды, поспешила меня спасать. Убрала квартиру, сварила обед. Я был счастлив впервые за последние несколько месяцев. Но простила она меня не сразу:
— Отрастите нос и уши и станьте приличным крысом, каким были раньше. Тогда, может быть, я к вам и вернусь.
Я не знал, как это сделать, и жестоко страдал. И вдруг, то ли от страданий, то ли от любви к Генриэтте случилось второе Чудо! Нос с ушами стали постепенно расти и выросли ещё длиннее прежних. Я пошёл в церковь и поставил свечку Крысиному Богу, самому справедливому и гуманному.
Генриэтта стала моей женой. Жили мы вместе долго и счастливо, вырастили дочь—красавицу. А я всё—таки стал Чемпионом, но не на человечьих, а на крысиных Соревнованиях. Со своими—то лучше!
Генриэтта меня недавно покинула и сейчас в крысином раю. Снится мне часто и смотрит на меня из—за облаков. Скоро и моё время придет…
Но, пока мы здесь, надо радоваться, жить полной, насыщенной жизнью и быть просто счастливыми!
Закончив историю, Чемпион поднял бокал и выпил с другом Альфредо замечательный тропический коктейль.
»Какая все—таки сложная жизнь в этих заморских странах! Не поеду я никуда с острова, так то оно спокойнее,» — подумал Альфредо.
А Крысиный Бог, усмехнувшись, бросил в море очередную горсть Времени…
