Генрих Шмеркин: Чувство вкуса

Это был не просто борщ, а «Борщ-Його-Величність», «Всем-Борщам-Борщ»! Как можно было жить, не зная его вкуса? Мне часто приходилось слышать дифирамбы этому блюду, однако… По горькому моему опыту, готовить настоящий украинский борщ в Харькове не умел никто.

Генрих Шмеркин: Чувство вкуса Читать далее

Генрих Шмеркин: Родственные связи. Окончание

А как мамка родила ещё одного, так поняли — и она, и папаня: ещё один рот — не прокормить! И решили отдать младшенького сродственникам. Те рядом, в том же бараке, проживали. Сродственники подумали-подумали, и взяли.

Генрих Шмеркин: Родственные связи. Окончание Читать далее

Генрих Шмеркин: Родственные связи

Стоял чудный январский вечер. Я, исполненный вдохновения юный стихотворец — возвращался домой с занятий литкружка, который вела молоденькая журналистка Валентина Асеевна Уженкова. Пальто было расстёгнуто, тёплый шерстяной шарфик, связанный бабушкой, посеян-то ли на трамвайной остановке, то ли неизвестно где…

Генрих Шмеркин: Родственные связи Читать далее

Генрих Шмеркин: Фрачная месть. Окончание

И что?! Меня батя покойный тоже заставлял… Тяжёлая рука была… Хоть и гобоист. Лупил как сидорову ко́зу. Это когда я уже на 3-м курсе был… И спасибо ему… Царствие небесное… Если б не он — до сих пор бы… в Волоколамске голубей гонял… Или у станка… «на производстве»…

Генрих Шмеркин: Фрачная месть. Окончание Читать далее

Генрих Шмеркин: Фрачная месть

«Здравствуйте, Милиция Фёдоровна! Вы слыхали, вчера на Чернышевского снесли церкву, двумя взрывами, и теперь, говорят, там пустят трамвай на вокзал, а «тройка» будет ходить не до релейного, а на Цигарёвку, а на вокзал пустят «пятёрку» — через Урицкого, а ещё, говорят, снесут литерный дом…»

Генрих Шмеркин: Фрачная месть Читать далее

Генрих Шмеркин: Голубые города. Окончание

Парторганизация обсудила публикацию, положение с обеспечением сотрудников техинформацией было признано неудовлетворительным. Начальнику отдела, в состав которого входил плохо работающий сектор — Моисею Вельзевульфовичу Цирельсону было влеплено «неполное соответствие» и предложено по-хорошему сматываться на пенсию.

Генрих Шмеркин: Голубые города. Окончание Читать далее

Генрих Шмеркин: Голубые города. Продолжение

«Не за то я с фашистом бился, чтоб вы тут своими харями торговали!» Свои ордена Сергей Васильевич Бессонов заслужил в окопах Сталинграда, кровососов-спекулянтов он терпеть не мог, но ещё больше — ненавидел всю эту партийную шушеру. «Но-но, батя, поосторожней на поворотах!» — осадил полковника председатель совета.

Генрих Шмеркин: Голубые города. Продолжение Читать далее

Генрих Шмеркин: Голубые города. Продолжение

Оперный тенор Гелий Людмирский, игравший Отелло, так вошёл в образ, что на премьере начал реально душить партнёршу. И лишь подоспевший на помощь пожарник мощной струёй из брандспойта — как в цирке! — сумел отогнать обезумевшее чудовище от заслуженной артистки УССР. Врачи неделю боролись за жизнь актрисы…

Генрих Шмеркин: Голубые города. Продолжение Читать далее

Генрих Шмеркин: Голубые города

Все вузовские выпускники с хорошей головой и «правильной» пятой графой устраивались на почтовые ящики. В Электросилу, статусом оборонного предприятия не располагавшую, попадал лишь «отсев» — либо троечники, либо безродные космополиты, которых к таинству советского военпрома нельзя подпускать и на пушечный выстрел.

Генрих Шмеркин: Голубые города Читать далее

Аркадий и Генрих Шмеркины: А воз и ныне там. Окончание

На стене, над кроватью родителей, висел кинжал… И только сейчас дошло до Имбирского — родители были вполне счастливы друг с другом, раз могли позволить себе подобную роскошь. Ведь при определённых обстоятельствах, с такой игрушкой под рукой, недолго и до греха…

Аркадий и Генрих Шмеркины: А воз и ныне там. Окончание Читать далее

Аркадий и Генрих Шмеркины: А воз и ныне там. Продолжение

Бычки за неимением пепельницы наскоро затаптывались и пропихивались, как обычно, под сцену сквозь щели в полу. И вдруг из-под ног музыкантов повалил дым. Нет, это не земля горела под ногами халтурщиков, наживающихся на народной любви к Владимиру Семёновичу. Это воспламенились залежи старых половых тряпок…

Аркадий и Генрих Шмеркины: А воз и ныне там. Продолжение Читать далее

Аркадий и Генрих Шмеркины: А воз и ныне там. Продолжение

Первой мыслью у Гришки было — слинять в Крыжополь, «трансформироваться» в какого-нибудь Хер Херыча — ночного сторожа или кочегара школьной котельной… Он заскочил в буфет. Из спиртного ничего, кроме яичного ликёра, не было.

Аркадий и Генрих Шмеркины: А воз и ныне там. Продолжение Читать далее

[Дебют] Аркадий и Генрих Шмеркины: А воз и ныне там

Оркестрик на балансе нигде не числился, идеологически выдержанной зарплаты не получал и лабал исключительно за харч и выпивку от заведующей. Плюс чаевые от «водителей», останавливающихся на ночлег в служебном обиталище автовокзала.

[Дебют] Аркадий и Генрих Шмеркины: А воз и ныне там Читать далее

Генрих Шмеркин: Еврей Борисович. Отрывок из романа «Кент Бабилон»

Генрих Шмеркин Еврей Борисович Отрывок из романа «Кент Бабилон» Иллюстрации Ольги Чикиной Два других отрывка – см. в «Заметках по еврейской истории»  №3/2011, №7/2011)   Глава 131 Знойным июньским полуднем одна тысяча девятьсот семьдесят первого года, когда раскалённый ослепительный шар в линялом харьковском небе достиг своего апофигея – на трамвайной остановке «Госпром» …

Генрих Шмеркин: Еврей Борисович. Отрывок из романа «Кент Бабилон» Читать далее