Леонид Смиловицкий: По следам еврейских кладбищ Беларуси. Белыничи

 513 total views (from 2022/01/01),  6 views today

Еврейская история Белыничей закончилась и стала достоянием прошлого. Это произошло в результате нацистского геноцида в годы Холокоста и советской политики государственного антисемитизма после войны, скрытой, лицемерной и двуличной. В Белыничах нет краеведческого музея, а в школьном ничего не говорится.

По следам еврейских кладбищ Беларуси

Главы из будущей книги
Белыничи

Леонид Смиловицкий

Продолжение. Начало

 Леонид Смиловицкий Белыничи обещал показать Михаил Алексеевич Карпеченко, с которым меня познакомил мой близкий друг Александр Лазаревич Литин, неутомимый летописец истории Могилевского еврейства. Михаил Алексеевич — главный редактор газеты районной газеты «Зара над Друццю» — все свободное время посвящает изучению истории родного края. Карпеченко — автор книг “Галоўчын”. Краязнаўчы нарыс. Минск: “Пейто”, 2001 г. и “Вочы гісторыі”. Бялынічы, 2002 г.

В мае 2019 г. кладбище в Белыничах обследовала научная экспедиция Могилевской еврейской общины с участием историков, этнографов и лингвистов из Беларуси, Москвы, Санкт-Петербурга, Риги и Киева. По итогам этой работы был выпущен каталог иудейского кладбища «Дом вечности. Белыничи», составителями которого выступили Александр Литин и Ида Шендерович.[1]

Место в истории

Белы́ничи (бел. Бялы́нічы, идиш Belinitch, польск. Białynicze) — город в Могилевской области, центр одноименного района, на реке Друть, в 36 км от Могилева, 155 км от Минска, на автомобильной дороге «Минск-Могилев».

Типичная еврейская семья в Беларуси до 1917 г.

Белыничи, как деревня в Оршанском уезде Витебского воеводства Великого княжества Литовского, известны с середины XVI ст. В 1577 г. они принадлежали князю Стефану Збаражскому, который основал здесь замок и местечко. Потом местечко перешло к его дочери Барбаре, которая продала Белыничи своему отчиму, канцлеру ВКЛ Льву Сапеге. В октябре 1634 г. Белыничи получили магдебургское право. В ходе войны между русским царем и Речью Посполитой литовско-белорусские отряды под командованием Януша Радзивилла 6 октября 1654 г. разбили казаков под предводительством Константина Поклонского и Ивана Золотаренки, но потом Белыничи были заняты русскими войсками. На основании Андрусовского перемирия 1667 г. город возвратили Речи Посполитой. Белыничи называли еще «белорусской Ченстоховой», здесь был пансион для шляхетских девушек. За городом начинался заброшенный парк и руины дворца Огинских. Через Белыничи проходил торговый путь, который связывал центр Беларуси с Россией, в местечке действовал пропускной пункт, подвластный главной таможне в Могилеве.[2]

Л. Смиловицкий берет интервью у Михаила Алексеевича Карпеченко, главного редактора газеты «Зара над Друццю». Фото 11 августа А. Литина

После первого раздела Речи Посполитой в 1772 г. Белыничи вошли в состав Могилевского уезда одноименной губернии Российской империи. В 1785 г. в городе проживал 831 житель, было 108 дворов, работала мельница, проводились четыре ярмарки в году. Во время Отечественной войны 1812 г. Белыничи освобождали от французов партизаны Дениса Давыдова, который вспоминал, что местечко лежит на возвышенном берегу Друцы, имеющей течение своё с севера к югу. По дороге от Шклова представляется поле плоское и обширное. За местечком — один мост чрез Друцу, довольно длинный, потому что берега оной болотисты. За мостом, на пути к местечку Эсмонам, частые холмы, покрытые лесом; от Эсмонов до Березины лес почти беспрерывный…[3]

В 1823 г. в Белыничах проживало 556 жителей, а в 1827 г. — 1085 чел. В 1859 г. случился большой пожар, который уничтожил почти все городские постройки. В 1880 г. в местечке имелось три православные церкви, три еврейские молитвенные школы, больница, аптека, винокурня с паровой машиной, кирпичное предприятие, мельница, круподерка.

1880 г. — в местечке насчитывалось 895 жителей и 279 деревянных домов, три православные церкви, синагоги, больница, аптека, винокурня, кирпичный заводик, мельница. Жители Белыничей обрабатывали лен, пеньку, ткали полотно (белорусы), занимались кузнечным и портняжным ремеслом (евреи). По переписи 1897 г. в Белыничах проживало 2215 чел. После февральской революции 1917 г. в местечке был создан Совет рабочих и солдатских депутатов, а в ноябре 1917 г. установлена Советская власть. С конца февраля до ноября 1918 г. Белыничи были заняты войсками кайзеровской Германии. С 1 января 1919 г. — в БССР, в феврале 1919 г. Белыничи отошли к Российской Федерации, а в марте 1924 г. они были возвращены в БССР и превратились в районный центр. В 1929 г. в Белыничах были организованы первые колхозы: «Новая Соколовка», «Чырвоны барацьбiт», «Араты», начала работать метеорологическая станция, а потом и электрическая турбина, которая дала местечку электричество, начала выходить первая белыничская газета «Красные коллективист». В сентябре 1938 г. Белыничи получили статус городского посёлка. По переписи 1939 г., в городе проживало 3155 чел., из которых 2084 (66,1%) составляли белорусы, 781 (24,8%) — евреи, 201 (6,4%) — русские, 63 (2%) — поляки, 20 (0,6%) — украинцы.[4]

Еврейская община

Первое упоминание о евреях в Белыничах относится к началу XVII в., когда около 200 евреев поселились здесь в 1618 г. В 1703 г. они имели свою синагогу, где совершали молитву, учили Тору и обсуждали дела общины. В 1841 г. в Белыничах проживало 1064 еврея, в 1863 г. — 1386 еврея или 71,2% всех жителей, в 1897 г. — 1063 (48%), в 1908 г. — около 1200 евреев (54,7%).[5] В 1923 г. — 856 евреев, в 1926 г. — 816 евреев (33,6%), в 1939 г. — 781 еврей.[6]

Евреи занимались лесным промыслом, они были искусными сапожниками, портными, стекольщиками, кожевенниками, столярами. В анонимной «Записке о евреях, живущих в России», поданной в 1842 г. в Третье отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии,[7] говорилось, что евреи способны к тяжелым работам, промышляют плотничеством, кузнечным и кирпичным мастерством. Автор делал вывод о том, что каждое местечко представляет в этом отношении больше «удобств» (услуг — ЛС), чем многие из губернских городов тех мест, которые «не обитаемы евреями». (Іна Соркіна. Мястэчкі Беларусі ў канцы XVIII — першай палове XIX cт. Вiльня: ЕГУ, 2010 г., с. 149).

Еврейские ремесленники не были обременены жесткой регламентацией цехов, созданных городовым положением 1785 г. для охраны интересов ремесленного сословия и «приращения ремесленного искусства», куда их сознательно не включили. Х. Коробков отмечал, что между тем, как цехи падали под собственной тяжестью, подавленные лишней заботой об устранении конкуренции, последняя явилась в лице евреев. «Евреи со свойственной им прозорливостью и экономическим чутьем, весьма искусно угадывали причины, подавившие промышленную деятельность горожан, и успели отстранить их от себя. Они стали … заниматься промыслами, не подлежа ни цеховым стеснениям, ни тяжелым пошлинам, обременявших христиан».[8]

В 1841 г. в Белыничах евреи молились в пяти синагогах и молитвенных домах, а их дети посещали восемь хедеров. В 1844 г. в местечке действовали уже шесть синагог и молитвенных домов, 9 хедеров. В 1909 г. число синагог уменьшилось до четырех, из которых две были хасидскими, в т. ч. старосельских и любавичских. С 1900-х гг. до 1932 г. раввином в Белыничах служил Шлойме-Иегошуа Крумер (1872-?). В 1912 г. Белыничах действовало еврейское ссудо-сберегательное товарищество и благотворительные организации «Биккур холим», «Линот hа-цедек», «Рофе холим». В 1913 г. владельцем библиотеки был Самуил Беркович Кац.

Прокуратура Белыничского района в 1950-80-е гг., размещенная в бывшем еврейском доме. Фото Л. Смиловицкого 11 августа 2019 г.

В годы первой мировой войны в Белыничах проживало несколько сотен беженцев. В 1919 г., несмотря на все переживания и трудности, в Белыничах еще продолжала теплиться жизнь в пяти синагогах, в д. Головчин — двух, а в д. Эсьмоны — одной.[9] Погромы гражданской войны миновали Белыничский район не в последнюю очередь потому, что они стояли далеко от железной дороги.

В 1924 г. еврейские ремесленники в Белыничах вступили в три кооператива. Это облегчало получение сырья и исходных материалов, а потом организацию сбыта продукции. В 1925 г. 45 еврейских семей зарабатывали на жизнь с помощью сельского хозяйства, объединившись в «еврейские колхозы» за пределами местечка. Евреи старшего поколения продолжали соблюдать традицию и соблюдали субботу. Летом 1926 г. незарегистрированные хедеры в Белыничах были распущены. Вместо них открылась начальная школа на идиш, которая работала по советским учебным программам.[10] Белыничи, как и другие местечки бывшей Могилевской губернии, посещали магиды — странствующие проповедники. В 1927-1928 гг. в Самотевичах и Костюковичах побывало более 12 магидов, в Быхове — десять, в Кричеве девять, в Черикове — шесть, в Краснополье и Пропойске — четыре, а и Журавичах — один, Чаусах — пять, а в Белыничах — два.[11]

Еврейское кладбище

В Белыничах было два иудейских кладбища, старое и новое. Первое существовало с 1627 г. по 1909 г., и место его сегодня неизвестно. Второе или «новое» кладбище действует с 1909 г. до наших дней. Оно расположено на западе города в очень живописном месте, на вершине и склонах горы между переулком Китаева, улицами Кирова и Горького. Кладбище по периметру составляет 470 м. Оно огорожено металлическим забором, который с одной стороны сильно покосился и требует ремонта.

Уцелевшая часть старого еврейского кладбища является единственной общедоступной городской территорией, сохранившейся в нетронутом виде. Оно использовалось общинами нескольких местечек, находившихся в непосредственной близости, например, Головчин и Эсьмоны.

Макс Меирович Крол, бывший начальник уголовного розыска Белыничского районного отделения милиции. Фото Л. Смиловицкого 11 августа 2019 г.

На довоенной части кладбища сохранилось 58 надгробий, самое старое из которых датируется 1885 г. Западнее входа была расположена мужская часть, а восточнее — женская. Наиболее старый участок — в правом дальнем углу от входа. Надгробия там из гранита, но вокруг — обломки кирпича, бетона и керамики. На большей части надгробий указана только фамилия покойного, треть эпитафий фамилий не содержит, но встречаются и мацевы без надписи.

Один из памятников содержит текст эпитафии с двух сторон. Вероятно, там похоронены члены одной семьи. Среди дополнительных сведений, есть указания на пожилой возраст, происхождение из рода священников (коэн, левит) и насильственный характер смерти. В текстах эпитафий упоминаются соседние с Белыничами местечки Тетерин, Подевичи, и Койданово, что под Минском. Декоративных изображений немного — это традиционные шестиконечные звезды, семисвечники в виде меноры, изображения ветвей или ствола дерева, растительный орнамент.

В некоторых случаях эпитафия содержит дополнительные биографические сведения о покойном: его возрасте (ребенок, юноша, девица, старец), семейном положении (невеста, жена, муж, вдовец) или обстоятельствах смерти (умер в раннем возрасте, молод годами, короток днями, умер не своей смертью), профессии (доктор, инженер). На могилах детей, не достигших совершеннолетия, иногда писались только имя и дата смерти. Отмечалось также то, что человек умер в праздничный день: «умер в Суккот», «умер в Шаббат», «убит в канун Йом Кипура». Приведем только два примера.

На еврейском кладбище Белыничей. Фото Л. Смиловицкого 11 августа 2019 г.

На мацеве 1886 г. написано, что «на этом месте в год 5687 (1886 г.) в день второй после дня нашего прощения (имеется в виду Йом Киппур) был похоронен, и улетела душа Цви сына Арье Литвин обрести покой в связке жизни и останется там до конца дней».

На мацеве 1888 г. вначале идут четыре поэтические строчки, о том, что молодой человек из хорошей семьи был убит, и небо положило конец его жизни. И только потом следует основной текст эпитафии: «Святой (так называют всех евреев, убитых неевреями) Ицхак Яков Мациз сын Менахема Йосефа из Кайданова, убит в среду, 20 тевета 5688 г. (январь 1888г.). Его дух вернулся к Богу в чистоте. Да будет его душа навеки вплетена в венок жизни».

Гибель общины

Немцы пришли в Белыничи 9 июля 1941 г., спустя три недели после вторжения Германии в Советский Союз. За это время только немногие евреи успели эвакуироваться, оказались застигнутыми врасплох и 224 еврейских беженцев из Западной Белоруссии. Никто не представлял, что события буду разворачиваться так быстро и настолько плачевно, а официальная пропаганда скрывала действительное положение вещей. Только мужчины призывного возраста ушли в Красную Армию.

С 9 сентября 1941 г. до 29 июня 1944 г. город контролировала немецкая военная администрация (Ortskommandantur), была набрана полиция из местных жителей и проведена регистрация еврейского населения, дома которых были помечены. Евреи должны были нашить на одежду отличительные знаки в виде звезды Давида и беспрекословно выполнять немецкие приказы под страхом смерти.

В сентябре 1941 г. отряд Einsatzkommando-8 из 60 чел. под командованием Отто Брэдфиша, который прибыл в Белыничи из Могилева, провел первую акцию уничтожения. Они объявили сбор всего мужского еврейского населения по всему сельсовету под предлогом выбора старосты. Когда люди собрались (150 чел.), им сообщили, что отправят на постройку моста в урочище Неропля (5 км от Белыничей в сторону Могилева), куда их погнали под сильной охраной и расстреляли.

Александр Лазаревич Литин на еврейском кладбище в Белыничах. Фото Л. Смиловицкого 11 августа 2020 г.

Всех оставшихся евреев Белыничей вместе с семьями и евреев из соседних деревень (Шепелевичи, Эсьмон, Головчин и др.) переселили в гетто в прямоугольнике современных улиц Энгельса и Кирова. Гетто не было огорожено, но строго охранялось. Узники не могли покидать его без разрешения, а неевреи входить в гетто. Людей заставляли выполнять тяжелые физические работы, включая разминирование окрестных полей и дорог.

Трагедия произошла 12 декабря 1941 г. Отряд немецкой полиции безопасности и СД из Могилева (Einsatzkommando-8) из 60 чел. с помощью белорусских полицейских собрал оставшихся евреев гетто в одну колонну. Мария Константиновна Ковалева, 1926 г. р., воспоминала тот день: «Окружили гетто. Собаки на цепях, полицейские с винтовками, немцы на лошадях. Больных убивали на месте. Было пасмурно, мокро, холодно, моросил дождь. Крики, молитвы, плач, выстрелы. Гнали через лес, через деревню Слобода. Сил нет, все измученные, голодные, замерзшие, полицейский бил в спину плеткой».[12]

Евреям сказали, что их переселяют в д. Эсьмони в 12 км от Белыничей. На самом деле их повели в лес, в урочище «Мхи» в 2 км от Белыничей, где две большие ямы размером 40 м в длину, 30 м в ширину и 3 м в глубину уже были готовы. Место выбрали такое, что вокруг болото, один только вход через лесок. Обреченных, в основном женщин, детей и стариков, заставляли раздеться до нижнего белья и самим спускаться на дно котлована, где они должны были ложиться на землю вниз лицом. Потом раздавались выстрелы. После массового убийства немцы все ценные вещи отправили в Могилев, а оставшееся «добро» распределили среди полицейских. В период с апреля по июнь 1942 г. отряд Einsatzkommando-8 расстрелял еще несколько сотен евреев окрестных деревень в урочище «Салотопка», на еврейском кладбище и в лесу в урочище вблизи Белыничской МТС. По сведениям Комиссии содействия ЧГК СССР по Белыничскому району Могилевской области от 4 декабря 1944 г. всего было уничтожено более 1600 евреев.[13]

Праведники

Из всего еврейского населения Белыничей чудом остались живы только трое. Одним из них оказался 14-летний Емельян, сын кузнеца Семена Купермана. Во время облавы 12 декабря 1941 г. мальчик спрятался в подвале родительского дома, а потом бежал в соседнее местечко Тетерин Круглянского района (12 км от Белыничей). Там его задержал начальник местной полиции и отправил гетто в Круглое, откуда Емельян бежал и скитался от деревни к деревне, выдавая себя за беженца. Он встретил партизан бригады «Чекист», был принят в отряд и стал гордостью партизанской разведки.[14]

Цинклета Слесарева из д. Пуща, Белыничского района спасла Женю Эльмана из Круглого, за что в 1998 г. ее удостоили звания «праведник народов мира». Слесарева жила с нетрудоспособным мужем и двумя детьми в д. Пуще, когда осенью 1941 г. 16-летний Женя Эльман постучал им в дверь. Слесаревы прятали юношу в течение года. Когда в ноябре 1942 г., немцы его обнаружили, у Эльмана было удостоверение и официальный пропуск, как у всех жителей деревни. С этими документами Евгения угнали на принудительные работы в Германию, где он пережил войну.[15]

Память

После освобождения Беларуси и окончания войны в Белыничи вернулось не больше двух десятков семей. Это были люди, которые возвратились из эвакуации, партизанских отрядов, Красной Армии или приехавшие по распределению специалисты — Меерзоны, Зингеры, Куперштоки, Гуревичи, Кроли, Либерманы, Гринблаты, Масины, Миркины, Мороз, Френклахи, Эстеркины и некоторые другие. Это были уважаемые люди — врач, учитель, бухгалтер, заведующий горгазом, заведующий заготконторой потребкооперации, директор крахмального завода, наладчик швейных машин на комбинате бытового обслуживания, начальник уголовного розыска … Белорусы относились к ним с уважением, хотя можно было еще услышать слово «жид». Или такие откровения: «Ты хороший человек, хоть и еврей», «Ты наш, ты не еврей». Чтобы чувствовать себя на равных, евреям приходилось работать больше, а просить меньше. Но это всегда считалось в порядке вещей, хотя политика советского интернационализма это отрицала. Были евреи, которые старались вписаться в общую жизнь, быть, как все, а были такие, которые оставались самими собой. Старики-евреи продолжали собираться на миньян у Меира Иосифовича Кроля. Мацу пекли в доме Залмана Гуревича, отмечали субботу.

Но ассимиляция неотступно делала свое дело. Уже никто в Белыничах не помнит место синагоги или миквы. Еврейская застройка в городе сохранилась только частично. Это бывшие еврейские дома, которые ныне заняты государственным организациями или частными владельцами. В одном из таких домов почти полвека после окончания войны размещалась районная прокуратура.

Памятник жертвам Холокоста на еврейском кладбище в Белыничах. Фото Л. Смиловицкого 11 августа 2020 г.

Первое время после войны на месте массового расстрела ничего не было. В начале шестидесятых годов по инициативе заведующего коммунальным отделом райисполкома Белыничей Иосифа Исааковича Миркина была предпринята попытка перенести останки массового расстрела из урочища «Мхи» на еврейское кладбище в Белыничах. Но когда вскрыли захоронение, стало ясно, что неподготовленные люди самостоятельно с этим не справятся. Часть останков погибших перевезли на кладбище, но большая часть осталась на месте расстрела в Задруцкой Слободе. Место огородили, привели в порядок. На еврейское кладбище в Белыничах перенесли прах расстрелянных 70 мужчин в д. Красное. От государства помощи никакой ждать не приходилось, поэтому родственники погибших сами организовали сбор средств и заказали памятник. Надпись на обелиске на еврейском кладбище в Белыничах гласила:

Здесь покоятся 1200 жертв фашизма, женщины, старики
и дети, зверски расстрелянные 12 декабря 1941 г.

В 1965 г. на месте расстрелов евреев в урочище «Мхи» установлен обелиск. Надпись на нем гласит:

Здесь захоронено более 1500 мирных жителей
Белыничского района, расстрелянных фашистскими захватчиками
12 декабря 1941 г. Вечная память погибшим

Памятник на месте евреев Белыничей в урочище «Мхи» у д. Задруцкая Слобода. Фото Л. Смиловицкого 11 августа 2020 г.

После длительных хождений по инстанциям власти сделали ограду, а к 40-летию освобождения Белоруссии в 1983 г., там поставили государственный памятник. Ни слова о том, что это были евреи. Считалось, что и так понятно.

После войны вокруг памятника жертвам Холокоста возникло новое кладбище. Причем хоронили не только евреев, но и членов еврейских семей, православных и католиков, на надгробиях которых ставили кресты. Так появились могилы: Виктора Трусова, Софьи, Владимира и Михаила Волчеков.

Вывод

Еврейская история Белыничей закончилась и стала достоянием прошлого. Это произошло в результате нацистского геноцида в годы Холокоста и советской политики государственного антисемитизма после войны, скрытой, лицемерной и двуличной.

В Белыничах нет краеведческого музея, а в школьном музее ничего об этом не говорится, хотя при желании сведения о еврейской истории можно легко обнаружить в архивах и библиотеках. Живы еще люди, которые на собственном примере многое расскажут на заданную тему, какие испытания они пережили, какие уроки извлекли. Вопрос о том, насколько еврейская история является поучительной, останется открытым, пока в этом не возникнет потребность, а общая культура исторического знания об этом не заявит. Хочется верить, что новое поколение, которое вступает сегодня в жизнь, придет к необходимости открыть еврейскую историю своего города, без которой она не может считаться объективной.

Продолжение

___

[1] Дом вечности. Белыничи. 2019, Могилев, Каталог еврейского кладбища

[2] Słownik geograficzny Królestwa Polskiego i innych krajów słowiańskich. Warszawa, 1881, t. I, s. 199.

[3] Д.В. Давыдов. Дневник партизанский действий 1812 года. Москва 1941г., с. 95-99.

[4] В.В. Рыбакоў. Бялынічы // Помнікі гісторыі і культуры Беларусі. 1978 г., № 2, с. 20-21.

[5] Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона. СПб, 1910 г., т.5, с. 177.

[6] Mordechai Altshuler. Soviet Jewry on the Eve of the Holocaust. A Social and Demographic Profile. Jerusalem, 1998, p. 234.

[7] Высший орган политической полиции Российской империи в правление Николая I и Александра II с 1826 по 1880 гг.), занимался надзором за политически неблагонадёжными лицами и сыском.

[8] Mordechai Altshuler. Soviet Jewry on the Eve of the Holocaust. A Social and Demographic Profile. Jerusalem, 1998, p. 234.

[9] К.Г. Карпекин. Иудейские общины в Белорусской ССР. Январь 1919 г. — сентябрь 1939 г. Витебск, 2016 г., с.157, 158, 163.

[10] The Encyclopedia of Jewish Life Before and During the Holocaust. Shmuel Spektor (Ed). New York University Press, 2001. Vol. 1, p. 104.

[11] Государственный архив общественных объединений Могилевской обл., ф. 6577, оп.1. д. 271, лл. 138-151.

[12] Гибель местечек Могилевщины. Воспоминания и документы. Сост. И.М. Шендерович и А.Л. Литин. Могилев, 2005 г., с. 50.

[13] Государственный архив Могилевской области, ф. 306, оп. 1, д. 10, лл. 58-59.

[14] Из воспоминаний Олега Назаровича Плиндова // Берега (Минск), № 3, 2005 г., с.11.

[15] Праведники народов мира. Сост. И.П. Герасимова, Е.М. Кирильченко, М.А. Мовзон, А.Л. Шульман. Минск 2015 г., с. 85.

Print Friendly, PDF & Email

3 комментария к «Леонид Смиловицкий: По следам еврейских кладбищ Беларуси. Белыничи»

  1. Добавлю для порядка- Оскар Эстеркин взял во время войны псевдоним и писал под именем Оскар Курганов.

  2. Дорогой Леонид,
    С надеждой ждала, что Вы доберетесь до «моих» местечек. И вот наконец — Вы в Белыничи, где в 1916 году родился мой отец. В семье моего дедушки, Иремея Эстеркина, было шестеро детей — 5 сыновей и одна дочка. Человек он был довольно не бедный, в Белыничах у него была своя мельница и дом, по его словам, большой, красивый и на горе. После революции мельницы не стало, и где-то в году 23м -24м дом у дедушки купил (!)Сельсовет(?!). Как он мне говорил, «тогда еще покупали». Дедушка перевез семью в Ленинград и на деньги от проданного дома купил у своего Белынического приятеля по имени Сорока часть его квартиры на Кирочной, где и привелось жить не одному поколению нашей семьи.
    Вот как сложилась судьба дедушкиных детей, родившихся в Белыничи: самый старший сын Мотя, уехал учиться в Ленинград и работал по финансовой части в Генштабе. Я этого дядю помню очень смутно. В Бостоне живет его внук, и он единственный, кто сохранил нашу фамилию и передал ее дальше, остальные все шли девочки/внучки. Другой сын — Оскар Иремеевич Эстеркин (1907), тоже ушел рано из дома и стал в какой-то степени знаменитостью — он был во время войны корреспондентом Правды, написал много книг и сценариев, но слава к нему пришла как к соавтору сценария киноэпопеи «Освобождение», за это он даже получил Ленинскую премию. Дедушка им безумно гордился, а меня, особенно в последние его годы, связывала с дядей Оскаром замечательная дружба.
    Еще в Белыничах дедушка нанял учителя для своих троих средних детей- и это стало проклятьем семьи. Учитель оказался туберкулезным и заразил туберкулезом своих учеников: сын Илья умер там же, в 16 лет, сын Яков умер в 1946 году в Кремлевской больнице, попав туда как главный инженер Красного Треугольника, и дочка Мая (Мэриэм) умерла в эвакуации в 1943 году. Самый младший сын — Меер, или Майорчик, как его в семье звали, был еще слишком мал для учебы и рок больного учителя обошел его стороной, иначе не писала бы я сейчас это письмо. Папа мой защитил диплом в Ленинградском Институте Связи 23 июня 1941 года, после войны остался в армии и прослужил в войсках авиации военным инженером до 1971 года. Он проводил меня в иммиграцию в 1978 году, почти через 10 лет приехал ко мне в Америку и прожил с нами 16 счастливых лет.
    Родню с папиной стороны Холокост миновал. За дедушкой в Ленинград потянулись остальные родственники и к началу Войны в Белыничах никого из его родни осталось.
    Но если доберетесь до маминого местечка Круглое, которое не так уж от Белыничей далеко, там у меня будет другая история, намного трагичнее.
    Я Вам, Леонид, бесконечно благодарна за Ваш исключительно важный и невероятно сложный труд, за ту ниточку из прошлого, которую Вы протягиваете нам, потомкам Белорусских евреев.
    У меня есть несколько интересных фотографий из Белыничей, да вот нет там музея, оказывается, некому предложить. Но если кто-нибудь заинтересуется, пожалуйста, возьмите у Редактора мой адрес или дайте знать как в Вами связаться.

  3. леонид, наша соседка родилась в восточной польше, ее семья была депортирована в сибирь и в конце 50-х репатриировалась в израиль. ее сестры пытались разыскать свое родное местечко, но обнаружили, что все полностью разрушено, включая кладбище. эта территория отошла к белоруссии, названия местечка я, к сожалению, не запомнила, если удастся восстановить, сообщу вам отдельно.
    огромное спасибо за вашу работу.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *