Имея множество доказательств вздорности обвинений в адрес моего отца (в основном они собраны в моей книжке «Музыка, оскорбительная для Сталина»), я спокоен и уверен в том, что непредвзятые читатели разберутся сами, на чьей стороне правда.
ВЫСОКОНРАВСТВЕННЫЕ ЛЮДИ СОВЕРШАЮТ ПОДЛОГ.
КНИГА Э. УИЛСОН «ИГРАЯ С ОГНЕМ» И МЕМУАРЫ ПЕТРА ГРИГОРЕНКО — ЧТО ОБЩЕГО?
В 2026 году в издательстве «Бомбора» вышла (в русском переводе) книга Элизабет Уилсон «Играя с огнём. История Марии Юдиной, пианистки сталинской эпохи».
Издание это вполне академическое, имеет весьма серьезный вид, написано достаточно сухо и содержит множество ссылок на публикации и архивные документы. Таким образом, первое впечатление подготавливает нас к тому, чтобы считать эту книгу чем-то вроде справочника по биографии великой пианистки, справочника объективного, беспристрастного и заслуживающего доверия серьезного читателя. Особо отмечу имеющиеся в книге многочисленные реверансы в адрес С.Т. Рихтера…
Между тем, это всего лишь внешняя оболочка, за которой скрывается неприятная и абсолютно неприемлемая суть.
Речь идет сразу о двух вещах:
Во-первых — об утверждении автора книги о сотрудничестве композитора А.Л. Локшина с карательными органами. Цитирую книгу Уилсон (с.261)
«…Независимо от того, был ли действительно Локшин завербован, либо вынужден сотрудничать, он не получил никаких явных выгод, а клеймо стукача преследовало его всю оставшуюся жизнь.»
Имея множество доказательств вздорности обвинений в адрес моего отца (в основном они собраны в моей книжке «Музыка, оскорбительная для Сталина»[1]), я спокоен и уверен в том, что непредвзятые читатели разберутся сами, на чьей стороне правда.
Во-вторых, Э. Уилсон, претендуя в своей книге на академичность, беспристрастность и полноту, удивительным образом игнорирует письмо М.В. Юдиной В.С. Люблинскому (от 12.02.1961), где говорится о Локшине буквально следующее:
«…Теперь должна Вам сообщить нечто величественное, трагическое, радостное и до известной степени тайное. Слушайте: я написала письмецо — «профессионально- деловое» по одному вопросу в связи с Малером — Шуре Л[окшину], который его знает, как никто. В ответ он написал мне, что очень просит меня повидаться с ним. Я согласилась. Вчера он сыграл мне свой «Реквием», который он писал много лет, вернее «подступал к нему» и бросал и наконец «одним духом» написал его два с половиной года тому назад. На полный текст такового, полнее Моцарта. Что я сказала ему, когда он кончил играть? — «Я всегда знала, что вы гений». Да, это так и это сильнее многих, из-за кого я «ломаю копья» и равно (теперь) только Ш[остакови]чу (не последнему…) и Стр[авинско]му. Сыграно это сочинение быть не может ни у нас, ни не у нас, что понятно… Это — как Бах, Моцарт, Малер, и эти двое. Он совершенно спокоен зная, что это так и что оно не будет исполнено. Ш[остакови]ч теперь просто боготворит его. Знают об этом немногие <… > М[ожет] б[ыть] и никому не надо говорить. Я рада, что человек осуществил свою задачу, не зря живет на свете, что я не ошиблась, веря в него, и не ошиблась, помогая ему в обычной жизни, и была ему другом в тяжелые дни и часы».[2]
Юдина, известная своей абсолютной непримиримостью к малейшим нарушениям морали, могла написать такое о Локшине лишь будучи уверена в его полной невиновности. Следует отметить, что это письмо, очевидным образом оправдывающее Локшина, заинтересованные люди пытались «потерять» и затем, возможно, уничтожить. Чудом это письмо — один из юдинских эпистолярных шедевров — удалось спасти (благодаря вмешательству председателя общества «Возвращение» Семена Самуиловича Виленского)…
Письмо это неоднократно публиковалось в книгах, посвященных М.В. Юдиной, значение этого письма трудно переоценить — оно выходит за узкие рамки локшинской истории. Не заметить этого письма, не знать о нем, Э. Уилсон попросту не могла. Так что отсутствие упоминания об этом письме в рецензируемой книге вовсе не случайно и не может быть оправдано «невнимательностью» автора. В итоге вся книга Э. Уилсон представляется мне красиво скомпонованной дезинформацией.
Оказалось (я сразу не заметил), что издание книги Э. Уилсон на русском языке осуществлено по инициативе и при финансовой поддержке Ирины Антоновны Шостакович. Может быть, Ирине Антоновне что-то не понравилось в юдинском письме от 12.02.61 ? Кстати, попробуйте теперь убедить меня, что я должен слепо верить всему, что говорит Ирина Антоновна Шостакович в ее затянувшемся противостоянии с Соломоном Волковым. Не верю теперь ни одному ее слову.
* * *
В заключение замечу следующее. Хорошие, высоконравственные люди иногда идут на подлог из самых лучших соображений. Вполне допускаю, что Э. Уилсон дезинформировала читательскую публику, будучи убеждена, что совершает полезное, нужное дело.
Э. Уилсон не одинока, у нее наверняка есть множество не известных мне предшественников. Однако один исключительно яркий случай сознательной дезинформации (также относящийся к локшинской истории) мне хорошо известен. Это — публикация фальшивых (искаженных) мемуаров Петра Григоренко с блистательным предисловием известнейшего правозащитника Сергея Адамовича Ковалева. Упомянутое предисловие фактически освятило подлог в истории правозащитного движения. Подробности и детали разоблачения см., например, в [2]. Я никогда прежде не упоминал имя Сергея Ковалева в своих текстах, жалея его. Но сейчас упомянуть о нем мне показалось уместным.
Примечания
[1] Локшин А.А. «Музыка, оскорбительная для Сталина». Изд.2. — М.: МАКС Пресс, 2024. — 200 с.
[2] Оригинал в ГЦММК им. Глинки, ф. 439 (М.В. Юдина), ед. хр. 69. Орфография соответствует подлиннику (частично старая), как всегда у Юдиной. Письмо опубликовано А.М. Кузнецовым в журнале “Звезда”, № 9, 1999, с. 175-176.
Всем всего доброго. Ушел.
Вот мое главное впечатление от публикации книги Э.Уильямс. Это — долгожданное саморазоблачение «в прямом эфире» самой Элизабет и группы стеснительных товарищей, направлявших ее стопы.
Вот еще один грандиозный ляп (похоже, тоже намеренный). Гилельс, рискуя жизнью, выбрал удобный момент, обратился к Сталину и вытащил Нейгауза из тюрьмы, где Нейгауз провел в одиночке 9 месяцев, потерял здоровье и фактически готовился к расстрелу. И об этом в книге Э.Уилсон – ни слова. Вместо этого – всего лишь:
«Юдиной было не привыкать отправлять передачи с едой друзь-
ям в тюрьму. Теперь она отправляла посылки Генриху Нейгаузу,
арестованному в 1941 году — за то, что он носил немецкую фа-
милию. В ссылке он работал в Свердловской консерватории. Бла-
годаря вмешательству Гилельса и других учеников ему разрешили
вернуться в Москву в 1944 году». (стр.209)
Очень жалко, что транскрипции не сохранились! Помню, твой отец говорил, что в транскрипции не надо ничего придумывать, просто адаптировать текст для ф-но. Это бы обогатило репертуар пианистов.
Что касается книги Уилсон — это чудовищно! Если ты руководствуешься слухами — можешь обсуждать их на кухне с соседями, а если ты претендуешь на правдивую биографию, подтвержденную фактическим материалом, то не надо компрометировать себя такими высказываниями. Не знаешь, не уверен — промолчи! В конце концов в книге об Юдиной обсуждать Локшина было необязательно. После такого ляпа ко всей книге недоверие.
Если бы посвященные Юдиной транскрипции сохранились и оказались доступны пианистам, то наверняка сделались бы весьма популярными и сработали в перспективе на реабилитацию Локшина… Поэтому я уверен, что ноты не «завалились за шкаф», а были украдены понимающими людьми (и, возможно, уничтожены).
История с юдинским письмом напомнила мне необъяснимую пропажу (случившуюся после смерти М.В. Юдиной) всех транскрипций для фортепиано сочинений Брамса и Малера, которые делал для нее мой отец, и которые она включала в свои концертные программы. (По свидетельству Г.И. Семенова, «о транскрипциях Локшина Малера она [М.В. Юдина] говорила, что их исполнения были одними из самых волнующих в ее жизни». См.[1].
А вот, кстати, реакция адресата Юдиной – Люблинского – на полученные им известия о моем отце сохранилась (письмо от 12 марта 1961 г.):
«О Реквиеме [Локшина] Вы писали – И ЭТО ОЧЕНЬ НЕОЖИДАННО И ДЛЯ МЕНЯ, НО ПРИТОМ И НЕПОНЯТНО [выделено мной – А.Л.].» См. [2].
Юдина написала Люблинскому в ответ на его глубокое недоумение, но это ее письмо УТРАЧЕНО. См.[2].
Не знаю даже, что предполагать – вовсе не обязательно, что к исчезновению этого письма причастны те же люди, которые покушались на юдинское письмо от 12.02.1961. Хотя, кто знает? Надо будет поинтересоваться у Э. Уилсон (шучу).
Думаю, что исчезнувшее письмо представляло собой опасность для некоторых белоснежных репутаций и содержало сведения, вредные для среднего советского интеллигента.
[1] «Вспоминая Юдину». – М.: Классика-XXI, 2008, с. 212.
[2] Юдина М.В. Переписка 1959–1961 гг. – М.: РОССПЭН , 2009, с. 490.
В патефоне все шестеренки истерлись, иглы давно затупились, а музыка автора все продирается из дырявого раструба с хрипами и сипением. Я уже говорил вам, автор, защита чести отца – дело исключительно благородное. Но использовать при этом сомнительные, нелогичные методы, незаслуженные оскорбления и притянутые подозрения – совсем неблагородно.
Элизабет Уилсон, британская писательница, биограф-мемуарист и музыкант: «…он не получил никаких явных выгод, а клеймо стукача преследовало его всю оставшуюся жизнь».
Мария Юдина, пианистка, исполнительница:
«Вчера он сыграл мне свой «Реквием», который он писал много лет… Я рада, что человек осуществил свою задачу, не зря живет на свете, что я не ошиблась, веря в него, и не ошиблась, помогая ему в обычной жизни, и была ему другом в тяжелые дни и часы»
Автор, А.Локшин: «…письмо, очевидным образом оправдывающее Локшина».
++++++++++++++++++++++++++++
Как пианистка, восхищенная музыкальным произведением, «очевидным образом» оправдывает композитора в печальной истории с клеймом?
Какова конструкция подлога в данном случае?
С какого такого исследовательского запала попала под раздачу Ирина Антоновна Шостакович, и почему теперь не надо верить ни одному ее слову?
После этих несуразных упреков историю Григоренко-Ковалева («В подполье можно встретить только крыс…») и читать неохота.
Многоуважаемый господин Локшин, восхищён содержанием и стилем Вашей публикации.
Тут же начинаю поиски сказанного о генерале Григоренко. Буду благодарен за указание более доступного для поиска места.
Удачи
Многоуважаемый господин Беренсон! Большое спасибо за Ваш отклик. Вся история с мемуарами П.Г.Григоренко изложена в виде отдельной главы («История одной публикации»)
в моей книжке «Музыка, оскорбительная для Сталина». Книжку можно легально бесплатно скачать здесь
https://drive.google.com/file/d/1WfsBmD6OVutcy8hjQrXxFl5esQFPWzEE/view?usp=sharing
Большое спасибо. Оказывается, эту историю я знаю.
Да, многоуважаемый Лазарь Израйлевич, так я и думал, что эта история Вам известна. Фамилию Ковалева тогда я, правда, не называл.