Лев Мадорский: Сон Александра, или «камни напоминания»

 314 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Лев Мадорский

Сон Александра, или «камни напоминания»

Когда думаю об этой истории, то вспоминаю Иосифа, толковавшего сны фараону, древнегреческого драматурга Софокла, который во сне узнал имя вора, укравшего драгоценный сосуд из храма Геракла в Афинах, другие вещие сны. Как это возможно? Как связаны сны с сегодняшней и прошлой жизнью? Никто толком объяснить не может, хотя толкование снов стало сегодня профессией.

Впрочем, началось всё не со сна. Началось со странных явлений, которые мы называем французским словом «дежавю». Наверняка и с вами такое когда-то случалось. Попадаешь в совершенно незнакомое место, а чувство такое, что ты когда-то здесь был. Что-то происходит с тобой, а кажется, что нечто подобное уже происходило раньше. Не исключено, что именно «дежавю» лежит в основе буддистского учения о переселении душ.

Это самое ощущение появилось у бывшего москвича, а теперь жителя Германии, Александра Кушнера (74), одинокого, (жена умерла от рака), невысокого роста, с удлинённо-вытянутым лицом. Появилось тогда, когда он после смерти жены переехал из Магдебурга, в Брауншвайг, где жил его сын с семьёй. Александр ходил по улицам Брауншвайга и «дежавю» постоянно его преследовало. Это было необычно и удивительно. «Господи,- думал он, — когда-то я уже здесь был. Видел этот дом и этот памятник Тилю Улиншпигелю. И церковь эту тоже видел. Проходил по этой улице. Невероятно, но всё это было».

А потом неожиданно приснился сон. Непонятный, странный, ни на что в его прошлой жизни не похожий. Обычно Александр сны сразу забывал, а этот помнил хорошо. Тем более, что сон повторялся несколько дней подряд, почти не меняясь даже в мельчайших деталях.

Начинался сон с вида сверху. Как будто снимала камера. То ли с вертолёта, то ли с крыши высотного дома. Александр видел город. Крыши, узенькие полоски улиц, крошечные, словно игрушечные машины. Постепенно город становился всё ближе и ближе, машины приобретали настоящие размеры. Появлялись фигурки снующих по улицам людей. Ещё ниже. Наконец, он видел только одного бегущего по улице мальчика лет девяти-десяти и двух преследующих его подростков. И вдруг, в какой-то момент, сам становился этим мальчиком.

Как позже рассказывал Александр, этот момент во сне был важный. Можно сказать, переломный. Если раньше он был наблюдателем, зрителем, что-то вроде зрителя в кино, то теперь, сразу становился участником. С этого момента в него вселялся страх. Мучительный, обволакивающий, парализующий. Был летний день. На улице гуляли, спешили по делам, стояли у витрин магазинов люди. Много людей. Взрослых и детей. Но никто не приходил к мальчику на помощь. Как будто никого это ни касалось. Александр забегал в магазины, прятался за домами, пробегал проходными дворами, но преследователи рано или поздно находили его и он снова вынужден был бежать.

Сон был необычен ещё и тем, что время от времени Александр, как вначале, возвращался в свой наблюдательный пункт и наблюдал за погоней сверху. В эти моменты страх немного отступал. Оставалось чувство тревоги и напряжения. Но и сверху он ясно различал бегущего мальчика и преследователей. В те моменты, когда Александр становился зрителем, а не участником, камера показывала мальчика близко и становилась видна жёлтая звезда у него на груди, а у подростков нарукавные повязки со свастикой. Иногда были видны названия улиц на немецком языке, равнодушные или смеющиеся лица прохожих, даже cлышались крики подростков: «Halt, Jude, halt“ „Стой, еврей, стой». Наконец, мальчик подбегал к своему дому и начинал лихорадочно звонить в дверь. В этот момент подростки догоняли, сильно ударяли в спину, грубо хватали за руки и Александр просыпался…

Сон повторялся три раза. Изо дня в день. Точнее, из ночи в ночь. А потом вдруг пропал и больше не возвращался.

Спустя несколько дней, после того как сон прекратился, Александр рассказал о нём мне. И про сон, и про странные ощущения, что он уже когда-то жил в этом городе. Был субботний вечер. Мы только что сыграли наши обычные две партии в шахматы и пили чай.

— Ну и что ты обо всём этом думаешь?- спросил он.

Я долго молчал и не знал что сказать. Скажу честно, история потрясла меня. Особенно,   потому, наверно, что, хотя я прожил в Германии уже почти 20 лет, но, в отличие от многих соплеменников, приехавших из бывшего Союза, не мог избавиться от ощущения, что для еврея эта страна, после того, что здесь случилось, не самое лучшее  место. Несмотря на высокий уровень жизни. Несмотря на то, что со времени окончания войны прошло много лет. Несмотря на дружелюбие и приветливость окружающих. Иногда, когда хожу по улицам Брауншвайга, мысленно представляю себя здесь в нацистские времена и становится неуютно и страшновато. Ведь точно такие же приветливые и дружелюбные немцы в те, как выразился первый канцлер Германии Конрад Аденауэр «12 чёрных лет», убивали, мучили, сжигали в газовых камерах евреев только за то, что они евреи. Детей, женщин, стариков. Я понимал, что евреев убивали и в других странах. В том числе, и в России на оккупированных территориях. Но от этого не становится легче.

— Думаю, что если ты помнишь так отчётливо все мелочи, — наконец сказал я, — если даже видел названия улиц, то можно попытаться понять, в каком городе всё это происходило.

— Тут и пытаться нечего, — ответил Александр, нервно потирая руки. -Уверен, что это было в нашем городе. В Брауншвайге. Во всяком случае, церковь, которую я видел сверху, очень похожа на церковь святого Мартини. Посмотри, -Александр развернул телефонную книгу на странице, где был план города. Вот примерный путь, по которому бежал мальчик.

Я посмотрел. Путь мальчика оканчивался где-то в районе улицы Altring.

-Ты был там?

— Да был. Трёх-четырёхэтажные дома. Почти все построены в начале прошло века.

— Так ты думаешь,- я замер поражённый догадкой, — этот мальчик стучался в один из домов на этой улице?

— Да, почти наверняка,- сказал Александр и заходил по комнате быстрыми шагами от стола к окну и обратно.

-Да не маячь ты перед глазами, сядь. А какой именно был дом, не можешь вспомнить?- спросил я неожиданно громко. Волнение Александра передалось мне.

-Нет, не могу. Там почти все дома одинаковые. Типовой постройки.

И тут меня осенило:

-Слушай, есть один человек. Гунтер Демниг. Скульптор из Кёльна. Он, можно сказать, посвятил свою жизнь „Stolpersteine“, «камням напоминания». Узнаёт из архивов, где жили евреи, до тех пор, пока их не отправили в концлагерь, а потом устанавливает прямо на тротуаре камни, а, точнее, металлические таблички, с их именами. Около домов, где они раньше жили. По всей Германии. Ты про это слышал?

— Что-то слышал. Ну и что? На Altring я не видел ни одной такой таблички.

— Это ничего не значит. Гунтер продолжает поиски и продолжает ставить камни. Мне кажется, следует с ним связаться. Может даже съездить к нему. А, впрочем, зачем ездить. Пошли письмо. Наверняка его электронный адрес есть в Интернете.

— Хорошая мысль,- обрадовался Александр и включил компьютер. Адрес, действительно, нашёлся. В тот же вечер мы написали Гунтеру письмо, в котором, не вдаваясь в подробности и не рассказывая о сне, спросили, нет ли у него адресов евреев, живших до войны в Брауншвайге. Написали также, что если он будет продолжать ставить камни-таблички в нашем городе, то мы с удовольствием ему поможем.

Ответ пришёл через два дня. Он превзошёл все наши ожидания:

— Дорогие друзья!- писал Гунтер, -Большое спасибо за желание помочь. Посылаю список адресов евреев в Брауншвайге, который мне предоставили канцелярия Бургомистра и еврейская община города. Список, к сожалению, неполный. Названия некоторых улиц изменены, а несколько домов снесены. По адресам, помеченных крестиком, уже стоят памятные таблички. С уважением. Гунтер Демниг.

Список содержал 452 адреса. Около большинства фамилий были проставлены две даты: рождения и депортации в концлагерь. 149 адреса были отмечены крестиком. Два адреса были на Altring. Название улицы не изменилось. В доме 14 жил одинокий старик. В доме 124 — молодая супружеская пара Шварц с двумя детьми. Мальчика звали Иосиф, а девочку Диана. Невероятно! Возможно это и был тот самый мальчик!

— Ты уже был там? — спросил я.

— Нет, ещё не был. Честно говоря, волнуюсь. Если не возражаешь, поедем вместе.

Через десять минут Александр запарковал свой видавший виды «Гольф» в начале Altring.

-Пойдём дальше пешком,- предложил я. И мы пошли через всю довольно длинную улицу к дому 124. Но такого дома не оказалось. Последним был дом 87.

— Узнаёшь улицу? – спросил я Александра.

— Да, узнаю. Та самая.

-А дом?

-Ну, ты видишь. Здесь все дома на одно лицо. Но очень похожи на мой. Из сна. Мы шли в растерянности, не зная, что делать дальше.

Навстречу, держась за специальную коляску для инвалидов, медленно шла высокая, худая старушка.

-Извините, — обратился к ней я.- Вы здесь живёте?

— Да, здесь недалеко. – Старушка неопределённо показала рукой.

— Мы ищем дом по этой улице, который раньше, до войны или во время войны был под номером 124.

— Зачем вам это? – удивилась старушка.

Александр рассказал. Старушка неожиданно заволновалась:

— Я помню тот ужас. Хорошо помню. Мне тогда было 11 лет. Я жила в том же доме, что живу сейчас, на Blumenstrasse, -она снова взмахнула рукой в непонятном направлении.

-У меня соседка по лестничной площадке была еврейка. А муж немец. Пожилая супружеская пара. Детей у них не было. Когда в 1942 году её забрали, он добровольно пошёл в концлагерь вместе с ней. Ни он, ни она не вернулись.

— А дом 124 по Altring?- напомнил я свой вопрос. — Он был тогда?

— Да был. Да и сейчас он стоит. Только теперь это Baumstrasse. – Старушка показала на улицу, которая уходила направо.

— Вы не знали еврейского мальчика из этого дома? Ему тогда тоже было лет 10-11? –Мы замерли в напряжении. – Примерно, Ваш ровесник, — добавил я. — Постарайтесь вспомнить, пожалуйста. Его звали Иосиф.

Старушка задумалась:

— Нет, извините. Не могу вспомнить. Во всяком случае, в моём классе он не учился.

— У Вас не осталось здесь поблизости знакомых, Ваших сверстников?

— К сожалению, нет никого. Некоторые переехали в другой город, а большинство ещё дальше. – Старушка улыбнулась и показала рукой наверх.

— Вас не затруднит показать нам этот дом?

— Нет. Не затруднит. Я всё равно гуляю.

Мы медленно пошли в направлении Baumstraße. Старушка оказалась разговорчивая и всю дорогу рассказывала о своей подружке из класса, Мирьям. Еврейке, которую тоже депортировали в начале войны. Какая эта Мирьям была умная, добрая и как хорошо играла на фортепиано. Я обратил внимание, что Александр не слушает и всё время оглядывается по сторонам, словно сравнивает то, что видит, с увиденным во сне.

Подошли к дому 15, который, как говорила наша проводница, был раньше под номером 124 и поблагодарили старушку. Она медленно ушла,  помахав рукой и пожелав успехов в поисках.
— Ну что, похоже? – спросил я.

— Да, очень похоже, — Александр снова огляделся по сторонам. И добавил с удивлённым видом, как будто сам не веря в то, что говорит, — оттуда я, кажется, и бежал.

— Может, позвоним. Поговорим с кем-нибудь из жильцов, — предложил я. – Вдруг нам повезёт и здесь всё ещё живёт кто-нибудь из тех времён, помнящие семью Шварц? Сегодня, вообще, кажется, день чудес.

— Звони, — согласился Александр.- Я что-то не решаюсь.

Я позвонил в одну из квартир наугад.

-Кто там? – ответил женский, старческий голос.

Мы радостно переглянулись.

— Извините. Мы ищем тех, кто знает о семье Шварц, которая жила в этом доме  во время войны.

Дверь открылась. Мы поднялись на второй этаж. На пороге стояла пожилая, маленького роста женщина лет 75-80-ти с добрым, приветливым лицом.

— Грюнке,- представилсь она. — Проходите,  пожалуйста. Обувь можно не снимать.

В комнате было чисто,  уютно, но просто. Как-то по-деревенски.  На стене, тоже в деревенской манере, висели семейные фотографии.

Мы сели на диван, хозяйка в кресло. Александр снова,  второй раз за сегодняшний день, рассказал о наших поисках.

— К сожалению, ничем помочь  не смогу. Живу здесь всего пять лет. После смерти мужа переехала к сыну из Гамбурга.

— А в других квартирах ?

-Я тут самая старая, — рассмеялась госпожа Грюнке. – Больше ни одного человека пенсионного возраста. Из тех времён никого не осталось.

— Помните военное время ?

— Плохо. Мне в начале войны в 39 году было четыре года. Мы  жили в Гамбурге.

Среди фотографий на стене выделялось сильно выцветшее  фото молодого мужчины в военной форме. Госпожа Грюнке перехватила мой взгляд:

— Папа. Был танкистом. Погиб под Сталинградом.

И неожиданно добавила. Примерно тоже самое, что говорила старушка с коляской:

— Ужасно. Это  было  ужасно.

Я не совсем понял, что она имела в виду: войну, смерть папы или депортацию евреев.

Мы поблагодарили и ушли. На улице Александр снова, уже в который раз долго с удивлением осматривался по сторонам.

— Этого  не может быть ! – воскликнул он. – Во сне я был здесь. Именно здесь. Этого просто не может быть!

— Ну и что  дальше ?

— Не знаю. Честное слово, не знаю. Надо подумать. Надо попытаться всё это осмыслить. Потому что,  согласись, не понимая,  имеет ли  сон какое-то отношение к  мальчику Иосифу Шварцу, дальше жить трудно.-  Александр помолчал.- На сегодня, во всяком случае, хватит.

 

Прошло  несколько месяцев. Мы по-прежнему  встречаемся по субботам и играем в шахматы. Когда  спрашиваю Александра, узнал ли он что-нибудь новое об Иосифе Шварц, он усмехается: « А кого ты видишь перед собой? Я и есть Иосиф». При этом я  толком не могу понять, шутит он или говорит серьёзно. И ещё кое-что изменилось. Гуляя по городу, я теперь смотрю под ноги и, если вижу на тротуаре «камни напоминания», нагибаюсь, читаю фамилии, а  потом стою около дома и пытаюсь представить себе, как всё это было. Это неприятно. Это больно. Но это необходимо. Нельзя забывать то, что было. Нельзя подобно страусу прятать голову в песок. Как  сказал кто-то из мудрых: «Прошлое, хранящееся в памяти, становится частью настоящего».

Print Friendly, PDF & Email

17 комментариев к «Лев Мадорский: Сон Александра, или «камни напоминания»»

  1. Привет, Лева.
    Прочитал с удовольствием. Меня прежде частенько посещало: „Я все это уже видел“ и потому отношусь к таким вещам очень серьезно.
    Думаю, что существует коллективная память, c которой связаны подобные дежавю. Люди разных поколений могут иметь доступ к одним и тем же участкам коллективной памяти и переживать чье-то прошлое как свое собственное.
    Виктор.

    1. Огромное спасибо, Борис! Начал читать Ваш перевод лекций раввина Сакса. Очень интересно. С наступающим!

  2. Лев! Вы ведь не просто возмечтали о доказательстве существования Бога, благо и смысл слова «доказательство» не однозначен, и для многих верующих Его существование доказано, хотя бы на отмеченных Вами путях : и чудеса признают, и спиритизмом занимаются без сомнений, и предсказания принимают за исполнившиеся (и окончательного опровержения таких доказательств получить невозможно, ибо события продолжают случаться). Не надо ждать будущего, оно уже здесь, если только Вы не мечтаете о приведении всех и везде к единой и доказанной (навязанной) для всех вере. И теперь я процитирую вас: «Не исключено, что самым большим позитивным событием будущего станут научные доказательства существования Б-га, души, потустороннего мира « Слово «наука», имеет конечно завораживающее влияние, но, если Вы употребили его не как риторический прием, то остаюсь при своем мнении (см. мой предыдущий постинг.)

    1. Лев! Вы ведь не просто возмечтали о доказательстве существования Бога, благо и смысл слова “доказательство” не однозначен, и для многих верующих Его существование доказано, хотя бы на отмеченных Вами путях : и чудеса признают, и спиритизмом занимаются без сомнений, и предсказания принимают за исполнившиеся

      Единственное чудо, с которым я в моей жизни реально столкнулся, и которое, действительно, подтолкнуло меня к вере, это когда осенью 85 года знакомый астролог предсказал ядерный взрыв в Восточной Европе ( Чернобыль!) весной 86 года. Это было настоящее чудо и сработала логическая цепоочка: если возможно одно чудо, то возможно и другое…Одно дело признавать чудо, другое дело быть его свидетелем.

  3. Мадорский
    — Fri, 28 Dec 2012 16:35:15(CET)
    Не исключено, что самым большим позитивным событием будущего станут научные доказательства существования Б-га, души, потустороннего мира. И тогда вера во Всевышнего будет не интуитивным, как говорил академик Виталий Гинзбург, но вполне осознанным суждением.
    ======================
    Не дай Г-споди, дорогой Лев! Это будет означать, что Б-га схватили как объект, с которым можно манипулировать экспериментально и подчинить исчислению (логическому или математическому, один хрен). Вам нужен джин?

    P.S. См. «Даже самая великая наука не говорит нам ничего о Б-ге» в @http://berkovich-zametki.com/Kiosk/J_Sacks_Collection_Ed.pdf@, стр. 180

    1. Б.Дынин
      Не дай Г-споди, дорогой Лев! Это будет означать, что Б-га схватили как объект, с которым можно манипулировать экспериментально и подчинить исчислению (логическому или математическому, один хрен). Вам нужен джин?

      Дорогой Борис! Согласитесь, что доказать существование Б-на и манипулировать Всевышним ( вот это как раз невозможно) не одно и тоже. Собственно, доказать существование Б-га, означает для меня доказать существование чуда. Тут амплитуда значительна: от воскрешения умерших до, скажем, разговора с ушедшими в мир иной в спиритическом сеансе. Даже доказанное осуществление предсказания Банги или Нострадамуса было бы эквивалетнтно такому чуду

  4. Уважаемый Лев! Буквально недавно прочел интересную статью в еженедельнике «Европа-экспресс». Ученый какого-то американского университета выдвинул теорию о том, что душа человека является материальной субстанцией и способна покидать тело человека и уйти в космос. Она также может вернуться обратно в человеческое тело. Такое открытие объяснило бы очень многое в очень многих областях знаний.

    1. Уважаемый Лев! Буквально недавно прочел интересную статью в еженедельнике “Европа-экспресс”. Ученый какого-то американского университета выдвинул теорию о том, что душа человека является материальной субстанцией и способна покидать тело человека и уйти в космос. Она также может вернуться обратно в человеческое тело. Такое открытие объяснило бы очень многое в очень многих областях знаний.

      Уважаемый, Антон! Многие религии, в том числе, иудаизм, верят в существовании души. Когда учёный выдвигает гипотезу, которая не противоречит религиозному мировоззрению, а, напротив, его поддерживает это, на мой взгляд, позитивное событие. Не исключено, что самым большим позитивным событием будущего станут научные доказательства существования Б-га, души, потустороннего мира. И тогда вера во Всевышнего будет не интуитивным, как говорил академик Виталий Гинзбург, но вполне осознанным суждением.

  5. В последнее время Лев Мадорский поднимает очень интересные философские темы. Я читаю их с большим интересом и удовольствием. Тем более, что он пишет как-то кратко и убедительно. Сегодняшняя тема мне очень близка (как и многим другим, полагаю). Дело в том, что мне тоже иногда снятся места, где я, вероятно, был в прошлых жизнях. Один из них снился несколько раз. Место — Одесса. (Я там учился в политехе).Улицу тоже знаю, совсем недалеко от парка им. Ленина, где находилось наше студенческое общежитие. На том месте сейчас стоит обыкновенное высотное здание, какие стоят на всей той улице. А во сне там находится какой-то интернат или школа. Одноэтажное большое здание с красной черепичной крышей. В здании много комнат и в каждой из них по многу кроватей. Я в каждом сне ищу свою комнату и свою кровать и не могу найти. А корридоров там нет. Из одной комнаты входишь в другую, из той — в третью и т.д. Какой-то непонятный сон. И у меня возникла мысль, что я там когда-то жил действительно. Снились и другие такого рода сны, но их как-то меньше запомнил или вообще забыл. А этот остался…

    1. Действительно, уважаемый Антон! Необъяснимые ощущения, когда попадая в незнакомое место, чувствуешь, что тут уже был, случаются слишком часто, чтобы считать их пустой фантазией. О подобных ощущениях, не считая эпизода, описанного в тексте рассказа, и Вашего случая, мне рассказывали несколько человек. Один приятель таким образом, приехав в Америку, нашёл дом прапрадеда. который эмигрировал ещё в конце 19 века. Может быть это своеобразная генетическая память. а, может, . действительно, переселение души?

  6. Мадорский-Дынину, Майбурд, Игорю Ю, Тучинской, Владимиру Янкелевичу:

    Дорогие друзья! Большое спасибо за тёплые отзывы. Владимир! К великому сожалению, неожиданно подхватил грипп с высокой температурой ( Марку уже сообщил. а тебе собирался) и пришлось сдать билеты.С наступающим всех!

  7. Сильно написано и удивительно верно, на мой взгляд, связаны ощущения того и нашего времени. Если смотреть просто наблюдателем, хоть и заинтересованным, но сверху — напряжение и тревога. А изнутри, участником… все и тогда и сейчас — по-другому.

  8. Изумительная миниатюра. Это написано рукой настоящего мастера.
    Пронзительно просто. Но как пишущий человек, хорошо знаю, какой труд (или голый талант) стоит за такой простотой. В короткой истории о «камнях напоминания» есть все — и детективный сюжет и величайшая горечь души, и самое главное, — память, память.
    Пишите, Лев, пишите и пишите.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *