Юлий Герцман: Портреты и зарисовки (избранное из Гостевой)

 272 total views (from 2022/01/01),  3 views today

Много раз я перечитывал обложку учебника по физике 6-го класса под редакцией Киселева, пока в голову мне не ударила мысль: «Эйнштейн в своей пресловутой формуле E=mC² не учел цену 4 копейки за киловатт-час!» Я тут же отправил телеграмму Эйнштейну на чистом латинском алфавите, которым владею досконально…

Портреты и зарисовки

(избранное из Гостевой)

Юлий Герцман

Юлий ГерцманНадежда: мой комплекс земной

Помню атец песал роман с соеденительной частицей «И» — ето толька большим талантам удавалась: «Война и мир», «Жизнь и судьба», «Незнайка и его друзья», вот и у папе: «Щит и меч». Атец сперва хател ево антисовецки назвать: «Шит и меч», но его в КГБ позвали, мучели страшно — папа «Реми Мартен» любил, а ему «Мартель» наливали, три часа читали ему низусть «Знакомьтесь Балуев», он рыдал жалавался в ЧК КПСС, но его не слушали. Пришлось для семьи на «Щ» поменять. Наш сосед по даче Чайковский Корней Иванович, добрый старикашка был, говорил папы: «Вадим, я толька что Лонгфелло на русский перевел, давайте я и вас переведу!», отц отвечал: «Нет, Петр Ильич, меня переведёт Партия. На высшую должность». Помню, я еще тинейджером была, а мы уже вошли в культурную елиту и поступила в школу для одаренных на голову юношев и девушкей с усиленным изучением запетой перед «Как», «Что» и «Почиму». Там я напесала свой первый роман «Дорогая Елена Сергеевна», нет это я с творчества перипутала, это какая-то страхолюдина написала, а я написала «Елена Прикрасная», мне Катька Маркова сказала: «Ну ты, Надька, прям Иван Севастьянович Оффен-Бах», я так ржала. Потому что катькин папа первый секретарь, а мой простой народный. Ищо я училась в музыкальной школе и так исполнила на выпускном концерте ноту «Ля», что директор заплакал и напесал рикоминдацию в Летературный институт сказал: «Такой талант музыкой гробить нильзя!» В Инстетуте я училась на одне пятерки но на занятия не ходила, потому таланта. Где и повстричала будущево мужа. Который кончал асперантуру медицинский ордена ленина первый по кафедре примочек и хател там записаться на доцента, но его вызвали на кафедру органов внутреней секреции и сказали: «В прогрессивных странах большой падеж населения, надо ехать в джунгли спасать». Он спросил только: «В амазонские или индонезийские?» Ему сказали: «Хуже — в каменные! В Женеву!» Муж говорит: «Нет! Хочу учить советских студентов!», а ему говорят: «Надо! Тут приезжал заведующий красным крестом и полумесяцом и сказал: «Кроме Киселева мне никово не надо. Хочу только с ним каждый день интернационализмом заниматься!» А семя моя сказала: «Ты декабрстка должна за мужем ехать». Я про декабристских жен знала — там Наташа из Ростова за князем Волхонским в Себирь поехала. Везет этим провинциальным чуркам — я сколько по Волхонке ходила ни одного князя не встретила, одно быдло. Ну мы и поехали вместе, и вот я живу теперь в штате как вместе два болгарских танца: Коло и Радо, а доч вышла замуж по профессии американца. А если бы не поехала то была бы русским диктантом, потому Рубина мне в падметки не годица и Саша Проханов не возбухал бы. Ну что поделаешь, так жизнь сложилась. Чево-то мне только чаще про слова намекают, что Евгений Лукашин повторял, пританцовевая у подъезда Надежды. Опять другой.

Три образа одного
(опыт иллюстрации на живых примерах)

Бог Бориса Дынина

Пожилой холеный джентельмен. Сидит на террасе с бокалом коньяка в одной руке и сигарой в другой. А внизу под ним — мордобой, а внизу под ним — юшку пускают и на ребра с разгону прыгают.

— Что же вы творите? — укоризненно спрашивает Он, — Как будто вы не Мои дети, а какого-то Аримана. Прекратите немедленно!

Никто и не думает. Раздаются вопли: «Сарынь на кичку!», «А ты кто такой?» Он свирепеет:

— Чуму на них напустить? Нет, фу, гной вонять будет. Разве потопить всемирно. Тоже плохо — рыбки испугаются. Надо бы подумать… Впрочем, коньяк делают хороший. И сигары неплохи, «Кохиба» эта… Простить что ли пока…

Дремлет. Внизу вопят. Он улыбается сквозь дрему.

Бог Евгения Майбурда

Суров, как прапорщик, от которого сбежала жена.

— Поминьянно стройся! Цицес распушить! Талесы одернуть! А это что за консервативная морда в строй попала? Вы мне еще реформистов сюда притащите. Вон из строя! Пойдешь санитаром в холерный барак, чтоб вид не портил. Остальные слушать сюда: шаг влево, шаг вправо — побег! Шаг вперед, между прочим, тоже. Шагать только назад! Поняли? Ну, со Мной, литваки первыми голосами, хасиды вторыми — запевай наш походный нигун! Шагом марш!

Строй поёт:

«Ой-ой-ой-ой-ой,
Эй-эй-эй-эй-эй-эй,
Ай-ай-ай-ай-ай-ай,
Ой вэй!»

Бог Онтарио14

Умён, образован, но — хитрован. Всегда держит пятый туз в рукаве. Любит обрывать указания на полуслове.

— Каждый еврей должен быть ха…

Народ волнуется:

— Что это означает? Хасидом? Хахамом? Просто хамом? Харьковчанином? Господи, объясни!

Он хохочет:

— Ну что вы? Разве я сказал: «Ха…», я же сказал: «Хе…»

Внизу полный обвал.

— Херсонцем? Хемингуэем? Хе… нет, этого быть не может, Он же Владыка, а не сапожник. Нет это невозможно так, пойдем к этим… любавичам. Они нажлёкаются, с Джоном Войтом белый вальс станцуют — и уже при Боге! А тут…

Он хмурит брови:

— Ну совсем деградировали! Думать не хотят. Назначить им, что ли, аятоллу? Этот молодой из Онтарио подошел бы! Всё знает, всюду бывал, в разговоре хомейниват. Но так я же сам устроил, что аятоллы не у них, а у этих му…

Склоняет голову. Перед Ним появляется стол, на нем три наперстка. Он:

— А вот под как… — безнадежно машет рукой.

Мокрое порося
(эссе, роман тож)

Я отчаливал. Как водится, перед отходом я расплел ноги (см. роман «Сплетенье ног», на который в своей монографии «Занимательная сексопатология» с восторгом сослался профессор Недольман, не указав, правда, имени автора и названия произведения) и ладонью попробовал воду.

Она была мокрая.

Никто до меня не отмечал этого факта. Приятно осознавать, что моим вторичным половым признаком является ум.

Вот и сейчас, размышляя над проблемой накормить народы Земли (см. эссе «Почему нанайцы не открыли консервы?», в котором я пришел к ошеломляющему выводу: «Потому что у них не было соспешествующего ножа»), я вспомнил свою старую, но очень актуальную работу «24-суточные циклы Вселенной» (изд-во «Самовывоз»), где я доказал на личном опыте, что Вселенная расширяется. «Но почему же, почему скотина не расширяется вместе со Вселенной? — терзала меня философская проблема — Если бы и они расширялись, то мясопродуктов хватило бы на всех, кроме ортодоксов, ну и цицес с ними!»

Много раз я перечитывал обложку учебника по физике 6-го класса под редакцией Киселева, пока в голову мне не ударила мысль: «Эйнштейн в своей пресловутой формуле E=mC² не учел цену 4 копейки за киловатт-час! Я назову ее постоянной Тартаковского!» Я тут же отправил телеграмму Эйнштейну на чистом латинском алфавите, которым владею досконально: “Proffesor, vi kozel!” Ответа не последовало, значит он согласился со мной, ибо сказано Заратустрой: «Молчание — знак согласия». (см. мою статью «Как я вправлял мозги Нобелевскому лауреату»)

Вот и сейчас я вернулся к этой мысли. Если за энергию надо платить, а скотина этого не делает, то у нее не будет прироста массы! Загадка решена!

Ревели волны, Грум-Гржимайл, о! (Почему я его вспомнил? А… мы вместе покоряли «Арарат»). Брызги омывали мое лицо! Пена стекала по трапецевидным мышцам. И раздался голос с небес:

— Опять в ванне акмеологией занимался? А ну, вылазь из воды!

Жена.

Я сплёл ноги.

Print Friendly, PDF & Email

10 комментариев к «Юлий Герцман: Портреты и зарисовки (избранное из Гостевой)»

  1. Уважаемая Редакция, приведенный ниже под данной статьей ув. Ю.Герцмана комментарий, якобы под моим именем и под названием ОПЫТ ОБОБЩЕНИЯ И ПОДРАЖАНИЯ мне не принадлежит и является фальшивкой. Мне кажется, что до сего времени подобной дурно пахнущей пакости на портале не водилось. Надеюсь, редакция располагает необходимыми инструментами для определения подлинного автора этого «маленького шедевра», посему воздержусь высказывать собственные напрашивающиеся догадки. Прошу означенный «комментарий» стереть. В то же время не имею ничего против иронии, комментариев или пародий в мой адрес со стороны любого автора портала, имеющего имя или, по крайней мере, ник. Просьбу, на всякий случай, дублирую в Гостевой.

    1. Уважаемый господин Ноткин,
      мы проверили упоминаемый Вами комментарий. Помимо вашего имени, там был указан ваш емейл (тот же самый, что указали сейчас Вы) и проставлен IP вашего компьютера, а эта информация посылается браузером на сервер автоматически, без участия человека, и если емейл ещё можно, зная его, сфальсифицировать, то для фальсификации IP требуется весьма серьёзная хакерская подготовка. Тут возможны два варианта: либо ваш компьютер был захвачен вирусной программой со странной целью писать от вашего имени комментарии, либо всё-таки этот комментарий написал кто-то, таки сидевший за вашим компьютером. Комментарий мы сейчас удалим, но… вопрос остаётся. И мы ничем помочь не можем: имя, емейл и IP-адрес — это всё, что наши программы получают для идентификации автора отзыва; если эта триада указывает на известного системе автора (Юрия Ноткина), то программа считает личность верифицированной и “пропускает” отзыв, разрешает его публикацию.

  2. Юлик, дорогой, очень смешно, хотя, насколько я понял, это пародии на друзей и не совсем друзей, а мне первоисточники не знакомы… Но ты — мастер!

  3. Некрасиво!
    Одно дело посмеяться над упражненими городского сумасшедшего, другое дело — всё же профессиональная писательница. Написать бы для начала что-нибудь этакое, но своё!Поздравить не могу, неприятный осадок.

  4. Хорошие были времена, когда года три-четыре назад здесь часто появлялась НВК, публиковала свои рассказы и смешно огрызалась на замечания. Её манеру трудно было не пародировать и Герцман это замечательно сделал в \»Надежде…\».
    Вспомнил, что и я посвятил ей немало стишков, иногда жаль, что они пропали навсегда. Напомню хотя бы одно.
    А Надежде Вадимовне дай Бог здоровья!

    ***
    Ах, детство, юность, танцы, школа,
    Покрытый пылью книжный шкаф…
    Он был с ЦК из комсомола,
    Или с ЦК из ДОСААФ.

    И я, девчонка-гимназистка,
    Ему внимала чуть дыша.
    Он был из нашего же списка,
    Из ЦМШ, из ЦПШ.

    А в Переделкине на даче
    Для нас был ялтинский курзал,
    Гуляли мы до ночи грачьей
    (у Маяковского слизал).

    Глядели нам вослед уроды,
    Чужой завидуя судьбе,
    Он был из нашей же породы,
    Из ЦКБ, из КГБ.

    Словами в нас стреляли гады,
    Свистели пули у виска,
    Он был из нашей же команды,
    Из ССП, из ССК.

    Ему корячилась известность,
    Но ждать её – не хватит сил,
    Брезгливо он смотрел на местность
    И мне с тоскою говорил:

    — Ну, что тут? Грязь, вороны, лужи,
    Ты в рожу правде посмотри:
    Прекрасна Родина снаружи,
    Гораздо лучше, чем внутри. –

    Он в руки мне вложил синицу,
    Она красивше журавля:
    — Давай-ка, врежем заграницу…-
    Добавив для рифмовки: «Бля».

    Я от смущенья покраснела,
    Как маков цвет на берегу,
    (Тогда я так и не умела,
    Сейчас ещё не так могу).

    И вся в волненье отвечаю:
    Быть может, подождём пока,
    Не так по родине скучаю,
    Как папу вытурят с ЦК.

    И он ушёл, так было надо,
    Я это вынесла с трудом…
    Теперь я в штате Колорадо,
    И здесь мой стол, и здесь мой дом.

    Ты далеко, Россия, где-то,
    Полна тревоги и вина,
    Бедна, разута и раздета,
    Но это не моя вина.

    Ушла я в даль путём разбитым,
    Порвав связующую нить,
    Ей нас, с таким-то аппетитом,
    С гарантией не прокормить.

    И хоть не так круглы коленки,
    Живу теперь в кругу армян,
    Геворк Башинджагян на стенке,
    В шкафу стоит Омар Хайян.

    И всё тип-топ и трали-вали,
    И жизнь надёжна и проста…
    Мы кое-что тут обмывали
    На средства Красного Креста.

    Стаканы по чуть-чуть налиты
    (Вот не люблю я этих штук)…
    Как вдруг гляжу: среди элиты
    Стоит мой старый добрый друг.

    Не потерял ни капли лоску,
    Не армянин и не еврей,
    Он – свой, как был, всё так же, в доску,
    Из FBI, из CIA.

    -Hallo, ну как там наша Раша,
    Не умираешь от тоски? –
    И вот, своя своих познаша,
    Мы, словно в юности близки.

    Мир снова наш, чужим – ни корки,
    Господь для нас его создал,
    А тот, кто не успел к разборке,
    Тот, значит, просто опоздал.

  5. Юлик, дорогой, с Новым годом! Держись там, в своих америках! А то и приезжай погостить в первопрестольную, примем тебя как положено. А то некоторые гости все сомневаются по-лакедемонянски: со щитом они или на Ш поменять…

  6. Вы великолепно поняли сказанное мной вчера: талант это реализованная в творчестве ИНДИВИДУАЛЬНОСТЬ — и всецело проявили полученное знание в этой новой публикации. Беспробудное острячество! Школа КВН, усвоенная с детства.

  7. Новый год впервые в жизни встретил с температурой 38С. Думал, так и пойдет. Ан, нет. Сажусь за диссер: «Как победить лихорадку (и золотуху тож) смешливостью, или здоровьевозвращающая проза Юлия Герцмана». («Позовите Герца…»).

  8. Под рубрикой «Три образа одного» нашел только два. Считая за честь стать сюжетом Юлиевого шаржа, недоумеваю — куда девался третий. Помню, точно был с одноименного озера. Обидели хорошего парня. За что?

  9. Дорогой Юлий!
    Успел прочитать еще в этом году. Поможет в будущем, если я не проведу его в дреме. Улыбаться, хоть в дреме, — свое здоровье укреплять.

    Тут, догадываюсь, меня без Ф.И.О. упрекнули, что откликаюсь на вас, не цитируя. Но правило Портала запрещает невоздержанное цитирование. Когда буду представлять вас на нобелевку (правда вам придется подождать, ту у нас есть застоявшийся претендент) , тогда и буду цитировать. А сейчас пусть каждый читает, и сам записывает цитаты.

    С Новым годом, Юлий! Пусть он будет наполнен добрыми чудесами, о которых мы дремлем.

    Спасибо,

    Борис

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *