Надежда Кожевникова: Каин, где брат твой Авель?

 389 total views (from 2022/01/01),  4 views today

Надежда Кожевникова

Каин, где брат твой Авель?

Я поняла, что пока не напишу про этот фильм, мне нечем будет дышать. Но о чем он?

Называется «Aftermath», сделан поляками. Ссылку прислал наш здешний друг, Саша Кайданов, семья их из Минска. Многие из его родни и родни его жены Эллы погибли в гетто.

Первые кадры были настолько невзрачными, невнятными, что мы с мужем, сидя рядом у экрана компьютера, решили: покажут любительское, доморощенное кино, состряпанное в бывшей братской стране «единонерушимого» соцлагеря, откуда при возможности драпанули все, кто считал себя на что-то еще пригодным и не боялся скатиться на статус неприхотливых работяг.

На самом деле в Лондоне, скажем, где живут наша дочь и внуки, и потому мне часто приходиться там бывать, ощущение возникает, что польская речь, состоящая из шипящих согласных, перекрывает британский говор. Гей, славяне, ау, кто-нибудь на родине-то остался?

Остались, как выясняется, и создали фильм, который не с чем сравнить. Он выпадает из ряда общепризнанных шедевров, таких, как «Список Шиндлера», «Пианист» , «Выбор Софи», «Ключ Сары».

Чем же он отличается? Вопиющей как бы небрежностью, отсутствием профессионального лоска, будто все актеры, включая основных персонажей, двух братьев, взяты случайно из уличной толпы, массовки. Унылый до смертной тоски, пейзаж, неряшливый быт настолько сливается с нашим, наших соотечественников недавним прошлым, что мой муж с мрачной ухмылкой произнес: «Узнаешь? Россия-мать…»

И да, и нет. Нет, прежде всего, потому, что подобный, пронзительный разоблачительный, антипатриотичный фильм в нынешней России никто бы не осмелился сделать. А поляки смогли, что свидетельствует о различии в менталитете их и нашей нации. Польша — Запад, Европа, а Россия, как была, так и остается азиатской, рабской, где большинство безоговорочно послушно меньшинству, неважно при каком режиме, царском, большевистском или нуворишески-олигархическом.

В репутации любого народа, есть, найдутся, конечно, мрачные, позорные факты, но их принято ретушировать. Но не всем, не всегда. Грех антисемитизма у поляков не смываем. Знаю, у меня бабушка по маме из Варшавы. Такой грех утаить нельзя — только содрать вместе с кожей, до мякоти, обнажая зияющую рану…

К младшему брату, живущему в польской деревне, приезжает старший, уехавший в США и отсутствовавший двадцать лет. То, что в их отношениях родственная приязнь нарушена, ясно сразу, но основной конфликт пока еще скрыт. Старший в эмиграции не преуспел, тяжело там работал, считая, что полякам трудно в американских реалиях пробиваться из-за давления евреев. Первый сигнал, но еще не акцентированный. Младшему требуются документы для подтверждения земельной собственности, унаследованной от их отца, но в архиве возникают недоразумения с участками, перераспределенными в годы войны, и всплывают фамилии прежних владельцев, евреев, уничтоженных фашистами: именно такой версии придерживаются все жители этой деревни. Тогда же, при немцах, разрушили еврейское кладбище, а могильными плитами вымостили дорогу. И выясняется, что именно младший брат, по первым впечатлениям — неотесанный, грубый мужлан, могильные плиты с еврейскими письменами сам, один, выкопал и перетащил на свой земельный участок. Старший к его затеи отнесся с неодобрением, недоумением, зачем, мол, поляку встревать в проблемы другого, чужого народа, и не все ли равно где лежать этим плитам, когда кости уже истлели тех, кто под ними находился, и кто их там водружал. Тем более, что и все население деревни осуждает вмешательство его брата в давнее, всеми забытое прошлое, которое никто не хочет вспоминать, воскрешать.

Опасное прошлое, как обнаруживается. Потому что не немцы сгубили еврейские семьи в той деревне, а их же соседи, поляки, завладев земельными участками, принадлежавшими исконно еврейским жителям. Все были повязаны в этом преступлении, все в нем участвовали, и сами убивая, и просто наблюдая, как сгорают заживо запертые в доме их односельчане, кричат женщины, плачут дети, и выждав, когда стоны смолки и наступила тишина — молча разошлись. Мрачная тайна, казалось, не будет раскрыта.

Вышло иначе. В одном только человеке, младшем брате, проснулась даже не совесть, а импульс, им самим не вполне осознанный, и этого оказалось достаточно, чтобы преступление всплыло наружу. Братья разрыли в болотистой местности обгоревшие до черноты черепа. Евреев фашисты не увезли из польской деревни — евреи там остались навсегда. Вот они, глядите!

Но конфликт между братьями, прежде замаскированный, вспыхнул яростью, приведшей к лютой, беспощадной драке.

Вечный сюжет: «Каин, где брат твой Авель?» Разве что усомниться в правильности библейской трактовки: кто может поручиться в виновности Каина, а не Авеля? Скорее виновны оба. К такому безутешному финалу, без тени лживого морализаторства подводят нас, зрителей, авторы «Aftermath».

Как это перевести на русский? «Последствие»? Или изначальность, скорбную именно в неразрешимости конфликта? Речь-то не о евреях, не столько о евреях, ставших безвинными жертвами гнусности, подлости своих же соседей в польской деревне. Территория значения не имеет. Подлость, гнусность заложены что ли не в самой человеческой природе, и достаточно любого повода, отмашки на вседозволенность, чтобы из людей выплеснулось их звериное нутро.

Евреи — повод, чтобы грязь, месть, зависть, накопленные в жилах, душах обыкновенных обывателей нашли выход в чудовищных преступлениях. Вера, религия, у католиков, как и у прочих, допустим, православных или же мусульман, слабое прикрытие их готовности к беспощадности не только к чужим, но и к своим.

Младшего брата, оставшегося в деревне, озверевшие односельчане распинают на воротах амбара. Католики католика, но для них теперь — чужака, врага, посягнувшего на их шкурные интересы, корысть, алчность, возобладавших над всем, что отличает человека от животного.

Но финал у фильма если не утешительный, то все же просветленный — молитвой приехавших издалека евреев, возможно потомков тех жертв, чьи могильные плиты сберег ценой собственной жизни младший брат. И старший, став свидетелем этой сцены, зажигает поминальную свечу у одного из надгробий. Он вернется в Америку, в Чикаго, но другим, несомненно. И ради этого фильм и сделан. О раскаянии, необходимом для очищения, в осознании причастности к грехам пусть, не личных, но своего народа, своей нации.

Я не спала ночь, посмотрев этот фильм. Удивительно, но при скупости, скудности видеоряда, отсутствии эффектных, проверенных приемов, выдавливающих у зрителей облегчающую их совесть слезу, помню каждый там кадр, от начала и до конца. Этот фильм — как кость в горле застревает. Он — о нас. О нас всех.

Print Friendly, PDF & Email

24 комментария к «Надежда Кожевникова: Каин, где брат твой Авель?»

  1. «БОЖИЙ ЧЕЛОВЕК» И НАРОД — ЛЕЙТМОТИВЫ ЖЕСТОКОЙ КИНОПОВЕСТИ

    Из-за неполадок в компьютере несколько раз принимался смотреть с самого начала этот столь необычный, даже для польского кино фильм. Естественно, что каждый зритель видит его своими глазами, воспринимает в соответствии со своим жизненным опытом и моральными принципами. Если смотреть начало не один раз, как это получилось у меня, то приезд старшего брата в деревню к младшему с самого начала окутан какой-то тайной. После прибытия «чикагского брата» на автобусе и его постепенном углублении в лес, всё время ощущается нечто зловещее, как будто уже с самого начала за ним кто-то следит — внимательно, враждебно и неотступно…На минуту углубился в лес, знакомый всё-таки лес, почему-то оставил сумку на дороге, и сумка тут же и исчезла! А ведь вроде никого вблизи не было! Значит кто-то был… Значит кто-то уже следил за всеми передвижениями «американца» от автобусной остановки. То есть знал точно о дате его приезда. Кто? Старший брат выходит на просёлок и видит едущий автомобиль с зажжёнными фарами. Местный полицейский. Узнаёт «чикагца», довозит до деревни. Уже на лице полицейского заметна какая-то тайна, которая до поры скрыта от нас, но фон уже тревожный и даже зловещий. Встреча братьев — не слишком тёплая, но и всё же родственная. Скоро в окно летит камень и выбивает стекло. Старший брат понимает, что что-то тут не так, и вероятно ему предстоит узнать много неприятного о его брате младшем. Всё это идёт как бы вторым планом, в подтексте. Нет смысла пересказывать этот выдающийся фильм. Его нужно смотреть. И не раз. Потому что с каждым разом выявляются всё новые и новые детали.
    Блистательно снята короткая, в несколько секунд сцена покупки газеты старшим братом в деревенском магазине. Вся очередь и продавщица уставились на него с совершенно одинаковым выражением лиц и глаз — иностранец! Наверное богатый! Чужой…Пока он ходил за газетой его младший деревенский брат сел в кафэ выпить кружку пива и был жестоко избит какими-то бандитами, сидевшими недалеко от его стола. В общем, без всякой причины. Наконец старший брат сделавший заявление в полиции о пропаже сумки узнаёт ,что младшего обвиняют в «порче общественной собственности», а именно дороги, которую замостили плитами, которые младший брат утащил и увёз на своё поле. Что это за плиты, которыми мостили общественную дорогу? Они были повёрнуты надписями вниз , в землю. Это были плиты с еврейского кладбища. Бывшего еврейского кладбища. Потому, что теперь нет ни евреев, ни кладбища. Вот этими плитами и замостили дорогу, а младший брат стал их увозить по одной, и увёз на своё поле, где отчищал надписи и поставил их, как они когда-то стояли на настоящем кладбище. Некоторые плиты он даже покупал у крестьян за свои деньги. Так он рассказал старшему брату. На вопрос зачем он всё это делал, младший брат ответил: » Я не мог иначе.. это неправильно, так не должно быть…это неправильно, я ничего с собой не могу поделать…» Тут для зрителя наступает первый важный момент соприкосновения младшего брата, действительно «Божьего человека» с государством. В лице местных властей оно считает вполне легитимным мостить дорогу плитами с еврейского кладбища. А вот уносить эти плиты — это уже нарушение «закона». Но у «Божьего человека» иной моральный закон — он ничего не боится и видит только абсолютную аморальность происходящего. И вот , тут кажется, что в основном из-за этого «мир», то есть жители деревни возненавидели младшего члена семьи Калины. Позднее, когда в дело был втянут и старший брат постепенно высянилось, что все евреи — жители деревни были убиты местными жителями ещё до прихода немцев, а часть заперта в амбаре и заживо сожжена. Никаких немцев в деревне ещё не было! Жители, старухи, пожилые крестьяне — все лгут старшему брату, который всё же выяснил в межевом бюро, кому принадлежали земли крестьян до войны. Оказалось, что всем тем, кто был убит в те дни, ещё до прихода немцев! История Едбавне, но перенесённая создателями фильма в другое место. Наконец после многих опасностей, пожара на их поле, покушений на их жизнь братья нашли одного свидетеля, старого крестьянина, которому они пригрозили и который сказал, что расскажет им правду «от которой они сами задохнутся». Оказалось, что их отец, старый Калина сам принмал живейшее участие и своими руками убивал евреев перед приходом немцев. Братья обнаружили в земле у старой хаты родителей много истлевших костей и черепов.
    После страшной правды, которую они узнали теперь, между ними вспыхнула вражда, они дерутся, после чего старший брат собирает свои вещи и уезжает первым автобусом, но вскоре автобус догоняет машина девушки-медсестры — внучки одного из крестьян, останавливает автобус и говорит, что старший брат должен вернуться — его брат убит…Он возвращается и видит, что убитого младшего брата прибили к двери сарая изнутри , как бы «распяли», пригвоздив мёртвое тело к доскам. Толпа народа расступается, пропуская брата во двор…Их лица, лица крестьян смотрят на реакцию брата с любопытством, но у нас нет уверенности в том, что они сами только что не принимали участия в убийстве…Вот такие католики…В первый раз от толпы их спас старый ксёндз, но он умер, а молодой…Молодой, скорее всего — один из народа! Он в курсе всех деревенских дел и будет стараться поддерживать «мир» среди своих прихожан. «Мир», где больше нет евреев, нет их собственности, нет памяти о них, и нет больше «Божьего человека». Такой «мир» устраивает всех.
    Реакция в Польше на фильм вполне понятна. Он оставляет тяжелейшее впечатление и конец, где группа евреев молится на кладбище памятников, построенных «Божьим человеком», и , как бы снова приехавшим старшим братом, ставившим поминальную свечу — конец этот кажется очень искусственным и слишком кинематографическим . Действительно кажущийся попыткой сделать фильм более «проходимым» на польский экран. Едва ли это помогло…Невероятный фильм!

  2. А не заложена ли в душах людей недоброжелательность большинства к меньшинству? Не раздражает ли большинство существование рядом людей с другой культурой? Не желает ли явно или скрытно большинство, чтобы меньшинство куда нибудь улетучилось? Не является ли это сущностью человеческой натуры? Вспомним историю. Изгнание евреев и арабов из Испании, резня протестантов во Франции ( Варфоломеевкая ночь), резня ирландцев войсками Кромвеля и т.д., и т. д. Когда Советкий Союз распался, пресса писала о диком преследовании русских в Таджикистане. Мне рассказывал бывший житель Душамбе что его мать осталась жива только потому что знала таджикский язык.

    1. Редкий случай, должна заметить, когда впечатления от фильма, от правды там так жестко, беспощадно обнаруживаемой, полососнувшей по сердцу всех, кто способен боль ощущать, поддержан многоголосным хором на сайте Берковича теми, кого я, автор рецензии, теперь считаю, восринимаю как своих единомышленников.

      Их отклики расширили границы понимания и прошлого, и сегодняшнего, что даже, пожалуй, важнее. Братья- те, кто, сопричастен жертвам преступлений, незабываемых, непрощаемых никогда. Мы тут слитны нерасторжимо, и в этом наша сила, пусть не количественная, но качественная. И по моему личному мнению ценность, содержательность наиважнейших решений, ориентиров, пульса в обществественном климате, атмосфере, в итоге знаменовалась влиянием меньшинства, а не большинства. Таков, можно сказать, исторический процесс — признания, рано или поздно, правоты гонимых, преследуемых, отличных от общепринитых правил, мнений, вкусов. Их миссия — оставаться такими, как они есть. Вот пример, образец во все времена, для всех народов. Несходство -дар, наделяемый только избранников судьбы или кем-то свыше. А что за несходство приходиться дорого платить, это неизбежно. Так было и будет всегда. Так что евреи — все, кто принимает такую участь сознательно, не только не ропча, а гордясь, что причислен к лучшим, именно к меньшинству.

  3. лОжаться , лОжаться »
    а может и ложАться
    но есть и замечания
    чтоб снова обЛОЖаться
    я спецалист по
    западОНцам
    всё про них знав
    до самых ДОНцов

  4. Я был потрясен почти полным совпадением сюжета фильма с моими воспоминаниями. В 1979 году я повез своего дядю и двух его друзей детства в местечко, где до войны я проводил каждое лето у дедушки и бабушки. В канун дня Победы их пригласил военкомат на торжественное собрание в районном центре Изяслав.
    В бывшем еврейском местечке Белогородка нас встретили местные жители, которые рассказали, как они вывозили евреев на подводах в Изяслав на расстрел. А потом переругались между собой, вспоминая кто и как занимался мfродерством, и кто больше всех нахапал. Страшно было наблюдать за этими нелюдями. С тяжким сердцем от увиденного, мы поехали в Изяслав. Полдня выясняли, где братская могила. Никто ни в администации, ни среди жителей, не знали ничего о произошедшем. Лишь трое местных евреев помогли разыскать в лесном буреломе и мелколесье заброшенный столбик с упоминанием о трагической судьбе окрестных местечек. Проехать к братской могиле было невозможно. Пешком продирались сквозь бурелом. После произошедшего, воины-победители отказались принимать участие в торжествах и традиционной пьянке.

  5. Victor-Avrom
    7 Ноябрь 2013 at 21:07 | Permalink
    «…Так напомню, что православные, в отличие от западенцов, евреев сотнями в запертых амбарах не сжигали.»

    Господа православные коммунисты поздравляют в Гостевой «Заметок по еврейской истории» друг друга с «Днём седьмого ноября — крсным днём календаря». Это трогательно.
    Не сжигали их единоверцы евреев, нет, да только вырывли из рук идущих в Бабий Яр домашний скарб, уезжали быстро возницы, подрядившиеся везти домашний скарб некоторых на «станцию», выдавали детей «панам полицаям», бывало, что скрывали кого-то , бывало…. Полезно перечитать Анатолия Кузнецова — лучше в оригинале. Да всё равно — и свидетель никого из этой публики не убедит. Они лучше знают всё потому, что их учение дважды научно и поэтому что? Правильно! И потому ВЭРНО!.
    Автор, Н.Кожевникова, вероятно имела в виду мысль о покаянии, заключавшуюся в другом. Но это моя мысль и мои соображения. Вот слова, которые НИКОГДА, НИ ОДИН ВОЖДЬ В РОССИИ НЕ ОСМЕЛИТСЯ ПРОИЗНЕСТИ ВСЛУХ. ЭТО СЛОВА БЫВШЕГО ПОЛЬСКОГО ПРЕЗИДЕНТА КВАСНЕВСКОГО: «ПЕРВЫМ ВОРОТА ЛАГЕРЯ ОСВЕНЦИМ ОТКРЫЛ МАЙОР СОВЕТСКОЙ АРМИИ АНАТОЛИЙ ШАПИРО». Вот этих слов в России никто публично произнести не осмелится. Ни теперь, ни в обозримом будущем. А они индикатор многого.
    Относительно других фильмов на тему Холокоста или оккупации, фильм «Магазин на площади» шёл в Москве очень «затёртым» прокатом — по незаметным ДК и клубам. Но всё же шёл. Он получил ряд, как совершенно правильно здесь указано, международных призов и главным образом благодаря игре несравненной Иды Каминской.Фильмы Вайды, многие его фильмы связаны с этой темой. Но всё равно отрадно, что сегодня всё же нашлись молодые поляки / хотя господин VA уже вычислил со всей коммунистической принципиальностью процент еврйской «крови» в авторе книги и , кажется в режиссёре? и тем самым раскрыл нам «правду» их небескорыстного участия в создании фильма / у которых есть мужество и бесстрашие посмотреть на происшедшее в Едбавне не глазами бывших российских православных коммунистов и городских сумасшедших, а глазами собственными — глазами поляков, предки которых были, то есть стали в одночасье настоящими массовыми убийцами. Уважение им и почёт!

  6. Victor-Avrom
    7 Ноябрь 2013 at 21:07 | Permalink

    «…Так напомню, что православные, в отличие от западенцов, евреев сотнями в запертых амбарах не сжигали.»

    Еще о «православных». Местечко Карапчу (село Карапчов Черновицкой обл., не знаю в каком районе — есть два Карапчова — скорее, Вижницкий р-н): еще до прихода немцев украинцы устроили там еврейский погром. Число жертв мне не известно. Сведения от родственника, успевшего спастись.

    1. Victor-Avrom
      7 Ноябрь 2013 at 23:24 | Permalink

      Черновицкая область – это по вашему не западенцы?
      Причем тут «западенцы»? В Буковине не было православных? Вы смешали в одну кашу конфессии, регионы, современную политику…

  7. Victor-Avrom
    7 Ноябрь 2013 at 21:07 | Permalink
    «…Так напомню, что православные, в отличие от западенцов, евреев сотнями в запертых амбарах не сжигали.»
    Неужели? Едвабне тоже стал событием считанное количество лет незад. Так что, все еще впереди.

    1. Victor-Avrom
      7 Ноябрь 2013 at 23:23 | Permalink

      Не удивлюсь, что лет через 50 главными зверями в WWII будут считать русских солдат, изнасиловавших и убивших пару миллионов немок. К этому идёт. Уже сейчас количество публикаций в еврейской прессе к 9 – му Мая о советских зверствах практически сравнялось с числом публикаций про немецкие зверства.

      Во-первых, попрошу не передергивать? Во-вторых, о какой «еврейской прессе» речь? 🙂 В-третьих, о «советских зверствах» пару лет назад писали все российские газеты, а споры читателей идут до сих, так что может проблема не в «еврейской прессе», а в чем-то другом, что требует размышления. . В-четвертых, одно зверство не отрицает другого, как доброе дело одного человека не уничижает доброго дела другого человека — на каждого заведен свой счет.

  8. Поляки и Польша.
    «Подобный, пронзительный разоблачительный, антипатриотичный фильм в нынешней России никто бы не осмелился сделать. А поляки смогли, что свидетельствует о различии в менталитете их и нашей нации. Польша — Запад, Европа, а Россия, как была, так и остается азиатской, рабской, где большинство безоговорочно послушно меньшинству, неважно при каком режиме, царском, большевистском или нуворишески-олигархическом».

    Подлейший винегрет из глупенькой полонофилии вперемешку с позорной русофобией. Польше, едва ли не наравне с Гитлером, Европа обязана 2-й мировой войной. (См. Форум-Холокост и 2-я мировая – «Кривое зеркало подлинной трагедии»).

    Черчилль в своей характеристике Польши дипломатично обходит мерзости, сопровождавшие почти всю её историю:
    «… Героические черты польского народа не должны заставлять нас закрывать глаза на его безрассудство и неблагодарность, которые в течение ряда веков причиняли ему неисчислимые страдания…Мы увидели, как теперь, пока на них падал отблеск могущества Германии, они поспешили захватить свою долю при разграблении и разорении Чехословакии….Нужно считать тайной и трагедией … тот факт, что народ, способный на любой героизм…постоянно проявляет такие огромные недостатки почти во всех аспектах своей государственной жизни. Слава в периоды мятежей и горя, гнусность и позор в периоды триумфа. Храбрейшими из храбрых слишком часто руководили гнуснейшие из гнусных. Всегда существовали две Польши: одна из них боролась за правду, другая пресмыкалась в подлости.»

    Как обычно бывает, мои личные впечатления о знакомых поляках вполне благоприятные. Мой тренер – Виктор Викторович Вржесневский, директор спортшколы, которому я многим обязан, работая в Херсоне – Раймонд Людвигович Коссаковский, мой школьный товарищ, талантливый лингвист, Виктор (Гиляриевич) Гонтковский, скверный поэт, но умелый организатор диссидентского коллектива, Эдмунд (Феликсович) Иодковский…
    Вместе с тем, в истории Польши и поляков есть нечто, роднящее её и их с евреями, — упоение собственной исключительностью, качество, в принципе исключающее подлинное государственное мышление.
    Тысячелетняя история Польши как бы повторение тысячелетней истории бездарной древней государственности евреев.

    1. М.Тартаковский» Тысячелетняя история Польши как бы повторение тысячелетней истории бездарной древней государственности евреев.»

      Это Вы о какой тысячелетней еврейской государственности?

      1. 300 лет эпохи судей (от входа в Страну) до начала монархии (Шауль) + 57 года до Первого Храма (3 года Шаулт + 40 лет Давид +14 лет Шломо) + 830 лет двух Храмов (не считая 70 лет изгнания между ними). Итого 1200 лет.

  9. Ну, может же Надя если захочет, и описок мало.

    Добротная профессиональная рецензия и видео фильма впридачу. За это спасибо.

  10. Поразительный феномен, когда вроде бы нормальные, порядочные люди. с которыми евреи жили бок о бок, порой, лет много лет, вдруг преврашались в нацистские времена в зверей и нелюдей. Точнее, не поразительный, а страшный и трагический. Начинаешь понимать, что мы живём иногда рядом с людьми, которые только носят личину нормальных и порядочных. Об этом тяжело и неприятно думать. В это не хочется верить… Но это было. Я встречался в Израиле с одной пожилой женщиной, приехавшей после войны их Польши. Она рассказала сюжеты о таких перевёртышах, с которыми она стокнулась ещё девчонкой. После её рассказа, как и Надежда после фильма, долго не мог уснуть.

  11. Трудно говорить о фильме, которого не видел. Можно говорить только о том, что видел. Или о рецензии, как литературном отражении фильма. Так вот, это, конечно же не первый фильм в польском кинематографе, посвящённый «стерням» Второй мировой войны. С одной стороны — гибель 900 тысяч поляков в одном Освенциме / книга «СС в действии» изд. в ГДР/. С другой стороны…только поляки соприкасались так близко с индустрией уничтожения , и в большинстве своёи не понимали, что они «на очереди » вторые после евреев в списке на полное уничтожение. Третьими были «остальные» — восточнее линии бывшей польской границы.
    Тема эта для кинематографа Польши не нова — уже с первых шагов новой польской послевоенной кинаматографии она ,хотя и робко, но всплывала в ряде фильмов послевоенных режиссёров, некоторые из работ которых стали хрестоматийными для всех киноколледжей мира.
    Итак — история Едбавне даже во времена «Солидарности» вызывала невероятно истерическую реакцию у жителей этих мест! Они все / даже родившиеся после войны!/ внаглую отрицали какую-либо вовлечённость местных жителей в массовое убийство соседей и ДЕЛЁЖ ИХ ИМУЩЕСТВА — ДОМОВ И ЗЕМЛИ -что было очень важным моментом «освобождения» от евреев. Вот пример из недавно опубликованных в «Заметках» воспоминаний Типографа: советские солдаты, увидя польскую семью, раздетую и голодную, конечно помогла ей — накормили, чем могли, а потом старший член семьи высказался: «Вот русские нас накормили, а немцы всё отобрали, всё сожгли. Одно только хорошее они сделали — ВСЕХ ЖИДОВ ПЕРЕБИЛИ!» Вот так. Так что …
    Но , как можно понять из рецензии Надежды Кожевниковой — всё же фильм оставляет надежду — надежду на улучшение душ людей, надежду на пробуждение их совести…
    Анджей Вайда в 1995 году сделал свой потрясающий фильм » Страстная неделя», посвящённый восстанию в Варшавском гетто. На представлении его в Нью-Йорке он, отвечая на вопрос зрителя — нужно ли прощать или не прощать содеянное ответил так: «Не прощать, и не непрощать, а напоминать — ещё и ещё! Только это может быть даст какую-то гарантию от повторения подобного в будущем…»
    Относительно могильных плит — эпизод, как я понимаю — второстепенного значения в фильме. Но он имел свою предисторию. Сегодня мало, кто о об этом вспоминает в арабофильскоой Европе, да и всё более скатывающейся туда же Америке. Так вот: после освобождения Иерусалима в 1967 году, на площади — теперь очищенной от старых хибар, было обнаружено, как и в других домах «мужественного и свободолюбивого палестинского народа», то есть иорданских арабов — в их домах полы всех уборных были вымощены могильными плитами, взятыми «мужественными палестинцами» на кладбище на Масличной Горе! Так что прецеденты были. И кто знает, что ещё будет при мусульманине президенте в США.
    А пока — спасибо автору за рецензию, натолкнувшую на все эти воспоминания и, конечно же инспирирующую посмотреть этот необычный фильм о вечных духовных и душевных «стернях» людей, живших более не менее мирно целыми десятилетиями со своими соседями и в одночасье превратившихся в массовых убийц.

  12. Вчера тоже посмотрел этот фильм. Впечатления от просмотра идентичны Вашим. Ваш комментарий к этому фильму выдан в таком импульсном режиме… Спасибо.

  13. Великолепное ревю, Надежда.
    Непоказная горечь и страстность облечены в нерасхожие, точные слова.
    Необывательский, адекватный режиссерскому, подход к теме.
    Вспоминая отголоски споров (еще до выхода ревю) по поводу этого фильма в Гостевой, хочу добавить свои «две копейки».

    Совершенно согласна с Кожевниковой, что фильм этот не об евреях. (Хотя, у евреев память страшная зашита в генах, и сердце у них все равно сожмется сильнее, чем у остальных зрителей). И даже, не о поляках. А о человечестве и человеке. О тончайшей пленке, казалось бы необратимо привитой человечеству цивилизацией, но раз за разом, бесследно, как не было ее, исчезающей в условиях хаоса и безнаказанности. Фильм о том, что под пленкой этой — душа современного человека, поросшая шерстью на манер первобытной души его пращура, по сути своей, неизменяемой во времени. Зверски безжалостная, и животно корыстная душа.

    Твердость этого заявления была бы неколебима, если бы не «младший брат»… То, что происходит в его, казалось бы, детски неразвитой душе — это самое вещественное и неоспоримое доказательство существования Творца, в самый момент создания вложившего в душу человека эту способность к беспокойству, когда им, или при его молчаливом участии совершается Зло. А Зло в фильме показано абсолютным и бесспорным, то есть таким, о котором даже в наш постмодернистский век нельзя рассуждать в терминах любимой этим веком релативисткой морали: «с одной стороны…», «с другой стороны».

    Польша (не говоря о Германии), в отличие от России оказалась способной к Покаянию, а значит, и к Искупления, которое, как известно, следует только в этой последовательности. После Покаяния.
    Говорю так уверенно, потому, что смотрела еще один фильм (документальный) на эту же тему. Называется «Shtetl». Режиссер Marian Marzynski. И тоже, безжалостно поляк показывает внутреннее одичание своих соплеменников (местечко Bransk) , которые через полвека вспоминают, что хозяин-еврей «тогда» якобы не додал одному из них сдачи (помнит, сколько именно) , но по старости упорно не может вспомнить о таинственной смерти группы местных евреев в лесочке неподалеку.

    Еще есть один фильм, словаки сделали, уже без чехов: «The Shop on Main Street». Тоже об этом. Никчемный скандалист, жалкий пьянчужка оказался человеком, помогающим старой еврейке — хозяйке галантерейного магазина, а его практичная трезвая жена — зверюгой в обличье милой славянской женщины. Хотя художественно фильм слабенький. У старой еврейки только что крылья белые пушистые за спиной не отрасли на наших глазах. Видимо элементарная мысль, что евреев (то есть беззащитных жертв насилия) надо спасать, даже если они на личном уровне очень плохие люди, не пришла в голову автора фильма. Но, все равно, словаки молодцы, что сделали этот фильм.

    P.S. И еще одно. Есть два типа обывателя. К первым отношу себя. То есть сама на героические действия, вредящие безопасности и личному комфорту не способна, но снимаю шляпу перед теми, кто поднялся выше меня. А есть другой тип обывателя, пострашнее. Эти «опускают» всех до себя. Не верят в бескорыстные мотивы поведения других людей, смеются над их идеализмом.
    Если речь зайдет о диссидентах, представитель этот типа обязательно спросит, а на что они жили, пока боролись с советской властью. Если о поселенцах Израиля — он же скажет, что их сионисткие принципы — полная фигня, а на самом деле там налоги ниже. Если же разговор зашел о Покаянии и Преступлении, то он обязательно будет снижен вопросом об имуществе и доказательством непогрешимой чистоты риз, собственных, маминых, и отпрыска.

    1. С.Тучинская: «…Хотя художественно фильм слабенький. »

      “The Shop on Main Street”/»Магазин на площади» (словацк. Obchod na korze; 1965)
      В 1965 году фильм удостоился премии «Оскар» в номинации «Лучшая картина на иностранном языке», а год спустя Ида Каминска получила номинацию на премию киноакадемии за Лучшую женскую роль второго плана. Фильм также получил премию «Золотой глобус» и был отмечен специальной наградой на Каннском кинофестивале.

  14. Изумительно!

    Надежда, вы в этом рассказе, как говорят, are at your best. Спасибо.

  15. Статья о фильме в английской «Википедии»: http://en.wikipedia.org/wiki/Aftermath_(2012_film);
    в польской: http://pl.wikipedia.org/wiki/Pok%C5%82osie
    Польское название фильма «Pokłosie»: 1) колосья, оставшиеся на поле после жатвы; 2) последствия, результаты.
    Фильм вышел на экраны в 2012 г. и посвящен погрому в Едвабне (Jedwabne). Первоначальное название сценария «Кадиш» (Kadisz).
    Режиссер Владислав Пасиковский (Władysław Pasikowski).
    Сценарист Алан Старский (Allan Starski).
    Оператор Павел Эдельман (Paweł Edelman).
    Продюсер Дариуш Яблоньский (Dariusz Jabłoński)
    Производство «Apple Film Production» при участии «Canal+ Polska», «Telewizja Polska S.A.»Attack Film» (Словакия), «Metrafilms» (Россия) и «Topkapi Films» (Голландия).
    На Иерусалимском Кинофестивале 2013 фильм получил Премию Яд ва Шем.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *