Один какой-то шут печальный
Судьбину клял свою, чудак:
Орально, дескать, колоссально,
А вагинально — кое-как.
КОЛДОБИНЫ — 3
(продолжение. Начало)
Старость заела: утраты, болезни.
Выпали зубы и шубы облезли.
Несколько лет не писал я колдобин,
Словно совсем уж недееспособен.
Не у дел; оскудел мой удел.
Вам же словно года — не предел.
И, как встарь, офигенно манит
Полымя ваших жарких ланит!
То бомбим врагов-иранцев,
То лобзаем их, засранцев,
То резня, а то peace deal[1].
Хоть поменьше б ты пи@дил!
К ноябрю перемозгуем,
Не спеша, проголосуем.
Тише едешь — дальше будешь,
Киш ин тохес, не забудешь.
Эни, бени, рэкс,
Клинтон, клитор, секс.
Эни, бени, ряба,
Лишь бы не с арабом!
Жил есаул поблиз аула.
Саулом звали есаула.
Аул оставил есаул,
Подался наш Саул в Сеул.
Часы тревожных ожиданий
В приёмных Роквилльских больниц:
Какая смесь одежд и лиц,
Племён, наречий, состояний!
Один какой-то шут печальный
Судьбину клял свою, чудак:
Орально, дескать, колоссально,
А вагинально — кое-как.
Я тебя не звала,
Не упрашивала!
У тебя ж ни кола,
Ни Калашникова.
Назвала меня «полным дебилом».
Но ведь в дни окаянные те,
Когда в ЗАГС ты меня волочила,
Был я склонен уже к полноте!
Слова с головой выдают.
Она мне: — Мужчина, пошлите!
А я ей: — Мадам, не пошлите,
Не то ведь и вправду пошлют.
Отрываются Лёва и Лиза.
Посидели престижно и клёво.
Возвращаются: Лёва облизан,
Ну а Лиза, простите, облёвана.
Не до романтики, брателло,
Уж не уйдёшь из жизни так:
«Россия, звёзды, ночь расстрела
И весь в черёмухе овраг».[2]
В горностаи облачённый,
Высшей властью облечённый,
В злых деяньях обличённый,
Зраком смерти облучённый…
Квартетом встречались: прелестница, я
И две суперпышныя перси ея.
Потом раскумекал, что, без нареканий,
Поборник я более тесных компаний.
Как-то в доме Чан Кай-Ши
Не осталось черемши.
И послал на материк
Холуёв своих старик.
Жили-были Моня с Тоней
Скромно, тихо, монотонно,
Изучаючи Танах
Дома в байковых штанах.
I’m in a predicament[3]
И зову: «Приди-ка, мент!»
Ибо, коль уж где свобода,
И менты — друзья народа.
Отвоюем — глядь-поглядь:
Неча, парни, стало жрать!
Не печальтесь: хороши
С лебедою мураши.
Заманала жизнь своими «дарами»,
Ни денька не проскрипишь без фингала…
А живём мы в этом мире козлами,
На заклание бредущими вяло.
Примечания
[1] Мирное соглашение (англ.)
[2] Из Владимира Набокова (1927)
[3] Я в затруднительном положении (англ.)
