Исраэль Дацковский: Комментарии Торы. 1.7 Вайеце

 100 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Особняком стоит рассказ о полосатых прутьях в водопойнях, которые служили причиной рождения цветных овец (30:37-39). Генетика, берущая свое начало от исследований австрийского биолога и ботаника Грегора Иоганна Менделя, такой феномен объяснить не может, приходится принять гипотезу прямого чуда Тв-рца.

בס»ד

Комментарии Торы

1.7 Глава Вайеце

Исраэль Дацковский

1.7.1

На стих 28:11 РАШИ приводит, что слово «пришел, наткнулся» (иврит: ифга́) означает молитву (ссылаясь на Гемару Брахот 26 б) и что Яаков здесь установил вечернюю молитву. Далее, в комментарии на тот же стих по поводу «… ибо зашло солнце…» он утверждает, что солнце зашло для него неожиданно (именно поэтому — «наткнулся»). Можно рассмотреть это иначе: ТАК КАК зашло солнце и дальнейший путь стал невозможен, он приступил к вечерней молитве, то есть установил начальное время для этой молитвы — заход солнца (точнее, наступление темноты). Яаков в этом месте так же дал рекомендации молиться до укладки спать, то есть, вечером, а не поздней ночью, хотя в дальнейшем Алаха и отодвинула границу конца времени вечерней молитвы до утра.

1.7.2

Тот же стих 28:11 «… и взял из камней того места…». РАШИ говорит о желобе из нескольких камней вокруг головы, споре камней и их слиянии в один камень.

Однако, в стихе 24:3 недельной главы Хаей Сара Авраам говорит Элиэзеру: «…не возьмешь жену для моего сына из дочерей канаанейцев…», в стихе 28:1 недельной главы Толдот Ицхак говорит Яакову: «Не возьми жены из дочерей Канаана», в стихе 28:2 добавляет «… возьми себе жену из дочерей Лавана» и в стихе 28:6 повторяет: » Не возьми жены из дочерей Канаана». Во всех приведенных случаях речь идет об ОДНОЙ жене из ГРУППЫ тех или иных «дочерей». Все это показывает, что формулировка «взять из группы» указывает, что взять нужно один предмет. То есть, возможно мнение, что Яаков взял ОДИН камень, его подложил под голову и его же поставил постаментом утром. Кроме этого, так как зашло солнце, Яаков еще молился, значит наступила полная темнота. В этих условиях трудно собирать камни, хорошо, что нашелся хоть один, пригодный к тому, чтобы его положить под голову.

1.7.3

Комментируя стих 28:13 РАШИ объясняет (приводя мнение Гемары Хулин 91 б), что человек лежит на четырех локтях (амот) площади. Это объяснение оставляет вопрос: четыре локтя — это мера длины, а не площади. В этом подсчете нет ширины. Гемара (Бава Меция 21 а), разбирая вопрос о принадлежности разбросанных на земле фруктах, использует (по мнению того же РАШИ) понятие, что при длине в четыре локтя и ширина участка — тоже четыре локтя. Но человеку ни для лежания, ни для могилы такая площадь просто не нужна, ему нужна ширина от одного локтя (примерно 50 см.) до полутора локтей (75 см.), ну, максимум, два локтя. Но вопрос не будет решен из-за его несущественности — РАШИ говорит о обещании Тв-рца дать потомкам Яакова возможность овладеть большой территорией Страны столь же легко, как микроскопической в масштабе Страны площадью лежанки — потому что Тв-рец ДАЕТ ее. И неважно, какова площадь человеческой кровати — четыре квадратных локтя или восемь. То есть, Тв-рец говорит, что отдаст потомкам Яакова ту Страну, в которой сейчас ночует Яаков, не уточняя границы подарка.

1.7.4

Стих 28:14 сообщает нам: «… и распространишься на запад и на восток, и на север, и на юг, и благословятся тобой все семейства («мишпахо́т») земли». Первая часть фразы говорит о будущем галуте (изгнании, рассеянии). Ведь Аврааму было сказано в стихе 13:14 недельной главы Лех леха: «…смотри с места, на котором ты, на север, на юг, на восток и на запад». И в следующем стихе 13:15 добавляется: «Ибо всю землю, которую видишь, тебе дам ее и потомкам твоим навек». Далее, в стихе 13:17 дается повеление: «Встань, исходи эту землю в ее длину и в ее ширину, ибо тебе дам ее». То есть, речь идет об ограниченной территории Эрец Исраэль. (многократное обещание неисчислимого потомства, в частности, в стихе 13:16 той же недельной главы Лех леха, не исключает ограниченности территории для проживания, да и Страна в границах, описанных в недельной главе Масей книги Шмот совсем не мала). Но Яакову предсказано гораздо больше — распространишься во все четыре стороны без ограничения возможностью видеть границы или обойти Страну. Это можно прочитать и как будущие завоевания евреев территорий Страны и вокруг нее, и как будущий галут. Имеются комментарии, что в этой фразе идет речь о благословении, а потому мысль о галуте для этого места Торы неуместна. Также говорится, что слово «вэпара́цта» имеет значение победоносного (захватнического) распространения. Но мы все-таки принимаем второе положение, так как даже при победоносных войнах и ограниченном населении нет смысла в больших территориях (в то время о необходимости оборонной стратегической глубины еще не говорили, а сама Тора в стихе 7:22 недельной главы Экев книги Дварим говорит: «… не сможешь ты истребить их [народы, населяющие Страну и окрестности до прихода туда евреев] быстро, чтобы не умножились против тебя звери полевые»), ведь истинная потребность человека — совсем не обладание богатством, землями, заводами, акциями и проч., а уровень возможности хорошего, достаточно обильного и надежного ЛИЧНОГО потребления. Лучше иметь налоги с побежденных и подчиненных народов для обеспечения возможности большему числу СПОСОБНЫХ К ТОМУ людей заниматься Торой, не отвлекаясь на создание себе приемлемого уровня жизни (уровня обеспечивающего все потребности, но не излишнего личного потребления). Значит, «распространишься с целью захвата территорий» не отвечает потребности «народа священников», да и жизнь евреев среди других народов — неизбежность, а не желаемое состояние. Также приняв победоносное распространение евреев в качестве пророчества, мы должны будем признать несостоятельность предсказания Торы — ведь до сих пор такого не было, не считая последний период царства Давида и большую часть царства Шломо — не считать же 40-50 лет за всю историю большим распространением евреев. Значит, тут Тора скорее говорит о галуте (который продолжается тысячелетия) или обе части фразы относятся к временам конца дней, к временам Машиаха. Но и в это заключающее историю время евреям не будет нужна территория, их значение и первенство будут в духовной области.

И «… и благословятся тобой все семейства («мишпахо́т») земли» (стих 12:3 недельной главы Лех леха) — это о будущих временах Машиаха, когда народы признают духовное торжество и первенство Израиля, обеспечат его материальные потребности и сами из-за этого смогут жить полноценной жизнью. Тогда вопрос территорий и границ вообще утеряет актуальность. Кстати, сказано «семейства (мишпахо́т)», а не «народы (гои́м)». В этом можно усмотреть, что признание Израиля будет происходить больше на личном уровне (но всех жителей земли), чем на их народном уровне.

1.7.5

К стиху 28:20. Нельзя пройти мимо скромности требований Яакова — только «… хлеб, чтобы есть и одежду, чтобы одеться». Даже заработок в почете на необходимое для жизни не упомянут. Именно о необходимом личном потреблении мы и говорим, хотя сегодня этот минимальный уровень личного потребления гораздо выше требований Яакова и включает, кроме жилища, мебели, одежды, еды, еще большие расходы на медицину и обучение детей.

На уровне Алахи отчисление десятой части (маасера) от зарплаты на «Б-гоугодные» цели, а не только от урожая является традицией, а не обязанностью. Мы не собираемся спорить с Алахой, но видим в отчислении маасера больше, чем традицию. У нас есть два примера праотцов. Авраам дал Малки-Цедеку на храм Единого «…десятину от всего» (стих 14:20 недельной главы Лех леха) — комментаторы указывают, что от всего своего состояния, так как Авраам раньше не отчислял маасер (было некому его передать, а использовать на личные нужды при его богатстве и на содержание своей йешивы Авраам не считал возможным) и Яаков в стихе 28:22 обещал: «… и все, что Ты дашь мне, я отделю, от него отделю десятину Тебе.» Повтор слова «отделю (иврит: асе́р аасре́ну)» указывает как лично на Яакова, так и на его потомков. Да и есть обещание Тв-рца, что нам дано проверить Его именно десятиной (отчисляя маасе́р мы не теряем вроде бы как отчисленные деньги — неожиданно увеличивается зарплата или доход). Как же мы можем отказаться от предложенной Им проверки Его самого и не принять маасе́р на себя как обязанность?

Кстати, уже не пожелание, а требование Торы отдавать Тв-рцу десятину урожая и приплода скота в явном виде приводится в конце недельной главы Бехукотай книги Ваикра. Стих (27:30) говорит: «И всякая десятая часть с земли — из семян земли, из плодов дерева — принадлежит Б-гу, это святыня Б-га». А стих 27:32 там же добавляет: «И всякую десятину из крупного и мелкого скота … следует посвящать Б-гу». Это же требование через обязанность левитов отчислять маасе́р с того, что они получили от сынов Израиля в явном виде продекларирована в конце недельной главы Хуккат книги Бемидбар (18:26).

1.7.6

Еще о стихе 28:22. Тут, похоже, явно, без необходимости привлечения мидраша указано, что ночевка Яакова была на горе Мория — он обещал, что «камень, этот, что я положил постаментом, будет Домом Б-жьим». Не будем предполагать, что камень можно перенести и использовать как обозначение места Дома Б-жьего в другом месте, не нарушив обещания Яакова (он ведь не о месте, а о камне говорил). Только заметим, что из перехода РАШИ от «ХаМаком» у Яакова (стих 28:11) к «Маком» Авраама (стих 22:4 недельной главы Вайера) указывает, что храм Малки-Цедека, царя города под названием «Цельный (иврит: Шалем. Название «Цельный город» (иврит: Ир Шалем) уж очень напоминает Йерушалаим) из стиха 14:18 недельной главы Лех леха стоял не на горе Мория, а в отдалении от нее, так как при подходе к месту жертвоприношения Ицхака Авраам не мог бы не видеть город вблизи этих мест.

1.7.7

К стиху 29:1 (начало комментария к этому стиху находится в конце комментария на недельную главу Толдот). В отличие от комментария РАШИ, который говорит: «После получения им доброй вести, когда обещано было хранить его, сердце его подняло его ноги (он воспрянул духом) и с легкостью отправился в путь (Берешит Раба 70:8)», фраза «И поднял Яаков свои ноги» может буквально указывать на «кфица́т де́рех» — перемещение над землей. Но его путь, похоже, был еще не в Харан, а в йешиву Шема и Эвера на 14 лет. Этот период жизни Яакова (учеба в йешиве Шема и Эвера) имеет для нас, сегодняшних, принципиальнейшее значение. Яаков учит нас не бояться встречи со внешним миром, с неевреями, с обманщиками, с подлецами. Он шел в этот нечистый мир и там жил долгие десятилетия. Но перед этим нужна закалка, знание как жить в таком мире и не стать ему подобным. Для этого ему и нам нужна йешива Шема и Эвера. То есть, нет задачи спрятаться от мира в вечной йешиве, а потому мы должны учить детей (долго и серьезно!) Торе, чтобы они могли существовать в реальном мире, преобразовывать его, поднимая свою душу, но не портиться под его влиянием. И большинство наших детей ДОЛЖНО выйти в открытый нееврейский мир, а для этого их с раннего детства нужно к этому по-еврейски готовить. И впоследствии Йосеф будет преобразовывать гойский (египетский) мир, оставаясь еврейским праведником, и РАМБАМ будет лечить царственных гоев, оставаясь великим еврейским РАМБАМом. А сколько еще великих евреев станет врачами, оставаясь еврейскими мудрецами, вслед за РАМБАМом — и РАМБАН, и Сфорно, и РАЛЬБАГ, и Авраам Ибн-Эзра — всех не перечесть.

1.7.8

Отметим, что в 29:5 Яаков спрашивает пастухов у колодца: «Знаете ли Лавана, сына Нахора?». Но Лаван на самом деле — сын Бетуэля, который, в свою очередь, был сыном Нахора и Милки. И хотя родственники Авраама помнили свою родословную, странно это было ожидать от пастухов Харана. Тогда формулировка вопроса Яакова требует разъяснения. Одно из возможных разъяснений — Бетуэль был восьмым (последним) сыном Нахора и, по-видимому, братья Бетуэля и сам Нахор были куда более известны и Яакову было известно, что Лаван больше воспринимается местными жителями как потомок Нахора, а не малозначительного Бетуэля. Так как и Лаван послал Рахель пасти стадо, можно видеть угасание этой ветви семейства потомков Авраама, которой Яаков неожиданно подарил бессмертие. Также нужно помнить, что по версии РАШИ Бетуэль умер в период ухода Ривки к Ицхаку, а с той сцены прошло 97 лет (20 лет Ривка не рожала и Яакову сейчас 77 лет). Не столь удивительно, что мощных основателей «династии» помнят лучше, чем малозначащих потомков, умерших почти век назад. Да и Лаван — уже явно не среднего возраста. Ему уже 97 лет назад было не меньше 13 лет, значит сегодня ему не менее 110 лет, а расстанется он с Яаковом в возрасте не менее 130 лет.

1.7.9

29:9 «… Рахель пришла со скотом, что у ее отца, потому что пастушка она». Обычный комментарий на это место — Лаван был столь скупой, что вместо наемного работника послал родную дочь пасти овец. Это не единственный возможный комментарий.

Во-первых, все-таки, даже в небогатых семьях сначала работал вне дома мужчина. А Лаван во время встречи Яакова и Рахели у колодца оказался дома (29:13), то есть не пас в это время параллельное стадо (или, например, не работал в поле, что является более тяжелым и приоритетным для мужчин трудом). Но, как мы отметили раньше, Лавану было в это время не менее 110 лет.

Во-вторых, послать женщин (тем более, дочь) пасти из соображении экономии средств было очевидным и явным позором для семьи, значит, нужна была более серьезная причина для этого, чем бедность и скупость.

В-третьих, пасла Рахель, а не рабыня Била (и рабыня Леи Зилпа). Хотя мидраш и говорит, что Била и Зилпа были дочерьми Лавана от наложницы, все-таки он дал их в услужение замужним дочерям (что позволило им родить по два основоположника колен израилевых и обрести бессмертие), то есть статус Зилпы и Билы в семье был ощутимо ниже, чем статус «официальных» дочерей, а, значит, их путь к стаду должен был быть короче, чем путь Рахели.

В-четвертых, при преследовании Яакова и его жен в повествовании появились сыновья Лавана, но к этому времени прошло двадцать лет от встречи Яакова и Рахели у колодца и сыновья за это время могли родиться и вырасти или были слишком малы в начале рассказа. РАШИ на 30:27 пишет, что благословение Лавану от присутствия Яакова выражалось не только в увеличении стад, но и в рождении сыновей.

Мы видим, что первые три возражения требуют иного, чем скупость Лавана, объяснения необычной должности пастушки-Рахели. Поэтому мы вынуждены предположить желание Рахели на уединение, на молитву, на прямой контакт с Тв-рцом, на умиротворенное созерцание природы — Его великого Творения и Его явного проявления в этом мире, что трудно осуществить в доме и трудно объяснить «пустые» уходы из дома и отлынивание от рутинных домашних обязанностей «тонкостью души» в угасающем арамейском семействе. Поэтому семейно-полезный труд по пастьбе стада мог быть прекрасным (или, по крайней мере, приемлемым) выходом для душевно-тонкой Рахели.

1.7.10

Стихи 29:8-10 внутри описания первой встречи Яакова с Рахелью у колодца под Хараном дают странную линию по поводу камня, закрывающего устье колодца. Пришедшие раньше пастухи для начала поения овец ждут собирания всех стад (читай: пастухов), Рахель также пришла четвертой, когда «… день еще велик …» (29:7) и нужно продолжать пасти скот. РАШИ в качестве причины неоткрывания колодца, пока все не соберутся, приводит аргумент о величине камня и указывает на большую силу Яакова, в одиночку открывшего колодец.

Но этот эпизод может быть рассмотрен несколько иначе. В колодце имеется ограниченное количество воды, накопившееся там со времени последнего поения скота. Для справедливого распределения воды (в соответствии с численностью стад или по иным критериям) пастухи после продолжительной конкуренции и «перетягивания одеяла на себя» договорились о наиболее справедливом с их точки зрения порядке распределения имеющейся воды. Механизмом контроля за исполнением достигнутых договоренностей было установлено явное присутствие на месте всех участников договора. Но приходит Яаков и, не зная социального устройства общества пастухов, сдвигает камень и отдает приоритет маленькому (по стиху 30:30) стаду Рахели, поит ее овец вволю, чем, по-видимому, оставляет другие стада недопоенными. Учитывая слабоватое положение Лавана в обществе (и стадо маленькое, и родную дочь послал пасти овец), такой случай мог вообще оставить овец Лавана без воды в этом сообществе пастухов, но явная чужеземность Яакова и незнание им местных договоренностей позволили решить миром возникший конфликт. Многократно увеличившиеся в дальнейшем стада Лавана Яаков, очевидно пас, опираясь на другие источники воды.

1.7.11

Женитьба Яакова. Обратим внимание, что, если в более позднее время, включая сегодняшнее, именно девочка должна принести приданое, то во времена Яакова мужчина должен был «купить» себе жену (в арабо-мусульманском обществе мужчина «покупает» себе жену и сегодня). Это будет подтверждено и далее, в разделе о запрещенных связях, когда муж должен будет дать отцу соблазненной девушки некоторую сумму денег. То есть женитьба превращалась для мужчины в затратное коммерческое мероприятие. Рассмотрим с этой стороны поведение Яакова. Нам несколько сложно определить, не является ли завышенной платой семь лет наемного труда за Рахель. Но эту цифру назвал сам Яаков, а Лаван не спорил. Но явно непонятным является предоплата — сначала работа, затем жена. Было бы более логичным, учитывая почтенный возраст Яакова (77 лет) и помня знание Яакова о необходимости привести в мир по крайней мере 12 детей (их окажется больше хотя бы на Дину, а по мидрашам, говорящим, что с каждым мальчиком еще рождалась девочка, да еще и не всегда одна, то детей было много), взять жену «в кредит» с выплатами работой в течение семи лет — сначала жениться, потом за нее отрабатывать. Объяснением такого типа сделки и назначенной за нее весьма не малой (если не сказать — сильно завышенной) платой в семь лет труда может быть возраст невесты в момент заключения сделки. Вслед за рабейну Бехайе логично предположить, что Рахели в это время было пять лет, а нормальным брачным возрастом считался возраст 12 лет. И Яаков был согласен ждать повзросления Рахели, наблюдать ее расцвет.

Да и упоминание «… по любви его к ней…» (29:20) до свадьбы вызывает вопросы, так как по еврейскому подходу к браку, любовь — это производное удачного брака, возникающее в процессе создания и строительства семьи, во взаимных заботах друг о друге. И в 24:67 Ривка СНАЧАЛА стала женой Ицхаку и лишь затем он ВОЗЛЮБИЛ ее. Но платонически любить маленькую девочку не возбраняется, да и ивритское слово «любить» часто используется в значении «нравиться», что хорошо укладывается в гипотезу о пятилетнем возрасте Рахели в момент заключения договора.

Итак, логичнее было бы жениться «в кредит», если бы возраст невесты это позволял. Но история пошла как пошла. Наступила свадьба, раскрылся обман Лавана. Теперь уже Лаван дает Яакову Рахель «в кредит», говоря (29:27) «… дадим тебе также и эту за работу, что будешь работать со мной семь лет других.» Даже не заметим, что в некотором смысле Яаков работал за Рахель два раза по семь лет, так как и первая семерка, и вторая были за Рахель. Скажем другое. Лаван фактически навязал Яакову «оптовую покупку» — две жены без просьбы Яакова. Но «товар оптом» стоит дешевле, чем » в розницу. Вторая жена «тянула» на срок, меньший, чем семь лет «других» (может быть слово «других» намекало на иной объем или иное качество работ?). Да и полученный первый «товар» не был выбран «покупателем» и был с браком — «… глаза у Леи слабы…» (в других переводах — прекрасны, нежны, столь ярки и прекрасны, что затмевают остальные качества внешности, скорее всего — совсем неплохой) (29:17), что еще больше уменьшает нормальную стоимость «покупки» (тогда мы еще не знали, что «товар» окажется первоклассным и родит Яакову аж шесть сыновей). Да и Алаха говорит, что при смене условий в процессе работы новые условия не всегда обязательны для той стороны, которой эти новые условия силой навязали. Классический пример — если наемный работник в середине работы потребует увеличение общей оплаты, то нанявший может согласиться, но после работы не заплатить требуемую добавку. Итак, Яаков мог отработать за вторую жену, например, три года и в чистоте рук покинуть Лавана со своими женами. Но он отработал полный срок.

Вторые семь лет кажутся особенно завышенными, так как теперь не приходилось ждать повзросления невесты, как, по рабейну Бехайе нужно было ждать ее совершеннолетия в условиях первого договора. Но Яаков оказался заложником Лавана — при отказе Яакова или его торговле о сроке работы за вторую жену Лаван мог отказаться дать ему столь желанную Яакову Рахель.

1.7.12

Сразу заметим, что в 29:17 сравнение Рахели и Леи идет по совершенно разным параметрам: «Глаза у Леи слабы (нежны), а Рахель была хороша обликом и хороша видом.» По поводу «привычного русского перевода о «слабых» глазах Леи— ивритское слово «рах» имеет основное значение «нежный», хотя и имеет значение «слабый». И это понятно — так как Тора называет лишь один параметр, она называет самую выпуклую, доминирующую, обращающую на себе первое внимание характеристику. У Леи ее большие светящиеся нежные глаза сразу приковывают внимание впервые увидевшего ее и лишь затем смотрящий видит и красоту ее лица, и стройную, правильную фигуру, и ее пышные волосы. У Рахели — иначе. Сначала бросается в глаза ее общая красота и стройность, и лишь затем мы можем различить детали, создающие в их гармонии эту красоту.

1.7.13

30:14 — 16. Мандрагоры, уступка ночи с Яаковом со стороны Рахели в пользу Леи. РАШИ на 30:15 приводит очень жестокое высказывание из «Берешит раба 72,3»: «За то, что пренебрегла ложем праведника, не удостоилась погребения вместе с ним.» Приведем другое объяснение ситуации. РАМБАН, ссылаясь на различных комментаторов приводит целый ряд растений-кандидатов на название ивритским словом «дудаи́м». Здесь и «сигале́й» (иврит), переводящийся на арабский как «ясми́н» — травянистое растение с лиловыми цветами (viola — фиалки?) (не путать с русским жасмином — кустом с ароматными белыми цветами). Есть мнение, что «сигалей» и «ясмин» — это разные растения. Есть версии о «яврухи́н» и «сабиске́й». То есть, мы все-таки точно не знаем какое именно растение названо в Торе «дудаи́м» — впрочем, у нас всегда есть определенные сомнения в современной идентификации названий минералов, растений и животных приведенных не только в Торе, но и в существенно более поздней литературе, например, в Гемаре. Поэтому запрещено пользоваться фитотерапевтическими рецептами Гемары — мы не знаем точно о каких травах и веществах идет речь. Есть среди версий и Mandragora. Его на иврите называют «тапу́ах а-аhава́» (яблоко любви). За эту версию выступает не только старинный талмудический словарь «Сефер а-Арух», но и Авраам Ибн-Эзра (на 30:14), указывающий очень важное отличительное свойство именно растения Mandragora — подобие корня этого растения человеческой фигурке. Именно поэтому мы чуть подробнее приведем свойства именно Mandragora. Мандрагоры (лат.: Mandragora, англ.: Mamdrake medicinal,), очевидно, были известны в фитотерапии прошлого как одно из средств при бесплодии. Из этого не следует, что и сегодня мы считаем это растение одним из средств при бесплодии. РАМБАН пишет, что он не видел ничего подобного ни в одной из медицинских книг, рассматривающих свойства растений. Но достаточно, чтобы в народных поверьях, передаваемых из рода в род хотя бы в окрестностях Харана так считалось, чтобы полностью оправдать Рахель в желании использовать это растение для святой цели — получения потомства.

Значит, Рахель не пренебрегла ложем праведника, а купила за дорогую цену лекарство для увеличения шанса забеременеть от этого праведника. При нарушении шаббата при опасности для жизни больного говорят, что лучше нарушить ради него один шаббат, чтобы он потом соблюдал много шаббатов. Аналогичная фраза о Рахели для данного случая — лучше отдать одну ночь, чтобы забеременеть позже, чем иметь пустую в смысле зачатия ночь и упустить ценное лекарство. Но если это растение — действительно Mandragora, то почему нужно было платить за него столь дорого — по крайней мере, сейчас в районе Бейт-Шемеша полно этих растений. Но неясно, что было 3500 лет назад в окрестностях Харана. Да и вопрос сезона — даже если в «дни жатвы пшеницы» (30:14) не их сезон, так Рахель была бесплодна годы — могла пользоваться ими в их предыдущий сезон и подождать следующего. Предположим, что лишь недавно узнала об этом лекарстве и еще не знала о его распространенности, а потому постаралась получить его немедленно по обнаружении, то есть вопрос о пренебрежении ложем праведника нами не поддерживается, наоборот, мы видим все старания забеременеть. Иные причины ранней смерти Рахели и не около пещеры Махпела мы не рассматриваем, как и не рассматриваем вопрос: если мандрагоры столь распространены, а Рахель про это не знала, то как Лея купила у Рахели ночь праведника за столь дешевую цену. Может быть, и она не знала о распространенности мандрагор или они были в то время, в том месте и в тот сезон (поздняя весна, жатва пшеницы) действительно редкостью?

Приведем некоторые данные о растении Mandragora:

Мандрагора (mandragora) — растение, род многолетних трав семейства паслёновых. В природе имеется 5-6 видов: в Средиземноморье, Передней и Средней Азии, в Гималаях. Наиболее распостраненные виды мандрагоры:

  1. Mandragora autumnalis — мандрагора осенняя. 2. Mandragora officinarum (mandragora officinalis) — мандрагора лекарственная. 3. Mandragora turcomanica — мандрагора туркестанская. 4. Mandragora caulescens — мандрагора стеблевая. 5. Mandragora vernalis — мандрагора весенняя. Корни, плоды и семена мандрагоры содержат алкалоиды:
  2. Атропин (atropine) — (8-methyl-8-azabicyclo[3.2.1]oct-3-yl) 3-hydroxy-2-phenyl-propanoate. 2. Гиосциамин (hyoscyamine) — (8-methyl-8-azabicyclo[3.2.1]oct-3-yl) 3-hydroxy-2-phenyl-propanoate. 3. Мандрагорин (mandragorine) — Cl7H27O3N. 4. Скополамин (scopolamine) — (-)-(1S,3S,5R,6R,7S,8S)— 6,7-epoxy-3-[(S)-tropoyloxy]tropane.

Близкими родственниками мандрагоры, со схожим психоактивным действием, являются: белена, дурман и беладонна.

Лекарственная мандрагора или мандрагора для медицинского использования (mandragora officinalis) произрастает в Южной Европе и, особенно обильно, в Калабрии и на Сицилии. Ее фиолетовые цветки появляются осенью, тогда как цветки дикого вида появляются весной и имеет светло-зеленоватый оттенок.

Весенняя мандрагора (mandragora vernalis) произрастает в более северных районах. Этот вид мандрагоры отличается от других ее видов также более толстым корнем беловатого цвета как снаружи, так и изнутри, ярче выраженным неприятным одуряющим возбуждающим запахом, который распространяется от листов и цветов растения; наконец, его плоды значительно больше, чем у других разновидностей, напоминают маленькие желтые яблоки и издают сладкий и нежный запах. Именно плоды этого растения египтяне считали средством, возбуждающим чувственность, к ним же, в свою очередь, эти знания перешли от арабов, называвших эти плоды «яблоками дьявола» из-за вызываемых ими возбуждающих снов, но также и «яйцами Духов».

Если мандрагора, подобно многим другим видам, произрастающим в странах весенних дождей, способна выдержать длительную летнюю засуху оставляя на поверхности земли лишь розетку листьев, поднимающихся на большую высоту, то ее корень углубляется под землю на глубину до 60 см. Корень мандрагоры — темно-коричневого цвета снаружи и белого внутри, он удивительным образом раздваивается, становясь похожим на туловище человека. По бокам от «туловища» располагается по одному побочному корню, напоминающему руки. Немного пофантазировав, в этом корне можно обнаружить то, что пифагорейцы называли — anthroporphon (человеческий силуэт), с головой, находящейся немного выше над уровнем земли и снабженной пышной шевелюрой листьями. В древности мандрагоре приписывали магическую силу. Ее использовали как сильнодействующий галлюциноген. Растение часто упоминается в «колдовских» рецептах средневековья. Само собой разумеется, что наиболее высоко ценились и, соответственно, дороже стоили те корни, которые более точно передавали человеческий облик.

Применение в медицине и действие:

Мандрагора является одним из наиболее древних анестезирующих средств, так же обладает анальгетическим (болеутоляющим), успокаивающим, снотворным и холагенным действием. Разжижает слизь. По фармакологической активности экстракты корней мандрагоры близки к белладонне, белене, дурману. Мандрагора является очень ядовитым растением.

Гомер упоминал, что эпилептиков лечили вдыханием паров мандрагоры.

Ассирийцы использовали ее как снотворное и обезболивающее средство; в том же качестве значительно позднее она была известна знаменитому Диоскориду — греческому военному хирургу в армии Нерона, который использовал мандрагору в ходе своих хирургических вмешательств.

В V веке до их эры действие мандрагоры нам представил великий Гиппократ, который, тщательно ее изучив, уточнил, что в малых дозах она является эффективным средством от страха и депрессии. В более значительных количествах она вызывает странные сенсорные впечатления и галлюцинации. В еще более крупных дозах мандрагора оказывает седативное и снотворное действие и, наконец, вызывает глубокий сон, сопровождающийся полной бесчувственностью.

Авиценна (начало XI века их эры) использовал сок этого растения в качестве операционного наркоза — задолго до хлороформа. Больному рекомендовалось давать немного сока растения с вином перед операцией для того, чтобы он крепко спал и не чувствовал боли.

Как мы видим, большого влияния на деторождение это растение не имело. В книге «Зоар» разъясняется: «Если скажешь, что эти мандрагоры отворили чрево Рахели (чтобы она смогла рожать), то это не так, ведь написано: «И услышал ее Б-г, и отворил ее чрево» (30:22), то есть, Святой, благословен Он, сделал ее способной рожать, а не какое-либо иное средство.» То есть, мандрагоры Рахели сопоставим с полосатыми прутьями Яакова и скажем о старании, о усилии (иврит: иштадлю́т), о действии, «дополняющем» молитву праведника, всеми силами старающегося добиться желаемого результата, а не о реальном воздействии материального действия на результат. На самом деле все делал лично Тв-рец, отвечая на молитвы и старания праведников.

1.7.14

Из факта, что рождение Йосефа завершает второй семилетний срок работы Яакова на Лавана за жен (по иронии судьбы Яаков оба раза работал за Рахель, только после первого срока он получил Лею и опять работал второй срок за Рахель), рабейну Бехайе (ум. в 1340 году ИХ эры) делает вывод, что все дети, кроме Биньмина (который родится много позже, уже в Земле Израиля) рождались семимесячными. Расчет основан на спорном предположении, что беременности у разных жен Яакова не были параллельными, а были строго последовательными — одна рожала, другая тут же беременела. Тогда в семи годах есть 84 месяца, за которые родились двенадцать детей (одиннадцать сыновей и Дина. Упоминаемое в мидрашах одновременное рождение дочерей вместе с сыновьями расчет не меняет, хотя и увеличивает вероятность преждевременных родов). В среднем на вынашивание одного ребенка при данном предположении действительно приходится семь месяцев. Этот срок несколько больше указанного в мидрашах срока беременности евреек в Египте, который оценен в шесть месяцев. Даже не будем заниматься игрой с цифрами, что семь месяцев — это средний срок и один мог быть девятимесячным за счет двух шестимесячных или один восьмимесячный на одного шестимесячного.

Сделаем иной подсчет. Предположим, что Рахель, Била и Зилпа рожали параллельно Лее и для родов одного-двух детей было достаточно времени в пределах семи лет. И посчитаем, хватает ли времени на нормальные девятимесячные роды Леи. Предположим, что Лея могла беременеть (в том числе при соблюдении законов кровотечения женщины после родов в соответствии с недельной главой Тазриа из книги Ваикра) через два месяца после предыдущих родов и полный цикл ребенка был одиннадцать месяцев (кроме Дины, на которую нужно было девять месяцев, так как эти роды были последними и для Леи и в пределах семи лет и поэтому можно не учитывать послеродовой период. Итого Лее требовалось шесть раз по одиннадцать и один раз девять месяцев. Итого 75 месяцев. Остается девять месяцев. Можно сказать, что стих 30:9 «И увидела Лея, что перестала рожать» описывает перерыв в 11 месяцев между рождением Йегуды и зачатием Иссахара (9 месяцев излишка и два месяца от родов до следующего зачатия, что уже вошло в счет 75 месяцев). Или можно принять три месяца перерыва от родов до следующего зачатия и отнести стих 30:9 к шести месяцам интервала времени между рождением Йегуды и зачатием Иссахара. Трудностью являются стихи 30:10-13, так как похоже, что в интервале между рождением Йегуды и зачатием Иссахара Зилпа родила двоих, на что понадобилось 9 + 2 + 9 = 20 месяцев, которых уже нет. Придется или сокращать срок беременности Леи с девяти месяцев до восьми и срок между родами и следующим зачатием до полутора месяцев, или допускать параллельность беременностей Зилпы и Леи (что несложно, так как в Торе нет хронологической последовательности стихов). Второе предпочтительней, так как иначе нужно еще выделять некоторый срок для понимания Леи, что она «перестала рожать».

1.7.15

Теперь займемся материальным вознаграждением за дополнительный, над четырнадцатью годами за жен, срок. Во-первых, как мы уже сказали, Яаков мог уйти от Лавана через десять лет (через три года после женитьбы) и обеспечением дома заняться у другого работодателя в другом месте, например, в Эрец Исраэль, сократив на десятилетие (!) свое проживание в галуте. Но он продолжал бояться Эйсава и еще не получил команды Тв-рца о возврате в Эрец Исраэль, поэтому оставался в галуте, что, вообще говоря, совсем не мешало сменить работодателя — галут — он большой. Но Яаков решил получить вознаграждение у Лавана. Но странным способом. Он назначил себе плату овцами и козами редкого цвета (30:32), отделил всех животных этого цвета и отдал их сыновьям Лавана (30:35), оставив себе только белых овец и черных коз и хотел из такого гомогенного стада получить цветных животных без связи белых с цветными. Можно предположить, что так как часть белых овец (будем рассматривать только овец, хотя рассуждения о козах — те же) были зачаты от цветных баранов или рождены цветными овцами и остались белыми, значит ген цветности — рецессивный (не проявляется, если этот ген пришел только от одного из родителей и проявляется, если пришел от обоих в отличие от доминантного гена, который проявляется даже если пришел только от одного из родителей). Это значит, что даже если ВСЕ белые овцы и бараны — носители этого гена, то только каждый четвертый ягненок будет цветным (что уже не соответствует расширению стада Яакова, о котором мы читаем дальше), при этом каждый четвертый также будет полностью лишен этого гена и воспроизводство цветных еще более замедлится в следующих поколениях. А если добавить, что Яаков всех родившихся цветных выделял из общего стада Лавана и отдельно формировал свое стадо, то весь расчет был на воспроизводство именно в составе уже выделенного Яаковом для себя стада, а не в продолжении получения цветных овец из стада Лавана. Но текст Торы этой модели не соответствует.

Особняком стоит рассказ о полосатых прутьях в водопойнях, которые служили причиной рождения цветных овец (30:37-39). Генетика, берущая свое начало от исследований австрийского биолога и ботаника Грегора Иоганна Менделя, такой феномен объяснить не может, приходится принять гипотезу прямого чуда Тв-рца, который очень неохотно совершает чудеса, идущие вразрез с законами природы, которые Он же сам и установил. Мы бы оставили этот рассказ как демонстрацию того, что даже на безнадежные, но искренние старания человека, когда других путей решения вопроса у человека нет, Тв-рец отвечает чудесным успехом. Тора не пришла учить нас законам генетики, она в этом эпизоде учит нас важности наших усилий, направленных на достижение цели (иврит: иштадлю́т), даже если единственное, что мы можем сделать, является не очень логичным и в большей мере является молитвой Тв-рцу с просьбой об успехе.

Но так как изначально запрещено надеяться на чудо, то столь убыточно-нереальный договор Яакова с Лаваном оставляет много вопросов. А ведь Яаков, договариваясь, был уверен в своем успехе, в прибыльности договора даже, если условия платы и менялись много раз (31:7). Стих 31:10 и РАШИ к нему говорят о чудесном и скрытом наличии цветных баранов, приводимых ангелами специально для производства цветных ягнят. Иными словами, кроме как на знании Яакова о том, что Тв-рец сделает для него набор чудес, нам не на чем обосновать договор Яакова с Лаваном при том, что «назначателем» столь маловероятной цены был не обманщик Лаван (что было бы естественно), а сам Яаков.

1.7.16

В качестве вопроса без ответа отметим, что в 31:24 Лавану сказано Тв-рцом и в 31:29 повторено: «Берегись, чтобы ты не вел речь с Яаковом от доброго до худого», после чего приводятся диалоги Яакова и Лавана. При непосредственном обращении Тв-рца к человеку мы такого человека называем пророком. Но отнести столь высокий титул к обманщику-Лавану нам как-то затруднительно, хотя прямое обращение к нему Тв-рца зафиксировано Торой.

Также в качестве вопроса без ответа отметим, что в 31:38,39 сказано, что «овнов скота твоего я не ел. Растерзанное не приносил тебе, мне то в ущерб, с меня ты спрашивал похищенное днем и похищенное ночью». Неясно как Яаков мог возмещать ущерб, если у него принципиально не было зарплаты в первые 14 лет работы у Лавана — он работал за жен и обычные условия договора работы пастуха того времени и того региона к нему не могут быть отнесены. Кроме того, если он «овнов скота … не ел», то что он сам ел в первые 7 лет и что ела вся его многочисленная семья во вторые 7 лет — ведь еще до рождения первого ребенка его семья сразу состояла из пяти человек. И кроме еды семье даже в то аскетическое время много чего нужно (шатры, постель, одежда, посуда).

1.7.17

31:50 «Если томить будешь моих дочерей и если возьмешь жен кроме моих дочерей …». РАШИ, ссылаясь на «Берешит раба 74,13», указывает, что сказано о дочерях дважды, потому что Била и Зилпа тоже были его дочерьми от наложницы. Не возражая по существу, отметим, что достаточно второй части фразы («… если возьмешь жен кроме моих дочерей …»), чтобы сделать вывод, что все четыре жены Яакова — дочери Лавана. При этом, нам трудно представить, как можно родных дочерей дать в служанки другим, «более официальным» дочерям, хотя благодаря этому они оказались «соавторами» четырех из 12 колен Израиля. И хотя они не называются нашими праматерями, роль Билы и Зилпы в истории огромна. Возможно еще мнение, что у Лавана были еще дочери (неважно, от жен или от наложниц) и он, ограничивая матримониальные возможности Яакова своими дочерьми, был не против пополнить семейство Яакова и еще оставшимися дочерьми.

Признание Билы и Зилпы дочерями Лавана важно нам еще по одной причине. Такое признание означает, что все женщины и все мужчины в первых трех поколениях основы еврейского народа (Авраам с Сарой, Ицхак с Ривкой и Яаков со всеми четырьмя его женами) были потомками Тераха по мужской линии. Это подчеркивает единое происхождение нашего народа и укрепляет ранее выдвинутую нами версию (в конце главы Ноах) о праведности Тераха — значит, многие свойства нашего народа идут именно от него.

1.7.18

Поднимем уважение к Биле и Зилпе еще выше. Они начали с состояния рабыни или служанки, которую передают от одного хозяина другому. «И дал Лаван Рахели, дочери своей, Билу, свою служанку ей в служанки» (29:29). Чуть раньше такой же стих 29:24 говорит о передаче Зилпы в услужение Лее. Опустим разные пути использования мужчиной своей рабыни, для служанки переход в услужение женщине может быть в разных аспектах как улучшением, так и ухудшением положения. Но — обе женщины переданы дочерям Лавана именно в качестве служанок. Далее в силу проблем собственного деторождения обе дочери Лавана передают своих служанок Яакову именно для продолжения деторождения Яакова. Служанок не спрашивают, их судьбу решают за них, но … передают-то их Яакову в качестве жен, а не наложниц, совсем не только в качестве механизмов для производства детей. Написано: «И дала она [Рахель] ему [Яакову] Билу, рабыню свою, в жены (иврит: леиша́) …» (30:4). И после рождения первого сына Билы Дана даже не ставился вопрос о том, не забрать ли служанку у Яакова, так как механизм деторождения успешно отработал. Аналогично в стихе 30:9 решается вопрос со служанкой Леи Зилпой. То есть, эти две служанки полностью обрели статус законных жен Яакова. А что до того, что их согласия не спрашивали, так и получение согласия Леи и Рахели на брак с Яаковом тоже не описано. Единственная разница — пир по случаю выхода замуж Рахели, который оказался свадебным пиром Леи. Второй пир уже не описан и при выходе замуж служанок, похоже, тоже свадебного пира не устраивали. Сара в недельной главе Лех леха тоже дала Агарь Аврааму именно в жены (16:3) и продолжила даже Аврааму называть ее рабыней (16:5). Новый статус Агари никак не помешал Саре так эксплуатировать Агарь после этого, что та сбежала в пустыню и вернулась только по прямому указанию ангела.

И в отношении уже жен Яакова Билы и Зилпы Тора в следующей недельной главе Ваишлах разделяет женщин на жен и рабынь дважды, в стихах 32:33 и 33:1,2. Хотя в том же безличном тексте недельной главы Ваишлах, описывая кого увидел Эйсав, Тора пишет «… и увидел жен и детей …» (33:5), это можно объяснить тем, что Эйсав в этот момент просто не знал состав семьи Яакова. Стихи 33:6,7 опять возвращают нас к разделению на жен и рабынь. В последнем упоминании Торы о Биле и Зилпе в недельной главе Вайшев (37:2) все-таки Автор указывает, что Била и Зилпа были именно женами Яакова.

Добавим еще подход к рассмотрению этой темы. В конце лета 2014 года мы по привычке дали тремп внутри нашего «харедимного» района случайному безымянному попутчику. Разговор даже в короткой внутрирайонной поездке, как и обычно между двумя евреями в кипах, зашел о Торе. И попутчик одарил нас двумя весьма нестандартными мыслями.

Первая мысль. «А почему ты считаешь, что наше привычное выражение о четырех праматерях еврейского народа относится к Саре, Ривке, Рахели и Лее? Ведь если Рахель и Лея — матери, то Ривка — бабушка, а Сара — прабабушка. Матери — это те, кто родил еврейский народ, его колена. То есть, вполне законно прочтение, что под четырьмя праматерями следует понимать четырех жен Яакова.» Вопрос о прочтении в этом аспекте понятия трех праотцев (Авраам, Ицхак, Яаков) оставим открытым.

Вторая мысль. В наш еврейский мир в начале его существования был заложен особый странный механизм. Сара не могла рожать и для открытия этой возможности должна была дать мужу свою служанку Агарь (правда, получилось не очень хорошо — мы до сих пор не можем разобраться с сынами Ишмаэля). Ривка этот механизм не использовала, о ее служанках нам ничего неизвестно и до единственных родов пришлось ждать 20 лет. Рахель использовала тот же механизм — чтобы открыть свою способность рожать, ей пришлось в качестве инструмента воздействия на собственную плодовитость дать в жены Яакову свою служанку Билу (так и будет у нас вечное смешение служанка — жена, когда мы говорим о Биле и Зилпе). Когда Лея родила четвертого сына Йегуду, восхвалила Тв-рца, так получила количество сыновей выше среднего, и согрешила тем, что не попросила больше, а удовлетворилась полученным (Хотя «Счастлив человек, довольный своей долей» Пиркей Авот 4:1). Когда она поняла, что согрешила и поэтому потеряла способность рожать, ей тоже для восстановления этой способности пришлось давать свою служанку Зилпу мужу в жены. Причем, в отличие от истории с Сарой, Биле и Зилпе пришлось рожать по двое сыновей, чтобы создать или вернуть своим госпожам способность рожать. После выполнения роли инструмента деторождения все трое (Агарь, Била, Зилпа) больше не рожали (оставим в стороне мидраш, что Кетура и Агарь — одна и та же женщина). Смысл механизма, успешно отработавшего три раза именно в основании еврейского народа нам не совсем понятен.

1.7.19

Яаков в стихе 31:32 говорит Лавану: «У кого же найдешь твоих богов, жить не будет!» РАШИ комментирует, ссылаясь на «Берешит раба 74,9», что из-за этого проклятия умерла Рахель. Но ведь праведники очень точны в словах, даже в проклятиях, а идолы Лавана найдены не были. Значит, причину ранней смерти Рахели нужно объяснять иначе. Есть мнение комментаторов, что женитьба Яакова на родных сестрах была кое-как терпима за границами Эрец Исраэль, но не была приемлема внутри Страны, а потому одна из сестер должна была умереть. Женитьба на родных сестрах (при жизни обеих) запрещена письменной Торой, данной существенно позже, но праотцы уже ее знали и соблюдали. Тв-рец по ведомым Ему соображениям выбрал Рахель. Но Хизкуни указывает, что Рахель и Лея были дочерьми одного отца, но разных матерей. Не вдаваясь в подробности вопроса кого считать сестрами/братьями и, соответственно, на кого распространяется понятие запрещенного брака (от одних отца и матери, от одного отца, но разных матерей, от одной матери, но разных отцов), мы заметим, что Авраам и Сара, по мнению Традиции, были детьми одного отца, но разных матерей, и все-таки их брак был приемлем как вне Страны, так и в ее пределах. Даже больше — передача традиции идет через Ицхака, сына, рожденного в этом браке. Поэтому и версия смерти Рахель из-за запретного брака Яакова на родных сестрах тоже оказывается под вопросом. Мы воздержимся от представления спешно придуманных версий, указав только, что Тв-рец прекращает жизнь любого человека только после полного выполнения этим человеком неизвестных нам задач и достижения им столь же неизвестных нам целей его жизни, данных ему Тв-рцом на это его воплощение в нашем мире. Кстати, Била и Зилпа (под названием рабынь! После всех лет замужества и родов основателей трети колен нашего народа!) последний раз в качестве живых упоминаются в 33:2 при встрече Яакова и Эйсава и их дальнейшая судьба неизвестна. А ведь они, по мнению РАШИ тоже были дочерьми Лавана (от наложниц), а значит в некотором аспекте все четыре женщины Яакова были родными сестрами (так и хочется назвать их всех праматерями, что мы и сделали чуть выше в 1.7.17, но Традиция привычно относит к праматерям в этом поколении женщин только Рахель и Лею).

1.7.20

Приведем слышанный нами на устном уроке основанный на Танхуме и выдержанный в духе учения Мусара комментарий о переплетении цепочек отношения к молитве Леи и Рахели.

По ряду мнений Лея была изначально предназначена Эйсаву, а Рахель — Яакову. Лея горячо молилась в попытке избежать такой участи. Многочисленные молитвы были услышаны — Лея досталась Яакову, да еще — первой. Затем, обретя желаемое, Лея постепенно утратила жар молитвы. Этого жара еще хватило, чтобы родить четверых сыновей, но дальше — «… перестала рожать …» (30:1, 30:9). Тогда Лея поняла свою оплошность и опять поднялась в уровне молитвы. Одновременно она делала доступное ей усилие (иврит: иштадлю́т) — дала свою служанку Зилпу в жены Яакову и та родила двух сыновей. В заслугу за вернувшийся жар молитвы Лее была возвращена способность рожать (о причине рождения Дины и дальнейших с ней проблем здесь судить не будем). Рахель же, уверенная в своей хорошей участи, молилась с меньшим жаром. Потому обещанное-то получила, но получила второй, а не единственной, да еще получила-то с проблемами деторождения. Но поняв проблему, Рахель перешла к трепетной молитве и одновременно (раньше Леи пройдя этот путь) делала доступное ей усилие — дала свою служанку Билу в жены Яакову и та родила двух сыновей. Тогда было раскрыто, но с проблемами, чрево Рахели. Правда, именно ее, а не Лею забрал Тв-рец при вторых родах, что опять не будем здесь обсуждать. Простенький вывод — жар молитвы и иштадлю́т могут очень многое менять в этом мире и пока человек жив, нет понятия «поздно» для обращений к Тв-рцу и для приложения собственных усилий.

Print Friendly, PDF & Email

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *