Илья Никберг: Памяти Януша Корчака

 235 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Было еще несколько попыток спасти Корчака. Есть свидетельства того что в последний момент Корчаку предложил остаться и один из почитателей его книг для детей, немецкий офицер из охраны поезда, вывозившего «Дом сирот», но Корчак отказался.

Памяти Януша Корчака

(Херша-Генрика Гольдшмидта)

Илья Никберг

Януш Корчак
Януш Корчак

Скорбная история Холокоста изобилует человеконенавистными акциями немецких фашистов и их пособников, унесших более 6 миллионов жизней невинных людей. В горестной памяти народов всего мира навеки сохраняется и их чудовищное злодеяние — мученическое умерщвление в концлагере «Треблинка-2» детей и воспитателей Варшавского еврейского «Дома сирот» и добровольно разделившего их трагическую судьбу Януша Корчака.

Вспомним основные вехи жизни этого великого Врача, Педагога, Человека.

Януш Корчак ( таков общеизвестный польскоязычный социально-литературный псевдоним Херша-Генрика Гольдштейна) родился в июле 1878 г. в интеллигентной ассимилированной семье адвоката Юзефа Голдштейна. Дедом его по отцовской линии был также известный в Варшаве врач-педиатр Хирш Гольдшмидт. Следует упомянуть, что вне общественной и литературной деятельности, все свои официальные документы и переписку Я.Корчак подписывал как Генрик Гольдшмидт.

Отец закончил Варшавский университет, был известным и хорошо оплачиваемым адвокатом. Мать — Цецилия Гембицкая также происходила из ассимилированной еврейской семьи; В семье говорили по-польски, при этом родители были сторонниками культурного и политического единства поляков и евреев. Школьное образование Генрик получил в русских учебных заведениях Варшавы — первоначально в русской начначальной школе, с 13 лет — в русской гимназии. Психическое заболевание отца, Юзефа Гольдшмидта и его госпитализация в дом умалишенных, стали сильнейшим потрясением для Генрика, пагубно сказавшимся на его последующей жизни, постоянным опасением личного психического недуга, отказом от брака и рождения собственных детей.

Генрик Гольдшмидт в детстве
Генрик Гольдшмидт в детстве

Пошатнувшееся финансовое благополучие семьи вынудило Генрика к платному репетиторству, и первым шагам к литературно-публицистическому творчеству ( в восемнадцатилетнем возрасте он стал автором польского иллюстрированного еженедельника «Шипы»).

Высшее образование Генрик получил на медицинском факультете Варшавского университета и уже с первых курсов планировал себя как врача — педиатра. Еще в период университетсвой учебы был на стажировке в Германии и Швейцарии, где знакомился с новыми методами диагностики и лечения детских заболеваний.

За исключением сравнительно непродолжительных периодов (служба в армии, зарубежные поездки, посещение еврейского кибуца в Израиле), большая часть жизни Я.Корчака была связана с любимой им Варшавой. После получения врачебного диплома, в качестве военного врача санитарного поезда, лейтенант Г.Гольдшмидт участвовал в русско-японской войне 1904-1905 года. По возвращении в Варшаву, Я.Корчак стал работать педиатром в детской больнице , некоторое время имел собственную врачебную практику.. Однако с 1910 года прекратил эту практику и пользуясь финансовой поддержкой еврейского филантропа Исаака Элиасберга полностью переключился на заботы по строительству четырехэтажного здания по ул. Крохмальной, 92 и созданию в нем «Дома сирот» для еврейских детей. Первой и основной помощницей Я.Корчака в этом деле на всю последующую его жизнь стала Стефа Вильчинская, родившаяся в 1886 году и окончившая университет в Бельгии.

В период строительства здания Корчак на несколько месяцев выезжал в Париж и Лондон, где знакомился с организацией работы детских учреждений. Спустя два года, «Дом сирот», спроектированный по планам Корчака известным варшавским архитектором Генриком Штифельманом, был открыт. В него набирали в первую очередь детей из беднейших еврейских семей, но не были исключением и дети других вероисповеданий.

«Дом сирот» на улице Крохмальной
«Дом сирот» на улице Крохмальной

С началом Первой мировой война, в качестве врача-капитана медицинской службы Русской армии он проходит службу в госпиталях на востоке Украины. Известным эпизодом «военной жизни» Корчака является его опека над украинским мальчиком-сиротой из Тернополя Стефаном Загороднюком, которого он на две недели поселил в казарму, в которой жил сам и обучал его столярному делу (малоизвестные факты из жизни Корчака — он владел несколькими ремеслами, мог чинить детскую обувь). Не оставляя службы в госпиталях, в этот же период (1915 — 1916 г г), несколько раз был в Киеве, некоторое время жил в нем и продолжал литературную работу. Будучи в Киеве помог Марине Фальской в размещении и наладке работы вывезенного ею из Вршавыы приюта для польских детей. В Киеве была написана одна из самых известных книг Януша Корчака — «Как любить ребенка» В его честь одна из центральных улиц города переименована . а на фасаде дома, связанного с его пребыванием в городе и где р асполагались польская гимназия для девочек и детский сад, в которых работал Корчак, в 2012 г. была установлена мемориальная доска.

По завершении военных действий, осенью 1918 г. Корчак возвращается в Варшаву, где у «Дома сирот» на Крохмальной его встречают дети, выстроенные в торжественную линейку Стефанией Вильчинкской, руководившей «Домом» в период отсутствия Корчака. На этом военный период жизни Я.Корчака не окончился. Возвратившись в Варшаву, уже в качестве майора армии независимой Польши он принимает участие в советско-польской войне, проходя службу в госпиталях Лодзи и под Варшавой. Он не избежал заражения тифом, и без сознания перевезен на квартиру матери в Варшаве. Она его выходила, но сама заразилась и умерла, что повергло Корчака в тяжелейшую депресиию и мыслям о самоубийстве. С трудом прийдя в себя он возвращается к работе в «Приюте». С 1919 г. Корчак начинает также активно сотрудничать и с приютом «Наш дом» для детей христиан, который находился в предместье Варшавы Прушкове, которым руководила Марина Фальская.

«Наш дом» для детей христиан
«Наш дом» для детей христиан

Помимо С.Вильчинской дружеские и профессиональные отношения многие годы продолжади связывать его с С.В,с М.Фальской и её подругой К.Перетякович, возглавлявшими возвратившися в Варшаву «Наш дом» для польских детей. В шутку, холостой Я.Корчак говорил — « У меня теперь три жены: пани Стефа, пани Марина и пани Кара» Вскоре после окончания Второй мировой войны, у М. Фальской и Я.Корчака возникла идея создать новый «Наш дом» для польских детей. Надо отметить, что идея эта получила активную поддержку семьи Пилсудских, сумевших привлечь для строительства значительные средства от различных благотворительных фондов. Дом был построен в 1928 г. и в него переехали дети из старого детского дома в пос. Пришкуве.

Хотя Я.Корчак безусловно был космополитом-интернационалистом, свою принадлежность к еврейскому народу он впервые ярко прочувствовал, еще в раннем школьном возрасте, когда ему в голову попал камень, брошенный в проходившую группу еврейских детей, из казарменной площадки, на которой тренировались военные — казаки. Тягостные воспоминания остались и от другого эпизода. Когда он с сестрой хотел похоронить во дроре их дома умерщую канарейку и приспособить к ней крестик, дворник воспрепьятсвовал этому — «Ваша накарейка из еврейского дома, её нельзя так хоронить». На всю жизнь в его памяти остались напутственные слова рано умершего отца — «Помни, что ты родился евреем». В одной из своих книг он писал, говоря о евреских детях –: «Есть дети, которые несут груз не только своих лет. В конвульсиях их мозга зафиксированы сотни лет страданий евреев».

Многие годы, начиная со студенческих лет, Я.Корчак охотно сотрудничал с благотворительным «Обществом летних лагерей»,ежегодно организовывывашем летний отдых для детей из малообеспеченных семей. В 1907 — 1908 г г. в летнее время он работал в таких лагерях (еврейском и польском) в качестве врача и воспитателя. Впечатления от общения с детьми в этот период отразились в двух популярных и трогательных его повестях: «Моськи, Иоськи и Срули» и «Юзьки, Яськи и Франки». На вопрос о различиях детей в этих лагерях он отметил очевидное сходство их реакции и поведения в похожих ситуациях. . Одно из замечательных созданий Кочака, вплоть до начала 2-й Мировой Войны редактировавшего польскоязычное детское приложение « Maly Przeglad» («Малое обозрение») к газете «Nasz Przeglad» («Наше обозрение»).

Я.Корчак — автор более 100 книг и статей для детей и о их воспитании. Вспомним о некоторых из них: дилогия о мальчике-короле Матиусе, «Дети улицы», «Дитя гостиной», «Когда я снова стану маленьким», «Банкротство маленького Джека», «Кайтусь-волшебник», «Право ребенка на уважение», «Правила жизни» и «Как любить ребенка», роман «Упрямый мальчик» о жизни Луи Пастера,» «Дневник» (опубликован посмертно в 1958 году), «Как любить ребёнка», «Право ребёнка на уважение»,.и мн. другие. Свой первый роман «Исповедь мотылка» Я.Корчак написал в четырнадцатилетнем возрасте (1892 г.). Чудом сохранился найденный уже после войны потрясающий документ — его «Дневник», замурованные в кладке дома «Приюта» в гетто. Предчувствуя неизбежность трагического конца, он вел его в последние три месяца. И в эти страшные дни, каждого ребенка он воспринимал как своего собственного. Вот выписка из «Дневника»:

«Сегодня я принимал гостя в постели. Мендельку что-то приснилось. Я принёс его к себе в постель. Он погладил меня по плечу и уснул… Вот ещё один внук».

В 1933 г. за выдающиеся заслуги перед польским обществом Я.Корчак был награжден почетным орденом — «Серебряном Крестом Независимой Польши». Но эта акция уже в 1934 г. была омрачена решением правительства Польши, отменившего соглашение, гарантировавшее польским украинцам, евреям и русским равные права с поляками. Такое решение очень огорчило Я.Корчака, подтолкнуло его к мрачному предвидению угрозы жизни для всего европейского еврейства.

В значительной мере под влиянием переживаний, связанным с отменой равновправия национальных меньшинств в Польше, Я.Корчак в 1934 г. посещает Палестину и проводит три недели в кибуце Эйн-Харод. Вторая поездка состоялась в 1936 г. и была более разнообразной и продолжительной. Посещение Израиля оставили у него неизгладимые приятные впечатления. В еврейских кибуцах он с удовлетворением наблюдал созвучное его педагогическим взглядами отношение палестинских евреев к детям и их воспитнию, близкое к тому, которые он сам проповедовал и внедрял. Я.Корчак был настолько вдохновлен впечатлениями от этих поездок, сообщая в однои из своих писем: «После угнетенного состояния, владевшего мной несколько месяцев, я наконец принял решение провести последние годы жизни в Эрец Исраэль, чтобы оттуда тосковать по Польше…» Видимо это было совместное с С.Вильчинской намерение, которая уехала в Палестину в 1938 г. Однако Я.Корчак медлил, ей пришлось возвратиться в Польшу и провести летний сезон в детском лагере.

Я.Корчак в кибуце «Эйн-Харод»
Я.Корчак в кибуце «Эйн-Харод»

Но 1 сентября началась немецко-фашисткая оккупация Польши и их планам переезда в Эрзац-Израель уже не было суждено осуществится. Возвратившись в Варшаву, под псевдонимом «Старый Доктор» он ведет радиопрограмму для детей и родителей. Но главным достижением и смыслом его жизни был «Дом сирот», просуществовавший 30 лет. По сути дела Я.Корчак создал ссовершенно новый тип детского вопитательного учреждения, ставшего своеобразным прообразом равенства и справедливости. В «Доме» действовало самоуправление, возглавляемое детским сеймом, работал товарищеский суд (любопытно, что сам Корчак по своей воле сам становился «подсудимым), Наиболее частыми решениями детского суда были «оправдать» или «простить». Решение «подлежит исключению» было принято лишь дважды за всю тридцатилетнюю историю приюта.

Как и во многих других окуппированых немецкими войсками городах Европы, в Варшаве создается еврейское гетто, в который переселили сотрудников и длетей еврейского «Дома сирот». В старом здании остался только многолетний его сторож Залевский (поляк, в прошлом солдат русской армии), которого избили местные нацисты за желание сопроводить переезд «Дома» в гетто. Жизнь воспитанников в «Доме сирот» завершилась 5 августа 1942 г.. Дети позавтракали, но не успели даже убрать посуду, как раздались свистки и окрики охраны -«Alle Juden raus!» — «Все евреи на выход!». Дальнейшее хорошо известно всему миру. Сохранились воспоминания свидетелей последнего похода к смерти воспитанников «Дома сирот». Успокоенные своими воспитателями, , под изумленные взгляды польских полицейских, ставших по стойке «смирно», стройной колоной обреченные шли на вокзал. Впереди колонны шел Януш Корчак с двумя детьми. Мальчики-подростки сменяя друг друга несли символическое знамя короля Матиуша с изображением клевера, на второй стороне знамени была нарисована шестиконечная звезда Давида. В руках многих детей были их любимые игрушки, книги. В этом скорбном шествии, рядом с детьм самоотверженно шли сотрудники «Дома» — Стефания Вильчинская, Роза и Генрик Штокманы, Бальбина Гжиб, Дора Соцкая, Сабина Лейзерович, Наталья Поз, Генрик Астербаум, Роза Липич-Якубовская, до конца, вместе с Я.Корчаком и 198 его воспитанниками разделившие их мученическую смерть.

В последний путь (кадр из кинофильма А.Вайды)
В последний путь (кадр из кинофильма А.Вайды)

Друзьями и почитателями Я.Корчка предпринимались неоднократные попытки спасти Я.Корчака. Одну из таких попыток осуществил, бывший его вопитанник, и будущий биограф, сын русского офицера, польский подпольщик Игорь Неверли. Когда стало известно о предстоящем вывозе детей и персонала «Дома сирот» из Варшавы, он принес документы позволявшие Корчаку выйти за пределы гетто и скрыться в подготовленном безопасном убежище. Но Я.Корчак отказался оставить детей, обратившись к Неверли только с одной просьбой — сохранить написанные им дневники. Было еще несколько попыток спасти Корчака. Есть свидетельства того что в последний момент Корчаку предложил остаться и один из почитателей его книг для детей, немецкий офицер из охраны поезда, вывозившего «Дом сирот», но Корчак отказался.

Своеобразным педагогическими заветом Я.Корчака остались его заповеди о воспитании детей. Они гласят:

  1. Не жди, что твой ребенок будет таким, как ты или таким, как ты хочешь. Помоги ему стать не тобой, а собой.
  2. Не требуй от ребенка платы за все, что ты для него сделал. Ты дал ему жизнь, как он может отблагодарить тебя? Он даст жизнь другому, тот — третьему, и это необратимый закон благодарности.
  3. Не вымещай на ребенке свои обиды, чтобы в старости не есть горький хлеб. Ибо что посеешь, то и взойдет.
  4. Не относись к его проблемам свысока. Жизнь дана каждому по силам, и будь уверен — ему она тяжела не меньше, чем тебе, а может быть, и больше, поскольку у него нет опыта.
  5. Не унижай! Не забывай, что самые важные встречи человека — его встречи с детьми. Обращай больше внимания на них — мы никогда не можем знать, кого мы встречаем в ребенке
  6. Не мучь себя, если не можешь сделать что-то для своего ребенка, просто помни: для ребенка сделано недостаточно, если не сделано все возможное.
  7. Ребенок — это не тиран, который завладевает всей твоей жизнью, не только плод от плоти и крови. Это та драгоценная чаша, которую Жизнь дала тебе на хранение и развитие в нем творческого огня
  8. Ребенок — это раскрепощенная любовь матери и отца, у которых будет расти не «наш», «свой» ребенок, но душа, данная на хранение.
  9. Умей любить чужого ребенка. Никогда не делай чужому то, что не хотел бы, чтобы делали твоему.
  10. Люби своего ребенка любым — неталантливым, неудачливым, взрослым. Общаясь с ним — радуйся, потому что ребенок — это праздник, который пока с тобой.

Человечество никогда не забудет и других варварских злодеяний, совершенных в период Холокоста и трагически унесших жизни более 6 миллионов безвинных жертв. Конечно, идеологами, организаторами и основными исполнителями Холокоста были немецкие фашисты. Но нельзя забывать и о том, что нередко их активными помощниками оказывались предатели и пособники из стран Восточной Европы, в т.ч. из Польши, Украины и России. Достаточно вспомнить о том, что многие из них прошли обучение в печально известной специальной школе СС в польском селе Травники (их так и называли «травники»), где давали подписку о «вступлении в германские отряды СС для защиты интересов Великой Германии» (заметим, не своих Отечеств, а Германии!). Из числа «травников», около 100 человек (в т.ч. «Иван Грозный» — Иван Демьянюк) зверствовали в Треблинке, где было уничтожено более 870 тысяч евреев.

Ежегодно во многих странах мира проводятся мероприятия, посвященные жизни Я.Корчака. Перечислим некоторые из них: выставка о Я.Корчаке «Тоска по лучшей жизни» в доме –музее А.Ахматовой в Санкт-Петербурге (2016), регулярное возложение цветов (с 2012 г.) в Киеве на фасаде дома, где во время Первой мировой войны располагалась польская гимназия для девочек и детский сад, в которых работал Корчак,и где ему установлена мемориальная доска, в дату трагической гибели Я.Корчака и его воспитанников в Израиле и некоторых других странах запускают воздушных змей, проводятся фестивали детей из кибуца «Эйн-Харод» и окресных поселений. В 2012 г. Посольства Польши в России провел конкурс изобразительного искусства «Мир короля Матиуша» среди детей и подростков. В конкурсе участвовали школьники из Москвы, Казани, Омска, Томска, Владивостока и других городов. 1-го октября 2016 года в Киеве впервые прошел праздник улицы Януша Корчака. С 2004 года в России ежегодно проводится конкурс «Педагогические инновации», лауреатам которого вручаются медали имени Януша Корчака.

Жизни и подвигу Януша Корчака посвящено множество кинофильмов, театральных постановок, литературных произведений. В их числе знаменитая поэма А.Галича «Кадиш», художественно-документальный фильм Анджея Вайды «Корчак», опера Адама Сильвермана «Сироты Корчака», кинофильи Семена Винокура (Израиль) и множество других произведений. В октябре 2016 г. в Варшаве прошел Международный фестиваль театров («Корчак»)для детей и молодежи. В честь Я.Корчака и его подвига во многих странах мира установлены памятники, мемориалы.

Print Friendly, PDF & Email

Один комментарий к “Илья Никберг: Памяти Януша Корчака

  1. В 1911 году Корчак организует на средства филантропов «Дом сирот», которым он руководил до самой своей трагической кончины в 1942 году. История об этой кончине полна легенд и мифов. Широко известна легенда о том, как Корчак вышел из стен варшавского гетто во главе колонны из 200 детей «Дома сирот» с флагами и барабанами и погрузился вместе с этой колонной в поезд, который шел в фашистский лагерь уничтожения евреев Треблинка. В этой легенде подчеркивается самопожертвование Корчака, решившегося разделить со всеми детьми «Дома сирот» их ужасную участь. Если все-таки принять эту легенду за факт, то мы должны вспомнить также и имена всех других воспитателей «Дома сирот», разделивших с Корчаком и детьми их трагическую судьбу: Вильчинская, Астерблаум, Гжиб, Липец-Якубовская, Лейзерович, Поз, Штокман, Сольницкая, Азрылевич, Бронятовская, Штернфальд и, возможно, другие. Легенда идет еще дальше и рассказывает, что немецкий офицер, восхищенный строгим строем воспитанников Корчака, отдал ему честь, что Корчак вывел детей якобы на экскурсию в деревню, что сам Корчак мог бы спастись. Участник польского антифашистского подполья Казимеж Дембицкий опровергает эти мифы: «Мы кое-что прослышали, но никто из нас так и не пробрался за каменные стены гетто, чтобы сказать Корчаку правду. Мы и сами не все еще понимали, что происходит. Ходили разные слухи, но никто точно ничего не знал. Только позднее стало известно, что в Треблинке – специальный лагерь, где убивают людей «с ходу». В Треблинке Корчак только умер. А подвигом было то, что он делал до Треблинки». Конечно, следует развеять и легенду о «благородстве» немецкого офицера. Несмотря на возможную разницу индивидуального поведения немцев, для них в целом была характерна предельная жестокость по отношению к евреям, в том числе и к еврейским детям. Читаем у исследователя творчества Я Корчака В. Кочного: «Как-то раз маленькая девочка пыталась проскользнуть мимо стражника, но тот резким криком остановил ее и щелкнул затвором винтовки. Девочка обняла его сапоги, умоляя пощадить ее. Солдат улыбнулся и сказал: «Ты не умрешь, я только отучу тебя обманывать». После этих слов он прострелил ей обе ножки». Польский ученый Людвиг Гиршфельд написал в своей «Истории одной жизни» о случае в Варшавском гетто: «Гитлеровец приказал мальчику идти вперед и прицелился. Ребенок обернулся, упал на колени и стал просить не стрелять в него. Солдат успокоил его, снова приказал идти вперед и убил ребенка выстрелом в спину на глазах у всех».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *