Мина Полянская: Цветаевский вольный проезд

 312 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Поскольку тревожная суета вокруг национальных воззрений Марины Ивановны существует, всё же выскажу своё независимое мнение о «Вольном проезде»: да, в очерке и в самом деле есть высказывания против разгулявшихся в огне большевистского переворота и гражданской войны евреев. Хорошо ли, плохо поступила Цветаева?

Цветаевский вольный проезд

Мина Полянская

Сегодня, 8-го октября — день рождения Марины Цветаевой.

«Главенствующее влияние — матери ( музыка, природа, стихи, Германия. Страсть к еврейству)»
М. Цветаева. Ответ на анкету

Вероника Лосская, известный исследователь творчества Цветаевой, профессор Сорбонны по прочтении «Брака моего тайного…» одобрила книгу, и в особенности моё внимание к Вишняку: «Особенно удачно в главной части книги об отношениях с Вишняком» (25 марта 2002 г).

Я нашла необходимым оказать должное уважение главному персонажу эпистолярного произведения Цветаевой «Флорентийские ночи» Абраму Григорьевичу Вишняку, уникальному издателю «Геликона», опубликовавшему в 1922-23 годах несколько книг Цветаевой. «Дополнениям» к теме «Цветаева и Вишняк» также предшествовали некоторые события. После появления книги «Брак мой тайный» в Нью-Йорке вышла книга Виктора Снитковского «Россия: взгляд с Востока и с Запада», а также его же газетная статья «Цветаева, антисемитизм, ксенофобия» (Еврейский мир, № 688), в которой почему-то именно мне предъявлено было обвинение в недостаточном внимании к «антисемитскому» очерку Цветаевой «Вольный проезд» (преднамеренно выбросила щекотливую тему из берлинского периода), написанному и опубликованному, якобы, в Берлине, и, кроме того, автор сожалеет о том, что Эренбург не оставил впечатлений о «Вольном проезде»: «К сожалению, Эренбург не оставил нам своих впечатлений от цветаевского «Вольного проезда», а М. Полянская, как, сказано выше, обошла этот вопрос». Автор подсказывает, где можно найти эти факты: «Мемуарный очерк «Вольный проезд» (см. собр. соч. в 7 тт., т. 4, с. 472) с антисемитскими вкрапываниями был впервые в СССР опубликован в алма-атинском журнале «Простор» в 1988 г. Эпопея этой скандальной публикации подробно описана в книге Юрия Герта «Эллины и иудеи» (Герт Юрий «Эллины и иудеи», Саратов, изд. «Еврейский Мир», 1996)».

Разъясняю, по возможности, почему Эренбург (а вслед за ним М. Полянская) «не оставили впечатлений» о «Вольном проезде». Эренбург, вероятнее всего, и не читал этого очерка, поскольку он написан был Цветаевой после Берлина, то есть не берлинским летом 1922 года, а в чешской деревне в 1923 году (Цветаева жила в Чехии до 1925 года, как правило, в деревнях, из-за отсутствия средств, а затем переехала в Париж) и напечатан в парижских «Современных записках». Но вполне вероятно, что прочитал и промолчал — и не оставил нам впечатлений, потому что не все говорят всё, что думают по самым разным соображениям (и правильно делают), и потому что впоследствии не захотел ничего двусмысленного о растоптанной Цветаевой писать, и, тем более, углубляться в тонкости и сложности национальных настроений поэта (при том, что Цветаева — всё же не Зинаида Гиппиус, которая откровенно признавалась, что находится на стороне погромщиков). Наоборот, в книге «Люди, годы, жизнь», в годы «хрущевской оттепели», Эренбург — первый — восстановил память о забытой Цветаевой, принёс о ней благую весть и, более того, поднял её, трагического поэта, на недосягаемую высоту. Такова была его задача, такую цель задал он своей совести — и исполнил задуманное.

М. Полянская, то есть я, «не оставила своих впечатлений» о «Вольном проезде», поскольку берлинской проблемы не было ( у меня книга о Цветаевой в Берлине) — была парижская, и упреки, обращённые ко мне, следует обратить к авторам огромных книг о жизни Марины Цветаевой, которые почти не упоминают этот очерк. Предлагаю мнение известного цветаеведа Анны Саакянц об очерке в книге «Марина Цветаева. Страницы жизни и творчества» (1986 год): «Из записей о поездке она сделала впоследствии очерк «Вольный проезд»: сценки, портреты, разговоры — на фоне разрухи, брожения, хаоса… Многое она восприняла исключительно «с собственной колокольни»; в её живых «тамбовских» записях есть любопытные страницы. Их отличают зоркость глаза и острый сарказм, давшие поэту возможность заметить и подвергнуть презрительному изничтожению увиденные приметы ожирения, буржуазности, самодовольного и жестокого торгашества — независимо от того, из кого «вылезали» эти омерзительные свойства»[1].

Под «любопытными страницами», «своей колокольне», «ожирением» и пр. Саакянц подразумевает (но не называет) те самые шокирующие «еврейские сцены», которые однажды и в самом деле «позволила» себе Цветаева — в «Вольном проезде». Признаюсь, я читала эти строки не без сочувствия к Анне Александровне, поскольку она оказалась в неловком положении, не хотела из деликатности (и политкорректности) поднимать «национальную тему». К тому, не следует забывать, что в 1986 году об антисемитизме не принято было говорить открыто.

Между тем, переговоры Цветаевой с редакцией «Современных записок» — чрезвычайно интересный эпизод для автора солидной монографии о Цветаевой: редакция и в самом деле была шокирована антиеврейскими выпадами в тексте. Тогда Цветаева предложила компромиссное решение, удовлетворившее редакцию: предварить очерк её прекрасным стихотворением «Евреи» (у Цветаевой, надо сказать, много прекрасных «еврейских» стихотворений, полных энергии и страсти). И, кроме того, Цветаевой свойственно трогательное отношение к Библии и к той её части, которую в русской традиции принято называть «ветхозаветной», глубокое почитание «Сарры-заповеди» — без инфантильных осуждений Закона, редкостное к нему чувство такта.

Нетрудно догадаться, почему у моего «обвинителя» Виктора Снитковского произошла ошибка в расчетах, и парижская публикация Цветаевой была воспринята им как берлинская. Дело в том, что одним из руководителей «Современных записок» оказался тоже Вишняк, однако же — Марк Вениаминович, дядя Абрама Григорьевича Вишняка. Марк Вениаминович Вишняк (псевдоним — Марков) — видный политический деятель, публицист, один из основателей «Современных записок», автор нескольких книг воспоминаний о русском зарубежье. В Нью-Йорке состоял редактором (1946 — 58) русского отдела «Таймс».

Интересно, что «берлинский» Абрам Григорьевич Вишняк, которого Цветаева считала проницательным — на уровне звериного чутья — временами Вы безошибочны — советовал ей ещё в Берлине написать на основе «записных книжек» книгу воспоминаний о пребывании в России в годы революции и гражданской войны. Вот Марина Ивановна и написала — не в Берлине, а в Чехии — не книгу, а очерк — «Вольный проезд», ставший, как я вижу, «притчей во языцех».

Осенью 2012 года в Берлин приезжала цветаевед (не стану имени называть), которая удивила меня тем, что пыталась защищать Цветаеву от антисемитизма страстными речами. Я ответила, что не могу принять участие в дискуссии, поскольку такой темы (и проблемы) для меня не существует. Более того, тема кажется мне и надуманной, и комичной. Людям свойственно придумывать темы, раскручивать их и даже пожинать со всего этого некие плоды. Однако, поскольку тревожная суета вокруг национальных воззрений Марины Ивановны существует (а на мне — обвинение, что прячусь от темы, которая является, якобы, именно моей — из-за очерка, написанного в Берлине, а на самом деле в Чехии), всё же выскажу своё независимое мнение о «Вольном проезде»: да, в очерке и в самом деле есть высказывания против разгулявшихся в огне большевистского переворота и гражданской войны евреев, причём, написан этот текст с блеском и большим чувством юмора. Хорошо ли, плохо поступила Цветаева? Разумеется, ей не следовала этого делать, несмотря на то, что именно ей встретились разнузданные люди именно этой национальности, а не встретился этой же национальности полковник Михаил Гиммельман, прадед моего сына по отцовской линии, поднявший против большевиков грандиозное восстание на псковщине — в районе Опочки (полковнику никто не пишет — и кто напишет?) и расстрелянный ими, и романтик писатель и поэт Владимир Жаботинский, уехавший из России, сражавшийся со сформированным им еврейским легионом на стороне Антанты в Первой мировой войне под неподвижным солнцем Палестины и, наконец, её собственный муж, Сергей Яковлевич Эфрон, еврей по отцу, сражавшийся в Добровольческой белой армии, участник знаменитого Ледяного похода (а спустя 20 лет, наоборот, сотрудник НКВД). С одной стороны цикл стихов «Лебединый стан»: Я не знаю, жив ли, нет ли //Тот, кто мне дороже сердца, // Тот, кто мне дороже Сына… а с — другой стороны — «Вольный проезд»: еврей со слитком золота на шее…. Всё так смешалось, и крови море пролилось, и распался семейный очаг, и столько горя в доме, который уже не дом, что, разумеется, не я — ей судья.

Что же касается Виктора Снитковского, обвинившего меня в приукрашивании (трусости?) Цветаевой, то его собственные опусы о лесбийстве, эротизме и антисемитизме Цветаевой я читала, и полагаю (мнения не навязываю), что при такой откровенной неприязни к личности поэта, каковая весьма заметна у Снитковского, не стоит этим поэтом так много заниматься и так натужно трудиться над ним. И в самом деле, ради какой такой справедливости и высшей правды нужны такого рода «фрейдистские» излияния?

___

[1] А. Саакянц. М., Цветаева, М., 1986.

Print Friendly, PDF & Email

7 комментариев к «Мина Полянская: Цветаевский вольный проезд»

  1. Уважаемая автор, предваряя текст, цитирует М.Ц.: говоря о матери, писала: «страсть к еврейству». Эту фразу во всех публикациях опускали, напечатали лишь в Америке ( Лиля Фейлер. Марина Цветаева. Пер. с английского Феникс 1998). Главу из «Воспоминаний» А. И. Цветаевой, где она пишет о любви к евреям, опускают. Вот выдержка: «Мы едем в Россию… Блеск итальянских глаз у еврейских детей красавцев! … На лоб они надевают маленькие черные коробочки. Голоса их – особенные, не похожие на обычные голоса. … Смотрим, слушаем, запоминаем – навек. Мама и мы любим этот народ, гонимый другими народами, древний, таинственный, невиновный в своем несчастье…» Вот запись из дневника Марины от 16 апреля 1925 г.: «У меня с каждым евреем – тайный договор, заключаемый первым взглядом.» ( М. Цветаева. Неизданное. Сводные тетради. М. Эллис Лак, 1997, стр 356). Подробнее у Инны Галант «Мне нравится» … маленький рыжий еврей» . К 110-летию со дня рождения А. И. Цветаевой. Единодушно: «Ей не следовало это говорить». Кто-нибудь знает ЛИЧНОСТЬ, сказавшую только то, что нужно говорить?

  2. «Гетто избранничеств, вал и ров, пощады не жди…» После этой строки, с её продолжением — какие ещё нужны свидетельства об отношении М. Ц.
    к еврейскому народу? Cпасибо автору за прекрасную, как обычно, работу!

  3. М.П.: «Людям свойственно придумывать темы, раскручивать их и даже пожинать со всего этого некие плоды. Однако, поскольку тревожная суета вокруг национальных воззрений Марины Ивановны существует…»
    — — — —
    Всё это так, дорогая МП. Однако, есть «Вольный проезд» и не только. Не хочется перечислять. Можно привести сотни «за» и столько же «против.» Счёт этот вряд ли закончится когда-нибудь.
    «Разумеется, ей не следовала этого делать, несмотря» ни на что.
    Однако, досталось «страдалице Марине» больше, чем она могла выдержать. Кто решится бросить камень?
    Я решусь только привести несколько цитат из работы Лазаря Беренсона
    «Евреи в жизни Марины Цветаевой», опубликованной в Мастерской Портала
    «без претензий на новаторство и исследовательскую ценность», —
    как пишет Л.Б.

    Нам остаётся только имя:
    Чудесный звук на долгий срок.
    — Осип Мандельштам – Марине Цветаевой

    Критик В. Лосская считает, что в строках поэта часто «сказывается вся путаница ее эмоциональных реакций». Сказанное полностью относится к «еврейским» стихам Марины.
    ****
    Израилю

    Кто не топтал тебя и кто не плавил,
    о купина неопалимых роз, –
    единое, что на земле оставил
    незыблемого по себе Христос?

    Израиль! Приближается второе
    владычество твое! За все гроши
    вы кровью заплатили нам. Герои!
    Предатели! Пророки! Торгаши!

    В любом из вас, кто даже при огарке
    считает золотые в узелке,
    Христос сильнее говорит, чем в Марке,
    Матвее, Иоанне и Луке.

    По всей земле – от края и до края –
    распятие и снятие с креста.
    С последним из сынов твоих, Израиль,
    воистину мы погребем Христа.» . . . .
    . . . . . . . . — Надеюсь, уважаемый Лазарь Б. не в претензии.
    ———
    «С одной стороны, «Вольный проезд» «лишь малый камешек в грандиозной мозаике жизни и творчества Марины Цветаевой, который, будучи выломленным из всей картины, способен не прояснить, а, скорее, исказить ее облик…». (Герт Юрий «Эллины и иудеи», с. 33).
    ——
    Много слов, увы, не «воробьиных» случайных, а очень жестоких, несправедливых, вылетело у Мaрины Ивановны Цветаевой.
    P.S. «Вольный проезд» был напечатан в Алма-Ате.
    В издательстве «Простор» (Алма-Ата), а также — в изд-ве «Подъём» (Воронеж) и в «Литературной Армении» (Ереван) — в начале 1960-ых был (после 30-летнего перерыва ) напечатан цикл стихов О. Мандельштама.
    Напечатаны — до «официальной реабилитации Мандельштама в 1967 г.» (Глеб Струве, Лондон)

  4. «Евреи
    И ты жидом пребудешь мне, доколе
    Не просияют купола!»
    Это о Гейне.
    Ещё был Ответ Мандельштаму, првда не опубликованный . Редакция отказалась. Вполне себе человек своего времени и круга

    1. «Имя Гейне отозвалось в стихах Марины Цветаевой:
      И мне — в братоубийственном угаре —
      Крест православный — Бога затемнял!
      Но есть один — напрасно имя Гарри
      На Генриха он променял!
      Она также писала о своём отношении к Гейне в письме к Ольге Колбасиной-Черновой: “…После всех живых евреев — Генриха Гейне — нежно люблю — насмешливо люблю — мой союзник во всех высотах и низинах, если таковые есть”.
      (из работы Александра Лейзеровича, Мастерская, 2011 г.)

  5. Дорогая М.П.
    Спаибо за информативный текст о Цветаевой. Еврейская тема много раз обсуждалась в этих пределах, часто не справедливо по отношению к Цветаевой. Вы же чётко расставили все точки над «i»!

  6. Сегодня, 8 октября, день рождения Марины Ивановны Цветаевой. Идея написать этот текст явилась ко мне сегодня, текст составлялся спотанно, чтобы успеть ( не опоздать) к дате Марины Ивановны. Так что не обессудьте, если что-нибудь не так, если обнаружатся ( не дай Бог!) опечатки.
    Только что в Мастерской уважаемого Евгения Берковича опубликован мой текст на трепещущую тему «Цветаева и евреи». Эта тема, которой, на мой взгляд и быть не должно, беспокоит многих псевдоспециалистов по творчеству Цветаевой. Увы!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *