Леонид Шейнин: Мародёры московских кварталов (Кто спалил Москву в сентябре 1812 года?)

 314 total views (from 2022/01/01),  3 views today

Леонид Шейнин

Мародёры московских кварталов

(Кто спалил Москву в сентябре 1812 года?)

АННОТАЦИЯ

В 1812 г. Московские дома поджигали мародёры, чтобы поживиться добром, которое оставили покинувшие столицу состоятельные лица. Этот вариант причины пожара Москвы в литературе не поднимался, хотя для такого освещения событий есть основания. На ход Истории могут воздействовать силы, которые публично не заявляют о себе, потому что они принадлежат к преступному миру. Пожар Москвы 1812 г. — один из таких примеров. В 1572г. , когда Москва сгорела, погибли десятки тысяч людей. Историки намекают на войско Девлет Гирея, стоявшее в c. Коломенском на подступах к Москве (но к пожару не причастного). В 1595 г. правительство Бориса Годунова предотвратило пожар Москвы, имевший целью отвлечь внимание от храма Василия Блаженного, где хранилась гос. казна, которую хотели разграбить заговорщики. Правда, во главе их был кн. Вас. Щепин и др. чиновные люди, а не отбросы общества.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА. Отечественная война 1812 г. Ростопчин. Пожар Москвы. Мародеры. Расстрелы поджигателей.

* * *

Приближается 200-летие трагедии, когда значительная часть Москвы была уничтожена пожаром. Это произошло в то время, когда в Москву после Бородинского сражения вошла армия Наполеона, состоявшая, как тогда говорили, из двунадесяти языков. Пожары начались чуть не с первого дня её пребывания в Москве, пока не охватили большую часть города. Впоследствии, когда Москва отстроилась, то даты событий называли так: до Пожара и после Пожара. Данные о людях, погибших на пожаре, в литературе не встречаются. Видимо, жертв было немного.

Хотя прошло уже почти 200 лет, но до сих пор нет ответа на вопрос, кто и зачем сжёг Москву. Чтобы разобраться в существующих версиях, полезно вникнуть в ту обстановку, которая сложилась тогда в Москве.

Главнокомандующий Москвы, как он назывался, граф Ф. В. Ростопчин, до последних дней уверял москвичей, что Наполеона в Москву не пустят. Он обещал сам стать во главе народного ополчения, чтобы остановить французов. Но реальность оказалась сильнее его слов. Москвичи узнали, что русская армия не будет давать сражение Наполеону у ворот города, чуть ли не в последние часы перед её оставлением Москвы. Многие чиновные и просто состоятельные люди покинули Москву в последний момент, наспех. В своих домах оно оставили немало ценностей, а при них — своих слуг, на которых полагались. Ростопчин подготовился к отъезду лучше. Москву покинула полиция и гражданская администрация. На Москве-реке стояли барки с фуражом и провиантом для армии (как тогда выражались — с комиссариатскими запасами), они были сожжены. (Отсюда, видимо — когда-то известная песня «Шумел, горел пожар Московский, дым расстилался по реке».)

На пожарных лошадях вывезли пожарный инвентарь. Впоследствии на этот факт упирали те, кто обвинял Ростопчина в умышленном сожжении Москвы — как русские, так и французы. Наполеон назвал Ростопчина (в переводе на русский) «безумным зажигателем».

Из тюрем выпустили (на нашем языке) заключённых; это резко ухудшило криминальную обстановку в городе. По воспоминаниям некоторых французских офицеров, бывших тогда в Москве, какая-то группа русских в часы безвластия даже засела в Кремле, и чтобы выбить её оттуда, Наполеон распорядился послать солдат с пушкой.

Но какая-то часть населения, в основном простой народ, в городе остался. Правда, в басне Ивана Андреевича Крылова «Ворона и Курица» положение в Москве излагалось по— другому :

«Когда Смоленский князь /Кутузов/,
Противу дерзости искусством вооружась,
Вандалам новым /намёк, что Москву сожгли французы/ сеть расставил,
И на погибель им Москву оставил,
Тогда все жители, и малый, и большой,
Часа не тратя, собралися,
И вон из стен московских подалися,
Как из улья пчелиный рой».

Но Крылов, как известно, жил в Петербурге. Оттуда не всё было видно, что делалось в Москве.

Итак, первая версия. Москву сжёг Ростопчин. Сам он эту версию категорически отрицал. Я думаю, что ему можно поверить. Чтобы подготовить сожжение Москвы, нужно было время и не один десяток исполнителей, всё-таки Москва была не маленькой; по некоторым данным в ней проживало свыше двухсот тысяч человек. Однако ни об одном таком исполнителе история сведений не сохранила. Что касается запаса времени, то вряд ли оно было у Ростопчина. Как известно, Кутузов после совещания в Филях со своими генералами (ныне Фили в черте Москвы) принял нелёгкое решение — оставить город без боя. Тогда же он известил Ростопчина об этом решении и потребовал от него полицейских офицеров, чтобы они провели войсковые колонны через Москву с запада на юго-восток, на Рязанскую дорогу. Где тут было время готовить и распоряжаться поджигателями !

Вторую версию озвучил Лев Николаевич Толстой в своём романе «Война и мир». Он считал, что в опустевшем городе пожар мог быть вызван даже случайно оставленной свечкой. По его мнению, именно этой свечки не предвидел Наполеон, когда задумал свой поход на Москву. Но объяснение Толстого представляется мало убедительным. От случайно оставленной свечки огонь, конечно, мог перекинуться на горючий материал. Но во многих покинутых хозяевами домах оставались слуги, они постарались бы не допустить загорания, а если бы оно произошло, то потушили бы огонь. Кроме того, конструкция тогдашних осветительных приборов предусматривала (как и теперь) так наз. подсвечники, металлические тарелки под свечами, которые должны были принимать оплывающий воск или иной горючий материал, из которого делали свечи. Подсвечники делали свечи безопасными даже в тех домах, где проживали рассеянные хозяева.

К сказанному добавляются свидетельства тех же французских офицеров, которые утверждают, что пожары начались не в одном месте, и почти разом. Не могло же в городе быть столько беспризорных свечей, чтобы в совокупности и одновременно они подожгли Москву !

Современник Московского пожара (он же последующий хронист) Д. И. Свербеев мальчиком наблюдал пожар из Подмосковной деревни. Он пишет, что видя багровое небо над Москвой, взрослые единодушно решили, что город жгут французы. У этого мнения была своя логика. Раз хозяева в Москве — французы, значит и пожар — их рук дело. К этому мнению, правда, не без колебаний, примкнул и официальный Петербург. Как писал современный исследователь А.Г. Тартаковский, с получением известий о пожаре Москвы, в Петербурге сначала решили, что пожар — дело рук Российских патриотов. В таком духе это событие и преподносилось публике. Но довольно скоро всё было повёрнуто на другой лад: в пожаре обвинили французов. Эта последняя версия и была «забита» в государственную историографию.

Однако эта версия не выдерживает критики. Французам не было смысла жечь Москву. Пожар мешал тамошнему их пребыванию — не говоря уже о том, что он зачёркивал вариант зимовки в Москве. Пожар заставил Наполеона покинуть свою резиденцию в Кремле и перебраться за город в Путевой дворец, расположенный на Петербургской дороге за Тверской заставой. (Этот дворец давно уже в черте Москвы.) Французы ловили действительных и мнимых поджигателей и расстреливали их без всякой пощады. Известная картина художника В. В. Верещагина на эту тему так и называется «Расстрел поджигателей». Поэтому приписывать пожар Москвы французам нелогично.

Кто были поджигатели — точно не известно. На картине Верещагина они изображены в отдалении и не очень отчётливо; выглядят они скорее как простолюдины. По версии французов, это были русские. Тогда, а может быть и позднее, французы назвали их русскими патриотами, которые не пожалели своей древней столицы, чтобы причинить как можно больше вреда вторгнувшимся врагам. На этом «французская версия», как будто и застыла. Во французских школах нынешних учеников так и учат, что Москву сожгли русские патриоты.

Правильна ли эта версия? Думаю, что нет. «Политически грамотные» обитатели покинули Москву ещё до вступления французов. Правда, застрял в ней известный чудак Яковлев, отец А. И. Герцена, но таких было немного. (Яковлева, как единственного представительного русского барина, оставшегося в Москве, Наполеон отправил с письмом к императору Александру 1 в Петербург, с предложением мира.) Что касается оставшейся в Москве обывательской массы, то она вряд ли была близка к идее самопожертвования ради того, чтобы нанести как можно больший вред неприятелю.

Моя версия более грубая. Богатые московские дома поджигали, выражаясь современным языком, уголовники. Когда огонь разгорался, у них появлялось «законное» основание выламывать двери и окна и вытаскивать из домов всё, что там было ценного. Если в доме оставались слуги, то они должны были открыть двери, чтобы спасаться самим и начать спасать имущество. Но когда это имущество оказывалось сваленным во дворе, на него могло найтись много посторонних охотников.

Известный журналист и москвовед Владимир Алексеевич Гиляровский (1853 — 1935) писал, что когда после ухода французов состоятельные москвичи возвратились в город, они нашли на Сухаревском рынке немало вещей из своих погоревших домов. На этой почве происходили конфликты с продавцами. Вернувшийся в город Ростопчин постарался положить конец неурядицам. Он фактически признал продавцов законными хозяевами расхищенного имущества. Бывшим собственникам же он посоветовал выкупать свои вещи обратно, благо их продавали задёшево.

Таким образом, богатые дома сгорели, но их содержимое не совсем.

Правда, мало ценимые расхитителями исторические документы на рынке не появились. Во всяком случае, не появилась рукопись «Слова о полку Игореве», которая хранилась в доме известного собирателя древностей Мусина-Пушкина; эта рукопись, как и другие, считается сгоревшей вместе с домом.

Участвовали ли слуги, пребывавшие в богатых домах, в расхищении барского имущества? Отдельных случаев нельзя исключить. Но поджигали ли они дома, в которых оставались — более чем сомнительно. Ведь впереди была зима, и её где-то надо было пережить. Кроме того, они не знали, когда вернутся их господа, и вернутся ли вообще ; оставленное же хозяйское добро и так находилось в их руках. Жечь свои дома им не было смысла. Действительно, никто из богатых москвичей свою челядь, оставленную в Москве, в поджогах (как будто) не обвинял.

Метод поджога строения ради расхищения его содержимого — можно сказать, стандартный приём уголовного мира. Этот приём и был использован им в Москве, когда её покинула законная власть.

*) Опубликовано с сокращениями в “Московском журнале” , март 2012.

Print Friendly, PDF & Email

4 комментария к «Леонид Шейнин: Мародёры московских кварталов (Кто спалил Москву в сентябре 1812 года?)»

  1. Москву сжёг Ростопчин. Известны его высказывания (например, в письмах к Багратиону в августе 1812 г.), что он готов отдать Москву врагу, но только в виде пепла. В письме к Александру 1 он отмечал, что если бы Кутузов сообщил ему заранее, что не будет защищать Москву, то он, Ростопчин, сжёг бы город. Наполеон в письме Александру 1 утверждал, что схвачены 400 зажигателей, и «все» они сказали, что действовали по приказу Ростопчина. Сам Ростопчин сжёг свой дом в подмосковной усадьбе Вороново, чтобы он не достался врагу. Это показывает, что он был настроен весьма решительно. [1]

    Можно думать, что Ростопчин предвидел пожар Москвы и даже косвенно способствовал ему, поскольку он НЕ постарался заранее вывезти из тюрем содержавшихся там арестантов. Он знал, как будет действовать этот контингент, и сознательно пошёл на то, чтобы развязать руки любителям лёгкой наживы.
    _____
    [1] Мемориал 1812 года. Война глазами Наполеона. Публикация и комментарии Владимира Димова. Изд. центр «Классика», 2012. С. 247-256.

  2. Любопытно, как менялась советская официальная версия. Я рос с твёрдой школьной версией, что сжигание Москвы было актом русского патриотизма. Эта версия вполне совпадала с политикой выжженой земли, которую проводил Сталин вокруг Москвы во время войны. (При этом, в отличие от 1812 г., жертвы среди гражданского населения были огромными.) В одной статье Энгельс упомянул «патриотическое» сожжение самими русскими. Но в какой-то момент — не помню, к экзаменам 9-го класса сразу после смерти Сталина (май 1953 г.) или всё же на год позже, — версия поменялась: сожгли французы, и в одном из партийных журналов появилась фраза «Энгельс ошибался», донесенная до нас учительницей. Мне достался этот билет, и я произнес «страшную» фразу: «Энгельс ошибался». Директор наклонился к учительнице и спросил, правда ли? Не о пожаре, конечно, а о том, что разрешено произнести: «Энгельс ошибался»!

    Автор, конечно, прав в своем объяснении. Только российские уголовники. Хотя Том Стоппард в «Аркадии» описывает девочку, сгоревшую вместе с усадьбой из-за опрокинутой ею во сне (или при засыпании) свечи.

  3. 1) Нигде не слышал и не читал, что Ростопчин признавал свою причастность к пожару Москвы. Если бы он это признал, то его (фигурально) разорвали бы на куски погоревшие москвичи. Хотя тот факт (если он, действительно, имел место), что он сжёг свою усадьбу в Вороново, о многом говорит.
    2) Думаю, что главная и основная причина — уголовный мир. Остальные причины (вроде «упавшей свечи») трудно исключить, но не они «делали погоду».
    3) Безвластие, конечно, это тот фон, без которого пожар Москвы был бы невозможен.

  4. Уважаемый коллега, но почему бы не предположить, что имели место все перечисленные вами факторы ? Они вовсе не исключают друг друга, не правда ли ? Растопчнин вовсе не всегда отрицал свое участие в поджоге — он им даже одно время гордился. Во всяком случае, он сжег собственную усадьбу в Вороново, в присутствии множества свидетелей. Поджоги (уголовниками, мародерами, дезертирами) конечно же, имели место — но распад порядка, отсутствие полиции, пожарных и вообще начальства, тоже, наверное, повлияло на общую картину ?

Обсуждение закрыто.