Михаил Каганович: О коллективной слепоте при коллективной безграмотности

 302 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Михаил Каганович

О коллективной слепоте при коллективной безграмотности

— Вот здесь, на углу, лаборатория…
— Там сдают на анализ.
(«Покровские ворота»).

Общественная лаборатория исследований проблем современного русского языка. Лекция по результатам обзора языковых неточностей, ошибок, спорных моментов в некоторых, преимущественно, центральных СМИ (г. Москва).  Попытка филологического анализа и на его основе – дружеские советы коллегам; совместная учеба и обмен опытом в области русского языка, журналистского мастерства, владения словом.

 Продолжение. Начало см. в статье автора «СВОДКА языковых неточностей и ошибок в некоторых центральных СМИ»

Просьба к читающим это исследование обратить внимание на самое главное в нашей работе: мы не занимаемся отдельными ошибками, мы не осмеиваем их и не колем ими глаза, наша цель – изучение  современных явлений в языке, большинство из которых – есть языковые извращения, ставшие, к сожалению, стилем при молчаливом согласии властей и равнодушии филологической науки.

Складывается такое впечатление, что с корреспондентами ЦТ и центральных СМИ не ведется журналистской учебы. Журналисты делают одни и те же типичные ошибки, эти ошибки столь часто повторяются, что сразу видно – на них не обращают внимания и с ними не борются, поэтому они  и превращаются в стиль, став типичными. Их можно легко систематизировать, что мы и пытаемся делать в своих исследованиях. Корреспондентам, редакторам, ведущим, дикторам одинаково изменяет чувство слова. Русский язык и так в ненадлежащем состоянии, и российская столица Москва с ее главными СМИ не пример хорошего русского языка, точного и правильного выражения мысли.

О коллективной слепоте при коллективной безграмотности

Что такое коллективная слепота? Очень просто. Сейчас я вам расскажу, и вы будете знать.

Например, все теперь пишут «Вы» с большой буквы, обращаясь не к одному человеку, а к множеству, хотя правила русского языка это однозначно запрещают и в словарях без вариантов написано по этому поводу: «нельзя!». Все уверены, что поступают вежливо, на самом же деле – просто безграмотно.

Все говорят «присаживайтесь», хотя правильно – «садитесь». Хоть бы подумали своей головой логически, если лень словарь открыть: «присаживайтесь» – это неполное действие. Мы негостеприимно приглашаем гостя не «сесть» удобно, хорошо, глубоко в кресле, развалившись вольно, и на столько времени, на сколько человеку захочется, а приглашаем «присесть», будто бы на жердочку или на край стула, ненадолго, что и следует из самого смысла этого слова. А все потому, что какой-то идиот сказал нам, будто бы «садиться» – это непременно в тюрьму. Наверное, сам он сидел, и мы ему легко поверили, потому что обществом правит сейчас не интеллигенция, а криминал.

Пригласив «присаживаться», мы снова, хотим быть вежливыми, как и в случае с «Вы», чтоб не дай бог никакого намека гостю на тюрьму – ни-ни! Но получается все наоборот – и невежливо, и неграмотно, еще и с оттенком какой-то непонятной, неуместной, ненужной криминальной боязни.

Для сравнения: братский украинский язык, например, к счастью, избавлен от этой двойственности, в украинском говорят нормально, правильно: «сiдайте!». А если и скажут «присаджуйтесь», то это уже будет калька, подражание, русизм, стремление «не отстать от старшего русского брата». Говорят же на Украине «я в шоцi», подражая за глупым русским «я в шоке», вытесняющим из языка все другие нормальные слова, обозначающие чувства. Теперь ведь не скажут по-человечески, по-русски: «я испугался», «мне страшно», «я удивился», «…был разочарован» и т.д. Теперь, чуть что, все в шоке!

И то, что какому-то глупцу вдруг пришло в голову, будто бы «садиться» – это обязательно в тюрьму, так ведь каждый понимает все в сравнении со своим собственным криминальным прошлым, и зачем навязывать свои личные страхи нормальному, здоровому, законопослушному обществу? Мы что, в тюрьме все? Если так и дальше пойдет, то доморощенные грамотеи, условно-досрочно освободившиеся, и солнцу запретят садиться, и самолет у них тоже начнет присаживаться, чтобы, тьфу-тьфу-тьфу, не поминать вслух лихо…

Откройте словарь, там ясно сказано, что означает в русском языке слово «садиться». Есть в словаре, кстати, и объяснение насчет неправильного «присаживайтесь». Но словари мы не открываем, не читаем… Учимся языку друг у друга, безграмотные у безграмотных, не умеющие думать, у не умеющих думать.

…Это было о слове «присаживайтесь», в теме нашего разговора о коллективной слепоте при коллективной безграмотности. Теперь еще на ту же тему о слове «цифра».

В лихие 90-е годы, так называемые, «крутые», новые духовные пастыри нашего общества, заменившие трусливо капитулировавшую интеллигенцию, стали законодателями во всем, в том числе и в языке. Деля нашу народную собственность, они говорили друг другу на своих «стрелках»: «Какова цена вопроса?! Назовите цифру!». Говорили, куражась, на своем собственном сленге, искажая нормальный русский язык. Остроумно искажая, надо сказать, этого у них не отнять. Но они-то пошутили, эти босяки, а все нормальное, здоровое общество на полном серьезе теперь повторяет вслед за ними «цифра», когда дело касается чисел и сумм. Даже президент и премьер. Даже специалисты по языку, которые теперь так же косноязычны, как и все:

«Пользователями Интернета стали полтора миллиарда человек – цифра немаленькая!».
(Премьер-министр России Д.Медведев).

«Мы пригласили на наш съезд филологов из 135 стран! Это большая цифра!».
(Из выступления на съезде русистов).

Нет такой цифры в русском счете – «полтора миллиарда». И цифры «135» тоже нет. Цифры это – 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 0.

Как видим, сказаны глупости. Глупости, конечно, можно говорить, но только не торжественным тоном, как советовал Пан Владек из кабачка «13 стульев». А у нас как раз-таки говорят глупости именно торжественным тоном – с президентской трибуны, с экрана Центрального телевидения. Вернее, извините, не у нас, а у вас, я-то в Израиле живу. Впрочем, и у нас тоже – во всем русскоязычном мире теперь так говорят.

Как уже сказано выше, исследование наше не занимается отдельными ошибками и ляпами, мы изучаем явления в современном русском языке. «Присаживайтесь», «Вы», «цифра» – это не ошибки отдельных людей, а захлестнувшие язык явления. Их много. Рассмотрим подробно еще одно из разряда  явлений.

В последние годы в русском языке получило распространение такое загадочное явление, которому я дал собственное определение – «выкручивание фразы». Пример:

«Суд начал рассмотрение дела бросившего в Буша ботинки журналиста».

Ничего непонятно из этого мудреного высказывания: чьи ботинки, зачем ботинки? «Моя твоя не понимает»…

Правильно эта фраза должна звучать так:

«Суд начал рассмотрение дела журналиста, бросившего в Буша ботинки». (Или – «ботинки в Буша»).

Еще аналогичный пример из того же источника:

«В Домодедово аварийную посадку совершил самолет». 

Было бы странно, если бы в Домодедово аварийную посадку совершил, допустим, автобус.

Правильно фраза должна бы звучать так:

«В Домодедово самолет совершил  аварийную посадку».

Или же, если уж так сильно хочется построить фразу именно так, как построили, то следовало снабдить предложение дополнительной информацией:

«В Домодедово совершил аварийную посадку самолет авиакомпании «Лучшие авиалинии». 

Явление выкручивания фразы – одно из самых непонятных явлений современного русского языка. Если, скажем, такая распространенная пошлость, как написание «вы» с большой буквы при обращении не к одному человеку, а к массе людей, то есть – во множественном числе, нами хорошо изучена и описана в подробностях (ее история, развитие); если пошлое явление того же порядка – глупая мода писать с большой буквы все те слова, которые нравятся (Институт Преподавания Правильной И Грамотной Русской Речи), тоже нами хорошо изучено и описано, то явление выкручивания – очень непонятное явление. Откуда оно появилось? Зачем? Почему? Ради какой такой пошлой красоты? Кому-то скучно стало? Для форсу это делается, что ли…

Вот, подумайте сами. Логически. Казалось бы, фразу всегда нужно строить так, чтобы она была максимально понятной. Как в школе учили: подлежащее, сказуемое, определение, дополнение… И в прошлые годы именно так и было. Писали, например, так:

«В районном Совете Калининского района города Донецка».

Но потом у кого-то руки зачесались сделать нововведение в языке, и вышел циркуляр, обязывающий выкрутить фразу. Именно обязывающий, потому что появилась официальная форма, и теперь писать все инстанции стали так:

«В Калининском районном, в городе Донецке, Совете…».

А люди смотрят, как пишет власть, и у нее учатся, и сами так пишут. Недавно пришлось встретить мне в книге о ветеранах войны следующую фразу:

«Мой отец похоронен на Мушкетовском, в городе Донецке, кладбище».

Вместо того, чтобы сказать по-человечески:

«Мой отец похоронен на Мушкетовском кладбище города Донецка».

Или: «…Донецка». Или: «…в Донецке».

Мой, например, отец, советский офицер Исаак Григорьевич Каганович, обучивший меня еще до школы русской грамоте, на чьи деньги из своего родительского наследства я издал свою книгу по русскому языку, тоже похоронен на Мушкетовском кладбище Донецка. И, когда я, бывая в Украине, прихожу на могилу родителей, всегда с удивлением посматриваю на вот этот вот неподалеку установленный памятник. Я называю его «Безграмотность, увековеченная в граните». Тут уж действительно не вырубишь топором.

Задумайтесь о том, что написано на памятнике. «В память погибшим Дончанам». Как это? Разве так можно сказать? Всего четыре слова, и все они нелогичны. Не говоря уже о том, что «дончане» – не имя собственное, не топоним, чтобы писать о них с большой буквы, при всем моем большом уважении к этим прекрасным людям, среди которых я вырос.

Нелогична и неправильна выбитая на памятнике фраза потому, что погибшие дончане (жители областного украинского города Донецка) не могут хранить никакой памяти. Память должны сохранить другие дончане, живущие, о них, о погибших. Поэтому и написать следовало, например, так: «В память дончанам о погибших земляках», «В память о дончанах, погибших в годы войны». Или же просто: «В память о погибших», «В память погибших», «Памяти погибших». Немало есть вариантов. Но выбран почему-то худший и нелогичный.

Кстати, когда мы пишем: «просто», то это и должно быть именно «просто», а не сложно под словом «просто».

Так в газете «Вечерний Донецк» все в том же городе Донецке, корреспондент Д.Ильенко как-то написал о традиции самодеятельного увековечения памяти погибших в дорожно-транспортных происшествиях, о памятниках, которые можно повсюду видеть вдоль дорог. Он пишет, что иногда мы видим на местах этих трагедий букеты цветов «или просто памятники».

Да, но памятник – это уже не просто. Как раз, наоборот, — цветы – просто. А памятник – это совсем не так просто. Его надо заказывать, делать, привозить, устанавливать. Ведь проще же положить букет цветов. Согласны? Здесь автором словами легко перевернута логика. Вы это чувствуете?

И так сейчас вольно или невольно делается повсеместно. Это стало явлением в языке. Логика переворачивается, и уродуется язык. Иногда по недосмотру, как у Ильенко, а иногда специально – в угоду рекламе, пиару. Чтобы черное назвать белым. Или от незнания, от необразованности, по глупости, от нежелания задуматься. Ведь какое сейчас у людей образование? Не то, что было раньше.

Возьмите простую, нередко встречающуюся сегодня фразу: «Я лично уполномочен президентом». А надо: «Я уполномочен президентом лично». Всего-то и требуется – переставить местами слова, чтобы точнее выразиться и быть правильно понятым!

Сейчас нередко слово «лично» употребляют применительно к множеству, а это неправильно. «Это личное дело Армении…». «Наша депутатская группа лично вмешалась…». Так нельзя говорить, потому что «лично» – это значит в единственном лице.

Видите, какой бардак вообще сейчас в языке? Одно цепляется за другое, одна тема выходит из другой, и они, темы эти – бесконечны! О современных языковых уродствах говорить сейчас можно без остановки.

Но вернемся к памятнику на Мушкетовском кладбище Донецка. Надпись на граните по строю фразы – из разряда «моя твоя не понимает». Но все, же она – пример чьего-то единичного, частного, личного неумения чувствовать язык, а не массового извращенного языкового явления.

Хотя, мне приходилось фразы типа «в память…кому-то» встречать не раз. Но все они – безграмотные частности, или же сказаны людьми, не очень хорошо знающими русский язык. Так недавно услышанная мною фраза «в память жертвам Спитакского землетрясения» была произнесена армянином. Фраза «в память нашим предкам, погибшим в годы войны» – работником одного из культурных центров за рубежом, уроженцем Узбекистана. (Предки… Что еще за предки? «Наши предки, ваши предки – на одной качались ветке…». Нет у людей чувства слова…

Нельзя требовать хорошего русского языка от тех, для кого русский язык не  является родным. И все это, повторимся, частные случаи, частная безграмотность, вызванная иногда даже и уважительными причинами, (например, писал нерусский человек).

Фраза же типа «…бросившего в Буша ботинки журналиста» – это уже совсем, совсем другое! Это уже отражение целого явления современного русского языка, не связанного с безграмотностью, а связанного с таким языковым течением, что ли, с таким современным языковым направлением, как осознанное, специальное желание и стремление как-то так выкрутить фразу, чтобы было красивенько.

Помните, не так давно был случай, когда самодеятельная художница из лучших побуждений хотела отреставрировать старинную фреску с ликом Христа и превратила ее в карикатуру? Вот это как раз то же самое! Только не в изобразительном искусстве, а в языке. Хотели как лучше, а получилось…

Массовое и всеобъемлющее явление перекручивания фразы, будто большая река, начинающаяся с ручейка, начинается тоже с простейшего и на первый взгляд незаметного. Вот пример из недавнего репортажа ЦТ:

«Кто откажется прокатиться по такому маршруту с ветерком?».

Что еще за «маршрут с ветерком»?

Бывают маршруты, где можно остановиться и полюбоваться. Бывают, где можно в дороге попить из родника, где можно купить сувениры. А это маршрут, получается из фразы, – маршрут «с ветерком». Где дополнительный сервис, услуга, новые впечатления – ветерок.

Сказано с вывертом, вместо нормального, понятного:

«Кто откажется прокатиться с ветерком по такому маршруту?».

Как всегда, дальше больше. Явление получает развитие. И вот уже мы видим пример с усугублением:

«Люфтганза. Ее проводники сегодня начали забастовку во Франкфурте-на-Майне».
(ЦТ, 31 августа, 2012 года).

Центральная мысль данного сообщения должна была состоять в том, что бортпроводники начали забастовку, а не в том, что сделали они это в городе  Франкфурте. Однако же из сообщения можно понять, что сделали они это намеренно именно во Франкфурте, может быть, даже и специально съехавшись туда со всей Германии, как на съезд. А всего-то и следовало написать более правильно, более просто и понятно:

«Люфтганза. Сегодня во Франкфурте-на-Майне ее проводники  начали забастовку». Или: «Во Франкфурте-на-Майне проводники «Люфтганзы» сегодня начали забастовку».

Проще и понятнее некуда!

Недавно по новостным каналам прошла информация: «Вертолет МИ-8 совершил аварийную посадку в Якутии». К примеру, об этом сообщил «Яндекс» 27 августа 2012 года.

И «Аргументы и факты» написали точно так же: «Вертолет МИ-8 совершил аварийную посадку в Якутии». И «Интерфакс»: «Вертолет Ми-8 совершил аварийную посадку в Якутии». И «Комсомольская правда», и «Lifenews.ru», и «Вести.R», и «МТРК»…

Как и в предыдущем примере с забастовкой, в данном сообщении про вертолет имеются первостепенный новостной повод и второстепенный. Первостепенный в том, что аварийный вертолет совершил посадку. Что случилось? Аварийно сел вертолет. Где это случилось? В Якутии – момент второстепенный. Но фраза выкручена так, что можно подумать, будто бы факт «Якутия» – на первом месте. Из сообщения можно понять и подумать, будто бы аварийный вертолет летел-летел, да и долетел аварийно аж до Якутии и именно там совершил посадку, потому что именно так и нужно было!

Тема данной нашей лекции – о коллективной слепоте. И пример с вертолетом неплохо ее иллюстрирует: мы видим, как один журналист выкрутил фразу, и столько информационных агентств, причем, солидных агентств, серьезных, популярных, уважаемых, достойных доверия, слепо пошли за этой, не лучшим образом построенной фразой, не думая, доверились не лучшему вкусу, теперь ведь информацию все сдирают друг у друга.

Доверились многие. Но… не все! Обратите внимание, некоторые, получив информсводку, ведь и поняли нелучшесть фразы и не поленились ее отредактировать:

«Российская газета-Дальний Восток:
«В Якутии аварийно приземлился вертолет Ми-8».

«Lenta.ru»:
«В Якутии совершил аварийную посадку вертолет Ми-8».

Мы нередко в своих исследованиях сетуем: нет теперь редакторов, перевелись, измельчала профессия… Ан-нет, все же есть редакторы и все же есть у журналистов чувство слова! На данных примерах мы даже можем четко видеть пропорцию, насколько коллективная слепота коллективна. Насколько подавляющее подслеповатое большинство – подавляюще. Я подсчитал: в 15-ти случаях 11 информагентств сказали «вертолет совершил аварийную посадку в Якутии» и только 4 агентства сказали: «в Якутии вертолет совершил аварийную посадку». Вот вам картина.

А тем временем явление перекручивания завоевывает в языке все больше позиций, становится все более модным, все более популярным:

«Российские врачи окажут помощь пострадавшим в ДТП в Китае туристам».

А надо: «…туристам, пострадавшим в ДТП в Китае».

Обратите внимание, сейчас явлением в языке стало, когда в сводках новостей место действия перемещают из начала предложения, как это было принято раньше, в конец:

«Охранников израильского министра раздели в Нижнем Новгороде».
«Мужчина тяжело ранен в драке в Беэр-Шеве».
«Петрова выиграла теннисный турнир в Токио».
«Сирийские войска сдерживают контратаки мятежников в Алеппо».
«23-летняя израильтянка жестоко изнасилована в Таиланде».
(«Яндекс»).
«Мотоциклист погиб в ДТП с полицейским автомобилем в Приморье».
«КамАЗ» столкнулся с поездом в Москве».
(«РИА Новости»).
«Процесс по иску Черного против Дерипаски прекращен в Лондоне».

И снова, как и в случае с вертолетом, большинство следует за модой и фразу перекручивает, но отдельные, думающие, журналисты, гордо оставаясь непонятыми в меньшинстве, все же, стараются по старинке построить фразу более логично, более правильно, хоть и не модно. Два примера для сравнения:

«Частный самолет АН-2 совершил жесткую посадку… на севере Свердловской области».

Так сообщили «РИА Новости».

А «Российская газета-Урал и Западная Сибирь» дала ту же новость, построив фразу более правильно, на мой взгляд:

«В Свердловской области совершил жесткую посадку частный Ан-2».     

Мода модой, а писать нужно максимально понятно и правильно:

«В Нью-Йорке на пресс-секретаря МИД Ирана совершено нападение».
«В Йехуде ограблен банк».

Не перевернуто же! Написано нормально. Значит, умеем же видеть правильную логику!

И какими же слепцами надо быть, насколько же не чувствовать язык, чтобы допустить вот такую фразу (взято тоже из новостей):

«Чавес придумал щенку от Путина кличку». 

А может быть, здесь, наоборот, какое-то особое, новое чувствование языка, к которому мы, старомодные, пока просто не пришли, до которого не доросли? Я не ерничаю, я пытаюсь разобраться. Пока что я бы лично изложил новость про щенка так:

«Уго Чавес придумал кличку щенку, подаренному ему Владимиром Путиным».

По-моему, все по-русски и на своих местах. 

Хочу быть понятым максимально правильно: я не говорю, что это всегда однозначно плохо – выкручивание фразы. Я только обращаю ваше внимание на то, что появилось такое явление в языке, констатирую это. Оно становится уродливым, когда мы перестаем чувствовать фразу, когда нам изменяет чувство слова, чувствование своего родного языка.

(Продолжение здесь)

Print Friendly, PDF & Email

9 комментариев к «Михаил Каганович: О коллективной слепоте при коллективной безграмотности»

  1. Грамотную и культурную речь можно приобрести только у грамотных и культурных учителей.

  2. Просто живущие на Украине и в России живут в разных языковых средах.Выросший на Украине заимствует и украинизмы.и суржик и диалекты Западной Украины.Послушайте украинское телевидение.Это другой ритм и фразеология и другая стилистика речи.При том,что настоящий украинский язык очень красивый.Или израильское телевидение…Ну по другом языке люди говорят,в отличие от Москвы и Питера.Во всех русских театрах СССР образцом русской речи был Малый театр. Этому специально учились.В МГУ поступали люди из всех концов страны и тоже переучивались.Это не обидно.В Оксфорде тоже другой английский,чем в индийских лавочках Лондона.Мы не говорим,увы,»выполнять анализ «,как пишет автор.Это безграмотно..До приезда в Германию я и не знала,что можно сказать» у меня кулек на змейке и меня типает » Попросила перевести..А здесь много людей с Украины (или правильно из Украины ? Меня тут совсем запутали их» приехал с Харькова» ) и я постоянно слышу такого вот Кагановича,у которого,как он полагает, есть»чувствование» языка.

  3. Когда тебя снисходительно учит русскому языку человек,который сам пишет на суржике -это вызывает отторжение.Когда вместо живой ,теплой,человеческой речи тебе предлагают тусклые и скучные примеры — это тоже не вызывает уважения.Я закончила факультет тележурналистики МГУ.Нас учили знаменитые Розенталь,Калинин,Зарва,Голдовская.И в Германии я год училась на курсе радиожурналистики.И там и здесь учат : телевидение и радио -это собеседники.Доверие вызывает человек,говорящий со зрителем на адекватном разговорном языке.Даже считается,что журналисты.которые давно пишут для газеты,не могут писать для радио и телевидения.Газете не нужна персонифицированная речь,На телевидении — обязательна.Но не так бездарно писать,как предлагает автор . Да,не надо говорить звОнит,хотя на Украине так говорят многие. С некоторыми примерами автора я согласна.Есть неточности.Однако сам тон статьи…Истина в последней инстанции ? А вот это.».при молчаливом согласии властей»…К нам на телевидение письма с жалобами писали именно в таких выражениях.И еще парткомом угрожали. Впрочем, у автора статьи в каждом абзаце отсутствие языкового вкуса и литературных способностей.

  4. Леонид
    3 Январь 2013 at 13:18 | Permalink

    Помните это: “Мне кажется порою, что солдаты с кровавых не пришедшие полей”… По-вашему, Гамзатов или, точнее, его переводчик тоже занимались выкручиванием фразы? Так что предложение “бросивший в Буша ботинки журналист” звучит проще, чем предлагаемый вами “умный” причастный оборот: “журналист, бросивший в Буша ботинки”.
    —————————————————————————
    Вот тут, по-моему, Мих. Каганович прав. Я тоже давно замечаю это явление: причастный оборот ставят впереди слова, к которому он относится. Русский текст начинает походить на плохой перевод с немецкого. А в Вашем примере: «…солдаты, с кровавых не пришедшие полей,…» как раз причастный оборот (с кровавых не пришедшие полей) стоит ПОСЛЕ слова «солдаты», так что этот пример только подтверждает правоту Кагановича («журналист, бросивший ботинок…» — причастный оборот стоит ПОСЛЕ слова «журналист»).
    Этот обычай — ставить причастный оборот впереди — возник от перестраховки учителей русского языка. Дело в том, что причастный оборот, когда он стоит ВПЕРЕДИ слова, к которому относится, не отделяется запятыми, а если ПОСЛЕ, то его нужно не забыть отделить запятыми. Вот учителя и стали советовать слабым ученикам на всякий случай так составлять фразу, чтобы причастный оборот был ВПЕРЕДИ, и запятых не требовалось. Подальше от греха.

    1. Объяснение весьма надуманное. Слабому ученику понять, как «составлять фразу, чтобы причастный оборот был ВПЕРЕДИ», по-моему, будет ещё труднее, чем следовать простому правилу отделения причастного оборота запятой.

      «С кровавых не пришедшие полей» — речь не о причастном обороте, а о том, что автор ратует за строгий порядок слов в предложении, ну, как в английском, например. По его логике, эта фраза должна была бы звучать как «солдаты, не пришедшие с кровавых полей».

  5. Непонятна зацикленность автора на явлении, которому он придумал название: «выкручивание фразы». Учитывая, что в русском языке свободный порядок слов, этот языковой приём, который, кажется, называется инверсия, вполне имеет право на существование. И применяется этот приём не для «красивости», а для придания фразе какой-то логической окраски. Приём, по-видимому, заимствован журналистами из поэтической речи. Помните это: «Мне кажется порою, что солдаты с кровавых не пришедшие полей»… По-вашему, Гамзатов или, точнее, его переводчик тоже занимались выкручиванием фразы? Так что предложение «бросивший в Буша ботинки журналист» звучит проще, чем предлагаемый вами «умный» причастный оборот: «журналист, бросивший в Буша ботинки».
    Далее. В самой публикации вы тоже допускаете ошибки. Например, «бывая в Украине». В русском традиционно закреплено написание и произношение «на Украине». Предлог «в» стал употребляться в украинском из политических или каких-то других соображений, но это — дело Украины. Там со своим языком они вольны делать, что захотят. Но в русском никак не следует идти на поводу у идеологически мотивированных решений в чужом языке. Это же касается, например, и Белоруссии и Башкирии. В этих языках они вправе менять себе названия, как им вздумается. Но в русском свои правила и традиция, поэтому и не следует повторять вслед за чужими языками все эти Беларуси, Башкортостаны и т. п. Ведь не меняется же в русском «неправильное» произношение британской столицы Лондон, хотя по-английски этот топоним произносится как «Ландон».

  6. Извините,опечатка.» Поэтому,если сказали,что аварийную посадку совершил самолет.то скорее всего,дальше шло его название «

  7. «Складывается такое впечатление, что с корреспондентами ЦТ и центральных СМИ не ведется журналистской учебы.»

    Учеба не ведется..впечатление складывается… . Это не по русски написано.

    «Люфтганза. Ее проводники сегодня начали забастовку во Франкфурте-на-Майне» .Непонятно,что автор тут критикует.Это новости от Люфтганзы Это важно..Потому что другие авиакомпании тоже грозились бастовать.И проводники начали забастовку именно во Франкфурте,а потом они планировали бастовать и в других аэропортах.Немецким зрителям важно знать какие аэропорты будут в это вовлечены.На телевидение и радио делается смысловой акцент — как в устной речи.Язык радио и телевидения отличается от газетного и канцелярского.Поэтому ,если сказали .что аварийную посадку совершил посадку ,то скорее всего дальше шло его название.То есть самолет..например Ту 154.
    Да и вообще статья написана таким небрежным языком,что и обсуждать ее не стоит. Сначала ее нужно отредактировать.

  8. Замечательная статья, только вряд ли её будут читать те, кому она действительно необходима: ведущие многочисленных программ, журналисты, редакторы всех мастей, а главное, учителя школ и профессора университетов. Недавно Андрей Малахов, окончивший журфак МГУ, а теперь и сам ведущий курс журналистики, сказал «спотЫкнулись», но ни у кого из присутствующих в студии, это не вызвало удивления. Ведущие центральных российских каналов обожают слово «волнительно». Как-то раз, в эфире передачи «Минута славы», Ширвиндт поправил Олешко. Казалось бы, после подобного позорища, человек должен запомнить на всю жизнь, что «волнительного» момента в его речи быть не должно, что следует говорить — волнующий. Ничего подобного. Видимо, слово «волнительно», как и прочие перлы, золотым пером вписано в словарь российских СМИ. Мне вообще кажется, что грамотных людей сегодня настолько мало, что их имена надо заносить в книгу рекордов Гиннеса; даже книги, изданные в солидных московских издательствах, пестрят ошибками. Но опять же, спрос рождает предложение, а спрос на грамотность становится анахронизмом.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *