Фаина Петрова: Трансформация мифа об Иуде Искариоте. Окончание

 347 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Я хочу показать, что, вне зависимости от того, что было на самом деле, миф об Иуде, если и был создан определенной группой людей по личным или религиозным мотивам, то дальнейшем получил свое развитие в по причинам политическим и идеологическим.

Трансформация мифа об Иуде Искариоте

Фаина Петрова

Окончание. Начало

Вторая трансформация мифа об Иуде связана с именем Иринея Лионского.

Ириней, грек по национальности, был одним из первых Отцов Церкви. Он жил в Лионе в первой половине 2 века н.э., всю жизнь боролся с ересями и написал много трудов на эту тему. Именно он из всех Евангелий для канона выбрал только четыре, а остальные сжег.

Некоторые из них, тем не менее, сохранились в списках и считаются апокрифическими, то есть недостоверными (от греч. «апокриф» — скрытый).

Почему Ириней это сделал, почему так поступил? Для этого были политические и идеологические причины.

Первая причина: христианство утверждалось очень непросто (было много течений и направлений; даже сейчас, как мы знаем, их немало), поэтому очень важно было найти то, что объединило бы всех последователей Христа. А что в этом случае может быть лучше старого, избитого, традиционного приема — найти и дать людям образ врага: ведь именно образ врага как нельзя лучше объединяет и сплачивает всех еще вчера несогласных в единое целое.

А Иуда для роли врага идеально подошел.

Возможно, это не было сознательным ходом, а лишь эффективным сопутствующим моментом, но Ириней его удачно использовал для утверждения идей христианства, как он их понимал.

Вторая причина, по которой Ириней Лионский выбрал именно эти четыре Евангелия, была связана с ситуацией, которая сложилась в Римской империи на тот момент.

В первые годы существования христиан Рим рассматривал их как иудейскую секту и не преследовал. С христианами в то время активно боролись лишь иудеи.

Но, когда после двух неудачных попыток сбросить владычество Рима (1 и 2 Иудейские войны), евреи лишились Второго Храма и были рассеяны по всей Римской империи, ее правители осознали, что христианство — это отдельное религиозное движение, абсолютно чуждое им, и тогда начались трехвековые страшные гонения на христиан.

Христиане же увидели в трагедии евреев Божью кару за то, что они не приняли Христа. Евреев, в свою очередь, от христиан очень оттолкнуло то, что те не поддержали их в борьбе против римлян. Это и стало началом глубочайшего раскола между иудеями и христианами.

В любом случае, христианам в это время политически важно стало вообще отмежеваться от евреев и всячески демонстрировать свою лояльность власти.

Также политически правильно для них было сильно преуменьшить роль Пилата, то есть Рима, в казни Иисуса Христа.

Надо сказать, что образ Пилата претерпел, пожалуй, не меньшую трансформацию, чем образ Иуды. По свидетельствам историков, Пилат был правителем властным, жестоким, вечно озлобленным и всех ненавидящим (возможно, кроме своей собаки, если она у него была: во всяком случае, как говорят специалисты, той породы, о которой писал Булгаков, в те времена еще быть не могло: она была создана много позже).

Стараниями церковников, а потом и людей искусства Понтий Пилат постепенно превратился в человека, который, якобы, единственный только и понимал Христа, сочувствовал ему, но оказался не в состоянии помочь.

В некоторых христианских общинах (например, в эфиопской православной) Понтий Пилат даже причислен к лику святых. Есть версия, что именно там проповедовал апостол Матфей.

Согласно евангелисту Марку, Понтий просто соглашается с приговором Синедриона и требованием народа.

Евангелист Матфей, описывая этот эпизод, прибавляет к нему еще и сцену с умыванием рук, символизирующую отказ принимать на себя ответственность за убийство невиновного (что очень странно, потому что у евреев это было ритуалом после убийства, а не до того, а у римлян такого обычая вообще не было).

В Евангелии от Луки Пилат постоянно говорит о невиновности Иисуса, отступая лишь под давлением первосвященников и толпы. Наиболее же тенденциозно, как мы говорили, эти сцены описаны Иоанном.

В картине Тициана изображен момент суда над Иисусом, когда Пилат, указывая на измученного Христа, обращается к возбужденной толпе, взывая к ее сочувствию и состраданию:

«Се, Человек!».

Tициан (1490 -1576 гг.) Се, человек!
Tициан (1490-1576 гг.) Се, человек!

Но, как следует из Иоанна, “гуманисту” Пилату не удается вызвать добрые чувства у присутствующих:

“Когда же увидели Его (Иисуса) первосвященники и служители, то закричали: «Распни, распни Его!»

И тогда, якобы, Пилат говорит им:

«возьмите Его вы, и распните; ибо я не нахожу в Нем вины».

Получается, что именно евреи своими руками распяли Христа. Но этого никак не могло быть! Максимум, что мог сделать Синедрион, это, обвинив Иисуса в преступлении перед Римским императором, передать Его суду наместника, потому что вынесение и исполнение приговора смертной казни было прерогативой только римской власти, а никак не евреев.

Кроме того, у евреев не был принят такой вид казни, как распятие. Это было именно римское явление, и казнили так только неримских граждан. Например, апостола Петра, галилеянина, распяли, а апостола Павла как римского гражданина обезглавили.

Конечно, с точки зрения христиан, сама передача Синедрионом Христа на суд римскому наместнику была преступна. Зачем к этому добавлять еще что-либо? Зачем придумывать невозможное?

Одной из причин могло быть заигрывание с римской властью, о котором я уже упоминала и которое, как мы знаем, далеко не сразу, но все же принесло свои плоды, когда христианство стало государственной религией.

Третья причина, почему именно Иуду нужно было сделать предателем, состояла в том, что главным направлением в борьбе с ересями, которой Ириней посвятил свою жизнь, была борьба с гностиками, а, судя по недавно найденному Евангелию от Иуды, последний (или тот, кто писал от его имени) как раз и был гностиком.

Есть все основания считать, что Ириней был знаком с «Евангелием от Иуды» и, конечно, оно должно было пойти в огонь одним из первых. В разных источниках сохранилось упоминание о существовании такого трактата, но он считался безвозвратно утраченным, пока несколько лет назад в Египте не был найден сохранившийся экземпляр, подлинность которого подтверждена авторитетными специалистами.

«Евангелие от Иуды»

Кто же такие гностики, с которыми так ожесточенно боролся Ириней Лионский?

Гностицизм (греч. «гнозис» — знать) был, пожалуй, самой опасной ересью, угрожавшей Ранней Церкви в течение первых трех столетий. «Церковь видела в гностицизме (во всех его главных формах) отрицание веры в Иисуса как необходимого, достаточного и единственного пути к спасению, данного всему человечеству».[v]

Для гностиков спасение достигается через эзотерическое (греч. — внутреннее) знание, причем это знание они получают не из Библии, а приобретают на каком-то высшем мистическом уровне.

Если христианe стремятся всемерно расширить свое влияние, то гностики, напротив, замыкаются в узком кругу посвященных.

Гностицизм поддерживает дуализм в отношении духа и материи: материя является злом, а дух — добром. Поэтому все, совершаемое в теле, в материи, не имеет смысла, так как реальная жизнь, по их мнению, существует лишь в духовном мире.

Понятно, что говорить в этом случае о десяти заповедях не приходится, а это — суть христианства, его основа (на самом деле не только христианства, но сейчас речь идет именно о нем) Десять заповедей — это моральные принципы, на которых стоит христианское общество, и тут никакого примирения, никакого согласия между гностиками и христианами возникнуть не могло.

Не менее важными были расхождения в вопросе о Создателе и его роли в жизни людей. Гностики считали, что есть Демиург, то есть Творец, который создал весь материальный мир, а после этого ни во что не вмешивается.

В то же время существуют другие божественные эманации, что-то вроде иудео-христианских ангелов (но не совсем совпадающие с ними), которые участвуют в жизни людей .

Гностический демиург. Aмулет защиты египтян
Гностический демиург. Aмулет защиты египтян

Ириней Лионский, как и другие Отцы Церкви, утверждал, что Бог, создав мир, непрерывно осуществляет надзор над ним, и это является частью истории спасения человечества, а сутью всей истории спасения является постепенное «духовное возрастание или созревание» человечества.

При этом Ириней писал, что, поскольку епископы являются преемниками апостолов, то это одно делает их авторитетным источником толкования Священного Писания, а критерием истинности этого толкования является их полное единодушие во взглядах.

Вот это единодушие здесь особенно умилительно! Ради него действительно стоило сжечь все остальные трактаты!

Васнецов. Бог-творец
Васнецов. Бог-творец

Четвертым доводом для выбора упомянутых Евангелий в качестве канонических для Иринея возможно, было само созвучие имени Иуды с названием народа, о котором я говорила.

Итак, ясно, что было достаточно причин, чтобы на свет божий появился образ подлого предателя Иуды. Если такового не было, его следовало придумать.

А когда придумывают, то неизбежно вылезают какие-то нестыковки, противоречия, которые приходится примирять; возникают проклятые вопросы, на которые уже два тысячелетия пытаются ответить люди, умеющие думать, сопоставлять и рассуждать (о некоторых нестыковках мы уже говорили, о других пойдет речь позже)

И со временем происходит следующая, третья, трансформация: переосмысливается сам Евангельский образ Иуды. Происходит постепенное оправдание и даже героизация этого образа — так, что в конце концов, он превращается в свою полную противоположность!

В этой третьей трансформации большую роль сыграли не столько богословы и служители Церкви, сколько люди искусства: художники, писатели, режиссеры.

Американцы по гностическому апокрифу сняли красочный фильм, и в нем Иуда не предатель, не злодей, а герой и страдалец. В этом апокрифе выдвигается теория «джентльменского соглашения» между Христом и Иудой.

«National Geographic. Евангелие от Иуды»

Удивительно, что Леонид Андреев еще в далеком 1907 году написал, можно сказать, свое «Евангелие от Иуды”, в котором Предатель является главным действующим лицом и выполняет ту же функцию, что и в еретическом трактате.

В 2014 году российский режиссер Александр Богатырев снял фильм по рассказу Леонида Андреева. Именно сейчас этот рассказ оказался весьма востребованным и актуальным.

Видеоролик фильма Богатырева “Иуда, человек из Кариота”

Максимилиан Волошин назвал это произведение “Евангелием наизнанку”. Он был очень близок к Андрееву в трактовке роли Иуды. В том же 1907 году в лекции «Пути Эроса» Волошин дает такое истолкование ее:

Рядом с жертвой Христа — подвиг Иуды. Он становится высшим среди двенадцати, самым мощным, самым посвященным из апостолов. Божественный Агнец должен быть заклан на алтаре рукою жреца, и рука эта должна быть чиста и тверда. «Один из вас предаст Меня», — это не упрек, а вопрос: кто из вас примет на себя бремя заклания? И каждый из апостолов робко спрашивает: «Не я ли, Господи?»

Тогда Христос обмакивает хлеб в соль, что обозначает передачу своей силы, и дает Иуде.

Иуда выходит из собрания апостолов, приняв на себя подвиг высшей жертвы и высшего смирения. Вся гордость, мудрость и мощь законов, образующих и живящих материю, в лице Иуды принимает на себя великую жертву унижения, смирения и позора, ибо подвиг Иуды — в его позоре и поругании. Иуда должен предать Христа, чтобы Христос мог умереть и воскреснуть».

На мой взгляд, и Максимилиан Волошин, и Леонид Андреев сумели исключительно точно воспроизвести роль Иуды в контексте мистической трагедии Иисуса Христа, как ее видели первые христиане, еще не зараженные бациллой ненависти к евреям, поскольку и сами были евреями.

Что касается Андреева, то ему, возможно, помогло удивительное сходство его характера с характером его персонажа. Вот что писал М. Горький об Андрееве:

«Леонид Николаевич странно и мучительно резко для себя раскалывался надвое: на одной и той же неделе он мог петь миру — «Осанна!» и провозглашать ему — «Анафема!»

Это не было внешним противоречием между основами характера и навыками или требованиями профессии, — нет, в обоих случаях он чувствовал одинаково искренно. И чем более громко он возглашал: «Осанна!» — тем более сильным эхом раздавалось — “Анафема!» [vi]

Как мы увидим далее, характеристика, которую дал Максим Горький Леониду Андрееву, вполне справедлива и для главного героя рассказа «Иуда Искариот».

Посмотрим, что общего и чем отличаются образы Иуды у Андреева, в Евангелии от Иуды и в канонических Евангелиях.

Начать я хочу с последней страницы повествования, с того леденящего душу образа жуткой смерти Предателя, с того эпического размаха, с которым автор повествует об этом событии:

“Всю ночь, как какой-то чудовищный плод, качался Иуда над Иерусалимом, и ветер поворачивал его то к городу лицом, то к пустыне — точно и городу и пустыне хотел он показать Иуду. Но, куда бы ни поворачивалось обезображенное смертью лицо, красные глаза, налитые кровью и теперь одинаковые, как братья, неотступно смотрели в небо. А наутро кто-то зоркий увидел над городом висящего Иуду и закричал в испуге. Пришли люди, и сняли его, и, узнав, кто это, бросили его в глухой овраг, куда бросали дохлых лошадей, кошек и другую падаль.

И в тот вечер уже все верующие узнали о страшной смерти Предателя, а на другой день узнал о ней весь Иерусалим. Узнала о ней каменистая Иудея, и зеленая Галилея узнала о ней, и до одного моря и до другого, которое еще дальше, долетела весть о смерти Предателя. Ни быстрее, ни тише, но вместе с временем шла она, и как нет конца у времени, так не будет конца рассказам о предательстве Иуды и страшной смерти его.

И все — добрые и злые — одинаково предадут проклятию позорную память его, и у всех народов, какие были, какие есть, останется он одиноким в жестокой участи своей — Иуда из Кариота, Предатель”.

Рассказывая о том, что привело Иуду к такому ужасному концу, автор явно сочувствует своему герою, и, поскольку это не публицистическое, а художественное произведение, ему важно не сказать, а показать, почему именно Иуда был не понят и оклеветан окружающими.

Андреев рисует Иуду довольно противоречивым, неоднозначным человеком, вызывающим то восхищение, то неприязнь. Это отражено и в двойственности облика: лицо его как будто сшито из двух половинок. Одна сторона лица — беспрерывно подвижная, усеянная морщинами, с черным острым глазом, другая — мертвенно гладкая и кажущаяся несоразмерно большой от широко открытого, незрячего, затянутого бельмом ока (только после смерти они стали, “как два брата”).
Наша современница, великолепный график Анастасия Зыкина, создала цикл иллюстрацийк тексту Леонида Андреева, от которого веет неменьшей мощью, чем от самого рассказа:


Как же развиваются события у Андреева? Появление Иуды в тексте рассказа не предвещает ничего хорошего:

«Иисуса Христа много раз предупреждали, что Иуда из Кариота — человек очень дурной славы и его нужно остерегаться. Одни из учеников, бывавшие в Иудее, хорошо знали его сами, другие много слыхали о нем от людей, и не было никого, кто мог бы сказать о нем доброе слово. И если порицали его добрые, говоря, что Иуда корыстолюбив, коварен, наклонен к притворству и лжи, то и дурные, которых расспрашивали об Иуде, поносили его самыми жестокими словами… И не было сомнения для некоторых из учеников, что в желании его приблизиться к Иисусу скрывалось какое-то тайное намерение, был злой и коварный расчет. Но не послушал их советов Иисус, не коснулся его слуха их пророческий голос. С тем духом светлого противоречия, который неудержимо влек его к отверженным и нелюбимым, он решительно принял Иуду и включил его в круг избранных».

Как мы видим, в самом начале повествования автор говорит нам о каком-то недосмотре Иисуса, об его излишней доверчивости и непредусмотрительности, за которые Ему впоследствии пришлось расплатиться. Его ученики выглядят более опытными и дальновидными. Получается, что Иисус не Бог, которому открыто будущее.

Евангельский Христос заранее знает о предательстве Иуды и предупреждает о последствиях:

«Впрочем Сын Человеческий идет, как написано о Нем; но горе человеку тому, чрез которого Сын Человеческий предается: лучше было бы человеку тому не родиться» (Матфей 26, 24).

Сказано это было на Тайной Вечере, уже после того, как Иуда побывал у первосвященника и получил 30 серебренников за предательство. На той же Тайной Вечере Христос сказал, что предатель — один из сидящих с Ним апостолов, а в Евангелии от Иоанна сказано, что Христос тайно указал ему на Иуду (Иоанн 13, 23-26).

Леонардо да Винчи. Тайная Вечеря
Леонардо да Винчи. Тайная Вечеря

То есть Иуда, согласно евангелистам, не лишен свободы воли: он может еще отказаться от содеянного, но этого не происходит. И подтекст таков: он так поступает в силу своей низкой, подлой натуры!

Странная вещь: если Иисус знает, что по замыслу Бога-отца должен быть казнен и что для этого требуется предательство, то почему

«горе человеку тому, чрез которого Сын Человеческий предается?».

Разве Иуда в этом случае не есть орудие исполнения Божьего замысла? И, коль скоро, по словам Луки и Иоанна, в Иуду вошел Сатана, то, по-видимому, по своей воле Иуда этого бы не сделал? То есть его лишили свободы воли, как сказали бы сейчас, нейтрализовали, и вместо него действует Враг человеческий?

И зачем Иисус говорит Иуде: «Что делаешь, делай скорее!», после чего тот, якобы, идет к первосвященникам, а потом, вернувшись со стражей, целуя Иисуса, говорит: «Радуйся, равви!?» Довольно странные слова для предателя, не правда ли?

Сопоставив эти две реплики, как мне кажется, можно прийти только к одному выводу: речь идет об исполнении Иудой тайного или явного требования, или, может, точнее, пожелания Иисуса, и ничего более. Все остальные трактовки выглядят натяжками.

Или момент, когда Петр отсекает мечом мочку уха у слуги первосвященника, пришедшего за Иисусом. Почему апостол набросился на слугу, а не попытался убить предателя Иуду? Не разобрался? Неубедительно!

Также неубедительны и обвинения Иуды в корыстолюбии: если, как утверждает Иоанн, Иуда по природе своей был вором, то почему он не прикарманил собранные деньги и не сбежал с ними? Почему вернул 30 серебренников первосвященникам? Раскаялся? Значит, был способен на добрые чувства? Но у такого черного, подлого человека, каким изображают его евангелисты, разве могут быть добрые чувства? Или к этому времени из него вышел Сатана, и он стал самим собой? Тогда он, тем более, не виновен в предательстве!

Если на основании таких показаний Иуду судили бы в любом нормальном суде, то никогда не признали бы виновным!

Каких только объяснений поступку Иуды не предлагали за прошедшие тысячелетия! Он-де боялся восстания, на которое, мол, толкал Иисус (что неправда, и, следовательно, такого страха не могло быть у Иуды!). Или, напротив, Иуда хотел, чтобы Иисус возглавил восстание против римлян, а когда убедился, что у Иисуса нет таких планов, что «царство Его не от мира сего», разочаровался и предал. И так далее, и тому подобное…..

Нестыковки, несогласованность трактовок невольно наводит на определенные размышления: когда выдумывают, очень трудно продумать все детали.

А какова интрига в отношениях Иисуса и Иуды у Андреева? В своем рассказе «Иуда Искариот» писатель предложил более сложную коллизию, чем в Евангелии от Иуды. Взаимодействие между главными героями повествования происходит более тонко: Иисус не просит Иуду предать Его, но своим поведением вынуждает ученика это сделать; Иисус не сообщает Иуде о смысле своей искупительной жертвы, а потому обрекает последнего на муки совести, т.е., говоря языком современных спецслужб, «использует втемную» несчастного Иуду.

В “Евангелии от Иуды” Иисус не настолько жесток: он прямо объясняет Иуде, что и для чего он должен сделать.

У Андреева Иисус то держит Иуду на расстоянии, то приближает к себе. И, тем не менее, преданность Иуды Христу абсолютно безгранична. Он, как и Иисус Пастернака, мог бы с полным правом сказать о себе: “Я люблю твой замысел упрямый/И играть согласен эту роль”.

Иуда готов выполнить любое, даже не указание или пожелание, а малейший намек на них, но при этом он искренне сострадает Иисусу, боится неправильно понять Его, и, как это ни парадоксально звучит, еще сильнее он страшится того, что правильно понял Христа.

Главная линия Иуды в повествовании проявляется в том, что он до последнего момента готов спасти Иисуса от неминуемого:

«Одною рукой предавая Иисуса, другой рукой Иуда старательно искал расстроить свои собственные планы»,

говорит писатель. И даже после Тайной Вечери он пытается найти возможность не предавать учителя, напрямую обращаясь к Иисусу, и просто мистический ужас возникает при чтении этих строк:

«— Ты знаешь, куда иду я, Господи? Я иду предать тебя в руки твоих врагов.

И было долгое молчание, тишина вечера и острые, черные тени.

Ты молчишь, господи? Ты приказываешь мне идти?

И снова молчание.

Позволь мне остаться. Но ты не можешь? Или не смеешь? Или не хочешь?

И снова молчание, огромное, как глаза вечности.

— Но ведь ты знаешь, что я люблю тебя. Ты все знаешь. Зачем ты так смотришь на Иуду? Велика тайна твоих прекрасных глаз, но разве моя — меньше? Повели мне остаться! Но ты молчишь, ты все молчишь? Господи, господи, затем ли в тоске и муках искал я тебя всю мою жизнь, искал и нашел! Освободи меня. Сними тяжесть, она тяжеле гор и свинца. Разве ты не слышишь, как трещит под нею грудь Иуды из Кариота?

И последнее молчание, бездонное, как последний взгляд вечности

Я иду.

И кто кого предает здесь?

Иуда у Андреева — человек весьма наблюдательный, ироничный, а то и саркастичный, более того, порой он даже кощунственен, и главная интрига рассказа состоит в том, что Иисус, не проронив ни слова, смог заставить этого неординарного человека стать Великим Предателем.

Андреевский Иуда, “выдавая” Христа, рассчитывает вынудить Синедрион выслушать Иисуса, надеясь, что они осознают, кто перед ними.

“Нельзя убивать невинного, — рассуждает сам с собой Иуда, — а разве Христос в чем-то повинен? Нет. И когда люди поймут это, они очнутся, встанут на сторону Добра — они защитят Христа от расправы, а точнее, на самом деле защитят то Доброе, что есть в них самих!”

Вот почему, когда этого не произошло, он гневно возвращает 30 серебренников первосвященникам: это было не раскаяние, как расценили некоторые, это было глубочайшее разочарование в людях и, прежде всего, в тех, у кого он взял эти проклятые деньги. Он был уверен, что они сумеют понять, что пришел Спаситель рода человеческого, а они не сумели увидеть то, что было очевидно для Иуды.

После гибели Иисуса жизнь для Иуды теряет всякий смысл, и он уходит к своему любимому Учителю, чтобы больше уже никогда не расставаться с ним!

Рембрант. Иуда возвращает первосвященникам 30 серебренников
Рембрант. Иуда возвращает первосвященникам 30 серебренников

Таким образом, мы видим, что, даже если принять за непреложный факт так называемое предательство Иуды, то и тогда существует множество интерпретаций мотивов его поступка: от самых низких до самых возвышенных.

К сожалению, Христианская Церковь, почти во всех ее формах, придерживалась весьма определенных и весьма предвзятых взглядов на этот счет: ”Иуды-христопродавцы, вы нашего Христа распяли,“ так бесхитростно выражали самую суть поклепа, созданного христианской верхушкой, малограмотные (и не только!) люди, преследуя евреев, устраивая погромы, изгоняя их с насиженных мест, а нередко и убивая.

И только в год, когда исполнилось две тысячи лет со дня Рождества Христова Папа Римский II признал это обвинение ложным и принес покаянное извинение евреям. В расщелине иерусалимской Стены Плача он оставил записку: «Боже отцов наших, избравший Авраама и его потомков, чтобы они несли имя Твое всем народам. Мы глубоко опечалены поведением тех, кто в ходе истории причинил страдания этим Твоим чадам, и, испрашивая у Тебя прощения, желаем установить поистине братские отношения с народом Завета. Иоанн Павел II ».

Надо заметить, что православные иерархи не покаялись до сих пор. На сайте «Православный мир» размещены иконы, фрески и картины, посвященные предательству Иуды. И это конечно, только маленькая часть того, что было создано и продолжает создаваться сейчас.

А теперь вернемся к вопросу о причинах антисемитизма.

Много раз люди самых разных взглядов задавали себе вопрос, чем вызван антисемитизм, который зародился еще в античные времена в просвещенной греческой и римской среде? Христианский антисемитизм строился на уже имеющемся основании, но преуспел в этом «строительстве» значительно больше своих предшественников.

Если коротко, любой антисемитизм вызывается двумя причинами: объективной и субъективной. Об oбъективной причине ясно и определенно высказались два таких не похожих и не связанных друг с другом человека, как Фрейд и Гитлер: евреи принесли в мир понятие совести. И это оказалось тяжелой ношей. То есть в объективном смысле христианский антисемитизм есть «проекция подсознательного отрицания христианской морали». (О. Михаил Чайковский)

А вот что говорит о субъективной причине антисемитизма современный писатель и публицист Александр Мелихов:

“Антисемитизм порождается той же самой причиной, что и почти всякая вражда, — конкуренцией. Можно, конечно, выделить столько его разновидностей, сколько существует видов соперничества: религиозный, политический, экономический, бытовой, — однако главным сегодня я полагаю антисемитизм экзистенциальный. Он порождается “конкуренцией грез, которыми каждый народ защищается от совершенно обоснованного чувства бренности и мизерности всего земного”.

И далее Мелехов поясняет:

“…группа культур, объединенная общей экзистенциальной защитой, неписаным соглашением о совместной избранности, и называется цивилизацией”.

Мне не хотелось бы заканчивать размышления о трансформации образа Иуды на этой пессимистической ноте, но, к сожалению, ничего оптимистического предложить не могу: антисемитизм нeискореним именно потому, почему евреи выжили и не потеряли свою идентичности: речь идет об избранности, истинной или ложной, от которой евреи никогда не откажутся, и с которой неевреи никогда не согласятся. А потому миф об Иуде будет продолжать служить им для оправдания их ненависти к евреям.

Приложение: иконы, фрески и картины, посвященные предательству Иуды, на сайте «Православный мир».

“Иуда, получающий плату за предательство». Джотто ди Бондоне, (1267-1337), Флоренция
“Иуда, получающий плату за предательство». Джотто ди Бондоне, (1267-1337), Флоренция
Иуда Искариот. Джеймс Жак Тисо, 1836 г., Франция
Иуда Искариот. Джеймс Жак Тисо, 1836 г., Франция
Поцелуй Иуды, Чимабуэ, конец XIII века, Пиза
Поцелуй Иуды, Чимабуэ, конец XIII века, Пиза
Поцелуй Иуды.Романская роспись на кессонном потолке в Циллисе, Швецария, ок. 1160 г.
Поцелуй Иуды.Романская роспись на кессонном потолке в Циллисе, Швецария, ок. 1160 г.
Базилика Сан Аполлинаре Нуово (Равена, Италия)
Базилика Сан Аполлинаре Нуово (Равена, Италия)

Уголино ди Нерио «Предательство Иуды и арест Христа» (14 век, Сиена)
Уголино ди Нерио «Предательство Иуды и арест Христа» (14 век, Сиена)

Современная коптская икона.
Современная коптская икона.
Пещерный храм прп. Иова, Почаев (Украина)
Пещерный храм прп. Иова, Почаев (Украина)
Караваджо (16 век). Поцелуй Иуды
Караваджо (16 век). Поцелуй Иуды
Гюстав Доре (19век, Франция). Поцелуй Иуды
Гюстав Доре (19век, Франция). Поцелуй Иуды
Джотто ди Бондоне (1267-1337г.г.), Флоренция
Джотто ди Бондоне (1267-1337г.г.), Флоренция
Джотто ди Бондоне (1267-1337г.г.), Флоренция, фрагмент
Джотто ди Бондоне (1267-1337г.г.), Флоренция, фрагмент
Тома Кутюр (19 век, Франция)
Тома Кутюр (19 век, Франция)

Фра Беато Анжелико (15 век, Флоренция)
Фра Беато Анжелико (15 век, Флоренция)
Николай Ге (19 век). «Совесть. Иуда»
Николай Ге (19 век). «Совесть. Иуда»
Предательство Иуды. Иван Айвазовский (19век)
Предательство Иуды. Иван Айвазовский (19век)
Алексей Мазур. «Иуда»
Алексей Мазур. «Иуда»
Георгиос Кардиас. Греция
Георгиос Кардиас. Греция
Предательство Иуды. Африканское изображение
Предательство Иуды. Африканское изображение

Примечания

[v] Борис Дынин (частное сообщение)

[vi] «Осанна!», иврит: “Спаси же!” — молитвенное восклицание, которое использовалось в христианстве как славословие; «Aaнафема!», греч. — отлучение от церкви, проклятие.

Print Friendly, PDF & Email

9 комментариев к «Фаина Петрова: Трансформация мифа об Иуде Искариоте. Окончание»

  1. Александр Бархавин — Фаине Петровой

    «Он жил в Лионе в первой половине 2 века н.э»
    —————
    Во второй; умер в самом начале 3 века, а в Лион попал около 160г.
    ххххххх

    «В первые годы существования христиан Рим рассматривал их как иудейскую секту и не преследовал. С христианами в то время активно боролись лишь иудеи.
    Но, когда после двух неудачных попыток сбросить владычество Рима (1 и 2 Иудейские войны), евреи лишились Второго Храма и были рассеяны по всей Римской империи, ее правители осознали, что христианство — это отдельное религиозное движение, абсолютно чуждое им, и тогда начались трехвековые страшные гонения на христиан»
    —————
    По моим представлениям, несколько не так.
    Рим действительно рассматривал христиан как иудейскую секту, и преследовал христиан как одну из таких сект. 1 и 2 иудейские войны здесь мало что изменили; христианство оставалось в глазах Рима одной из иудейских сект.
    А потом произошло восстание Бар-Кохбы, где поначалу участвовали и христиане. Но в какой-то момент Бар-Кохба объявил себя мессией — что христиане принять не могли (место Мессии для них было занято Иисусом), поэтому отошли от восстания.
    Восстание было подавлено, иудеи жестоко наказаны (изгнание из Иерусалима, запрет на исполнение обрядов веры и преподавание и изучение Моисеева закона). Вот тут христианам очень кстати оказалось считаться отдельным от иудаизма религиозным движением — чем они, собственно, к тому времени фактически и являлись. Надо отметить, что они «ушли» из иудаизма не после и из-за поражения восстания чтобы избежать репрессий, а еще во время восстания по действительно религиозным мотивам.

    И о статье в целом:
    Интересная версия мотивировки событий; у меня есть своя, несколько отличная — если дойдут руки, как-нибудь напишу.

  2. «Почему Ириней это сделал, почему так поступил? Для этого были политические и идеологические причины.»
    ——- РЛ ——
    Всё-таки не надо путать действительные причины, по которым Ириней сжёг апокрифы, с всего лишь предположениями.

    1. А Вам Ириней шепнул на ушко, каковы у него были действительные причины? Поделитесь инфпрмацией, пожалуйста. Мне он ничего не сообщил, и я могу только строить предположния, зная историческуь ситуацию и пользуясь логикой.

  3. И далее Мелехов поясняет:
    “…группа культур, объединенная общей экзистенциальной защитой, неписаным соглашением о совместной избранности, и называется цивилизацией”.

    Мне не хотелось бы заканчивать размышления о трансформации образа Иуды на этой пессимистической ноте, но, к сожалению, ничего оптимистического предложить не могу: антисемитизм нeискореним именно потому, почему евреи выжили и не потеряли свою идентичности: речь идет об избранности, истинной или ложной, от которой евреи никогда не откажутся, и с которой неевреи никогда не согласятся.
    ———
    Полностью согласен, что разногласия они НЕ на уровне религии, но на уровне цивилизации: те-же самые разноглсия существуют и у атеистов обоих цивилизаций.
    Только эти цивилизации определяются не «экзистенциальной защитой», но «представлением о мироздании и месте человека в нём». Это и есть та «идентичность», от которой не отказываются пока эта цивилизация имеет надежду продолжать существовать.

    На эту тему хорошо написали:
    1) П. Полонский. ЕВРЕИ И ХРИСТИАНСТВО
    2) На портале Берковича: Морис Сэмюэль. «Вы язычники». Перевод с английского Марка Эппеля.

  4. Позволю себе несколько замечаний, ни в коем случае не в порядке нравоучений или укоров. Этот сайт, на мой взгляд, достаточно выгодно отличается от ему подобных относительно меньшим количеством безаппеляционных заявлений, ссылок на несокрушимые авторитеты и себя любимого, бесконечно длинных, столь же нудных, сколь порой не всегда грамотных, а иногда и откровенно злобных перепалок. Полагаю, что этим он обязан не только всеми уважаемой редакции, но и вкладу авторов публикуемых материалов и даже комментариев по существу. Не стоит снижать его уровень пренебрежительным отношением к форме и содержанию публикуемых материалов.
    Изложенная в данной статье гипотеза, хотя и не является откровением, но все же не столь «заезжена» на портале, как многие из публикаций на историко-религиозные темы.В любом случае автор имеет право изложить свой взгляд на нее, если не обращается к верующим.
    Поэтому я считаю не вполне правомерным комментарий Светланы Феоктистовой к первой части статьи с цитатой из «Собачьего сердца». Мы, конечно, можем внутри себя уподоблять оппонента Шарикову, но вряд ли кто-либо наберется смелости объявить, что его прямое или косвенное знакомство с подлинными прототипами евангельских авторов и персонажей находятся на том же уровне, как и знакомство пусть и вымышленного, но все равно гениального профессора Преображенского с предметом его занятий.
    С другой стороны, на мой взгляд, неуместными со стороны автора статьи являются ссылки на частную переписку. Неуважением, по-моему, к читателю являются также и непроверенные гиперссылки. Первая из них «Евангелие от Иуды» отправляет просто на сайт https://www.youtube.com / Конечно, там можно задать поиск «Евангелие от Иуды». Но догадавшись сделать это, вы получаете несметный перечень видеороликов по теме. Насчитав первые два десятка, я оставил тщетное занятие, угадать, какой именно имел в виду автор.
    Ничего зазорного я не вижу и в конкретных адресных ссылках на Википедию, а лучше на Wikipedia, где указываются, как правило, первоисточники. Конечно, если только эти ссылки не используются, как аргумент, не подлежащий обсуждению и возражению. На мой взгляд это лучше, чем давать безадресные ссылки на уважаемых А.Мелихова или О. Михаила Чайковского.

    1. «Неуважением, по-моему, к читателю являются также и непроверенные гиперссылки. Первая из них «Евангелие от Иуды» отправляет просто на сайт https://www.youtube.com / Конечно, там можно задать поиск «Евангелие от Иуды». Но догадавшись сделать это, вы получаете несметный перечень видеороликов по теме».
      —————————————————
      «Евангелие от Иуды» — это книга в твердом варианте. Я однажды купил ее, но не для себя, а для посылки даме из Израиля, занимающейся ранним христианством.

      1. Е.Левертову
        Ни дама, ни книга в твердом переплете не имеют отношения к упомянутым гиперссылкам. Первую же из них «Евангелие от Иуды» Вы легко обнаружите в тексте статьи, если подведете к ней мышкой курсор. При этом она покраснеет, возможно от смущения, из-за того, что «кликнув» на нее Вы окажетесь не там, где предполагалось.

        1. Спасибо! Я об этом и говорю: хочу перенаправить внимание читателя в правильном направлении.

  5. И только в год, когда исполнилось две тысячи лет со дня Рождества Христова Папа Римский II признал это обвинение ложным и принес покаянное извинение евреям.
    ————
    Не совсем так. Еще в 1965 году Вторым Ватиканским собором была принята делкларация Nostra aetate, в которой подчеркивается, что «хотя еврейские власти настаивали на том, чтобы убить Христа, Крестные муки Спасителя не могут быть поводом для обвинения всех евреев, ни живших тогда, ни живущих сейчас». Всё это не отменяет того факта, что Св. Иоанн Павел II (Ян Кароль Войтыла) внес колоссальный вклад в примирение между католками и евреями (привет полонофобам с сайта:)!).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *