Михаил Ривкин: Афтара кануна Нового месяца

 358 total views (from 2022/01/01),  1 views today

В этом рассказе, вероятно, имеется некая историческая основа. Но эта историческая основа претерпела весьма основательную трансформацию под пером автора, наделённого недюжинным поэтическим талантом. Изначально рассказ про Давида и Йонатана, был, вероятно, отдельным, вполне самостоятельным повествованием, и лишь позднее стал частью книги Шмуэла.

Афтара кануна Нового месяца (Шемуэл 20:18-42)

Михаил Ривкин

В случае, если суббота выпадает на последний день перед празднованием Рош Ходеш (Нового месяца), мы читает особую Афтару, в которой канун Новомесячья упоминается.

«Когда встречаются два сердца,
Одно из них всегда как пламя, другое – как лёд.
Холодное сердце ценится дороже алмаза,
Горячее не стоит ничего, им пренебрегают.»
Грэм Грин «Суть дела»
Дружба Давида и Йонатана – это один из самых ярких и трогательных эпизодов, неожиданно отвлекающих нас от главной трагической линии сюжета – упадка и гибели царства Шаула. Но и этот прекрасный рассказ об идеальной дружбе, о дружбе, «которая ни от чего не зависит», тоже омрачён страшной тенью непримиримой вражды между двумя претендентами на престол, тоже окрашен мрачными, трагическими тонами предрешённой, неотвратимой гибели одного из двух друзей. В непримиримой схватке Шаула и Давида Йонатан помогает именно Давиду! Но делает он это не потому, что хочет гибели своего отца, а потому, что не хочет и не может поверить, что его отцу действительно угрожает опасность от рук Давида. Но даже когда он в этом окончательно убеждается, у него нет сил разорвать дружбу с Давидом… И это непримиримое противоречие между благородными, возвышенными мотивами поступков Йонатана и их неизбежными объективными последствиями, придают всему рассказу трагическую остроту и большую силу.

В этом рассказе, вероятно, имеется некая историческая основа. Но эта историческая основа претерпела весьма основательную трансформацию под пером автора, наделённого недюжинным поэтическим талантом. Изначально рассказ про Давида и Йонатана, был, вероятно, отдельным, вполне самостоятельным повествованием, и лишь позднее стал частью книги Шмуэла. Яркий литературный талант автора повести о Давиде и Йонатане проявился и в удивительной образности и богатстве языка, и в глубокой психологической достоверности поведения героев, и в точной, логически выстроенной композиции. Автор продемонстрировал понимание человеческой души и особый такт, избавив свою аудиторию от любых объяснений, как же именно завоевал Давид столь беззаветную преданность Йонатана, чем именно сумел ему понравиться. Любые попытки дать рациональное объяснение этой дружбе, великой и трогательной, только ослабили бы рассказ. Но при этом автор очень точно показал нам разницу между дружбой Йонатана, жертвенной и бескорыстной, и дружбой Давида, зачастую требовательной и себялюбивой.

«Йонатан заключил с Давидом союз, полюбив его, как душу свою.» (IШемуэл 18:3)

Сначала ничто не омрачало эту дружбу, ничто не предвещало трагического исхода. Ведь и сам Шаул до какого-то времени очень симпатизировал Давиду. Но спустя некоторое время Шаул стал подозревать, что Давид злоумышляет против него. Однако это были пока что смутные, ни на чём не основанные подозрения. Никакими фактами они не подтверждались. Но Шаул всё больше убеждал себя, что ему и его потомству грозит большая опасность. И царь начал выказывать свою враждебность открыто. Йонатан всеми силами пытался переубедить отца и защищал Давида, взывая к чувству справедливости, которое было не чуждо первому царю Израиля. Шаул не нашёл, что ответить на горячие призывы своего сына. После некоторых колебаний, он согласился со своим сыном, и вновь приблизил к себе Давида. Однако спустя какое-то время подозрения царя пробудились с новой силой. Йонатан понимает, что царя не переубедить но на его дружбу с Давидом это не влияет. Йонатан не прекращает своих попыток уберечь Давида от гнева отца.

В этом месте рассказчик поместил колоритный эпизод о последней, отчаянной попытке Йонатана как-то убедить отца сменить гнев на милость. Сначала повествуется о клятве в вечной верности и преданности, которую дали друг другу Давид и Йонатан. Затем описан разговор между царём и его сыном во дворце Шаула, в котором Йонатан ещё раз пытается просить милости для Давида. Шаул созывает всех своих приближённых на торжественные трапезы в первый и второй день празднования Нового месяца. Давид не явился ни на первый, ни на второй день, и Шаул спросил:

«почему не пришел сын Ишая ни вчера, ни сегодня к трапезе?» (IШемуэл 20:27)

Истинная причина отсутствия «сына Ишая» уже известна аудитории из подробно изложенного разговора Давида с Йонатаном, в котором они условились, что Йонатан должен внимательно наблюдать за реакцией своего отца на пустующее два дня подряд место Давида. Йонатан в начале этого диалога вполне уверен, что ему достоверно известны все планы отца, в том числе  — и плохие

«Вот, ничего не сделает отец мой, – ни большого, ни малого, – не открыв (этого) мне; почему же скроет отец мой от меня это дело? Так не бывает.» (IШемуэл 20:2)

Однако Давид убеждает Йонатана, что именно в этом случае Шаул скрывает свои замыслы от любимого сына, ибо очень хорошо знает, до какой степени тот привязан к Давиду. После этого Йонатан договаривается с Давидом об особой системе условных знаков, с помощью которых царский сын сможет сообщить гонимому изгнаннику об истинных намерениях своего мнительного отца. Давид должен ждать в определённом месте, «У камня Азэля». Йонатан придёт туда со слугой, и выпустит три стрелы, как бы тренируясь во владении луком, в умении поразить далёкую цель, и отправит слугу собрать стрелы. Если Йонатан крикнет слуге: «Вот стрелы, не доходя до тебя» — это значит, что Шаул милостив к Давиду. Если же Йонатан крикнет: «Вот стрелы, дальше тебя», это значит – дело плохо, и Давид должен бежать без оглядки.

«Оговоренные слова и действия Йонатана имеют двойной смысл. Они должны передать Давиду знак надежды или предупреждение об опасности так, что «отрок» (слуга) не поймёт, что на самом деле происходит. Предосторожность Йонатана должна обеспечить ему свидетеля, который подтвердит Шаулу, что Йонатан не встречался с Давидом, когда ходил в поле стрелять из лука.»[i]

Всё, о чём друзья договорились, они в точности исполнили. Йонатан, окончательно убедившись во время трапезы Новомесячья в коварных намерениях своего отца, приходит в условленное место, стреляет из лука и кричит слуге: «ведь стрела дальше тебя», Давид, услышав эти слова, понимает, что дело плохо! Затем Йонатан отсылает своего слугу в город, Давид выходит из укрытия, и происходит трогательная сцена прощания.

«Давид поднялся с южной стороны (камня Азэля), и пал лицом на землю, и поклонился трижды; и целовали они друг друга, и плакали друг с другом, но Давид плакал сильнее.» (IШмуэл 20:41)

«пал лицом на землю, и поклонился трижды – неподобающее царскому сыну поведение. Возможно, некое скрытое указание на то, какова воля Всевышнего во всей этой истории.

«но Давид плакал сильнее» – туманная фраза. Возможно – лакуна в тексте.

Завет заключён вновь между семейством Давида и семейством Йонатана.»[ii]

Вероятно, и для автора девтерономистической истории, и для его целевой аудитории не было никаких загадок в том, почему «Давид плакал сильнее». Он оплакивал неизбежную гибель своего самого верного и преданного друга и его сына. Пока Йонатан и Мефивошет живы, путь на престол для Давида закрыт. И Девтерономист, который очень хорошо понимает, о чём именно думает Давид во время своей последней встречи с Йонатаном, даёт будущему царю оплакать своего друга.

Примечания:

[i] Peter R. Ackroyd The First Book of Shmuel The Cambridge Commentary 1971 p.164

[ii] Peter R. Ackroyd The First Book of Shmuel p.168

Print Friendly, PDF & Email

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *