Александр Левинтов: Кто я такой?

 169 total views (from 2022/01/01),  1 views today

Мой знакомый как-то хвастался, что однажды на службе в Южной Корее он с сослуживцем всю ночь квасил пиво, и за ночь они высосали целый ящик пива — по литру на брата. Годы мои уже не те, но, помнится, по молодости в пивбаре мы выдували первые пять кружек залпом и только после этого заказывали закуску и начинали пить.

Кто я такой?

Александр Левинтов

Кто я такой, чтобы не пить?
М. Жванецкий

кто я такой, чтоб перейти на рюмки?
жизнь коротка — и выпить не успеешь;
кто есть готов, а кто — готовит сумки,
чтобы сидеть; жратвы полно, но нет закуски,
и ни хрена ни жнёшь, хотя немного сеешь

идёт борьба за общее здоровье — вот я попал!
как санаторий для больных чахоткой:
здесь не кабак, а городской вокзал
для некурящих, для тех, кто стар и мал,
и не знаком с обыкновенной водкой

а всё ж приятно от хмельной прогулки:
тут хватанул, там тяпнул, где-то — выпил
мои шаги пусть тяжелы, но гулки —
кусок колбасный и кусок от булки,
да горлышко чуть выпитой бутылки…

Пьянство по-американски

Протестантская этика

Американцы набожны. У нас набожность превратилась в атавизм 19 века и это понятие стало весьма низкочастотным. Мы, в отличие от американцев, религиозны, то есть верим в ритуалы, церемонии, обряды, иконы, посты, водосвятие и прочие чудеса, верим не столько Богу, сколько священнослужителям. Более интимным для нас является понятие воцерквлённости, включающее, помимо религиозности: общение с духовником и наставником, в общине, с монастырскими братиями и старцами. В американских домах, даже католических, нет ни икон, ни распятий, ни статуй, никаких вообще вещественных признаков веры, господствует протестантизм и прямое, без посредников и атрибутов, несимволическое, кажущееся нам наивным общение с Богом. Протестантская этика, описанная М. Вебером, также является доминирующей: человек должен работать не ради куска хлеба, как принято считать у нас, а по призванию человека.

Поэтому, когда человек теряет работу, он искренне переживает это как очевидное ему отворачивание Бога от него: Бог за что-то не полюбил его, но не покинул. Если же потеря работы и развод совпадает, то человек теряет уверенность в своём призвании и спасении. Он переживает это гораздо острее, чем мы: подумаешь, потерял работу, подумаешь, потерял жену — не первые и не последние.

А американец в такой ситуации машет на себя рукой, самоопределяется отрезанным ломтём и уверенно спивается, становится бездомным, опускается, теряет социальность. Чаще всего, это — окончательное и бесповоротное падение, так как человек остро переживает не то, что все кругом, включая Бога, плохи и неправы, как склонны по преимуществу, полагать мы, а что всё дело в нём самом, что он — лузер и неугоден Богу.

Как следствие, американские пьяницы и алкоголики вызывают скорее жалость и сочувствие, чем осуждение и омерзение.

Безлошадные

Конечно, про безнадёжно пьющих американцев, да к тому же еще сегодняшних, надо говорить “безмоторные”, но что-то в этом слове есть уж совсем горемычное и даже не русское какое-то.

Это только в начале кажется, что в Америке все давно околёсены и моторизованы, а ходят, бегают и катаются на велосипедах с жиру и для пущего экзерсайса, -— так они свой фан, по нашему кайф, иногда называют. Но есть здесь и подлинные изгои.

Близкое, но не очень пристальное знакомство с этим изысканным и редким слоем населения позволило выделить четыре основных типа американских безлошадных.

«Велосипедисты»

Это, можно сказать, аристократы среди американских пропойц. Может, у них и есть драйвер лайсенз и даже, может быть, у них где-то в кустах укрыта или на огороде зарыта машина, но ездят они исключительно на велосипедах. Это — веселое племя завсегдатаев пивных, баров, бильярдных, пиццерий и прочих забегаловок. Они знают, что за настоящим рулем действуют жесткие лимиты на дринки, а на велосипеде — хоть залейся.

Они и заливаются.

Со стороны кажется, что пьют они стаканами, пинтами и квартами, а на самом деле они хлещут пиво галлонами.

Американские пивососы отличаются от европейских: у тех загривки с крутой кирпич и габариты “ни в одни ворота”, американцы же больше похожи на курчавые телеграфные столбы с оборванными проводами.

Сидим мы как-то в такой кампании, сосём в честь Дня независимости.

— А в России есть День независимости?

— Да у нас весь год — сплошные дни независимости! По нечетным — географические, от разных стран, от Ботсваны, от Ватикана, а по четным — исторические: от татаро-монгольского ига, от Великой Римской Империи, от Поднебесной империи эпохи Чжоу, от Вавилонского царства, от египетских фараонов, а в високосные годы мы еще празднуем день независимости России от ее народа. Так все время и пьем.

— Вот это по-нашему, профессор Саша! Я всегда говорил — на русских надо равняться, а не на японцев, что нам с их маздами и тойотами теперь делать? — и они утирают жидкую будвайзерную пену по мордасам и мордоворотам.

«Луноходы»

А у этих пьянчужек, кажется, права и машины отсутствуют давно и напрочь. Такой Чарли пилит по любой погоде в единственном ему нужном направлении, преодолевая пространство механическим манером, как будто им управляют по радио с другой планеты.

Достигнув нужного места, они берут трясущимися руками свою заветную бурду, долго собираются с духом, бормочат себе под нос и уставившись в пустую стенку не то заговор от пьянства, не то молитву стакану. Закусывают они, если закусывают, аккуратными крошками.

Иногда луноход говорит вслух и не себе, он говорит разумные вещи и это производит жуткое впечатление — камень заговорил.

По “луноходам” можно сверять часы и определять географические координаты — они пунктуальней Иммануила Канта.

При этом они совершенно не запоминают лиц, имен, биографий, обстоятельств, вообще не имеют памяти, кроме названия своего напитка и его цены. Внутренний мир “лунохода” глубоко сокрыт от посторонних, в число которых входит и он сам.

«Двигатели»

Эти ребята толкают свои тележки, украденные в супермаркетах или рядом с ними. Одеты они самым причудливым образом, но вонь от них стоит точно такая же, как и от московских бомжиков — хоть святых выноси.

Вот толкает мой знакомый Майкл свою тележку, держа наперевес свой СD-плейер, не то краденый, не то найденный, тащится от последнего диска первого хэви-металл — к чему ему колеса? Он и так на них сидит.

Основное их занятие — рисайкл, переработка вторсырья. Америка изготовляет в основном мусор и делает это чрезвычайно производительно. Каждая помойка — клад для бомжей. Они выуживают оттуда стеклотару, по-нашему — хрусталь, металлы, пластик, явно пренебрегая бумагой и картоном, видимо, за это платят совсем гроши. А на всем остальном утильсырье вполне можно жить, приворовывая маленькие бутылочки спиртного все в тех же супермаркетах — даже если персонал и засечет воровство, никому в голову не придет обыскивать эти вонючие останки одежды.

“Двигатели” делятся на две категории: оптимисты и пессимисты. Оптимисты очень любят рассказывать мне истории своей жизни и приключения, про свое счастливое арканзасское, кентуккское, аризонское, словом, каждый раз новое детство, приглашают выпить и закусить, чем Бог «Сейфвэй» (самый сетевой универсам) послал. Пессимисты любят рассказывать о себе с еще большей охотой: о том, как злые люди выгнали их с работы из Чейз Манхеттен Банк, Майкрософт Ворд, Пентагона, Белого Дома, словом, каждый раз новой работы, но заканчивают всегда одинаково:

— И я люблю хорошо поесть, угостил бы.

Оптимизм первых строится на полной уверенности в том, что я к ним никогда не присуседюсь вечерять, не объем и не обопью их (и ведь верно!), а пессимизм вторых зиждется на убеждении (совершенно справедливом и обоснованном), что с меня вряд ли что получишь.

«Пассажиры»

“Пассажиры” нежны и ранимы, как бумажные пистолетные мишени. Эти сами не передвигаются, их перевозят — из суда в тюрьму или из тюрьмы в тюрьму. Не знаю, каким образом, но американский хайвэй патруль точно угадывает в потоке машин своего пассажира, останавливает его и пересаживает к себе. Там все хорошо, но ноги девать в полицейских машинах на пассажирских местах совершенно некуда, поэтому “пассажиры” — самые несчастные из безлошадных. Мне приходилось вызволять этих бедолаг из тюряг, непременно ночью — раньше их на поруки не выдают. После нескольких задержаний они переходят в разряд велосипедистов или луноходов.

Автомобилизация

У нас автомобилизация как массовое явление началась недавно — в конце прошлого тысячелетия. В Америке люди пересели в машины в 20-30-е годы. Автомобиль — в крови американца, и вся его жизнь, организация жизни связана с автомобилем. Если в крупном городе есть метро и другие виды общественного транспорта, то в одноэтажной Америке ничего такого нет и неважно, работаешь ты или безработен, без машин ты никуда. В Техасе человека по закону нельзя лишать автомобиля, потому что он, автомобиль. — средство не передвижения, а существования.

Отсюда и более или менее трезвый образ жизни, который интенсивно осваивается нами теперь.

Телевизор, спортивные передачи и экономная жена

Мы воспитаны на футболе, а там — 90 минут, ну, ещё пяток минут добавит судья, без права переписки. Хоккей и футбол тянутся дольше, а, главное, неопределённо долго, американский футбол и бейсбол — ещё дольше и неопределённей. Это имеет огромный алкогольный и коммерческий смысл. Прикованный к телевизору, американский болельщик по телефону заказывает пиццу, а жену посылает в ближайший универсам за пивом. Впрочем, она и без него всё отлично соображает и заранее покупает упаковку «будвайзера», непременно «будвайзера», потому что дешевле «будвайзера» и хуже «будвайзера» только лошадиная моча.

И этот испорченный вкус уже ничем не исправить: ни ирландским «гиннессом», ни баварским «францисканером», ни даже чешским «будвайзером» — всё это стоит на магазинных полках — на рынке господствует почти-пиво «будвайзер» (14% пивного рынка США) и его производные «мичелов» и т.п. пойло.

Спортивный образ жизни

Когда-то American dream описывался тремя словами:

— машина,
— дом,
— счёт в банке.

Теперь это не мечта, а обыкновенные будни. Теперь американец мечтает о долголетии: он регулярно ходит в фитнес-клуб, бегает, велосипедничает, просто ходит, не пьёт и не курит, ест только невкусное.

Это, конечно, сильно ударило по выпивке и алкоголизму, почти катастрофически. Особенно среди стариков, пытающихся за счёт интенсивного непития наверстать упущенное в молодости здоровье. В результате стариков становится всё больше, и это весьма плачевно сказывается на алкогольной коммерции: не то страшно, что пить скоро будет некому, а то страшно, что не пить будут практически все.

И тогда появится новая American dream — бессмертие.

Кавалерист

Алкогольная тема в Америке отходит в область мифов.

Мой знакомый кавалерист (этот род войск в Америке существует и похож на нашу мотопехоту) как-то хвастался мне, что однажды на службе в Южной Корее он со своим сослуживцем всю ночь квасил пиво, и за ночь они высосали целый ящик пива. По мере этих врак выяснилось, что речь идёт о стандартной упаковке из шести бутылок, каждая ёмкостью 330 граммов — по литру на брата: «А потом я всё утро молился в унитаз своему пивному богу».

Годы мои уже не те, но, помнится, по молодости в пивбаре мы выдували первые пять кружек залпом и только после этого заказывали закуску и начинали пить.

Print Friendly, PDF & Email

7 комментариев к «Александр Левинтов: Кто я такой?»

  1. Америка разная, живу в провинциальном городе. Машина для жителя, как пара обуви. Еду воскресным утром в Фитнес центр, проезжаю несколько местных церквей На просторных парковках стоит десяток машин, не больше. Подезжаю в свой Фитнес центр, на огромной парковке нет свбодного места ! Стою и жду когда кто-нибудь уедет. Сижу и думаю, что многие христиане СМЕНИЛИ ВЕРУ !

  2. В штате Колорадо (в горной части) есть популярная шутка: вы местный, если ваш велосипед стОит больше вашего автомобиля. Я бы, правда, дополнил это и наличием по-настоящему дорогих горных лыж, которые вы используете лет эдак с трех.
    Естественно, народ не пьет и не курит, а помимо лыж и велосипеда, самым популярным видом спорта является триатлон …

  3. А вот в России, согласно опросу ВИЦОМ, почти половина народу, в особенности молодежь, сейчас вообще не пьют. Чудеса! Может колются или сидят в И-нете?

  4. » Вот интересно, кто тут больше врёт ? »
    ————————————————————
    Уверяю Вас, уважаемая Ася, НЕ ВРУТ !
    В Германии, так это точно — любимый вид не только спорта, но и траспорта.
    Подтверждаю слова Льва : » культ велосипеда «!
    Все мои знакомые, включая меня, имеют велосипеды (и не по одному).
    Честно признаться, что все мы далеко НЕ юноши, но это только
    «подстёгивает» нас к езде на велосипеде (заботясь о здоровье).
    При этом, машины есть почти у каждого.
    Но, надо сказать сразу, что к этому занятию есть все условия.
    Вся Германия имеет огромную сеть ВЕЛОСИПЕДНЫХ дорог, выпускается
    «Атлас велосипедных дорог», с пощью которого можно проехать через всю Германию с юга на север и с запада на восток, НЕ ОПАСАЯСЬ мало приятной «встречи» с автомобилями.
    Более того, велосипедисту-путешественнику помогает ещё и навигатор, настроенный именно на велосипедные дороги.
    По этим дорогам расположены отели для велосипедистов (на ночлег и т.д.).
    В моём доме живёт типичная средняя немецкая семья.
    Он — техник по техоборудованию домов (58). Она — медсестра у зубного врача (56).
    Живут в своей 4-х комнатной квартире, одни. Дети выросли, разъехались…
    В семье (на двоих) : машина, «мерседес» разумеется, мотоцикл БМВ и …
    5 (!) велосипедов (2 дорожных, для путешествий, 1 МТБ и 2 легких спортивных).
    Всё это НЕ стоит ржавея — всё В ХОДУ.
    Это НЕ уникальная семья — таких семей в Германии не мало.
    Думаю, что в Дании, Голандии, Бельгии этим никого НЕ удивишь — это норма.

  5. Изложено легко и со вкусом. Спасибо, Александр. Добавлю к комменту Аси, что в Германии тоже культ велосипеда, к которому и я принадлежу. Недавно спросил у молодого парня, Давида, бразильского еврея, который недавно приехал и пока без машины: «Почему не ездишь на велосипеде?» » В Бразилии велосипед-признак бедности»

  6. Спасибо. Интересно и, кажется, правдиво, до конца этим вопросом не владею. Попутная ремарка, немного в сторону, но в то же время и по теме. Хорошо, что наши «велосипедисты» и «безлошадные» выглядят неприглядно и зависти не вызывают. А то недавно прочла про Данию — телячий восторг: все на велосипедах! Беременные — на велосипедах! В ветер и пургу — на велосипедах! Под зонтиком — на велосипедах! Детки в навесной корзине, мамаши — на велосипедах. Старушки — на велосипедах! Представляю, как они в глубине души их ненавидят, боятся упасть. Но принято считать что это великолепно и как хорошо для климата! Все завидуют. А властные структуры, которые фактически не справились с транспортной проблемой, уверяют это они сами так хотят! Поскольку Велосипед у датчанина в крови! Вот интересно, кто тут больше врет?

  7. «В американских домах, даже католических, нет ни икон, ни распятий, ни статуй, никаких вообще вещественных признаков веры,»
    Странные наблюдения. Практически в каждом католическом доме есть распятие, во всех есть Библия, а статуи Марии с младенцем, стоят во дворах каждого третьего дома в любом итальянском районе. Прогуляйтесь по Bensonhurst, Brooklyn.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *