Самуил Кур: Хроника одного эксперимента

 282 total views (from 2022/01/01),  1 views today

А поток идей не иссякает… Эксперимент вышел из-под контроля и стремительно превращается в повседневную жизнь. Толпы присоединившихся с энтузиазмом помогают “тюремщикам” ломать, сжигать и утверждать себя как высшая раса. Интересно, в каком штате планируют создать первое гетто для белых?

Хроника одного эксперимента

Самуил Кур

 Самуил Кур Миннеаполис. 25 мая 2020 года. Шоу.

Про то, что произошло в Миннеаполисе, знают все. От разрешенного полицейской инструкцией приема скончался при задержании нарушитель Джордж Флойд. Сработала цепочка случайностей. Сначала покупатель пытался расплатиться фальшивой банкнотой. Затем сопротивлялся полиции. Никто не знал, что он больной, да к тому же под наркотой. И в дополнение ко всему, он оказался черным. А вполне мог бы быть белым.

Но смерть есть смерть. Трагедия — для погибшего, для семьи, для друзей. Это слезы, скорбь, страдания, сожаления о том, что так нелепо и страшно всё сложилось. Траур, который обычно сопровождался молчанием. Однако тут же нашлись силы, превратившие трагедию в шоу. Которое совершенно откровенно выглядело заранее подготовленным — с лозунгами, лидерами с мегафонами, с ящиками камней, стоящими у тротуаров, с погромами, поджогами и так далее. Шоу, которое завершилось превращением закоренелого правонарушителя в святого и похоронами его в золотом гробу.

Но самым ударным моментом этого шоу стало коленопреклонение сотен и тысяч абсолютно невинных людей, не имевших никакого отношения к происшедшему. Почему? Почему отказ от этой акции приводил к увольнению с работы? Перед кем опустились на колени конгрессмены-демократы?

Попробуем понять.

Стенфорд. Август 1971-го. Эксперимент.

Он был проведен в Стенфордском университете, в Калифорнии, под руководством профессора психологии Филипа Зимбардо (Philip Zimbardo), и во всей литературе проходит как “Стенфордский тюремный эксперимент”. Профессор задумал социально-психологическое исследование — как будет воздействовать на человека власть. А в качестве “затравки” выбрал противостояние тюремщиков и заключенных. Говоря простым языком, Зимбардо решил понарошку сыграть в тюрьму.

То, как всё происходило в Стенфорде, я бы назвал ролевой игрой.

В университете был объявлен набор добровольцев для участия в двухнедельном “тюремном” эксперименте. За каждый день платили 15 долларов (95 по сегодняшнему курсу). Записалось около 70 студентов-парней. Провели тест и отобрали 24 человека, самых спокойных, с устойчивой психикой. Путем жеребьевки разделили их на две равные группы — тюремщики и заключенные (в каждой 9 основных, 3 запасных). Причем, отбор был абсолютно случайным — подбрасывали монету. Орел — в одну группу, решка — в другую.

В подвале корпуса психологии, длиной в 10,5 м, поставили две стенки, отгородив таким образом три “тюремные камеры” по 1,8–м на 2,7–м. В них стояли легкие кровати. И больше ничего.

Зато в отделении для охранников был комфорт, например, места для отдыха. Перед началом эксперимента их предупредили: никаких физических наказаний для заключенных. Для вида выдали им деревянные дубинки и одежду, схожую с той, в которую одеты тюремные надзиратели. А также — зеркальные солнцезащитные очки, чтобы избежать контакта глаза-в-глаза.

Заключенные же получили шапки-колготки, чтобы выглядеть бритыми наголо, и больничные халаты, на которые нашили каждому личный номер. На щиколотках закрепили цепочки. Обращались к ним только по номерам.

Начало операции разыграли классно. Местная полиция якобы “арестовала “на дому подозреваемых в “вооруженном ограблении”, доставила их в участок, где сняли отпечатки пальцев, обыскали, сделали фото, после чего препроводили в подвал.

В каждой камере сидело три человека. Выйти — только в туалет. Что касается охранников, то они работали посменно и были свободными людьми.

События развивались интересно. У одного заключенного уже через 35 часов крыша поехала, пришлось его срочно заменить. Камера № 1 устроила на второй день бунт — загородила кроватями вход и отказалась выполнять указания. Охрана применила огнетушители. И хотя поначалу она настроилась на политику кнута и пряника, тем не менее, чем дальше, тем действовала более жестко. Например, отбирали у провинившегося матрац, и тому приходилось спать на цементном полу. Или лишали камеру туалета и ставили им взамен ведро. А потом еще не давали его вылить. Таким образом, в “тюрьме” навели порядок. Однако ряд неприятных моментов, проявившихся в каждой группе, побудил Зимбардо уже после шести дней прекратить эксперимент.

Среди охранников около трети проявили садистские наклонности, чего первоначально от них никак нельзя было ожидать. Но, может быть, самое удивительное то, что заключенные покорились и настолько сжились со своей ролью, что она стала доминантой в их отношениях с тюремщиками. Они приняли условия игры всерьез.

Выводы из эксперимента: ситуация, в которую поставлены люди, подавляет их личностное своеобразие и определяет линию их поведения. Решающими являются власть и воля создавших ситуацию — авторитетов или соответствующих структур. У человека в этом случае возникает когнитивный диссонанс — психологический дискомфорт, разлад между тем, что чувствует и хочет он — и чего хотят от него. Естественно, люди ищут выход — как приспособиться, и, нередко — прогибаются.

На первый взгляд, в реальной жизни такие крайние, жестокие условия, как в эксперименте, почти не встречаются. Мы не в тюрьме и не в подвале. Но это на первый взгляд. На самом деле нужны лишь хорошо подготовленная почва и случай. И шаг к этому в нашей свободной, сверхдемократической стране был сделан. Что не сразу и не все заметили.

США. 2008 год. Барак Обама

В январе 2008 года в Сан-Франциско прилетела из Англии Татьяна, корреспондент Русской службы Би-Би-Си с заданием срочно подготовить выпуск для передачи “Глядя из Лондона”. Тема — кто станет следующим президентом США. В президентской гонке уже определились лидеры, в Демократической партии их было двое — Хиллари Клинтон и Барак Обама. Было ясно, что именно кто-то из них въедет в Белый Дом, республиканские кандидаты так высоко не котировались.

Татьяна обратилась в редакцию еженедельника “Кстати”, и ей нашли пять человек для обсуждения предложенной темы. Я был в их числе. Нас пригласили в одну из местных радиостудий, усадили за овальным столом, и ведущая объяснила, что мы должны делать.

— Передача рассчитана на 30 минут. После моего вступительного слова вы, по очереди, как сидите, высказываете свое мнение. Никаких обсуждений. У каждого 3 минуты, итого 15 минут. Затем я передаю слово эксперту, русскоязычному профессору Стенфордского университета для заключения (она представила мужчину). У него 15 минут. На этом мы закончим.

Включили микрофоны. Я в этой цепочке сидел последним. Четыре человека передо мной, как сговорившись, выдали один и тот же прогноз — выборы выиграет Хиллари Клинтон. Я такого единодушия не ожидал, и осторожно, но всё-таки настойчиво заявил, что победит Обама — для американцев важно выбрать именно черного президента. Вступивший в разговор вслед за мной профессор подготовил свою речь заранее, даже напечатал ее, и стал читать текст, не поднимая головы и не глядя на нас. Суть его экспертной оценки выглядела так: безусловно победит Хиллари. Но если она догадается взять в вице-президенты Обаму, это облегчит ей победу.

Я был разочарован и решил найти всё, что можно об Обаме, чтобы понять, правильно ли я оцениваю положение вещей. В американских СМИ уже набралось немало материалов, удалось заглянуть и в кенийские — благо, у них английский язык. В феврале-марте, за 8 месяцев до выборов, я опубликовал две статьи — первое знакомство с человеком, претендующим на высший пост в великой стране. Сразу замечу: многие сведения и факты, которые были обнародованы в печати тогда, то ли исчезли, то ли изменили свою окраску вскоре после того, как Обама занял президентское кресло.

Привожу несколько принципиальных замечаний из тех моих статей.

В книге “Dreams from my father” (“Мечты моего отца”), в 1995 году Барак Обама-младший (Барри) писал, что его отец потерял службу после борьбы с коррумпированными африканскими политиками, которые заняли место белых колонизаторов. На самом деле, биография отца выглядит совсем иначе.

Барак Хуссейн Обама-старший из мусульманской семьи. В 18 лет он женился на девушке по имени Кезия. А тут подвернулась оказия — американская стипендия по экономике. И он получил ее — с идеей, что вернется потом назад в Кению подготовленным национальным кадром. Итак, в 23 года Барак приезжает в университет в Гонолулу, оставив в родной деревне вторично беременную жену и их первенца-младенца. Видный молодой человек произвел большое впечатление на 18-летнюю белую первокурсницу Энн и, не теряя времени, он склонил ее к женитьбе. Барак-сын появился на свет в августе 1961-го.

Два года спустя Обама-старший, оставив жену и сына в Гонолулу, отбыл в Гарвард. Там он встретил юную американку по имени Рут и вернулся с ней на родину, где она стала его третьей женой и родила от него двух детей. Обаму-старшего приняли на работу на важную должность в министерстве финансов, он получил престижную машину и хорошую зарплату.

Вскоре Рут пришлось уйти от любвеобильного мужа — он напивался и жестоко избивал ее. Пьянство было главной страстью его жизни. Управляя в почти невменяемом состоянии машиной, он потерял обе ноги. Потом его выгнали с работы. Опустившийся, на железных протезах, он умудрился произвести на свет сына с еще одной женщиной и погиб в очередной автокатастрофе, когда Барри было 21. Таковы “мечты его отца”.

Теперь — о самом Обаме-младшем. Когда сыну исполнилось 6 лет, мать вышла замуж вторично. На сей раз ее избранником стал опять мусульманин, индонезиец Лоло Соеторо. Семья переезжает в Джакарту. Здесь Барри учился до пятого класса — по очереди, в мусульманской школе и в католической. После чего его отправили назад на Гавайи — к бабушке и дедушке по материнской линии. Благодаря своим белым родственникам, он получил прекрасное школьное образование. В то время он считал себя мусульманином.

Однако в двадцать с лишним лет он перешел в христианство, став примерным прихожанином церкви Trinity United Church of Christ в Чикаго. Отныне его духовным наставником, которого он очень уважал, был пастор Джеремайя Райт. Райт — черный, Обама называл его своим “моральным компасом” и заявлял, что гордится и пастором, и его церковью (New York Times).

Что ж, пастор Райт имел свои твердые взгляды, их он стремился внушить всем. Настоящий избранный народ — это черные, утверждал пастор. Причем духовные, нравственные ценности черных являются значительно более высокими, чем ценности и нравственные устои американского среднего класса. Значит, афроамериканцы должны изолировать себя от остального американского общества.

В марте 2008-го один из телеканалов показал видеозаписи проповедей Райта. Это было потрясающее зрелище. Благообразный пастор, извиваясь перед аудиторией, выкрикивал непотребные слова в адрес “белых угнетателей и убийц”, которые никогда не поймут черных и их борьбу. И зал, заполненный черной паствой, отзывался одобрительно-восторженным шумом и аплодисментами.

А в другой проповеди — исступленное лицо Райта и его вопль: “No-no-no, no — God Bless America. — God damn America!” “Нет-нет-нет, не — Бог, благослови Америку, а — Бог, прокляни Америку!” С экрана на нас обрушился заряд страшной ненависти, систематически вселяемой в души его последователей оголтелым черным расистом, готовым растоптать всех белых и ввергнуть их мир в пучину ада.

Когда Обаму спросили его мнение о показанных видео, он ответил, что ничего об этих проповедях не знал. И все сделали вид, что поверили…

В итоге, Обама стал президентом.

20 января 2009 года он официально вступил в должность. А уже 23 февраля отправил 900 млн долларов в Газу. Забегая вперед, в последние дни своего правления он послал 221 млн долларов палестинцам и самолет с наличными в Иран. А тогда, в 2009-м, на саммите G-20, низко-низко поклонился королю Саудовской Аравии Абдулле. 4 июня выступил в каирском университете с фундаментальной речью, в которой отметил огромную роль ислама в развитии цивилизации и заявил, что мусульмане внесли большой вклад в становление и расцвет американского государства.(?) И сейчас в США 7 млн мусульман (на самом деле, два с половиной млн). США и исламский мир должны дружить. Несколько раз подтверждал свои утверждения цитатами из Корана.

Это были красивые слова, но все привычно продолжали заниматься своими делами — кто нефтью, кто войной, кто террором.

А внутри страны ситуация заметно изменилась — теперь неблагожелательные, вплоть до преступных, действия со стороны афроамериканцев власти старались прикрыть и замять. Но самый существенный сдвиг произошел в другом: любого, сделавшего замечание черному человеку; любого, не согласного с его позицией — вне зависимости от сути дела — первым делом, объявляли расистом. Это был резкий поворот в моральном климате общества, косвенно закреплявший в сознании ряда нарушителей, что если они черные, то они правы. То есть, возникала ситуация, формирующая (по эксперименту) психологию “тюремщиков”. И самым страшным было то, что нашлось немало белых, с пеной у рта поддерживавших такой подход. То есть, у них, в свою очередь, формировалась психология “заключенных”. По сути, они играли и играют в поддавки. А чем обернутся эти игры, тогда никто еще не предполагал.

США. 2020 год. Барак Обама

Простившись с Белым Домом, он не ушел на заслуженный отдых. Он остался в столице, создав, по сути, закулисный штаб, координирующий все действия против нового президента. Цель — дестабилизировать обстановку, убрать Трампа и вернуть власть демократам. Использовали, казалось бы, всё и всех, включая Конгресс — не получилось.

И тогда, по всей видимости, вспомнили пастора Райта: черный бунт! Проблема, однако, заключалась в том, что в последние десятилетия повсюду, в том числе, при поступлении на работу или на учебу, черным просителям отдавалось предпочтение. Значит, надо найти что-нибудь сильнодействующее, скажем, убийство. Конечно, черные убивают своих же буквально пачками, особенно в Чикаго, но как раз это никого не волновало. Ждать пришлось недолго — 25 мая 2020 года случилось то, что нужно: белый полицейский против афроамериканца!

И абсолютно ничего не зная о Стенфордском эксперименте, организаторы запустили его копию — почти один к одному! Уже вводная — “Наших бьют!” — была ложной: по статистике, полиция чаще и больше убивает белых преступников, нежели черных. А дальше всё, как в Стенфорде — совершенно невинных людей обвинили в убийствах, истязаниях, рабстве черных и так далее. При этом обвинители осатанели и действовали крайне жесткими методами.

Итог мы знаем: множество белых, попавших под физическое или моральное давление, сломались, признались в преступлениях, которые они не совершали, и стали на колени. Это явилось кульминационным пунктом. Покорность невинных возбудила у обвинителей “комплекс тюремщиков” и веру в свою непогрешимость. А сдавшиеся, опережая друг друга, начали выслуживаться перед новыми хозяевами. Подставляя под удары тех, кто не поддался.

В Принстонском университете черные сотрудники потребовали строгой цензуры белых (насчет расизма, а под это можно подогнать всё, что угодно) и — создать комитет, контролирующий руководство вуза.

Начальники Black Lives Matter (BLM, Черные Жизни Важны) из Торонто заявили, что меланин, пигмент, который делает кожу черной, одновременно наделяет ее владельца высокими интеллектуальными и физическими качествами. Поэтому чернокожие во всех отношениях превосходят белых. (И — евреев, было добавлено.) Этот тезис уже подхватили — например, ведущий одного популярного американского телешоу.

Кстати, трех женщин, основавших BLM, упрекнули: ну вот, вы создали организацию, но у нее нет идеологии. На что они ответили: неправда, мы, все трое, воспитаны в марксистском духе.

В Сан-Франциско 15 июля мэрия проголосовала за то, чтобы полиция помогала BLM (которые уже отметились раньше погромами).

В Лос-Анджелесе учительский профсоюз заявил, что его члены не выйдут на работу до тех пор, пока город не перестанет финансировать полицию (то есть, разгонит ее) и пока не закроют все чартерные школы (частные, независимые).

Демократ-сенатор Чак Шумер предложил принять закон, по которому выделяется из бюджета 360 млрд долларов “для борьбы с системным расизмом”. Иными словами — в пользу черных. Где ему удалось найти “системный расизм”, не знает никто. Но выдать на эту авантюру треть триллиона, когда страна страдает от Covid-19, люди теряют работу, жилье, умирают от вируса или кончают жизнь самоубийством — это даже не кощунство, это преступление.

А поток идей не иссякает…

Эксперимент вышел из-под контроля и стремительно превращается в повседневную жизнь. Толпы присоединившихся с энтузиазмом помогают “тюремщикам” ломать, сжигать и утверждать себя как высшая раса.

Интересно, в каком штате планируют создать первое гетто для белых?

Print Friendly, PDF & Email

17 комментариев к «Самуил Кур: Хроника одного эксперимента»

  1. Кое-что по теме моей статьи, связанное с сегодняшней Белоруссией.
    Эхо Москвы, “Код доступа”, Юлия Латынина, 15 августа 2020 года. О страшных избиениях участников протестов ОМОНом Латынина пишет:
    “Еще раз обратите внимание, что многие сейчас говорят, что среди них есть идейные. Это, конечно, есть абсолютно идейные. Среди них есть «стэнфордский эксперимент» в чистом виде. Это люди, которым сказали издеваться и избивать, и они радостно делают то, что им сказали, делаются трусливыми палачами, оправдывая друг друга. Это члены банды, и банда может избивать только стаей. Заметим, что они нигде за это время не ходили поодиночке.”
    В Мастерской промелькнул комментарий, в котором его автор хвалит Лукашенко — поднял страну, люди прекрасно живут, а знакомые автора из США, побывавшие в белорусских домах отдыха и санаториях — просто в восторге! Комментарий этот написан до выборов и протестов, но делать вывод о стране по домам отдыха… Хочу напомнить автору и его знакомым: в 1930-х все, кто побывал в санаториях Германии, в том числе, из-за рубежа, были восхищены. Но даже при этом сравнении Гитлер уступает Лукашенко — батька УНИЧТОЖАЕТ СОБСТВЕННЫЙ НАРОД. Особенно жестоко — молодежь, его будущее. Он пришел к власти, оклеветав С. Шушкевича и установив в стране террор. Я хорошо помню, как в Беларуси люди “пропадали без вести”. Для тех, кто не знает, Латынина напоминает еще один эпизод.
    “Здесь, если можно отвлекусь. Я вернусь на 20 лет назад, в весну, осень 99-го года, когда были убиты конкуренты Лукашенко. Это экс-министр внутренних дел Белоруссии Юрий Захаренко, экс-глава Центризбиркома Виктор Гончар и бизнесмен Анатолий Красовский. Процитирую интервью Deutsche Welle человека, которого зовут Юрий Гаравский, который был одним из тех, кто 20 лет назад похитил и застрелил Захаренко, Гончара и Красовского. Он бежал сейчас из Белоруссии в Европу, там попросил политического убежища.”
    И дальше идет описание операции — как похищали и убивали по приказу Луки. Выступить против Луки было смертельно опасно. И сейчас те, кто ищут захваченных близких, боятся услышать “пропал без вести”. Увы, по всем канонам Стенфордского эксперимента были (и есть) каратели и прогнувшиеся, которые подыгрывают диктатору.
    Но сегодня вся Белоруссия поднялась против негодяя. Это моя родина, я знаю и люблю ее язык и ее людей. И верю: они победят!

  2. «… Где ему удалось найти “системный расизм”, не знает никто. …»
    ========
    Наверное вы незнакомы с современной левой идеологией «защиты левых от неприятных им речей» и левым определением системного расизма: любое действие или слово, которое неприятно левым и которое можно как-то связать с расами.

    Разногласия между умеренными демократами и демсоциалистами только в вопросе «что делать с неприятно говорящими: просто заставить их прекратить или по-возможности избить, финансово и карьерно уничтожить, покалечить и убить».

    Это идеология избалованных детей, только у стремящихся к власти взрослых.

  3. Stranger
    22 июля 2020 at 22:20 |
    “Благодаря вам, г-н Кур, прочитал The Lifespan of a Lie. Автор Блюм. Автор приводит многочисленные интервью, в том числе с автором \»Стeнфордского тюремного эксперимента\», оставляя мало сомнений в том, что опыт — постановка и игра и со стороны тюремщиков, и со стороны заключённых. “
    ===========================================
    Г-н Stranger, вы проявили интерес к теме, это уже очень хорошо. Но то, что вы сходу поверили человеку, опровергающему СТЭ (Стенфордский тюремный эксперимент) — это уже strange. Как любой эксперимент, проводимый в предлагаемых обстоятельствах со случайными участниками, СТЭ имеет свои плюсы и минусы. И, как всегда, находятся люди, не согласные с выводами, а потому желающие любой ценой доказать, что выполненная работа несостоятельна.
    Журналист Бен Блюм, о котором вы говорите — личность амбициозная. И он взялся за СТЭ, чтобы получить спустя 47 лет отрицательный для Зимбардо результат: участники лишь исполняли заранее оговоренные роли. На первый взгляд, он делал это убедительно — использовал архив, беседовал в 2018-м с теми, кто сидел в 1971-м в подвале. Были серьезные расхождения в ответах участников и профессора, и нестыковки с архивом. Объяснения Зимбардо журналист не хотел принимать. И его вывод: эксперимент — обман.
    Мой вывод: расследование Блюма — обман. Он видел то, что хотел видеть. Объясняю свою позицию.
    Об СТЭ почти сразу и чуть погодя появились статьи, телепередачи и шоу. Имена участников прозвучали публично. Блюм беседовал с теми, кто проявил садизм, с тем, у кого крыша поехала. Вопрос к аудитории: как вы думаете, что они сказали журналисту? Подтвердили, что у них всё это произошло на самом деле, или улыбнулись: “мы только играли роль”? Никто не захотел признаться, скажем, в садизме — все до одного заявили, что лишь играли. А Блюм принял это за истину.
    Да, игра была. Возможно, вы не заметили в моей статье фразу: “То, как всё происходило в Стенфорде, я бы назвал ролевой игрой”. Конечно, ролевая игра, и Зимбардо ее направлял. Но ведь, кроме инструкций, была самодеятельность, проявление чувств, и в процессе вживания в роль происходили у участников психологические изменения. Отрицать это бессмысленно — слишком большая разница была между их привычным образом жизни и тем, в котором они оказались. Кстати, я не написал, почему конкретно Зимбардо прервал после 6 дней СТЭ. Сделаю это сейчас: в подвале впервые появилась невеста профессора и увидела, в каком состоянии находятся участники. Это ее ошеломило, и она потребовала немедленно прекратить эксперимент. Профессор послушался…
    А ваши заявления, г-н Stranger, — что “студенты пошли в СТЭ, чтобы побыть актером или сделать приятное нанимателю” — абсолютно несерьезны.
    Если кого-то действительно интересует СТЭ, лучше всего прочитать книгу: Philip Zimbardo. The Lucifer Effect, Random House, 2007 (Эффект Люцифера, 550 стр). В книге описан 30-летний опыт автора по исследованию психологических и социальных факторов, которые ведут к аморальному поведению людей, казалось бы, безупречных в нравственном отношении. Среди других примеров, центральное место отведено СТЭ. Со второй по девятую главы, 250 страниц, занимает подробный дневник событий СТЭ — по дням и часам, включая диалоги.

  4. Благодаря вам, г-н Кур, прочитал The Lifespan of a Lie. Автор Блюм. Автор приводит многочисленные интервью, в том числе с автором \»Стeнфордского тюремного эксперимента\», оставляя мало сомнений в том, что опыт — постановка и игра и со стороны тюремщиков, и со стороны заключённых. Он и не мог быть иным — слишком очевиден соблазн побыть, например, хорошим актёром, или сделать приятное нанимателю. Кино люди видели, про тюремщиков и заключённых читывали — вот и знание, как по роли надо себя вести. Отношения к проблеме \»Что человека делает таким, каким он есть?\»- обстоятельства жизни (начальника включая), или нечто врождённое, имеет, как мне представляется, слабое.

  5. Дорогой Лев, спасибо за положительную оценку моей работы, Вы видите и понимаете проблемы, о которых я говорю. Что касается шахмат, то это не анекдот и не шутка. Привожу одну из информаций (есть они во многих изданиях): Chess is under fire for being “racist.”

    No, really. It’s a real ongoing discussion.

    An Australian Broadcasting Corporation (ABC) radio station has taken the view that chess is racist because the white pieces go first. ABC has even reached out to known chess players to comment on the matter.
    Шахматы под огнем за то, что они «расистские». Да, на самом деле. Это реально запущенная дискуссия. Австралийская радиокорпорация высказала мнение, что шахматы — расистская игра, потому что всегда белые ходят первыми.
    По этому поводу уже Каспаров высказался.

  6. Автор: «… У человека в этом случае возникает когнитивный диссонанс — психологический дискомфорт, разлад между тем, что чувствует и хочет он — и чего хотят от него. …»
    ===========
    У белых леволиберальных сторонников БЛМ (марксизм и чёрный расизм) наблюдается большой энтузиазм, а не когнитивный диссонанс.

    ИМХО: слишком уверенные в своей безопасности и благополучии люди потеряли ощущение осмысленной жизни. Чтобы его вернуть — они с энтузиазмом разрушают свой мир.

    1. Уважаемый Бенни, у Вас интересные замечания, дополняющие картину. Фокус в том, что (в духе эксперимента) солидная группа белых, из тех, кто мог бы попасть под погром, поспешила примкнуть к погромщикам. Либо они изначально были мысленно (или реально) с ними, либо приняли такое “конструктивное” решение, когда увидели, что дело пахнет жареным. То, что они с энтузиазмом участвуют в разрушительных акциях — понятно, примкнувшие всегда стараются доказать, что они больше католики, чем сам Папа. Это ярко проявляется в поступках и заявлениях коленопреклоненных. При этом они в упор не хотят видеть, что уничтожают наработанное человечеством за его долгую историю. Потому что одно дело, когда варвары губят Рим, и совершенно другое, когда варвары намерены стереть с лица Земли Соединенные Штаты Америки, или европейскую культуру.

      1. Уважаемый Самуил! Вы правы, я хотел именно дополнить ваши выводы:

        Факт в том, что поддержу погромов в СМИ и репрессий «cancel culture» создали не власти, не левые СМИ и даже не Антифа с БЛМ, а вот именно что энтузиазм критической массы обычных белых демократов.
        Из этого следует вывод: верна опция «солидная группа белых изначально были мысленно (или реально) с погромщиками».

        «Стенфордский тюремный эксперимент» тут конечно тоже подходит, но только частично.
        Этот эксперимент это о «баге» человеческой природы, который позволяет сделать монстров из довольно хороших людей (но неопытных и морально не подготовленных) при мягком внешнем давлении уважаемых ими людей.
        А тут критическая масса людей изначально мысленно ненавидела свою страну, свою историю и свою цивилизацию.

        С точки зрения психологии тут есть очевидный вывод: они нормальные в своей массе люди, которые в данной ситуации не могут удовлетворить как минимум одну из очень важных своих «высших потребностей».
        По-моему пониманию истории, эта та же самая проблема, которая уже много раз губила самые успешные цивилизации: слишком уверенные в своей безопасности и благополучии люди потеряли ощущение осмысленной жизни.

        С точки зрения политической стратегии вывод тут тоже очевиден: есть хороший шанс решить эту проблему при условии, что будущие президенты и Конгресс возьмут долгосрочный курс (нужно лет так 20~50) на создание условий, когда массы граждан бы на личном примере убедились, что им ОЧЕНЬ ВЫГОДНО стремится уменьшить свою зависимость от «доброхотов государства и корпораций» и полагаться на порядочность, трудолюбие, личную ответственность и прочие ценности иудео-христианской цивилизации — полагаться у себя, у своих близких и у уважаемых тобой людей.
        Для этого властям надо постепенно отменять «увеличивающие зависимость» гос. регуляции (бизнеса, образования, науки, полиции, прокуратуры и всего остального) и постепенно вводить «защищающие свободу и поощряющие личную ответственность» гос. регуляции.

  7. Было интересно узнать, что полвека назад вы в приятной компании в ямальской тундре обсуждали стэнфордский эксперимент. Здорово! Я рад, Григорий, что наши позиции во многом сходятся. Соль сейчас в том, что происходит крушение культуры. Только что: государственная радиокомпания Австралии ABC (Australian Broadcasting Corporation) вынесла на обсуждение вопрос: шахматы являются расистской игрой, потому что всегда первыми ходят белые. Надо ли изменить правила? И это — на полном серьезе! Разрушительный шквал проносится по странам и континентам. И не знаешь, какой фокус он выкинет. Я, к примеру, люблю халу. Белую. Что меня ждет в будущем? А что делать с белым экраном? А как насчет Белого Дома? В интересное время живем мы, товарищи!

    1. В интересное время живем мы, товарищи!
      ——————
      Не знаю, Самуил, тонкостей американской жизни и не берусь высказаться по сути, но статью прочёл с интересом. О тюремном эксперименте слышу впервые ( бытие, действительно, определяет сознание), проблему отношения разных рас в 21 веке Вы подняли актуальную, манера изложения импонирует. Спасибо. Кстати, неужели австралийские высказывания о шахматах не анекдот?

  8. Уважаемый господин Амусья, ваше первое мне замечание: “1. Вы пишете, что Б. Обама родился от гражданки США на Гаваях, т.е. он — -гражданин США по рождению. Однако Б. Гулько неоднократно писал, что его американская метрика поддельна. Как это совместить?”
    Очень просто. Я исходил из общепринятой версии — чтобы не уводить читателя в сторону от темы статьи. А Борис Гулько имеет все основания утверждать насчет подделки, поскольку на требование показать метрику власти долго не отвечали, а потом показали документ, который, по оценке некоторых специалистов, сфабрикован. Я могу добавить к этому пару фактов — из периода задолго до того, как Обаму выдвинули в президенты. Например: Fact: In 1990 Obama was elected the first black president of the Harvard Law Review, a student publication featuring analysis of important legal matters. The review’s student yearbook includes a biography of Obama, stating “born in Kenya, raised in Indonesia and Hawaii.”
    Fact: In 1991 Obama hired a literary agency, Acton & Dystel, to help promote sales of his upcoming book, “Dreams of My Father.” The agency published a promotional booklet listing its 90 client/authors, including Obama. His biography states “born in Kenya, raised in Indonesia and Hawaii.”
    Теперь по поводу вашего второго замечания. Частично на него уже ответил Михаил Поляк, спасибо ему. Добавлю — совершенно естественно, что руководитель, посадивший две группы интеллигентных молодых людей, каждую в свой закуток, должен был дать толчок эксперименту. Иначе они бы обсуждали последний фильм и ждали обеда. И Зимбардо подсказал паре “тюремщиков” линию поведения. А дальше уже покатилось. Кстати, резонанс от этого исследования был весьма серьезным, что видно из многих статей, связанных с этой темой.
    Что же касается “неспециалиста”, как вы меня изволили назвать, то я, конечно, не физик-атомщик, а просто человек, профессионально изучавший психологию, применявший ее и читавший лекции по некоторым ее аспектам.

  9. Дорогой Мирон! Я посмотрел статью в Вики, которую Вы цитируете. Действительно «тюремщики» играли роль «злого следователя» по заданию Зимбардо. Но ведь Самуил пишет не о синдроме тюремщика, а о синдроме жертвы, а их Зимбардо не заставлял «любить» садистов. У них очень быстро появился этот «стокгольмский синдром». То же происходит и с белыми демократами. Еще в 70-е годы стендист американской выставки в СССР говорил, что черные выходят из Гарварда и Йеля коммунистами, а из московского Ун-та Лумумбы — ярыми антикоммунистами. Т. е. нынешняя болезнь белой Америки возникла не сейчас, она застарелая, хроническая.

  10. Эксперимент 1971, научный или постановочный, но на «Голосе Америки» о нем рассказали. Мы горячо обсуждали его в трейлере посреди ямальской тундры. Экспертный колорит нашим дискуссиям придавал факт преобладания среди присутствующих бывших зеков.
    Выяснилась такая особенность: если в американской тюрьме (условной) первым проявил себя менталитет угнетенных (зеки) и они сразу всерьез начали выступать за свои права, то в советских тюрьмах (по свидетельству очевидцев) первыми проявились бы охранники.
    В принципе это понятно и нашими впитано на генном уровне – сидельцы свое место знают, вертухаи изначально при любом мало-мальском возвышении над толпой, в случаях 9 из 10 звереют. Ваши зеки с самого начала покипятились за свои права, но потом сдулись навсегда под напором реальных мер постепенно вошедших во вкус вертухаев.
    А теперь добавьте современную ситуацию: вертухаи (в данном случае сторонники BLM) подготовлены априори и заведены лозунгами о своих правах. А среди зеков (коленопреклоненных) новое в сравнении с 1971 поколение — snowflake generation, людей, рожденных после 1990 года, принадлежащих к среднему и выше классам, хорошо образованных, из далеких от криминала семей и т.д. Самые большие хороводы снежинок сейчас можно встретить в старших классах приличных школ и в университетских кампусах, хотя некоторые из этих созданий уже успели выпорхнуть в большой мир и наделать там немало шороху.
    Уязвимость снежинок перед отвратительной правдой жизни вводит их в еще более глубокую депрессию, возникшую со времени избрания Трампа, сексиста, гомофоба и расиста. Худших слов в словаре снежинок нет.
    На тему снежинок написано немало, скажу только, что не привычные ни к лишениям, ни к тяжелому труду, ни к грубому обращению, убежденные в собственной уникальности, эти часто вегетарианцы и даже веганы высоко себя ценят и обычно являются политкорректными левыми детоцентристами с феминистскими взглядами.
    Обама своих хорошо подготовил, а остальным американцам остается надеяться только на взрослых, простых ребят, сторонников «бревна с паклей».
    И еще, Самуил, частное наблюдение по разнице восприятий: за такой выговор израильского цензора у снежинок ноги подкашиваются, а нормальные люди просто посылают на… дальше зависит от воспитания и фантазии.

  11. 1. Вы пишете, что Б. Обама родился от гражданки США на Гаваях, т.е. он — -гражданин США по рождению. Однако Б. Гулько неоднократно писал, что его американская метрика поддельна. Как это совместить?
    2. Есть утверждения, что стэнфордский тюремный эксперимент — постановочный, и вовсе не научный: The guards knew what results the experiment was supposed to produce … far from reacting spontaneously to this pathogenic social environment, the guards were given clear instructions for how to create it … the experimenters intervened directly in the experiment, either to give precise instructions, to recall the purposes of the experiment, or to set a general direction … in order to get their full participation, Zimbardo intended to make the guards believe that they were his research assistants. Наверное, менять его статут неспециалисту едва ли стоит.

  12. Уважаемый Самуил!
    То, что произошло и происходит в самой могущественной стране мира, очень настораживает. Понятно, что движение BLM не возникло на пустом месте. Видимо, были и другие предпосылки, например, положительная дискриминация чёрных. Согласна с Вами относительно зловещей роли Обамы . Нам, израильтянам, тоже довелось ощутить его исламистские устремления. Спасибо Вам за интересный материал!

  13. Маятник, конечно, качнулся в одну из сторон, но он обязательно вернётся и качнётся в другую сторону. Опьянев от вседозволенности, различные меньшинства обязательно этого добьются — вопрос времени…

  14. Какой раз прошу не впутывать Израиль в ваши внутренние разборки.
    Перечисляете дела вашего Президента по отношению к Израилю, вспомните о подписании нового договора о помощи Израилю.
    А ещё вспомните о помиловании Поларда

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *