Даниэль Рут-Авнери, перевод Сёма Давидович: Спикер кнессета Мики Леви: «оппозиция заняла позицию, и не работает. Ей это удобно»

 1,098 total views (from 2022/01/01),  3 views today

Я предполагаю, что люди поставит мне гораздо лучшую оценку, чем оценка, которую я поставлю себе сам, потому что я очень самокритичен, — говорит он. Никогда еще не было ситуации, когда коалиция и оппозиция находятся в таких плохих отношениях, как сегодня.

Спикер кнессета Мики Леви: «оппозиция заняла позицию, и не работает. Ей это удобно»

[Дебют] Даниэль Рут-Авнери (דניאל רוט-אבנרי), перевод Сёмы Давидовича

ישראל היום (Исраэль Хайом) 24.12.21

Мне было труднее всего слышать, как Дуди Амсалем кричит мне «половая тряпка» и «террорист». Когда на этой должности работали Юлий Эдельштейн и Ярив Левин, я их уважал». • Я не вмешивался в работу Ахмада Тиби, когда он меня заменил. • Я был бы готов провести с Амсалем конец недели, если бы он меня пригласил, но при условии, что он сменит свой тон. • Но при всем уважении к моим заместителям, есть один председатель. •Как член Йешь Атид — мы не оправдали ожиданий. Я был бы очень рад, если бы правительство было меньше • Спикер Кнессета Мики Леви завершает бурные полгода в Кнессете и пытается отстаивать потерянное уважение к Кнессету.

Это сумасшедший дом! — восклицает спикер Кнессета, депутат Мики Леви, когда я спрашиваю, как у него дела. Мне говорили: «Это отличная, чудесная работа, у тебя будет тишина, кайф, спокойствие». Где то, что они мне обещали? У меня нет минуты тишины, я ощущаю себя наездником на спине тигра. Взаправду, каждый день что-то происходит, и происходит экстремальное. Где обещанная тишина?

"Я пытаюсь построить мост между двумя частями дома». Спикер Кнессета Мики Леви, на этой неделе, Фото: Орен Бен Хакон
«Я пытаюсь построить мост между двумя частями дома». Спикер Кнессета Мики Леви, на этой неделе, Фото: Орен Бен Хакон

Воскресенье на этой неделе, полдень. Мики Леви сидит за большим обеденным столом в своем доме в Мевассерет Цион в окружении своих советников и до последней минуты готовится к этому интервью. Проработав почти десять лет в политике в Йеш Атид, Леви ёрзает в кресле, когда я спрашиваю его, какую оценку он поставил бы себе за свою работу в последние шесть месяцев.

 — Я предполагаю, что люди поставят мне гораздо лучшую оценку, чем оценка, которую я поставлю себе сам, потому что я очень самокритичен, — говорит он. Никогда еще не было ситуации, когда коалиция и оппозиция находились бы в таких плохих отношениях, как сегодня. Месяц назад моя жена Нурит встретилась с Ирэной, женой моего предшественника Юлия Эдельштейна. Ирэна сказала ей, что Юлий не встречал такого сопротивления, какое встречаю я.

Поймите, я горжусь формированием этого правительства. После долгого пребывания в оппозиции нам удалось донести до Государства Израиль другой голос. Для меня это уравновешенный и вменяемый голос. Но мне жаль, что я не смог привести к диалогу оппозицию и коалицию. За четыре месяца у меня было семь дискуссий с представителями коалиции и оппозиции, включая Ярива Левина, Давида Битана и Зеева Элькина. Я пытаюсь построить мост между двумя частями Дома, но пока не могу.

В августе я пригласил лидера оппозиции и его жену к этому столу, за которым мы сидим, на обед с моей женой, чтобы построить мост мира. Можно ли сделать что-то еще?

А как прошла встреча?

— Это была отличная встреча, в хорошей атмосфере. Была просто светская беседа. Это должна была быть закрытая встреча, но когда Нетаньяху приехал сюда с кавалькадой машин, все просочилось наружу.

На прошлой неделе Леви подвергся нападкам со стороны трех своих заместителей от оппозиции — депутатов Яакова Марджи (ШАС), Ахмада Тиби (Объединенный список) и Давида Битана (Ликуд). Марджи сообщил ему о своём решении отказаться заменять его в проведении заседаний. Причина: решение Леви заменить Тиби в ведении пленарного заседания после конфуза коалиции в результате ошибки Мансура Аббаса в голосовании.

— На пленарном заседании был большой беспорядок, — говорит Леви. Было слишком много криков и хаоса. При всем уважении к моим заместителям, а я их уважаю, есть один председатель, и в его полномочиях решать, когда он руководит заседанием, а когда нет.

Необходимо было сделать перерыв, чтобы узнать о проблеме голосования и посмотреть видео, а затем принять решение. Я видел суматоху и беспорядки. Тиби, Битан и Марджи поговорили друг с другом, а затем поспешили объявить СМИ, что они меня больше не подменяют.

Я уважаю это решение и не сержусь на них. Я всю жизнь работал 24 часа в сутки, 7 дней в неделю, и меня не сломает то, что меня не будут подменять. Но это определенно проявление неуважения, даже если я поспорил с одним из своих заместителей. Когда Ярив Левин удалил Мансура Аббаса с трибуны, все ли восстали?

Ширли Пинто была вызвана на пленум через шесть дней после родов, потому что оппозиция отказалась компенсировать её отсутствие. Что ты думаешь об этом?

— Меня беспокоит то, что они не компенсируют. Я могу сообщить, что в этом Кнессете я делал такое четыре раза. Когда мне позвонил депутат ШАС и сказал, что сегодня он является сандаком[1] на брит миле своего внука, — я сделал зачет. Когда Яаков Ашер из Яхаду́т хаТора́ позвонил и сказал: «Я с внуками на севере в отпуске, и мне сказали вернуться», — я ответил ему, что сделаю ему компенсацию. Потом я получил от него захватывающее видео, на котором все его внуки говорят: «Спасибо, Мики, что дедушка был с нами». Когда Май Голан почувствовала себя плохо, я компенсировал её. Даже когда Мири Регев позвонила и сказала, что у нее есть семейная хина[2] в Нью Йорке, я сказал ей: «Езжай, я тебя компенсирую»

Каков твой самый большой успех на сегодняшний день?

Принятие бюджета. Это был поворотный момент, который доказал, что правительство сменилось. Чтобы принять его, я заранее тренировал всех членов коалиции, как голосовать, каковы этапы и как принять бюджет, не проигрывая ни при одном голосовании.

Было проведено около 800 голосований, некоторые электронные, некоторые вручную, и все, кроме одного, прошли успешно. В результате неудачного голосования (в котором Эмили Моати по ошибке проголосовала за оппозицию, вопрос был передан в комиссию и вернулся на пленум через несколько часов; Д.А.) а мой заместитель Итан Гинзбург из Кахоль-Лаван сел в кресло председателя. Но такое случается, поэтому принятие бюджета оказалось большим техническим успехом, особенно после пяти дней без сна.

После голосования, когда министр финансов попросил о встрече, я сказал, что у меня нет времени, и чтобы от меня отстали, но он настоял. Он подошел ко мне, сел передо мной и сказал: «Я пришел поблагодарить тебя. Без тебя бюджет не прошел бы». Я был взволнован. Я чувствовал, что он оценил мою работу.

Ночь голосования бюджета. «Я заранее тренировал всех членов коалиции» Фото: Орен Бен Хакон.
Ночь голосования бюджета. «Я заранее тренировал всех членов коалиции» Фото: Орен Бен Хакон.

Какая была твоя самая большая неудача за эти семь месяцев?

Самая большая неудача заключается в том, что Кнессет не работает должным образом. Отношения между оппозицией и коалицией плохие. Оппозиция не участвует в комиссиях. На мой взгляд, она безответственна по отношению к Кнессету и общественности. Оппозиция заняла позицию, и не работает. Ей это удобно. Основная дискуссия заключалась в том, будет ли у коалиции в Финансовой комиссии преимущество в два депутата или в один. Да, это предмет для спора.

Факт, что когда оппозиция подала на меня в БАГАЦ и обвинила в неравном распределении мест в комиссиях Кнессета, БАГАЦ поддержал меня. Бойкот работы комиссий — это крайний шаг, который вредит представительству разных групп населения в комиссиях и интересам общества.

Коалиция предложила много вещей для обсуждения в будущем, включая вопросы, по которым оппозиция может быть удовлетворена. Например, мы вернули им представителя в комиссии по выбору судей и даяним[3], которое отобрали у нас семь лет назад. Поэтому я считаю, что мы должны приступить к работе и продолжить дискуссию. С этой целью общественность выбрала нас, чтобы мы заботились об интересах каждой стороны.

То, что происходит сейчас, — очень тревожно и может привести к большим проблемам. Это тревожный опыт, и израильский парламент не выполняет свои функции должным образом.

Как обстоят дела с комиссией по этике, которую отказываются создать, и каковы твои обязательства?

— На данный момент она не создана. Это наша комиссия, состоящая из членов Кнессета, и это не политический комиссия. Она сбалансирована, с двумя представителями от оппозиции и двумя от коалиции, и её цель — регулировать правила поведения в Кнессете. Так почему же оппозиция бойкотирует это? Я обратился к более чем десяти депутатам от оппозиции, но безрезультатно.

Я ищу другие опции. Например, я думал о назначении в комиссию четырех бывших членов Кнессета, но я отказался от этого. Комиссия должна быть создана по соглашению, а не силой.

Комиссия по вопросам госконтроля также является важной комиссией, которая еще не создана.

— Эта комиссия принадлежит оппозиции, и неправильно, что она не создана, потому что оппозиция обязана по закону её создать. Государственный контролер уже выпустил восемь отчетов с мая, и они должны были созвать комиссию и обсудить выводы. Отказ от учреждения комиссии является реальным нарушением общественных интересов. Это просто безответственное поведение.

Депутаты Кнессета от оппозиции снова и снова аргументируют это тем, что ты их преследуешь.

— На самом деле я никого не преследую. Я действительно пытаюсь найти баланс между оппозицией и коалицией. Когда Юлий Эдельштейн и Ярив Левин занимали эту должность, я их уважал. И я говорю — таким и должно быть поведение.

Можно атаковать действия и предложения, но нельзя нападать на спикера Кнессета на личном уровне, осыпать его проклятиями, непечатными оскорблениями. Дуди Амсалем не моргнув глазом постоянно оскорбляет меня. Я тоже был воинствующим оппозиционером, и временами не стеснялся в выражениях, но я никогда не ругал спикера Кнессета. Да, у меня были высказывания, но меня никогда не приводили в комиссию по этике. Сейчас перейдены все границы.

Что самое обидное, что выкрикивали в твой адрес на заседании?

— Самым неприятным было услышать, как Амсалем кричал мне: «половая тряпка» и «террорист»

Еще он пообещал наказать тебя, когда Ликуд вернется к власти.

— Всю жизнь мне угрожали, меня это не пугает

Ты будешь готов провести с Амсалем выходные, если получишь приглашение?

— Ответ — да, но ему нужно изменить поведение и стиль высказываний. Я хочу сесть и поговорить, но не в таком стиле. Для меня это неприемлемо.

В своей работе я стараюсь быть объективным и работать спокойно. Знаете что? Коалиция говорит мне, что я поддерживаю оппозицию, потому что я отказываюсь поддерживать коалицию. Когда на меня подали в БАГАЦ, я ответил БАГАЦу, что предложение коалиции неудовлетворительны и что оно не в пользу оппозиции, и я работал над тем, чтобы дать оппозиции больше мест в комиссиях. Так что и правительство, и оппозиция сердились на меня.

Ты сильно переживал по поводу БАГАЦа?

Я спросил себя, почему? Я действительно пытаюсь прийти к компромиссу и выступить посредником, провожу встречи между сторонами и заставляю их говорить друг с другом. Это не совсем роль спикера Кнессета, но я протягиваю руку и призываю к миру, но безуспешно.

Народ видит, как ее избранники ссорятся, кричат, ругаются. У людей все еще есть уважение к Кнессету?

Поведение членов Кнессета со всех сторон на заседаниях не добавляет уважения ни Кнессету, ни гражданам. Допустимы выкрики с места, для такого и существует парламент, но без проклятий и ненависти. В конце концов, мы один народ. Эта ненависть в парламенте выходит на улицы, и это нужно остановить. Этого не должно случаться, и мне больно.

Депутат Май Голан сказала нам в интервью две недели назад, что она в Кнессете чувствует себя, как в казино — нет ни дня, ни ночи, и это угнетает.

— Это точное описание, потому что мы входим в двери Кнессета утром, много работаем, забываем поесть, и общественность не знает, сколько депутаты вкладывают в работу комиссий. Я могу дать вам другой образ: я чувствую, что нахожусь в подводной лодке, которая погрузилась на глубину, и никогда не знаю, день сейчас или ночь. Звуки, которые слышны вокруг, всегда приглушены, даже звук оповещения о голосовании напоминает подводную лодку.

Какого депутата Кнессета вы бы отметили за его парламентскую работу?

— Я не могу выбрать. Вы представляете, как мне быть с остальными 118?

Абсурдно, что ты боишься быть вовлечённым в политику.

— Хорошо, ты меня убедила. Я бы отметил депутата Алекса Кушнира (Исраэль Бейтейну) за то, как он наилучшим образом руководит комиссией. Он явился для всех сюрпризом. Он заседал вместе со мной от оппозиции в Финансовой комиссии предыдущего Кнессета и тщательно изучил предмет. Он, как председатель комиссии все делает согласовано и у него нет проблем.

Еще полгода назад, не в нынешнем правительстве, я бы отметил депутата Моше Гафни (Яхаду́т хаТора́), потому что он очень трудолюбивый депутат. Я с ним во многом не согласен, но он прилежный парламентарий.

Депутат Кнессета Кушнир. Знак отличия 1, Фото: Орен Бен Хакон
Депутат Кнессета Кушнир. Знак отличия 1, Фото: Орен Бен Хакон
Депутат Кнессета Гафни. Знак отличия 2, Фото: Орен Бен Хакон
Депутат Кнессета Гафни. Знак отличия 2, Фото: Орен Бен Хакон

Когда ты видишь раздутое правительство, тогда как вы обещали, что этого не будет, и депутатов, которые прошли с помощью норвежского закона[4], тебе это кажется правильным?

— Послушай, меня это не совсем устраивает. Как член Йешь Атид признаю, что мы не оправдали ожиданий, и я был бы очень рад, если бы правительство было меньше. Но это — необходимость. Восемь коалиционных партий, и впервые арабская фракция. Но я думаю, что это было чрезмерным. И что каждый должен получить должности в соответствии с его силой, а не в соответствии с его собственными желаниями.

Депутат Кнессета Аббас. Неловкость. Фото: Ионатан Зиндель
Депутат Кнессета Аббас. Неловкость. Фото: Ионатан Зиндель

***

Он родился в Иерусалиме 70 лет назад в семье Сары и Мацлиаха Леви, уроженцев Курдистана, и был старшим из пяти детей.

«Я вырос в бедном курдском районе. Сегодня каждая комната в нем уже стоит сотни тысяч шекелей, и вы можете смотреть на него с балкона комиссий Кнессета.

Мои родители были членами Иргун в 1940—х годах. Мой покойный отец провел два года в тюрьме Латрун, а моя мать переправляла оружие с позиции на позицию и развешивала листовки, в которых говорилось, что страна — это превыше всего. Потом мой отец был безработным, потому что он был членом Иргун и не имел красной книжицы.[5]

С детства помню, что мы все жили в одной комнате. Мой отец, моя мать, которые убирали чужие дома, а также я и мои четыре брата. У нас были туалеты и общий душ на три семьи, всё во дворе, и выстраивалась очередь, чтобы принять душ. Мы принимали душ раз в неделю, по четвергам, а по пятницам мама надевала мне субботнюю одежду.

Однажды в пятницу, когда мне было около 10 лет, я пошел посмотреть, что происходит в огромном здании, которое строилось рядом. Я перелез через забор и проник на строительную площадку. Когда я хотел уйти, на меня напала сторожевая собака и порвала мои штаны. Я пришел домой в слезах, потому что это были мои субботние штаны, и я получил пощечину от мамы за то, что порвал штаны.

Это здание, которое строили там, было зданием Кнессета. Когда я сел в кресло спикера Кнессета, я сказал себе: «Вау. Я, мальчик из трущоб, который 60 лет назад перелез через забор Кнессета, чтобы проникнуть в него, теперь вхожу в него через парадный вход и сижу на стуле председателя. Я был взволнован.»

В ЦАХАЛе Леви служил в бригаде десантников, а после демобилизации поступил на службу в полицию и занимал ряд руководящих должностей, в основном в районе Иерусалима.

В 1990 году его младший брат Ронен, 25 лет, погиб в автокатастрофе в Соединенных Штатах. Шесть месяцев спустя его старший брат Пини был убит во время резервистской службы террористом, проникшим на базу в долине реки Иордан. На момент гибели ему было 37 лет. Три года спустя, в День Памяти, его отец умер от сердечного приступа в возрасте 66 лет. «Для меня это была тяжелая травма», — говорит он. «Я стал отвечать за несколько семей, семей моих братьев и свою, и в то же время я исполнял свои обязанности  заместителя командира бригады МАГАВ[6] в Иерусалиме.»

Спустя годы, когда я был представителем полиции в США и присутствовал на конференции Интерпола в Канаде, мне позвонил тогдашний премьер-министр Эхуд Ольмерт. Он спросил, в порядке ли я, а затем сказал, что просит моего согласия на освобождение террориста, который застрелил моего брата. Это была личная просьба короля Абдаллы.

Я спросил его, почему он думает, что я должен согласиться, и почему он вообще обратился ко мне. Он ответил, что это в интересах Государства Израиль, которые он не может детализировать.

Я подумал про себя, кто я такой, чтобы противостоять интересам Государства Израиль, и я согласился. Я просто попросил, чтобы меня связали с моей матерью и дали час.

Разговор с мамой был сложным, она выразила полное несогласие. Я был обуреваем шквалом эмоций. Я сказал маме, что наша личная боль менее важна. Террорист, Султан Таха Мухаммед, действительно был освобожден. Сначала мы время от времени следили за ним и читали новости о том, что он живет в Иордании, пытается вредить Израилю и участвует в демонстрациях. В конце концов, мы оставили это позади. Боль в любом случае никогда не пройдет, но мы были обучены смотреть вперед.

Моя мать, которой сегодня 92 года, очень переживает, когда на меня нападают в Кнессете. Я объясняю ей, что я через многое прошёл, что могу добиться успеха и в этой задаче. В течение многих лет мне угрожали всевозможные преступники, террористы и группы, и справа, и слева. Поверьте мне, я силен, но у нее есть травма от потери двух сыновей, которая не оставляет ее.

На могиле брата Пини. "Я сказал маме, что наша личная боль менее важна"
На могиле брата Пини. «Я сказал маме, что наша личная боль менее важна»

***

Как человек, проработавший в полиции более 20 лет, что ты думаешь о ее нынешнем положении?

— Я думаю, что полиция как организация сегодня переживает один из самых тяжелых периодов, и основным фактором является потеря общественного доверия и потеря чувства безопасности. Этого не должно происходить. Я не стесняюсь резких слов и в адрес моих друзей, которые сегодня возглавляют полицию. Трудности и сложности Государства Израиль: ущерб личной безопасности, терроризм в сфере безопасности, преступный терроризм, преступные кланы, поднявшие голову, и в особенности насилие в арабском секторе.

На протяжении многих лет полиция страдала от нехватки бюджета и относительно ограниченных кадров по сравнению с другими полицейскими силами в мире. Это небольшая полиция с огромными задачами, одна из немногих в мире, которая также отвечает, согласно решению правительства, за борьбу с терроризмом внутри «зелёной черты».

И в этом плане они потерпели неудачу в этом году.

— Во время беспорядков в смешанных городах они проснулись на 24 часа позже. Разведка полиции провалилась, и я говорил им это.

Что ты думаешь о нарастающей волне терроризма?

— Это волна терроризма? Есть очень тяжёлые точечные инциденты, не связанные между собой. Отдельные террористы, локальные группы, 15-ти летняя девочка, действовавшая самостоятельно. Это не террористические ячейки. Сотрудничество между силами безопасности и властями Палестины следует приветствовать. События, которые я пережил в качестве командира Иерусалимского округа в 2005–2004 годах, во время второй интифады, были неизмеримо более трудными, чем то, что происходит сейчас.

Во время подрыва террориста-смертника на улице Яффо в Иерусалиме (2002 г.) у меня случился сердечный приступ, но я не хотел, чтобы меня эвакуировали на носилках, чтобы у них не было картины победы. Я не недооцениваю то, что происходит сейчас, но это не ужасная волна.

На месте взрыва террориста-смертника на улице Яффо в Иерусалиме в 2002 году, во время которого у него случился сердечный приступ. «События, которые я пережил тогда, были неизмеримо труднее», — Фото: Архив: Шломи Коэн.
На месте взрыва террориста-смертника на улице Яффо в Иерусалиме в 2002 году, во время которого у него случился сердечный приступ. «События, которые я пережил тогда, были неизмеримо труднее», — Фото: Архив: Шломи Коэн.

В то время ты видел себя кандидатом в Генеральные директоры полиции, не получилось. Еще иногда горит?

— Больше нет. Каждый человек, достигающий определённой высоты в любой организации, стремится достичь самой вершины пирамиды. И как человек, которого не назначали дважды, я был очень зол. Поскольку определяют политики, я был очень зол на них. Но когда я стал политиком, я все понял и простил. Зачем им такой возмутитель спокойствия, как я?

Должность командира Иерусалимского округа — дело моей жизни. Это было для меня всем, и я вложил туда всего себя. Когда меня уволили — точнее, отправили на должность представителя полиции Израиля в США, моя жена Нурит сказала: «У Мики есть любовница, с которой я не могу соперничать, и её имя — Иерусалим.»

***

Нурит, педагог по профессии, все эти годы была посредником между детьми и карьерой их отца. «Мики не любит это слышать, но я вырастила четверых детей сама», — говорит она, и Леви ёрзает на стуле. «Дома были недовольны, когда Мики не было рядом, но когда он делал то, что ему не нравилось, он не был счастлив.»

Когда он был генеральным директором «Эгед таувура»[7], с 2008 по 2013 год, он очень хорошо зарабатывал, но он не был счастлив. И я поняла, что он должен быть публичной фигурой, потому что он стремился к этому. Это то, что я рассказала детям.

Сейчас бывают ночи, когда Мики поздно приходит домой, потому что он задерживается в Кнессете, и я тянусь к другой стороне кровати, чтобы посмотреть, вернулся ли он уже.»

Что ты думаешь о его работе на посту председателя?

— Десять! Но я, которая читает лекции в организациях по имиджу и невербальному общению, также смотрю на язык тела, дресс-код, кодекс поведения, презентацию. Поэтому, когда я вижу его по телевизору, я пишу ему: «Выпрямись» и я вижу, как он выпрямляется. Затем я вижу: один воротник под курткой, а другой снаружи, и я прошу его привести себя в порядок и вижу, как он приводит.

Ты можешь быть большим командиром, — говорит Мики, — но дома, если ты сержант, то тебе уже повезло. Командир — Нурит.

"Когда я вижу его по телевизору в течение дня, я пишу ему: «Выпрямись" и я вижу, как он выпрямляется». С женой Нурит, Фото: Орен Бен Хакон
«Когда я вижу его по телевизору в течение дня, я пишу ему: «Выпрямись» и я вижу, как он выпрямляется». С женой Нурит, Фото: Орен Бен Хакон

Я критиковала его, когда он был депутатом, — добавляет Нурит. — Мне не нравилась его несдержанность в выступлениях. Но он изменился и сегодня он намного сдержаннее. Роль спикера Кнессета подходит для него как перчатка, его честность — важнейшая черта спикера.

У них трое сыновей — Гай, Томер и Маор, одна дочь Лирон и десять внуков. В июне Леви отпраздновал свое 70-тилетие («Но я чувствую себя полным энергии, как 45—летний»), и его семья организовала поездку и встречи с друзьями на станциях его жизни — рынок Махане Иегуда, Управление полиции Иерусалима, штаб-квартира ЯМАМ[8] и, конечно же, вечеринка-сюрприз в Кнессете.

«Я всё время извиняюсь перед Нурит и детьми за мое продолжительное отсутствие дома на протяжении всей моей карьеры, — говорит он. — Когда Лирон праздновала бат-мицву более 20 лет назад, я пообещал ей, что возьму ее на сафари в Африке. Это был сумасшедший год, когда я был командиром Иерусалимского округа — террористы-смертники, взрывы автомобилей, десятки убитых, 1500 раненых — поэтому я сказал ей, что не могу сдержать свое обещание.

Тогда она написала мне душераздирающее письмо. Она написала, что она была самой несчастной девочкой в классе, потому что я никогда не приходил на празднования её дня рожденья или по поводу окончания учебного года и не сопровождал ее в экскурсиях. Укорила меня за то, что я снова пообещал и снова не сдержал обещания. Сообщила мне, что мама и она купили билеты, дату и время, и что мне нужно устроиться. Я прочитал письмо всему своему командному составу, и все сказали мне поехать.

Я полетел в Момбасу только для того, чтобы при приземлении узнать, что в ресторане «Сбарро» произошел теракт. Я сказал, что должен вернуться в Израиль, и что жена и дочь продолжат поездку без меня. Лирон снова была очень разочарована, но Нурит выступила посредником и сказала, что я должен вернуться.

***

Леви не хочет говорить о своих политических амбициях («сейчас я концентрируюсь на должности спикера Кнессета») и говорит, что не заходит в социальные сети. «Служба безопасности мне это не разрешает. Через твитер или фейсбук всегда можно определить местонахождение человека. У меня есть официальные страницы в социальных сетях, которые ведут мои помощники, и я проинструктировал их не блокировать никого, кто выражает там свое мнение, если только он, хм—м,… не проклинает меня.

Что ты думаешь о том, как тебя показывают в «Чудесной стране[9]»?

— Отлично! Отлично! Это уже третий раз, когда меня изображают. Сначала меня изобразил Эли Ицпан, поищите на YouTube «Кукла страны», а в «Чудесной стране» — уже второй раз. Я очень рад. Приятно увидеть себя в другом зеркале, но моя команда выражает негодование, они говорят, что меня можно изобразить и точнее.

С другой стороны, мои дети не уверены, что меня следует пародировать. Я объясняю им, что мой роман со СМИ продолжается уже более 30 лет, что я — публичный человек, поэтому я считаю себя объектом для пародии.

Ходят слухи, что в последнее время ты тоже совершаешь покупки в супермаркете со всей своей охраной. Почему?

— Послушайте, с тех пор, как я устроился на эту работу, я потерял независимость, потому что не могу свободно выходить на улицу. Каждая прогулка — это событие. Последние два месяца я решил, что буду ходить в магазины, потому что я устал от того, что мы все время заказываем всё в Интернете, это меня раздражает. Поэтому я выхожу с охраной. Я также хожу в рестораны и театры.

Я езжу в бронированном автомобиле с охраной, и мне нужна охрана, потому что это именно так, когда ты — один из символов власти. Ребята из службы безопасности — это соль земли, а не обуза на твоей шее. Тем не менее, иногда мне хочется уединения .

Тебе нравится роль?

— Скажу так: «есть дни, и есть дни».

Примечания

[1] САНДА́К (סַנְדָּק), лицо, которому оказана честь держать на коленях младенца во время обряда обрезания

[2] Хина (или: Хина, Хана) — торжество, практикуемое различными народами Ближнего Востока в Северной Африке, на Африканском Роге и в Индии перед свадьбой.

[3] Даян — судья религиозного суда

[4] Ставший министром депутат временно уступает свой мандат следующему в партийном списке. Когда он перестаёт быть министром, он возвращается в Кнессет

[5] Партийный билет МАПАЙ

[6] Пограничная полиция

[7] Дочерняя компания автобусной компании Эгед

[8] ЯМАМ, ‏ימ»מ‏‎,(יחידה מרכזית מיוחדת)— спецподразделение пограничной полиции Израиля (МАГАВ), основное антитеррористическое подразделение полиции Израиля.

[9] Самая популярная телевизионная сатирическая передача

Print Friendly, PDF & Email

10 комментариев к «Даниэль Рут-Авнери, перевод Сёма Давидович: Спикер кнессета Мики Леви: «оппозиция заняла позицию, и не работает. Ей это удобно»»

  1. Сэм, большое спасибо за перевод этого интервью. Несколько странно, что наши русскоязычные СМИ не сочли нужным его перевести…

    1. Влад, спасибо.
      Но мне вот совсем не станно. Странно если бы к примеру Мнения напечатали.
      ангажированность и односторнность — визитная карточка почти всех «русскоязычных» СМИ в Израиле. По крайней мере тех, которых знаю.
      При этом обим местом является обвинение в этом СМИ ивритоязычных

  2. Benny B:6 января 2022 в 3:41
    никогда, никогда прокуратура не вела себя по отношению к ПМ (и одновременно: к политическому лидеру одного из двух лагерей), как она вела себя к ПМ Нетаниягу
    \\\\\\\\\\\\\\\\\\
    Бенни, никогда ни один из ПМ Израиля не вёл себя так, как вёл себя наш предыдущий ПМ.
    До какого состояния доведена за годы его (у)правления наши больницы, мы все видим сегодня.

  3. Какое маленькое болото, но какие супер-громкие и шумные лягушки!
    (шутка, не обижайтесь — хотя в каждой шутке есть доля правды).

    Недаром иудаизм утверждает, что главная проблема евреев это неоправданная ненависть друг к другу.

      1. ОК, признаю, что в последние пол года в оппозиции истерично расквакались именно «лягушки» только-биби.
        Но у меня не-куриная память и я хорошо помню, как до этого в оппозиции истерично квакали «лягушки» только-не-биби.

        Каждая группа ценит свои понятия и благие намерения БОЛЬШЕ, чем Власть Закона (единого для всех!!!!) — так что после Биби обязательно найдутся новые поводы для истеричного кваканья друг на друга. Евреи умеют и любят это делать 🙁

        Анекдот в тему:

        В крупную общину пришёл новый рабби и он заметил, что во время утреннего «Шма Исраэль» половина общины стоит, а другая половина сидит. Притом стоящие орут на сидящих «во время Шма надо стоять!», а сидящие орут на стоящих «Во время Шма у нас принято сидеть!».
        Новый рабби решил этот балаган прекратить и принять общий обычай. Для этого он решил выяснить, какой обычай был раньше.
        После долгих поисков он нашёл древнего старика-еврея. Ему лет сто, а может быть и все сто десять.
        Рабби спрашивает старика:
        — Какой был обычай утреннего Шма во времена вашего детства? Все стояли?
        — Не помню, но не это был наш обычай.
        — Значит все сидели?
        — Не помню, но не это был наш обычай.
        — Постарайтесь вспомнить, или одна половина синагоги будет орать на другую!
        — О! Это был наш обычай.

        1. Бенни, анекдот хороший.
          Но то, что Вы написали перед ним не совсем верно.
          Никогда, никогда оппозиция нашему предыдущему ПМ не вела себя по отношению к нему так, как ведёт себя оппозиция сегодняшняя. Это просто факт.
          И между прочим сегодня один из её лидеров, г-н Амсалем, вся глубина интеллекта которого отоброжается на его лице, при принятии закона, позволяюего бедуинам Негева подключиться к электричеству (очень актуальный вопрос в 21-м столетии!) пообещал, когда он со товарищи вернётся во власть, отключить этих бедуинов от электричества.

          1. 1) «… Никогда, никогда оппозиция нашему предыдущему ПМ не вела себя по отношению к нему так, как ведёт себя оппозиция сегодняшняя. Это просто факт. …»
            =====
            Да, это факт: ликудники сейчас закатывают мерзейшие истерики, притом за вещи, которые в прошлом делал их любимый Нетаниягу. Охренительные двойные стандарты.

            Но есть и другой факт, не менее важный: никогда, никогда прокуратура не вела себя по отношению к ПМ (и одновременно: к политическому лидеру одного из двух лагерей), как она вела себя к ПМ Нетаниягу — и лево-центристская оппозиция считала «властью закона» эти вопиющие беззакония и вопиющие двойные стандарты.

            Извините, но я действительно не вижу заслуживающей упоминания разницы между сторонами. И ещё раз: если нет Власти Закона (НЕ с левыми двойными стандартами, а единого для всех!!!) — то обязательно будет чудовищная ненависть между политическими лагерями.

            2) «… г-н Амсалем, вся глубина интеллекта которого отоброжается на его лице …»
            =====
            Мне больше мешает его зоологический уровень секторальной ненависти к левым, ашкеназам и светским.
            Но ещё более мне мешает масса высокообразованных и умных левых, у которых ОГРОМНАЯ высота их гордыни своими благими намерениями тоже отображается на их лицах.
            И чем больше они делают зла на земле — тем больше на их лицах отображается гордыня своими благими намерениями,

  4. Перевод этой статьи опубликован одновременно с возобновившейся дискуссией на тему 2МВ и ВОВ и навряд ли сможет конкурировать с ней.
    Но для кого всё же интересны наши израильские заморочки, и в первую очередь для не живущих в Израиле, хочу немного её прокомментировать.
    1. Прежде всего меня заинтересовало то, что статья была опубликована в газете Исраэль Хайом, считающейся (или считавшейся?) рупором нашего предыдущего ПМ. Её называли «бибитон» (итон на иврите газета)
    2. Я практически не представлял себя, кто есть наш новый спикер, который в интервью показал себя с наилучшей стороны. А его биография прекрасно иллюстрирует, чего стоят попытки теперешней оппозиции присвоить себе эксклюзив на патриотизм – ничего не стоит.
    3. Прекрасно продемонстрировано, каким благом для страны явилась смена власти, насколько предыдущим властителям важнее неприятие этой смены, а не интересы страны.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *