Михаил Ривкин: Недельный радел Ваешев

Но при такой трактовке возникает очень серьезный вопрос: откуда начальник пекарей мог знать, что та разгадка, которую бесправный еврейский раб дал сну начальника виночерпиев, это истинный смысл сна, а не попытка как-то подольститься к влиятельному человеку и заслужить его благоволение, возможно даже — активную поддержку важного начальника?

Михаил Ривкин

НЕДЕЛЬНЫЙ РАДЕЛ ВАЕШЕВ

Два сановника которые содержаться вместе с Йосефом, еврейским молодым рабом, в той же тюрьме, не без колебаний рассказывают ему свои сны. А ведь он — не жрец, не ученик и не помощник жреца, которому открыто искусство разгадки снов. Йосеф говорит им «у Всевышнего разгадка снов», только Он в состоянии поделиться своей высшей мудростью и с малым, и с самым приниженным. И потому, когда он говорит «поведайте мне» — это, очевидно, означает, что слова о всеведении Всевышнего были восприняты именно так одним из начальников, начальником виночерпиев, и он рассказал свой сон. Начальник пекарей промолчал и ничего не ответил. Йосеф разгадал и рассказал свою разгадку. И вот теперь только реагирует начальник пекарей, в первый раз мы слышим его слова. Вот мнение РАДАКа:

«И увидел начальник пекарей, что он хорошо истолковал» (Брейшит 40:16)

Слова эти можно понимать по-разному, и вот некоторые из возможных толкований:

«И узрел он в сердце своем, что разгадка эта к добру. И подумал, что и к его сну он тоже скажет разгадку благую, ибо по мнению людей сны исполняются в соответствии с разгадкой, и об этом же говорят Мудрецы: «Все сны исполняются в соответствии со словами» (Брахот 55В)

А Йосеф разгадал сны в соответствии с тем, что уразумел, будь то к добру, будь то ко злу»

А вот мнение Абарбанеля:

«И вот что написано: начальник пекарей, когда увидел, что Йосеф разгадал к добру сон начальника виночерпиев, рассказал и он тоже свой сон, и это указывает, что начальник пекарей в душе беспокоился, и боялся рассказывать свой сон, и боялся, что разгадка будет для него плохой и горькой. Однако, когда он увидел, что Йосеф разгадал к добру сон начальника виночерпиев, пришла ему мысль, что оба сна означают одно и то же»

Мнение Сфорно:

«Ибо к добру разгадал — может быть, что и ему тоже разгадает к добру, ибо исполнение снов следует за их разгадкой» (происходит то, что наговорил разгадчик)

ШАДАЛ:

«Ибо разгадал к добру»

Все четверо цитированных комментатора согласны, что «хорошо истолковал» означает «истолковал к добру». Но при этом трое из них не ограничиваются лаконичной констатацией, они добавляют дополнительные рассуждения, чтобы исключить возможные недоумения.

Само по себе убеждение, что Йосеф истолковал сон благоприятно для сновидца ещё не объясняет, почему же именно такое толкование послужило к высокой оценке Йосефа, повысило его авторитет. Ведь вполне могло быть и так, что этот еврейский молодец, этот сидящий в заточении раб, просто придумал хорошее истолкование, чтобы подольститься важным начальникам, и тем самым получить лучшие условия заточения, добиться каких-то поблажек. Поэтому комментаторы добавляют к своему простому буквальному пояснению «хорошо» — «к добру» дополнительные рассуждения, проясняющие нам ход мысли египтянина. Этот египтянин верит в магическую силу слова, которое сказал разгадчик сна. Если он произнесёт своими устами хорошее толкование, то силою своих уст он склонит в лучшую сторону реальное развитие событий. А если произнесёт плохое толкование, то своими устами повлечёт он зло, и реальные события будут очень плохи для сновидца. Однако слово «хорошо» в таком контексте может иметь и иное значение, и это второе значение приводит РАМБАН:

«Сказал Онкелос, что хорошо разгадал имеет тот же смысл, что и в стихе «Доброму разумению и ведению научи меня» (теиллим 119:66), и смысл этого в том, что изначально этот человек пренебрегал Йосефом, думал, что тот не умеет разгадывать сны, пока не убедился, что сон его товарища разгадан правильно»

Итак, по мнению РАМБАНА «хорошо» означает правильную, истинную разгадку.

Но при такой трактовке возникает очень серьезный вопрос: откуда начальник пекарей мог знать, что та разгадка, которую бесправный еврейский раб дал сну начальника виночерпиев, это истинный смысл сна, а не попытка как-то подольститься к влиятельному человеку и заслужить его благоволение, возможно даже — активную поддержку важного начальника? И этот вопрос очень серьезен и важен, он выходит далеко за пределы нашей главы и рассказа про начальника пекарей, это общий вопрос о том, как можно отличить истину ото лжи, каковы признаки истины.

Но сначала попытаемся ответить на другой вопрос, также связанный с отличием истины ото лжи, вопрос не столько в том, откуда понял начальник пекарей, что Йосеф разгадал правильно, вопрос в том, откуда почерпнул сам Йосеф уверенность в том, что сон разгадан правильно, что ему дарован дар толкования снов? Автор «Акедат Ицхак» так формулирует этот вопрос:

«И, на первый взгляд кажется, что оба сна имеют одинаковый смысл и одинаковую разгадку. То, что увидел во сне, что птица ест пищу с его головы, подобно тому, что сказал начальник виночерпиев «и даю я чашу в руки Паро», ибо царь подобен орлу, раскинувшему свои крылья»

И он сам же дает ответ на свой вопрос:

«Но Йосеф в разгадке снов следовал тому, что он узнал о поведении обоих начальников, о том, какова была их предыстория в отношениях с Паро. И понял он, что разняться их прегрешения, и потому различным будет и приговор — одному суждено будет помилование, а другой будет осужден на распятие»

Ицхак Абарбанель решительно протестует против такого ответа и изумляется:

«Но тогда можно спросить, кто же именно рассказал Йосефу, что пройдёт три дня, а не три месяца или три года? И я отвечу на это, что Святым Духом прознал Йосеф разгадку снов, а не силой логического мышления только»

Иной ответ даёт Бено Яаков в своём комментарии к Брейшит, и в этом он следует каноническим комментариям: сам по себе сон уже говорит многое о природе и характере сновидца. Мудрецы сказали: «человек видит во сне не что иное, как свои сердечные размышления». Начальник виночерпиев видит себя работающим и деятельным, он собственной персоной сопровождает то вино, которое предназначено для Паро, начиная от виноградных гроздьев, налитых соком, и до кубка, который он подает Паро. Из этого сна явствует его скрупулёзность, трудолюбие, внимание к своей работе, ответственность. А начальник пекарей видит себя бездеятельным, он не жнет, не мелет, не наливает воду, не месит, он стоит на одном месте, а выпечка готовая лежит в корзине, а он даже забыл её прикрыть — так почему бы птицам не поклевать выпечку? Он уже поведал нам о своей небрежности, о своей лени, о пренебрежении к работе. И в итоге трудолюбивый и спорый в работе человек — пред царем предстанет, а небрежный, негодный в работе — закончит на виселице.

Итак, перед нами три ответа на вопрос, откуда сам Йосеф мог знать истинность своей разгадки? И из этих ответов мы сможем постичь и ответы на вопрос, откуда мог знать начальник пекарей?

Первый ответ, ответ Абарбанеля: от Святого Духа, который пребывал с Йосефом. Этот ответ нам не помогает, ибо Святой Дух, разумеется, на начальника пекарей не снизошел.

Второй ответ: Йосеф знал разгадку, потому что знал, что произошло при царском дворе, знал, что вариться на «дворцовой кухне». И этот ответ подходит также и для начальника пекарей. Он тоже мог знать «о поведении обоих начальников, о том, какова была их предыстория в отношениях с Паро, и в чём разница между их прегрешениями» — но если он действительно об этом знал, почему же не смог он сам разгадать свой сон, а также и сон начальника виночерпиев? «Узник не может сам освободить себя из узилища», как говорят наши Мудрецы.

Третий ответ, ответ психологический, принадлежит Бено Яакову: Йосеф разгадал согласно деталям сна, согласно тому, что он узнал из этих деталей о характере сновидцев. Этот ответ хорош тем, что объясняет, как убедился в истинности разгадки и сам сновидец тоже, объясняет, кто такой этот сновидец и почему он заточён и почему предстал перед судом. Но тут нам следует припомнить, о чем наставляют нас знатоки снов и психологи в наши времена: сновидец не желает, а потому и не может понять язык сна. Ицхак Абарбанель уже высказал мысль, которая, по всей вероятности, звучит созвучно современным психологическим теориям снов и сновидений: сновидец, по пробуждении, помнит только сами символы, видения, внешние картины, но забывает их значение, особый смысл увиденного, то, что скрыто за внешними картинами и образами сна, подобно тому как ядро сокрыто скорлупой. Но если сновидец сам не может раскрыть смысл сна, то как может тот, кто выслушал пересказ сна от другого человека проверить, правильной ли было то истолкование, которое дал толкователь снов, отвечает ли оно всем деталям того сна, который он сам не видел? Потому и ответ Бено Яакова не кажется достаточно убедительным: откуда мог знать начальник пекарей, что Йосеф «хорошо разгадал»?

Наиболее убедительным представляется ответ РАШБАМа:

«слова истинные безошибочно узнаваемы»

Иными словами: у начальника пекарей не было никаких объективных доказательств, никаких признаков того, что толкование Йосефа верно, но истина, как таковая, обладает свойством сильного воздействия, она безошибочно отличима от лжи. Свой лаконичный комментарий РАШБАМ заимствовал из слов наших Мудрецов в Гемаре:

«И поняла Далила, что сказал он всё, что у него на сердце» (Шофтим 16:18). Как же она поняла? (РАШИ в своём комментарии: ведь несколько раз он уже ей солгал, и потому знала она, что он лжец) Сказал Рабби Ханун, со слов Рава: слова истины безошибочно узнаваемы. Сказал Абае: знала она, это этот праведник не произнесёт Имя Небесное всуе. И поскольку он сказал: «Я назир Б-жий» сказала она: на сей раз наверняка сказал он правду» (Сота 9В)

По мнению Абае, слова Шимшона содержали некое объективное отличие, выражение, позволявшее безошибочно понять, что это правда. По мнению Рава, никаких объективных доказательств у Далилы не было, однако такова была та сила истины, такова та мощь, которая в ней заключена, что почувствовала Далила всем своим нутром, что на сей раз её не обманывают.