Маркс Тартаковский: СВИДЕТЕЛЬ ВРЕМЕНИ — VIII — 1

«Море грозно ревело. Хлестали волны. Свистел ветер. Яхта неслась вся в мыле. Она загнанно поводила бортами и тихо ржала. До самого клотика проступала испарина. Экипаж держался героически…»

Маркс Тартаковский: СВИДЕТЕЛЬ ВРЕМЕНИ — VIII — 1 Читать далее

Генрих Иоффе: ДРУГОЙ КОРНИЛОВ

Конверт, который мне на другой день Корнилов вручил в своем особняке, не был запечатан. Я вынул из него плотный лист и прочитал текст, написанный четким, заостренным почерком: «Рекомендация. Настоящим удостоверяю, что податель сего Генрих Зиновьевич Иоффе лично известен мне, как бывший студент Московского педагогического института, работавший в этом институте в …

Генрих Иоффе: ДРУГОЙ КОРНИЛОВ Читать далее

Александр Габович: КАДРИРОВАННЫЙ ТАНКОВЫЙ ПОЛК И ДОМ ПОСЛЕДНИХ НАДЕЖД

Совок был полон нелепостей, от которых мы ещё не избавились. И юмор тут может быть лишь саркастическим. Самый главный недостаток совка заключается в том, что цели этого государства и ему подобных образований никак не связаны с возможностью счастливой трудовой и культурной жизни граждан. Химеры преобладают. 

Александр Габович: КАДРИРОВАННЫЙ ТАНКОВЫЙ ПОЛК И ДОМ ПОСЛЕДНИХ НАДЕЖД Читать далее

Маркс Тартаковский: Свидетель времени — VII — 2

Я спрашивал А.П. о причинах употребления псевдонима, о происхождении его собственной звучной фамилии. И был бы вполне удовлетворен, если б он ответил мне хоть как-то внятно. Внятно же объяснял он мне, скажем, преимущества любовниц перед законными женами, из чего выходило, что в жены можно брать кого угодно, тогда как любовнице …

Маркс Тартаковский: Свидетель времени — VII — 2 Читать далее

Маркс Тартаковский: Свидетель времени — VII — 1

Ввиду некоторого сходства с судьбой Каржавина, я и сам тогда в средине пятидесятых рассчитываю на неизбежную удачу. Был я, правда, не в Париже, а в Москве, и спал, конечно, не на соломе, а на жёстких вокзальных скамьях, — да и то лишь в худшем случае. Вечерами, после девяти, с закрытием …

Маркс Тартаковский: Свидетель времени — VII — 1 Читать далее

Маркс Тартаковский: Свидетель времени — VI — 5

Свидетель времени — VI — 5 КАК Я ПРОВЁЛ ТЕМ ЛЕТОМ… Диме Поспелову, другу. Маркс Тартаковский Окончание Начало С ПЕРЕВАЛА КАМИЧОРРГА ПО БЕЗЫМЕННОМУ КАНЬОНУ. «Камичоррга» в переводе с таджикского — «перевал четырёх дорог». За перевалом тропы сливаются в одну, выбитую по колено, как колея в глине; ночью из неё не …

Маркс Тартаковский: Свидетель времени — VI — 5 Читать далее

Маркс Тартаковский: Свидетель времени — VI — 4

Свидетель времени — VI — 4 КАК Я ПРОВЁЛ ТЕМ ЛЕТОМ… Диме Поспелову, другу. Маркс Тартаковский Продолжение Начало 16 УРОЧИЩЕ АХБА-СОЙ. Крохотные возделанные клочки земли — лесенкой по склону горы. Иногда уступ расширен искусственной террасой с насыпанной землёй, подпираемой столбами. На террасе растёт рожь, а под ней сложен очаг из …

Маркс Тартаковский: Свидетель времени — VI — 4 Читать далее

Маркс Тартаковский: Свидетель времени — VI — 3

Она подобрала камешек нежно-бирюзового оттенка и, сжав в ладошке, время от времени поглядывает на него. Бирюза на Востоке — цвет счастья, удачи, сбывающихся надежд. Бирюзовые купола гробниц означают, надо думать, райское местопребывание усопшего. (В исламском раю, между прочим, есть на что поглядеть. Семьдесят гурий на каждого, — это вам не …

Маркс Тартаковский: Свидетель времени — VI — 3 Читать далее

Маркс Тартаковский: Свидетель времени — VI — 2

Мы недолго идём в этот день и вскоре останавливаемся — уже на ночлег — у кишлака Зираки. Мне догрузили рюкзак съестными припасами, ещё чем-то общественным — иду согнувшись, на подъёмах загребая землю руками. Кое-как доплёлся, соображая, как быть дальше — завтра, послезавтра, дней тридцать подряд…

Маркс Тартаковский: Свидетель времени — VI — 2 Читать далее

Юрий Вешнинский: «…Звалось судьбой и никогда не повторится»

Расскажу о том, как для меня началась эпоха после XX съезда КПСС, в конце которого Н. С. Хрущё вступил с официально засекречнной у нас (но, — не «у них») речью с критикой «культа личности Сталина»[7]. На одном из «советов клана», о которых я уже писал, что-то опять довольно тихо обсуждалось. Мне …

Юрий Вешнинский: «…Звалось судьбой и никогда не повторится» Читать далее

Маркс Тартаковский: Свидетель времени — VI -1

Но — идеи отсутствовали, очередная любовь тоже не состоялась. Самая красивая девушка на свете (она, повидимому, таковой не была) Лида Комова объявила, что не любит меня, И не собирается отдаваться без любви. Она объявила мне это уже под утро, — хотя сама ночь не принесла мне ничего, кроме бессонницы. Я …

Маркс Тартаковский: Свидетель времени — VI -1 Читать далее

Юрий Вешнинский: «…Звалось судьбой и никогда не повторится

Но, самый, пожалуй, известный сегодня мой одноклассник в том классе, в котором я учился после того, как из-за частых болезней был оставлен на второй год, (и соученик по «Строгановке») Франциско Инфанте-Арана (в школе и какое-то время в «Строгановке» он был просто Колей) к числу «детей одарённых родителей» не принадлежал. Он …

Юрий Вешнинский: «…Звалось судьбой и никогда не повторится Читать далее

Владимир Рывкин: АВТОГРАФЫ

 В памяти театральный бум шестидесятых. Он был, кажется, во всей стране. Или я просто больше тогда интересовался театром? Нет, наверное, все-таки было тогда какое-то необычное время. Ан­шлаги в московском “Современнике”, одесском русском им. Иванова и многих, многих столичных и периферийных театрах.

Владимир Рывкин: АВТОГРАФЫ Читать далее

Юрий Вешнинский: «…Звалось судьбой и никогда не повторится

В годы моей учёбы в МСХШ перед «Третьяковкой» стоял не памятник её основателю Павлу Михайловичу Третьякову, как сейчас, а изваянный из красного гранита Сергеем Дмитриевичем Меркуровым величественный памятник Иосифу Виссарионовичу Сталину. Он стоял там с 1939 года по 1958 год

Юрий Вешнинский: «…Звалось судьбой и никогда не повторится Читать далее

Маркс Тартаковский: Свидетель времени — III

Еще не были изобретены лазеры, еще слыхом не слыхивали о нейтронных звездах с их пучковым излучением, о вспыхивающих небесных светилах, космических объектах с переменным блеском, чьи лучи скользят по небесной сфере, — и мне трудно было представить мой реальный зайчик, посланный за мириады километров. Но ясно было, что в мгновение, …

Маркс Тартаковский: Свидетель времени — III Читать далее

Яков Махлин: Ненормированная стезя газетчика

Газетный киоск на вокзале открывал окошечко к отходу поезда на Ковдор. Купил «КоЗу», интересно, же, какой псевдоним выбрала практиканточка. Репортаж, развёрстанный на пять колонок, на прежнем месте. По самым заголовком газеты. Гляжу на подпись: «Е. Бабаева».

Яков Махлин: Ненормированная стезя газетчика Читать далее

Маркс Тартаковский: Свидетель времени — I

Тупиковая улочка, где мы жили, с проходами через дворы и огороды на Белопольскую и, с другой стороны — на Махновскую улицы именовалась по-разному — именами прославленных деятелей революции. Когда очередной деятель загадочно исчезал, улочку переименовывали — опять мимо… В конечном счёте назвали прочно — Владимирской. Тогда как обитатели нашего околотка …

Маркс Тартаковский: Свидетель времени — I Читать далее

Яков Махлин: Ненормированная стезя газетчика

Книга Разина читается, как захватывающий роман. Нет, автор не сражается подобно героям «Трёх мушкетёров» с гвардейцами кардинала, не гоняется вместе с Остапом Бендером и его подельниками за сокровищами мадам Петуховой. А читатель нетерпеливо ждёт, что же там, на следующей странице?

Яков Махлин: Ненормированная стезя газетчика Читать далее

Олег Кац: Форма три или вздох дракона

Я был неплохим проектировщиком систем автоматики. Довел до автоматизма выбор системных решений. Прошел своеобразную самоподготовку, изучив на досуге редкий солидный труд Черча «Введение в формальную логику». Немного радиолюбительствовал, немного конструировал. Любил шахматы.

Олег Кац: Форма три или вздох дракона Читать далее

Юрий Вешнинский: «…Звалось судьбой и никогда не повторится…»

Вообще, после смерти бабушки наша, державшаяся исключительно на преданности и взаимной солидарности её детей и существовавшая больше в её и их иллюзиях, чем в реальности, «большая семья» стала стремительно распадаться. И ко времени «перестройки» (после смерти всех бабушкиных детей) — распалась совсем.

Юрий Вешнинский: «…Звалось судьбой и никогда не повторится…» Читать далее

Маркс Тартаковский: Свидетель времени -II

Я не застал его в живых, когда четверть века спустя наведался в Бердичев. Его вспомнила жилица комнаты, восстановленной взамен уничтоженной нашей. Старик азартно выдавал еврейские семьи украинским полицаям. Он был особенно инициативен: требовал от жертвы денег за недонесение; доносил потом, получив искомое…

Маркс Тартаковский: Свидетель времени -II Читать далее