Александр Левинтов: Июнь 18-го. Окончание

 116 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Россия — уникальная страна, где интересы властей, называемые государственными интересами, прямо противоположны интересам населения и при этом являются доминирующими на протяжении ВСЕЙ истории страны и без каких-либо перерывов. Особенно наглядно это наблюдается в сфере пенсионного обеспечения.

Июнь 18-го

Заметки

Александр Левинтов

Окончание. Продолжение. Начало

Дранг нах Остен по-русски

За последние сто лет Россия весьма заметно сдвинулась на восток на одну-полторы тысячи километров, что весьма болезненно для любого государства, особенно для такого самолюбивого и самовлюблённого до болезненности и истеричности, как Россия. Кричать и захлёбываться три четверти века о победе — и постоянно отступать и уступать: согласитесь, как-то уж больно бьёт по самолюбию.

С кем соседствовала Россия сто лет назад? — на Западе с Германией, Швецией, Австро-Венгрией, странами-лидерами, почтенными и уважаемыми всеми в мире. Теперь Германия для нас — не сосед, расположена в двух странах от нас, то же и Австрия, Швеция — через одну страну, при этом страны, отделяющие нас от них, к ним расположены дружелюбно, а к нам враждебно, но не агрессивно, а из вполне объяснимого страха нашей агрессивности. Мы вполне заслуженно вызываем недоверие у всех своих западных соседей, даже у самого дружественного (единственно дружественного) государства, Беларуси. И со всеми ними у нас есть территориальные проблемы и спорные территории, которые мы не только не пытаемся решать, но и с каждым шагом усугубляем -либо вторжениями, либо претензиями и притязаниями, либо, наконец, нагнетанием военной истерии и мощи, как это происходит с захваченной у Германии Восточной Пруссией и захваченным у Украины Крымом.

Сто лет назад границы с западными соседями, Швецией, Германией и Австро-Венгрией имели вполне дружеский, мирный характер, это были контактные границы интенсивного экономического, культурного, образовательного обмена, социокультурной и коммерческой коммуникации. Теперь все западные границы России — перенасыщенный раствор войск и военной инфраструктуры, здесь постоянно проходят масштабные маневры, учения, вылазки, столкновения, нарушения, провокации, «инспекционные проверки», призванные держать всё это озлобленное стадо на взводе и в напряжении.

Раньше Стокгольм, Берлин и Вена были в сотне-паре сотен вёрст от наших границ, теперь — в тысячах километров, теперь всё это — подлинно дальнее Зарубежье.

А на востоке — слабоохраняемые либо вовсе неохраняемые границы с Казахстаном, Монголией и Китаем. Казахские пастухи гоняют своих баранов по Башкирии и бывшей республике немцев Поволжья.

Раньше на территории России проживали миллионы немцев-аграриев, сделавших сельское хозяйство страны товарным и даже экспортной отраслью, и миллионы евреев-горожан, придававших стране урбанистический характер. Оба народа несли в Россию миссию трудолюбия (индустрии), столь непривычного для никониан и многих мусульманских, горных и северных народов, привыкших к борьбе с природой за существование, но не к борьбе с собой за достойное существование.

Теперь Россию наводняют миллионы таджиков, киргизов, азербайджанцев, грузин, армян, китайцев и вьетнамцев, занимающих нижние этажи и подвалы-подполья рынка труда.

Российская молодёжь охотно и массово получала образование в Германии и Швейцарии, теперь это — удел и судьба тонкого олигархического и чиновного слоя. Прямо противоположная картина — в туризме: раньше он был представлен дворянством и интеллигенции, теперь в Европу и Средиземноморье хлынули полчища российского быдла, жадного, невоспитанного и необразованного.

Когда-то российские музеи и достопримечательности заполняли европейцы и американцы, теперь — китайцы. Но и те, и другие, смотрят на нас с пренебрежением и свысока. И поделом.

Хотим мы того или не хотим, но мы всё более смещаемся из Азиопы в Азию, при этом относительно и Азии (Япония, Китай, Ю. Корея и остальной АТР), и Европы мы всё более и более — задрипанные задворки, место свалки опасного мусора и добычи чужими (российскими) руками труднодоступных естественных ресурсов.

На Троицу на Преображенском рынке

Троица —
и я слегка на взводе
немного пьян, немного трезв, но только вроде,
а голубь пред голубкой хорохорится,
базар гудит зелёными обновами
и витаминами — наперевес с нитратами,
и запорошены — поливами ли, словом ли —
товары, измождённые затратами,
я пью харизму, плавая в нирване,
и малосольную амброзию жую,
и за душой негусто, и в кармане,
а в небе кучевые ангелы поют;
передо мною рюмка и всё прочее:
графин, боржом и что-то на горячее,
а солнце в небе ласковое, сочное,
судьба ж моя, наверно, неудачная:
она никак не выправляет линию
и до сих пор в приличное не строится,
так и уйду, и пропаду, и сгину я —
на Троицу

Железная демократия

«Театральный роман» М. Булгакова начинается с рассказа о том, что персонажи, придумываемые автором, оживают на воображаемой сцене и начинают жить своей жизнью, в соответствии со своими характерами и судьбами. Это, разумеется, гипербола М. Булгакова: все эти персонажи — он сам, полный воображения и таланта драматурга. Эффект Галатеи характерен для всех Пигмалионов, достаточно обратиться к Бернарду Шоу, но все эти эффекты — восхитительные мнимости, очаровательные, талантливые, но не более того.

И совсем иное — социальное проектирование.

На своё семидесятилетие, глухой одинокой ночью я придумал Серебряный университет, а вот теперь общаюсь со своими серебряными студентами, они счастливы от этого изобретения, они — живые, непридуманные никем люди, с именами, судьбами и характерами, неотдираемыми от них, у этих людей — внуки, которым они пишут свои эссе-legacy, и, значит, всё это будет иметь неведомые мне продолжения, может быть, долгие-долгие годы.

Год назад на заключительном заседании последней стратегической сессии нашего городского университета я разнёс в пух и прах халтуру, сварганенную за непомерные деньги московской школой управления «Сколково» (я участвовал в её проектировании), сорвал неожиданный апплодисмент, но впервые увидел своего нервно курящего ректора (он — человек глубоко не курящий) — так родилась идея мастерской организационно-деятельностных технологий. И вот мы работаем вместе уже семь месяцев, нас 20 реальных, никем не придуманных людей, я читаю созданные нами эссе, самостоятельно порождённые и оформленные в текстах мысли, планы, надежды, на семинарах мы буквально натягиваем на себя и свою ситуацию труды философов, живших некогда или совсем недавно, на выездных сессиях мы констралябим своё будущее, будущее своего университета, будущее образование и будущую науку, мы вместе сплетаем это в очень крутой проект.

И я счастлив, как не дано быть счастливым театральному или кинорежиссеру: мы создаем не иллюзию и фикцию, а живое и подлинное дело.

В нашей стране, увы, демократия невозможна, грустно признать, но она никогда здесь не укоренится и не состоится. Тем более важно, чтобы в нашей мастерской она была бы железной. И мы уже начали её формировать и воспитывать в себе.

Демократия — это вовсе не право выбора и голоса на выборах, это — право слова, не только сказанного, но и услышанного, понятого. А. Токвиль, в отличие от Ч. Диккенса и многих других европейцев, побывавших в Америке, не раздавал, а брал интервью, не выступал с публичными речами, а слушал чужие: политиков, индейских вождей, фермеров и предпринимателей, арестантов в тюрьмах, простых и безвестных людей. И он понял, в чём суть американской демократии:

— дух народа Америки сильнее американской Конституции;
— движущая сила людей — стремление к материальному благополучию;
— основной ресурс Америки — не природные богатства, а предприниматели;
— церковь играет огромную моральную консолидирующую роль, а множество конфессий — непривычную для европейцев веротерпимость;
— американцы искренне жаждут законов и готовы им следовать.

Главное, что он сделал: он увидел, что демократия и формирование демократического государства осуществляются естественным путем, а потому этот путь неизбежен и для Европы. По сути, он открыл европейцам глаза на демократию:

«Одним принадлежало все: богатство, сила, свободное время, позволявшее им стремиться к утонченной роскоши, совершенствовать свой вкус, наслаждаться духовностью и культивировать искусство; тяжелый труд, грубость и невежество были уделом других.

Однако в этой невежественной и грубой толпе встречались люди, обладавшие живыми страстями, великодушными чувствами, глубокими убеждениями и природной доблестью.

Подобным образом организованное общество могло быть устойчивым, могущественным и, что особенно характерно, стремящимся к славе.»

Свобода, основанная на равенстве возможностей каждого и равенство свободных не по-вольтерьянски, а по-къеркегорски, внутренне свободных людей — вот основа демократии.

Которая должна быть железной. Наши стремления к самосовершенствованию и совершенствованию мира вокруг себя, пусть совсем крохотного, в размер небольшого университета и есть та самая конкуренция, которая делает демократию железной.

Конкуренция должна быть честной — вот зачем нам нужны наши правила игры, наши законы, над которыми мы работаем. Их не должно быть много и среди них не должно быть лишних и избыточных.

В Афинах, после установления Солоном законов, был установлен десятилетний мораторий на законотворчество. Солон сам себя изгнал на 10 лет из Афин во избежание соблазна. По поводу каждого нового закона собирался афинский суд:

— если новый закон противоречил уже имеющимся законам, инициатор подвергался остракизму и изгнанию;
— если в законе обнаруживалась выгода для инициатора закона, его продавали в рабство;
— если закон нёс в себе вред, зло или дурь для Афин и афинян, законотворец подлежал смертной казни.

Солон — Элегия о благозаконии
(перевод с архэ)

Благозаконие — это порядок и стройность,
Строгость ко всем нечестивцам,
Благозаконие — смерть наглым попраниям сильных,
Хитрых обманщиков, плутов, кичливых и вздорных людей,
Междоусобицам, распрям, вражде и гневливым решеньям.
Там, где законы благи, быстро взрастают меж нас
Порядок, Свобода и Разум.

Все законы должны иметь апостериорный характер, основываться на опыте и практике уже пройденного пути, а не быть априорными установлениями.

В этом смысле ВСЕ принимаемые Госдумой «законы» — не законы: они ни из чего не вытекают; за ними стоит корысть, хорошо, если явная, но чаще мы даже не знаем, под чей интерес принят тот или иной закон; они подчас есть нервная реакция на международные законы или законы других стран; они переполнены злом, глупостью и вредом; они не действуют, а порой и не гласят.

В Афинах была жёсткая исономия — равенство перед законом всех, у нас нет даже такого понятия.

И это происходит, потому что у нас привилегии подменяют права, и тем устанавливается бесправие.

Два первых ганзейских города, Любек и Гамбург, поняли это и взаимно отказались от привилегий. Потом к ним присоединилось ещё более ста городов Северного и Балтийского морей. Права принадлежат всем — привилегии — немногим, права даны по рождению, привилегии даруемы и отбираемы, права — на всегда, привилегии — на время. Чем больше привилегий, тем меньше прав — мы живем в стране привилегий, а потому мы бесправны.

В нашей мастерской сословия «наставник» и «мастер» — вынужденные и временные, чем быстрей мы избавимся от них, тем лучше для нас же.

Железная крепость демократии в нашей мастерской — в дисциплине, понимаемой не как насаждаемое сверху, а как аскеза самих нас: учиться, развиваться, самообразовываться. Для нас позор — оставаться на месте или двигаться по пологой траектории бреющего полёта.

И последнее в этом ряду.

В советском УК РСФСР самовластие рассматривалось как уголовно наказуемое преступление и описывалось как защита своих интересов вопреки интересам государства. В УК РФ самовластие вообще подменено самоуправством:

Самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией или гражданином, если такими действиями причинен существенный вред (источник).

Однако до революции самовластие имело совсем иной смысл: установление властью законов, исполнение которых осуществляется этой же властью, а не в последующих поколениях власти.

Ни тогда никто, ни теперь никто не видит в самовластии ничего криминального.

В своей мастерской мы вольны в своем самовластии.

Реплика на статью А. А. Попова «Деятельностный подход vs онтопрактическое конструирование в образовании»

Я получил сегодня, 3 июня 2018 года, статью уважаемого коллеги, не понимая своего статуса как получателя, поэтому решился на данную реплику, надеюсь, совершенно бесполезную для автора и его Лаборатории и тем могущую представлять хоть какой-нибудь интерес.

К этой реплике я присоединил свой текст, написанный в апреле 2006 года, просто, чтобы не повторяться и экономя чужое внимание.

Добро и благо

Faust: nun gut, wer bist du denn?
Mephistopheles: ein Teil von jener Kraft, die stets das Boese will und stets das Gute schafft.
Goethe “Faust”

Фауст: ты кто?
Мефистофель: часть силы той, что без числа творит добро, всему желая зла.
Перевод Б. Пастернака

Фауст: так кто же ты?
Мефистофель: часть вечной силы я, всегда желавшей зла, творившей лишь благое.
Перевод Н. Холодковского

Фауст: так кто ж ты, наконец?
Мефистофель: я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо.
Эпиграф к «Мастеру и Маргарите», переводчик неизвестен

Русскому слову «благо» соответствует немецкое “das Wohl”, означающее также «здоровье» и английское «blessing», имеющее и значение «здоровье». «Добру» соответствуют немецкое “das Gute” и английское «good».

Добро и благо и в русском и в других языках — весьма отдаленные синонимы.

Добро — сугубо христианское понятие. Добро противостоит злу и потому относительно только зла. Не существует абсолютного Добра — оно всегда дается в паре со злом в качестве этического выбора, порой мучительного. Иисус, говоря о том, что пришел в этот мир не с миром, но с мечом, подчеркивает воинственную противопоставленность Добра злу мира сего. Христово воинство — воинство Добра, и битва Добра и зла — непрерывный и непрекращающийся до скончания времен бой между Добром и злом на поле Армаггедон.

Достоевский — и в этом его величайшая заслуга перед человечеством — утверждал: вселенская граница Добра и зла проходит через человека. Человек Достоевского, раздираемый между Добром и злом, мучается, смертельно страдает — и все-таки делает свой выбор: в Добро. Таков Раскольников, Дмитрий Карамазов, Смешной Человек, таковы многие персонажи Достоевского, таков и он сам.

В. Лефевр, советский и американский психолог, в своих знаменитых книгах «0.62», «Формула человека» и «Алгебра совести» математически, с помощью булевой алгебры, доказывает, что Добро и зло в Космосе и человеке асимметричны: Добра — 0.62, зла — 0.38. Эта пропорция, признанная как «золотое сечение», доказывается и экспериментально. В. Лефевр утверждает: в какой бы интерпретации и воплощении не предстояла перед человеком дуальность Добра и зла, мы склонны предпочитать Добро.

Сюда же, к этой этической проблеме вплотную примыкает нравственный императив Канта, современника Гете.

Благо — языческая, античная ценность. Разработке понятия блага мы обязаны, прежде всего, Сократу и Платону.

В чем разница между этими двумя понятиями? — благо, как мне кажется, представляет собой соблазнительную, а потому порочную смесь Добра и пользы. Да, благо соблазнительно, это — искус. Лукавство этой смеси в языческой морали понятно и оправдано: греческое «эо» (эпсилон-омега) связано с Эолом, сыном Эллина, Эоном (вечностью) и Эос, богиней утренней зари, богиней надежды, матерью ветров и звезд. Практичные и ориентированные приобретение и обретение, греки не видели в благе этического выбора, они воспринимали его как неоспоримый позитив, ничему не противопоставленный и безусловный, как умиротворенность и покой.

Антонимом блага является вовсе не зло, но вред (рана, урон, изьян). Благодетелю противостоит вредитель, благоразумию — безумие и повреждение в уме или рассудке, благодушию — равнодушие или бездушие, благонравию — безнравственность и тому подобное.

Добро — неблагостно, благо — недобро. Благо несет в себе грех, о котором говорил Иисус: и пусть твоя левая рука не ведает, что творит правая (про милостыню), и никогда не жди оплаты и вознаграждения за свершенное тобой Добро. Добро, в отличие от блага, бескорыстно и бесполезно, по принципу бесполезно, ибо — не от мира сего.

Отчего же и у самого Гете, пусть и протестанта, но тонкого и истинного христианина, и у его лучшего русского переводчика Бориса Пастернака, кстати, получившего философское образование в Марбурской школе у Когена и также глубокого христианина — и по призванию и по образованию, носитель зла Мефистофель противостоит Добру, а и дореволюционный, неизвестный мне переводчик, текст которого использовал М. Булгаков, скорей всего против своей воли, просто, ничего другого и нет, и другой дореволюционный переводчик Николай Холодковский подменяют Добро на благо?

Посмотрите в словарь Даля: словосочетаний с благо— в русском языке несметное количество, на порядок больше, чем с добро-: всем этим благолепиям, благорасположениям, благополучиям, благоприобретениям, благодеяниям, благотворительности, благонадежности, благочиниям, благоязычиям, благоумильности и так далее — их несколько сотен (большинство этих слов сегодня вымерло) противостоит скромный ряд добродетели, добропорядочности, доброты. Мы и особенно люди 19-го века погружены в языческое «благо» — и прежде всего, благодаря церкви, ее византийству и подверженности греческой языческой традиции.

Представляется, тут все дело в лукавстве и неистинности православия как ветви христианства, точнее, никонианского православия, сильно исказившего и искажающего, туманящего учение Христа.

Разумеется, и католицизм и протестантизм также сильно грешат против христианской проповеди, но, признаться, мне не очень интересны их заблуждения — они мне чужды, как чужды и не всегда понятны сами эти учения. Но никонианское православие — окрест меня, обступает со всех сторон и давит, давит своими лукавыми ошибками и заблуждениями.

Наша далеко небезгрешная церковь и особенно ее иерархи не только сами заблуждаются в этических вопросах, но и ведут за собой в бездны и прошлые дали архаичного язычества миллионы людей; и данный коротенький анализ — еще одно доказательство тому.

* * *

Понятия «благо» и «практика» как благодеятельность, введённые Платоном, отражают весьма лукавую и опасную языческую этику, называемую В. А. Лефевром героической и являющуюся атрибутом конфликтного общества.

Опасность же заключается в том, что подмена Добра благом неизменно приводит к подмене образования профессиональной (и любой другой деятельностной) подготовкой.

Образование, как и Добро, бесполезно, принципиально бесполезно: однажды на лекции в РАНХиГС А. И. Пятигорского спросили: «зачем образование?», на что он, всплеснув руками, радостно ответил: «а не зачем!». Я глубоко убеждён, что образование и профессиональная подготовка несовместимы или, если совместимы, то должны быть чётко и жёстко разделены, а не существовать в коктейле, как это, увы, происходит в настоящее время. Изначальный смысл понятия «профессионал» — «заявляющий о себе», акт и процесс публичного самоопределения. Образование — деятельность по погружению и растворению человека в культуре, вплоть до потери своего Я, согласно М. Бахтину (Бахтин М. М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса. — М. : Художественная литература, 1965. — 527 с.). По мере роста профессионализма и в ходе профессиональной подготовки мы совершенствуемся, в ходе образования всё глубже понимаем своё несовершенство. Отсюда, кстати, известный парадокс: в образовании нуждается только образованный человек.

Мы отстаем от остального мира не столько методически и средствиально, сколько в том, что продолжаем не различать образование и профессиональную подготовку, продолжаем искать пользу в образовании и считать его благом.

Во всё остальном же статья уважаемого коллеги вполне заслуживает одобрения и приятия.

Роскомнадзор разбушевался

В мае разразилась война между Роскомнадзором и своевольным предпринимателем Дуровым, владельцем Интернет-бизнеса Telegram.

Я — никакого отношения к этому ресурсу, но, естественно, на его стороне, поскольку наступление на свободу слова — преступление. Правда, свою позицию я нигде не публиковал вот до этого самого момента. А теперь — вынужден.

Мне иногда друзья присылают ссылки на интересные материалы, размещенные на «Медузе», Ленте.ru и где-нибудь ещё. Вероятно, это обстоятельства и послужили основанием для Роскомнадзора обрушить на меня свои санкции.

Для начала они вообще заблокировали для меня Интернет, на несколько дней. Для меня Интернет — необходимое условие работы, без него я просто лишаюсь заработка. Я всполошился и когда Интернет ожил, написал в Роскомнадзор вежливое, но гневное письмо. Тем более, что они попутно перебуровили мой почтовый ящик, всё там перепутали, а многое просто пропало. Через пару недель от Роскомнадзора пришёл ответ, как говорил в таких случаях Ильич. «правильное по форме и издевательское по существу»: письмо было склёпано под копирку и, судя по всему, разослано всем недовольным и возмущённым. Оно не содержало никаких сожалений и извинений, ссылалось на неведомые нормальным людям статьи неведомых этим людям законов и внутриведомственных распоряжений. Если бы были ссылки на Конституцию, можно было бы найти концы, а так — бесполезная трата сил и времени.

Разумеется, я ответил, вежливо, на Вы, но не скрывая своей горечи и недоумения.

Несколько раз я получил ответы весьма странного содержания: по техническим причинам моё письмо пока не дошло до адресата. Тем временем шурум-бурум и пропажи писем в списке «входящие» и «отправленные» продолжаются, практически ежедневно. Кстати, исчезла и вся переписка с Роскомнадзором, так что снять скриншот как доказательную базу не удалось.

Как бы и чёрт с ней, — пропадают очень важные письмо личной и служебной переписки. Мне что, теперь, копирать и складировать всё важное или неотвеченное сразу?

Этого мало.

В качестве поисковика я пользуюсь Яндексом.

Достаточно набрать первые буквы, например. ЖУ — и выскакивает и ЖУРНАЛ-ГАЗЕТА «МАСТЕРСКАЯ», и ЖУРНАЛ «7 ИСКУССТВ», и другие привычные заголовки, а вчера сунулся — а оттуда полезла такая ЖУТЬ: Роскомнадзор и туда забрался!

Молчать я не приучен, скорее приучен называть вещи своими именами. Роскомнадзор — типичная бандитская и террористическая организация, совершенно беспардонная и неприличная, обычная ОПГ, Организованная Преступная Группировка, как, впрочем, и многое другое в этом бандо-чекистском государстве, но что делать обыкновенному человеку в этой ситуации, как бороться и противостоять этим негодяям, или я обречен?

Рецензия
на документ «СТРАТЕГИЯ ПРОСТРАНСТВЕННОГО РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ДО 2025 ГОДА»

Как всякий идиот, он мыслил большими масштабами
А. А. Зиновьев «Зияющие высоты»

Первое и единственное впечатление от знакомства с данным документом — весьма удручающее и гнетущее:

— ни одной новой идеи или хотя бы мысли;

— вместо понятий откровенное чиновничье словоблудие типа «развитие ради развития», особенно впечатляют «принципы» в инговой (деепричастной) форме, а также такой «перл» как «цель стратегии — формирование политики»;

— полный возврат к практике районной планировки и Генсхем развития;

— отсутствие какой бы то ни было рефлексии тридцатилетнего существования в постсоветской действительности, включая дефектную ведомость;

— опять сплошные «рычаги и механизмы» -— экономика этой страны не способна на естественное существование и саморазвитие?

— никакой рефлексии противоречий: авторы хотят всего, много и сразу — обеспечение безопасности государства, сохранение человеческого капитала, сверхмагистрализации транспорта, развитие малых городов, типовые модели развития и индивидуальные программы развития и т. п., не понимая, что одновременно это просто невозможно, не совместимо;

— как и в плановой экономике — полное отсутствие субъектности: цели сыплются с неба, ни от кого; какому субъекту, например, можно приписать такую цель как «рост индекса городского развития»? (и, кстати, что это такое?);

— в работе преследуются только интересы «государства», которое, по понятию государства, иметь целей и интересов не может, как не может их иметь автомобиль или мобильный телефон.

Дочитать эти 25 страниц до конца не представляется возможным: анекдоты, фарс и пародии должны быть короткими.

Вот несколько частных замечаний принципиального характера:

  1. Россия своими агрессивными и милитаристкими действиями сама исключает себя из мирохозяйственных связей, сохраняя себя только как источник политических и военных угроз — зачем ей международные транспортные коридоры? для переброски войск и вооружений? Мифологизация мнимых угроз и безопасности — риторика Гитлера и Сталина, не допустимая в 21 веке.
  2. Развитие внутренних водных путей — утопия: только потому, что они когда-то были? — они умерли, и в современную экономику плашкоуты и баржи не вписываются, или авторы хотят пустить по этим пустынным берегам комфортабельные круизеры и лайнеры?
  3. Широтно страна остается на тонкой ниточке транссибирской политранспортной магистали. В сочетании с формирующейся такой же осью Петербург-Кавказ на местной транспортной инфраструктуре ставится крест.
  4. Опять заговорили о специализации, теперь об эффективной специализации. Интересно, а считать её будут в грузовом или стоимостном выражении (не дай Бог, в любом из них)? В каких ценах и стоимостях? А если в весовых, то неужели тонна компьютеров будет равна тонне брёвен?
  5. Введение отраслевых субсидий и прочие отрыжки Госплана — это признание краха рыночной экономики в стране?
  6. Вводимое понятие городской агломерации никак не вяжется с мировой практикой: устройте двухчасовые пробки в Нижнеплюйске — вот вам и ещё одна городская агломарация.

В головах авторов этого документа существует не реальная страна Россия с её трудностями, проблемами, надеждами, со своей судьбой и историей, а некая вымышленная РФ — безлюдная, марсианская, позволяющая делать с собой всё, что хочешь.

Общая оценка: лучшее употребление данного документа — его уничтожение.

Репортаж до футбольного матча

Москва, 31 мая 2018 года.

Мы ведём наш репортаж с центрального стадиона в Лужниках и его окружения в пределах МКАДа.

До начала чемпионата мира по футболу остаётся ровно две недели.

Что происходит?

В Москве чемпионату построили и реконструировали несколько стадионов, но требованиям ФИФА оказались соответствующими только два: Лужники и «Спартак» в Тушине. Локомотив, ЦСКА и Химки оказались забракованными, а «Динамо» тупо не успели достроить. После чемпионата они, скорей всего, будут пустовать либо использоваться не по назначению — всё это мы проходили уже и после летней олимпиады 1980 года и особенно после зимней в 2014-ом… та же судьба ждёт и все остальные стадионы, поскольку они размещены в городах с футбольными командами второй лиги. Единственное исключение — Питер, но там — сам скандальный стадион этой серии. На все эти мастодонистые сооружения угрохали больше 10 миллиардов долларов, безвозвратно и безвозмездно… Удел всех тоталитарных и авторитарных режимов — строить заведомо ненужное, но зато очень дорогое.

Хотя билеты, надо признать, даже для европейцев кусучи: на рядовой матч с Саудовской Аравией — от 1000 до 1200 евро (согласитесь, играть всё-таки будут не шейхи, а вполне рядовые жители этой страны), на финальный матч цены от 3 до 6 тысяч, VIP-билеты — 25 тысяч долларов, считай, почти по триста долларов в минуту, без повторов и комментариев. Помню, на фантастический прощальный матч Льва Яшина СССР-сборная мира билеты стоили щадящие 3 рубля, а на рядовой матч чемпионата СССР от одного до двух рублей.

Всего ожидает наплыв в Москву около миллиона болельщиков, из них почти половина — иностранцы. Отели и частные апартаменты уже полностью забронированы, и здесь цены не просто подскочили, а взлетели.

Комсомольский проспект, Хамовники и прилегающие территории уже оцеплены, въезд сюда даже живущих здесь будет максимально затруднён, домой люди будут проникать только по предъявлении паспорта с отметкой о прописке — целый месяц!, знаки, уже вывешенные, но пока хранящиеся под чёрной плёнкой, скоро «откроют нам глаза»: проезд будет только магистральный, шаг влево-шаг вправо расценивается как попытка к побегу. Над Лужниками, на Воробьёвых Горах, перед зданием МГУ оборудована фан-зона: огромная свалка бумажного, пластикового и человеческого мусора.

Ментам выдали новую форму. Выглядит парадно. Ментов уже сейчас по две-три группы в 3-4 человека на каждой станции метро (всего их 250), плюс такие же бригады наверху, во время чемпионата ментов в форме будет вдвое-втрое больше, только в метрополитене будет задействовано 10-15 тысяч. Переодетых под болельщиков силовиков и солдатиков будет ещё больше: ещё помнятся вереницы крытых грузовиков, увозящих повзводно каждый переодетых в одинаковые тренировочные костюмы «зрителей» московской Олимпиады.

Для государства это мероприятие — вопрос чести и престижа, несмотря на то, что всё оно уже заляпано несмываемой грязью и позором; для бизнеса — хапай, Вася, двумя жменями!, для людей — скорей всего угроза, апатия и новые неудобства. Это, если и праздник, то не для них, а всё для тех же ненавистных иностранцев.

Бездомных собак и кошек уже почти всех повыловили и очень гуманно уничтожили, не томя бедолаг в живодёрнях голодом и неволей. На этот зоогеноцид были отпущены огромные деньги, поэтому все Интернет-вопли защитников животных — ничто. Заодно, ещё прошлой зимой, уничтожили всех воробьёв, но это — так, пернатая мелочь, почти никто и не заметил.

Самая беспокойная, неуправляемая и непредсказуемая публика — старшеклассники и студенты: их рассовывают по загородным лагерям и зонам. Очень жаль, что не удалось законодательно прировнять их к бродячим животным.

По всему городу идут дорожные и тротуарные работы. Бордюры, сиречь поребрики, на сей раз делают из мрамора. На ВВЦ-ВДНХ кладут пешеходную плитку толщиной сантиметров 40: такой плитке не то, что танки — не страшны БУКи, Искандеры, Булавы и атомные ледоколы.

Вовсю и повсюду идут ремонты дорог — теперь и полуночные пробки стали привычным делом.

Потирают руки, как мухи на дерьме, пивовары, пивососы и пивняки с плазами: матчи будут крутить года три-четыре, не меньше.

Очень много рекламы и прочего PR-шума: куда ж без Гергиева и Мацуева?

Москвичи же нервно ждут окончания и возвращения нормальной жизни и дофутбольных цен.

Цены на самолеты в города чемпионата на дни матчей подскочили в 5-10 раз. Но и все другие цены на самолеты не стоят на месте, а кружат высоко в небе: по необходимости я вынужден оплачивать авиаперелеты своего сотрудника на трассе Москва-Рига. С нового года эти цены выросли более, чем вдвое, за 5 месяцев. Но цены растут не только на авиацию. Трудно назвать, на что они не растут. Умные люди скупают евро и доллары, понимая, что сразу после чемпионата рубль рухнет независимо от того, выйдет РФ из своей льготной группы или нет.

В Саранске весенняя сессия закончилась почти на полтора месяца раньше обычного, 5-го мая. То же и в других футбольных городах. В Стэнфорде и Беркли это сокращение было бы трагедией, а здесь во многих университетах, таких как МГУ имени Огарёва (Мордовский госуниверситет), зная, кто, что и как преподаёт, безусловное благо. Студентов распустили куда подальше, преподы собирают окурки, красят траву и заборы, вспоминают давно и прочно забытый английский — предполагается, что к ним приедут только британские болельщики.

Пожалуй, единственная сфера никак не готовится к чемпионату мира — политическая: малазийские боинги мы не сбивали, Скрипалей не травили, Крым превратили в неприступную крепость, Сирию поливаем свинцом и взрывчаткой, оружием и политическими скандалами продолжаем заявлять о себе в мире, оппозицию закручиваем в бараний рог не просто так, а по спирали.

А вот футбольных анекдотов пока нет. Поэтому напоследок — анекдот на вполне нейтральную тему.

Старушка в церкви:
— Батюшка, у меня собачка сдохла, отпеть бы.
— Ты, бабка, с таким иди к нехристям — в мечеть или синагогу.
— Да у меня всего десять долларов.
— Что ж ты. старая, сразу не сказала, что псинка у тебя православная.

Почему все против

92% населения страны, судя по соцопросам Левады-Центра, против повышения пенсионного возраста, против выступают профсоюзы и бизнес, но, как всегда, у населения, профсоюзов и бизнесменов, а также у всех, путающихся под ногами президента, правительства и Госдумы, никто и не спрашивает согласия, даже не интересуются, почему те не согласны.

В России нет коммуникационного пространства, есть только информационное и любые попытки прорваться из информации в коммуникацию расцениваются властями как беспорядки.

По той простой причине, что информационное пространство запредельно искажено и ничего, кроме откровенной лжи, в себе не несёт.

Ложь, в данном случае, заключается не искажении демографической статистики и ситуации, а в её умалчивании. Что же умалчивают власти и подвластные им СМИ?

  1. В России до пенсионного возраста доживает куда меньшая доля женщин и особенно мужчин, чем в цивилизованных странах, включая в число оных Китай. При этом смерть наступает, как правило в предпенсионном возрасте, когда львиная доля пенсионных взносов сделана, но возвращать эти деньги уже некому. И отсрочка выхода на пенсию на каждый год означает многократную потерю шансов на получения этой пенсии.

  1. Власти РФ крайне заинтересованы в повышении пенсионного возраста не потому, что видят ситуацию на верху половозрастной пирамиды: их пугает её низ: в ближайшие 10-15 лет в трудовую деятельность будет вступать всё меньше людей, а, следовательно, пополнение Пенсионного фонда будет сокращаться. Никто не знает, как долго продлится этот демографический ужас, потому что помимо общемировой тенденции сокращения этих, самых нижних, шельфов, население России запугано собственными властями угрозой войны, бесперспективностью экономики и, чего бы там ни пели СМИ, дальнейшим обнищанием людей и в абсолютном выражении, и в сравнении с окружающим нас миром, от Китая до Америки. И потому размножается с большой осторожностью и неохотно: чем информированней и образованней, тем с меньшей охотой.
  2. В России мужчины вносят в пенсионный фонд значительно больше женщин:

— в стране до сих пор процветает дискриминация по половому признаку и за одну и ту же работу женщины получают на 15-20% меньше

— в связи с сохраняющейся дискриминацией в социальной сфере женщины вынуждены отвлекаться на домашние дела и воспитание детей в гораздо большей степени, нежели мужчины

— в структуре занятости наиболее оплачиваемые рабочие места традиционно принадлежат преимущественно мужчинам (военнослужащие, шахтёры, нефтяники, занятые в лесном комплексе, на всех видах транспорта, на руководящих должностях и т. д.); удел женщин — образование, медицина, торговля, сервис, офисный планктон, где зарплаты заметно ниже.

Получают же пенсии не они, а женщины, которых 26 млн. (70% всех пенсионеров!). Мужские пенсии заметно «крупнее» женских, но они по большей части не получаемы.

  1. У России есть устойчивый сегмент рынка труда, спасительный для властей — гастарбайтеры: им пенсии не положены, пенсионерствовать они уезжают к себе, в Киргизию, Таджикистан, Вьетнам, Китай и другие места, куда наш Макар телят не гоняет. Но этот рынок имеет неприятную для властей тенденцию: его возможности на пределе, а сокращение более чем возможно — другие страны становятся более привлекательными не только по уровню оплаты труда и социальным условиям, но и из-за крайне негативного отношения российского населения к ним. К тому же, не рассчитывая на российские пенсии, они и от взносов в Пенсионный фонд уклоняются как могут.
  2. Вот уже тридцать лет, фактически целую трудовую жизнь, российские крестьяне находятся в весьма двусмысленном положении: разгон колхозов и совхозов далеко не всех из них сделал фермерами. Отныне они, занимаясь своим приусадебным хозяйством, не числятся безработными, но и никаких зарплат не получают и, естественно, не имеют пенсионных отчислений и накоплений. Им положены какие-то смехотворные пенсии по старости.

Как сообщает «РБК», по предварительным оценкам, бюджет, за будущие 3 года, сможет сэкономить на сельских пенсионерах почти 55 млрд рублей: 17,5 млрд в 2017 году, 18,3 млрд в 2018 году и 19,1 млрд в 2019 году. Но о какой экономии может идти речь, если, как утверждают в самом Минтруде, по факту решение уже является отложенным, а значит эти средства никогда не были выделены. Более того, сами чиновники сказали, что «заморозку» уже учли в бюджете ПФР -то есть средства и не собирались выделять — это профанация, а не экономия… Но взамен в ведомстве отмечают, что в бюджете заложена будущая индексация пенсий по фактический инфляции… Это будущее начнется в 2020 году, может быть.

Трагедия сельского хозяйства заключается в том, что в деревне живёт слишком много людей: это приходится констатировать, несмотря на брошенные дома и деревни, на вымирание села.

Дело в том, что производительность советского сельского хозяйства была унизительно низкой, но всё-таки колхозы и совхозы снабжались агротехникой и агрохимией, посадочным и посевным материалом, комбикормами, сельскохозяйственными специалистами. Ныне сельское хозяйство представлено, с одной стороны, весьма технологичными, по западным образцам, крупными агрокомплексами, малолюдными, но высокопроизводительными, и армией крестьян-одиночек, лишённых практически всего, ведущих феодальное хозяйство.

Эти люди как бы списаны со счетов государства, они доживают, но не выживают.

И в заключение.

Россия — уникальная страна, где интересы властей, называемые государственными интересами, прямо противоположны интересам населения и при этом являются доминирующими на протяжении ВСЕЙ истории страны и без каких-либо перерывов. Особенно наглядно это наблюдается в сфере пенсионного обеспечения.

Print Friendly, PDF & Email

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *