Владимир Янкелевич: Египет, война с Израилем и об иррациональных страхах

 373 total views (from 2022/01/01),  2 views today

Владимир Янкелевич

Египет, война с Израилем и об иррациональных страхах

Выбранные места из переписки с друзьями:

Янкелевич — Элиэзеру М. Рабиновичу

Жизнь в Египте стала хуже, он еще долго будет приходить в себя, но в военном отношении в таком состоянии он гораздо менее опасен.

Элиэзер М. Рабинович —  Янкелевичу

Не верю, что неопасен, верю наоборот.

Мне представляется, что вопрос о способности Египта вести войну с Израилем не является вопросом веры. Попробуем, насколько это возможно, разобраться в ситуации. Недавно полковник в отставке Марк Штейнберг опубликовал устрашающую статью на эту тему «УГРОЗА ВОЙНЫ (Из Египта)». Вот с нее и начнем.

Начинает он так: «Судя по всему, Израиль ждет в ближайшем будущем тяжелая региональная война с превосходящим по живой силе и технике врагом, жаждущим нашего уничтожения». Судя по всему? А что это за «все»?

Г-н Штейнберг приводит следующие аргументы:

  • не предусмотренное договором 1976 г. выдвижение крупных сил Египта в Синай
  • полный контроль над его сухопутными и морскими границами означает и увеличение возможности снабжать палестинских террористов оружием и боеприпасами.

Интересно, как смог разглядеть Г-н Штейнберг «Не предусмотренное договором 1976 г. выдвижение крупных сил Египта в Синай»? Я думаю, что он не считает современную армию чем-то вроде монгольской конницы, тот контингент, что египтяне ввели на Синай, естественно, требует внимания со стороны военной разведки, но строительство аэродромов, баз горючего для танков, инфраструктуры связи и наблюдения и пр. – этого нет, то есть, нет развертывания современной армии для войны. Есть полицейская операция силами армии на Синае, лучше бы без нее, но о подготовке к войне это не говорит. Об увеличении возможности поставок боеприпасов в Газу написано достаточно много, но это процесс естественный при ослаблении центральной власти. Делать из этого вывод о подготовке Египта к войне – очень большая натяжка.

Г-н Штейнберг, для подкрепления своих выводов пишет: «Этого в Израиле опасаются многие гражданские и военные деятели». Кого же он привлек в качестве эксперта? А вот кого: «В частности, видный парламентарий и аналитик профессор Юваль Штайниц, который на днях заявил: «Египет заинтересован в продолжении кровопролитного противостояния с Израилем»». Кто Вы, мистер Штайниц?

Юваль Штайниц — министр финансов Израиля, получил научную степень доктора философии в Тель-Авивском университете, автор нескольких книг по философии. Да, для г-на Штейнберга – он крупный военный авторитет.

Далее Г-н Штейнберг пишет, что «наличие египетских войск на Синае резко меняет военную ситуацию в регионе в пользу Каира, предоставляя его армии новые оперативные преимущества в случае вооруженного конфликта с Израилем». Это, как в анекдоте – «все так, но есть нюанс». В чем проблема ЦАХАЛа в Газе? Она в том, что бить нужно боевиков в густо населенном городе, где под удар попадают, в том числе, и жилые кварталы, а на Синае этой проблемы нет. Нет на Синае так же и ПРО, и ПВО, и станций РЭБ, в общем – есть где разгуляться ЦАХАЛу.

Г-н Штейнберг, основываясь на размере военной помощи, которую с 1976 года выделяют США Египту, делает вывод, что эта помощь позволила Каиру уже к началу 2010 г. превратить отсталую армию, оснащенную советским оружием, во вполне современные вооруженные силы.

На этом нужно остановиться отдельно. Армия Саудовской Аравии оснащена так же и из того же источника. Как г-н Штейнберг объяснит то, что и она и египетская армия регулярно были биты в Йемене, который таким оснащением похвастаться не может? Видимо он забыл, что воюет не танк или самолет, а человек в танке или самолете, а с этим у названных армий проблемы.

Как отнестись к таким данным г-на Штейнберга: «даже не объявляя мобилизации, Каир способен выставить армию, численностью 1 миллион 100 тысяч солдат и офицеров»? Оставим это читателям в качестве «домашнего задания».

А пока напомним, что оружие важнейшая, но не единственная составляющая боевых возможностей армии. Египетский солдат так и остался крестьянином, плохо адаптирующимся к сложной современной технике.

Нужно учитывать, что армия на Ближнем Востоке – это нечто большее, чем вооруженные силы, она активно участвует во всех процессах общественной жизни, вплоть до формирования власти, кроме того, высшие и средние офицеры участвуют и в коммерческой деятельности, что не повышает их мотивацию сложить голову под пулями. Однако правящим элитам всегда приходится учитывать возможность военного переворота. Поэтому власти, опираясь на армию, пытаются определенным образом ограничить ее влияние, тем самым ослабляя ее. Делается это в основном двумя путями: увеличением числа и усилением влияния спецслужб и созданием параллельных военных структур, конкурирующих между собой, чем создают противовес влиянию и авторитету военных.

Важно отметить, что и при наличии современных вооружений арабские армии не были эффективными в современную эпоху. К примеру: египетские регулярные силы проявили себя плохо против нерегулярных войск Йемена в 1960-х.; сирийцы смогли навязать свою волю в Ливане в течение середины 1970-х только лишь при помощи подавляющего вооружения и численности; иракцы оказались слабыми против иранских вооруженных сил, ослабленных революционной суматохой 1980-х и не смогли выиграть тридцатилетнюю войну против курдов. И, наконец, арабы проиграли все военные конфликты с Израилем.

В чем здесь дело? Есть множество факторов: экономические, идеологические, технические, но, возможно, самый важный — имеет отношение к культуре и определенным социальным признакам, которые не позволяют арабам создать эффективную военную машину.

Кеннет Поллак, директор Центра ближневосточных исследований Института Брукингса, отметил, что «определенные образцы поведения, созданные доминирующей арабской культурой, были самыми важными факторами, вносящими свой вклад в ограниченную военную эффективность арабских армий и воздушных сил». Эти признаки включали сверхцентрализацию, отсутствие инициативы, нехватку гибкости, манипуляцию информацией и подавление лидерства на уровне младших офицеров.

Это естественно, армии воюют так, как они были обучены. Все обусловлено привычками мирного времени.

Например, таким фактором является отношение к информации, как форме власти. Научившись выполнять некоторую сложную процедуру, арабский техник понимает, что он неоценим, но, как только он поделится знанием с другими, он больше не будет единственным, и его власть ослабнет. В военных терминах это означает очень низкую взаимозаменяемость, например, в команде танка, где стрелок, заряжающий и водитель могут быть опытны в свой области, но не готовы заменить товарища при несчастном случае.

Другим важным ослабляющим фактором является то, что размышление вне заданных рамок не поощряется; выполнение подобных действий публично может повредить карьере. Офицеры с инициативой и склонностью к самостоятельным действиям ставят под угрозу режим. Редко, когда офицер принимает критическое решение самостоятельно; он предпочитает безопасный путь, чтобы его воспринимали, как трудолюбивого, интеллектуального, лояльного и послушного. Обратить на себя внимание, как на новатора или склонного принимать решения — верный рецепт для неприятностей — «гвоздь, который торчит, забивают». Видимо поэтому арабские младшие офицеры хорошо обучаются техническим аспектам вооружения и тактике, но не лидерству, которое чрезвычайно важно в боевой обстановке. Поднять войска на окопавшегося противника может только офицер, выходящий вперёд, а это, как раз то, что не характерно для арабского офицера.

Корень уязвимости армии Египта лежит в системах управления больших воинских соединений. Дело в том, что руководители арабских стран очень осторожно смотрят на совместные действия разнородных сил армии. Объединённые учения в арабской армии — это обоюдоострый меч. Один край обращён к внешнему врагу и другой может быть направлен против власти. Наземные войска — одновременно и сила, обслуживающая режим и, в то же время, угроза. Ни один арабский правитель не позволит объединенным армейским операциям стать нормой. Мощный председатель объединенных сил по типу американского Объединённого комитета начальников штабов в арабской стране невообразим. И, как следствие, если регулярный иорданский пехотный батальон, почти столь же хорош, как и сопоставимое израильское подразделение, то координация, требуемая для объединения действий пехоты, артиллерии, авиации, просто отсутствует.

Изменения в арабских армиях вряд ли произойдут, пока это они не произойдут в арабской политической культуре. До этого времени арабские армии, безотносительно к храбрости или мастерству индивидуальных офицеров и солдат, не приобретут диапазон качеств, которые требуются современным армиям для успеха на полях сражений.

Но вернемся к г-ну Штейнбергу. Он пишет: «Что же касается численности личного состава, то египетская армия в мирное время в 6 раз превосходит ЦАХАЛ. И она сохранила боеспособность, несмотря на катаклизмы «арабской весны» прошлого года. Боеспособность для войны с Израилем». Как говорится – комментарии излишни – определить боеспособность численным составом армии и вооружений – это не было верно и, да простит меня Б. Тененбаум, во времена Наполеона.

Если миллионной египетской армии, вооруженной современным оружием, для войны с Израилем недостаточно, то что нужно? Как действует современная армия?

В эти дни 30 лет назад ЦАХАЛ продемонстрировал это urbi et orbi.

Напомним обстановку 30-летней давности. Кстати – в эти дни как раз 30-летний юбилей этих событий.

В конце 70-х гг. север Израиля стал объектом непрерывных террористических атак палестинцев. На территории Ливана, примыкающей к израильской границе, Ясир Арафат создал террористический район «Фатахлэнд», где были созданы огромные арсеналы оружия, сконцентрированы десятки тысяч террористов, велась подготовка бандформирований для действий на территории Израиля.

По данным немецкого журнала «Шпигель» полученного палестинцами русского оружия хватило бы на вооружение 500-тысячной армии. Израиль не собирался терпеть разгул палестинского террора. Последней каплей, переполнившей чашу терпения Израиля, стало покушение палестинских террористов на посла Израиля в Великобритании Шломо Аргова 3 июня 1982 года.

Но террористы – не армия, они не могли реально противостоять ЦАХАЛу. Единственная сила, способная оказать сопротивление – не палестинцы, а сирийская армия в долине Бекаа, разместившая там мощную военную группировку. Только танков там было сконцентрировано не менее 600. Эту группировку следовало нейтрализовать на месте и быстро.

Сирийцы были полностью оснащены современным советским оружием и направлялись тысячами русских «военных советников», во главе с генерал-полковником Г.Яшкиным, которому подчинялись заместители по ВВС — генерал-лейтенант В.Соколов, ПВО — генерал-лейтенант К. Бабенко, РЭБ – генерал-майор Ю.Ульченко. Тысячи русских офицеров находились на всех звеньях управления сирийскими войсками – от батарей и рот до министерства обороны Сирии.

Исходя из того, что воздушные бои с израильскими ВВС сирийцы всегда проигрывали, было принято решение сделать ставку на ПВО.

В Ливане в составе сирийских войск были четыре бригады ПВО, оснащённые ЗРК «Квадрат», С-75М «Волга» и С-125М «Печора». А с 9 на 10 июня 1982 года на территорию Ливана были дополнительно введены зенитно-ракетная бригада и три зенитно-артиллерийских полка. В долине Бекаа находилось 24 сирийских зенитно-ракетных дивизиона, развернутых плотным боевым порядком протяжённостью 30 км по фронту и 28 км в глубину. По свидетельству русских военных специалистов, такой плотной концентрации ракетных и артиллерийских сил ПВО не было нигде в мире. Вот на эти силы ПВО и была сделана ставка в предстоящей борьбе с Израилем.

Это были надежды, а практика оказалась такой: радары сирийцев были ослеплены и выведена из боя средствами радиоэлектронной борьбы ЦАХАЛа. Так началась операция израильской авиации «Арцав». После того, как сирийские наземные войска оказались без всякого прикрытия, они превратились в беззащитные мишени. Для израильских летчиков они были – как цели в тире.

За три дня боев, не потеряв ни одного самолета, израильские ВВС уничтожили около ста сирийских МиГов, полностью ликвидировали все ракетные установки и системы ПВО. Сирийская армия, единственная военная сила, способная оказать сопротивление ЦАХАЛу, практически не приняла участия в Первой ливанской войне, она была разгромлена.

Методы ведения воздушной войны, разработанные и успешно апробированные израильским командованием в долине Бекаа в 1982 году, во многом предопределила пути развития средств радиоэлектронной борьбы (РЭБ), применение беспилотных самолетов, военной авиации и систем ПВО в 21 веке.

Относительно сегодняшней египетской армии нужно отметить, что в области радиоэлектронной борьбы возможности ЦАХАЛа несопоставимо выше. Ослепить и оглушить египтян сложно, но возможно. А сопоставлять качества израильских летчиков и их египетских коллег просто не имеет смысла.

Несмотря на все вышесказанное, нельзя недооценивать ни силу арабских армий, ни вероятность военного конфликта.

А что г-н Штейнберг? Он пишет: «Руководители Израиля и руководство армии постоянно твердят об иранской угрозе, если у аятолл появится ядерное оружие. Но действительно нависшую угрозу в виде сотен тысяч ракет — таковой не считают. Странный инфантилизм!» и далее: «Полное отсутствие стратегического видения опасности согласованного ракетного удара — бич израильской оборонной концепции». Думаю, что теперь они все увидят – г-н Штейнберг открыл им глаза.

Правда «инфантильный» (по Штейнбергу) глава МИД Авигдор Либерман направил главе правительства официальное послание по поводу ситуации в Египте. В письме он извещает Нетаниягу, что события, происходящие в настоящее время на южной границе Израиля, вызывают у него гораздо более серьезные опасения, чем ядерная программа Ирана. Либерман обратился к премьеру с предложением восстановить расформированный после подписания мирного договора с Египтом Южный корпус ЦАХАЛа, направив к границе 3-4 дивизии.

Вместо заключения. Сегодняшняя армия и сегодняшняя война требует грамотных и инициативных солдат и офицеров, способных мыслить самостоятельно. Эти солдаты должны быть обеспечены не только оружием, но и должной разведывательной информацией, войска должны уметь действовать разнородными силами. Революционный порыв – это не аргумент в современной войне. Что бы не писал г-н Штейнберг, шансов у египетской армии в войне с Израилем нет.

июнь 2012

Print Friendly, PDF & Email

13 комментариев к «Владимир Янкелевич: Египет, война с Израилем и об иррациональных страхах»

  1. Уважаемые друзья!
    Насколько я понял, тут есть евреи, но не сионисты, для меня это совершенно разные понятия. Ещё Пророк Мухаммад заключал перемирие с еврейскими племенами, но была и битва при Хайбаре. На мой взгляд, проблемой арабских стран состоит не в том, что они просто не смогли вас «дожать» в Войне Рамадана, а в том, что их сегодня называют арабскими странами а не арабской страной, т.е. 22 страны свиду схожие, а внутри очень много противоречий, абсолютно никакого единства. Очень больно, что многие политики просто набирают очки за счет оккупированной Палестины но в нужный момент дают противоречивые рекомендации своим правительствам не помогать муджахидам в Газе, как это было с братьями мусульманами совершенно не давно. Арабам нужно:
    1) Объединится, сбросить все свои старые обиды.
    2) Выстроить мощную экономику, да так, чтобы даже Китай отстал.
    3) Начать собственные разработки по линии ВПК.
    4) Создать мощнейшую военную инфраструктуру на уровне НАТО.
    5) Ввиду неограниченности мобилизационных людских резервов в исламском мире, наладить с исламскими странами тесные контакты как на официальном, так и на подпольном уровне.
    6) Денонсировать Кемп Дэвидские соглашения, разместить на Синае мощную систему ПВО, но если учесть средства РЭБ противника, то для страховки строить оборонительный рубеж из рекрутов из других арабских стран, ветеранов Афганистана и Чечни а также действующих боевиков из этих стран, снабдить их современными переносными ПЗРК. Объявить Суэц зоной закрытой для судоходства израильских и американских судов. Разорвать дип.отношения с США и снять нефть с рынков для государств имеющих дип.отношения с США. Наладить дружеские отношения с Ираном, хотя бы в части подготовки федаинов. Начать оптовую закупку российского вооружения и полностью отказаться от американского оружия. Объявить зону Персидского залива закрытой к судоходству для американских военных кораблей, но до этого выстроить мощные ВМФ, лучше построить авианосец, чем покупать дорогие виллы и авто! Для предотвращения хакерских атак перейти на альтернативную компьютерную сеть. Объявить на уровне Организации Исламская Конференция и других влиятельных исламских богословских школ — борьба с Израилем, священный долг для каждого мусульманина и делать соответствующую инфраструктуру для приёма рекрутов из исламских стран. Уже сегодня необходимо снабжать ХАМАС современными ПЗРК и противотанковыми системами, с пехотой они как то поборятся, проблема танки и самолёты.
    Модератор: мы не стали отправлять этот комментарий в корзину, только исправили написание слова «Израиль» с маленькой буквы (это, надо полагать, посильный вклад господина Фархода в «священную борьбу» с «сионистами»); считаем полезным, чтобы наши читатели имели представление об уровне мышления наших «доброжелателей».

  2. Как всегда, разумно и хорошо написано. Есть, правда, у меня некоторые незначительные нюансы, не влияющие на стратегическую картину. Не знаю, были ли Вы в Египте. Трудно представить себе ненависть к Израилю во всех слоях египетского общества от Александрии до Абу Симбала — до границы с Суданом.

    1. Дорогой Ион, Вы совершенно правы, такой ненависти от края и до края быть не может, но ведь не это определяет ситуацию. Я уже и не помню источник, ноя читал, что когда в 17 году штурмовали Зимний, то другие (без ненависти) пили чай, ходили в театр и т.п. Не нашлось тех, кто «активистов» поставил бы на место, в итоге они умылись кровью, но это все потом.

  3. Несколько ремарок по поводу и без …

    Я перед Владимиром Янкелевичем в долгу.
    Пишет он много и занимательно, темы интересные и актуальные. Хочется все прочесть и отреагировать, но в изданиях Е.М. Берковича так много интересных публикаций, а возможностей для чтения их и тем более для стоящей реакции так мало, что приходится выбирать и отбирать.
    Да и порой собственная квалификация в том или ином вопросе настолько невысока, что лучше послушать и усвоить, чем разглагольствовать на заданную тему. Яркий пример тому — мое отношение к работам Б.Дынина или Онтарио, или Вл. Вайсберга, который даже высказывал мне свое разочарование по поводу отсутствия моей реакции на одну из его публикаций. Возможно, он и прав, ведь автор ждет обратной связи. Но с другой стороны, мне кажется, что так, читая и пытаясь осмыслить, не вступая в дискуссию, я проявляю больше уважения и такта к автору.
    Теперь вернемся к уважаемому Вл. Янкелевичу.
    Так получилось, что на этой неделе я прочел много материалов о специфике и особенностях постармейских назначений и отношений в Израиле. Я имею в виду, например, интересную публикацию Хаима Соколина в последних «Заметках» и для контраста, например строки из интервью Натали Портман (http://salat.zahav.ru/Articles/1851/portman_ya_ne_evreiskaya_prinsess).
    Мне показалось, что стоит осмыслить это явление и высказаться по его поводу. Ведь стаж жизни в Израиле уже позволяет делать некоторые обобщения и выводы. А отсутвие высоких армейских чинов, как например у М.Штейберга или у уважаемого Владимира Янкелевича, возможно и создают необходимую для объективного восприятия ситуацию.
    Именно пресловутые армейские связи, и как их следствие осведомленность и уверенность, сдержанность и самоцензура заставляют меня внимательно слушать израильских военных комментаторов.
    Ведь в Израиле это запросто: можно спросить у соседа, о каком либо министре и получить ответ, он был моим «магадом» (командиром батальона), с большим трудом окончил географический факультет университета, встретил его на той неделе, на свадьбе у дочери нашего сослуживца. Он теперь важная птица.
    В израильском правительстве сегодня среди бесчисленного числа министров есть немало генералов, только бывших начальников Генерального штаба – трое.
    Но что интересно, на ключевой пост министра финансов искушенный в политических играх, уловках и комбинациях Б. Натаниягу назначил Доктора философии Юваля Штайница (родственника гроссмейстера Штейница, между прочим).
    Время покажет, было ли такое назначение правильным, во всяком случае, уже сейчас создается впечатление, что Д-р Штайниц далеко не марионетка и проводит самостоятельную (в пределах своей компетенции) политику.
    Я обратился к личности министра т.к. и полковник Штейнберг и каперанг Янкелевич коснулись в своих работах его персоны.
    Я бы не удивился, если бы он получил в свое время назначение министром обороны(!). И здесь нет никакого места для иронии. Ведь, в Кнессете 15 созыва он вошел в Комиссию по обороне и внешней политике, а уже в Кнессетах 16 и 17 созывов возглавлял ее. Кроме того, он является сопредседателем израильско-американской межпарламентской комиссии. Уже ранние его научные работы касались вопросов обороны, его резкий переход из «Шолом ахшав» в «Ликуд» после ословских соглашений был не политическим трюком, а взвешенным, обоснованным решением осведомленного и мыслящего человека. Он, между прочим, является одним из активных сторонников увеличения мощи израильских ВМС.
    Так, что с критикой высказываний Юваля Штайница на темы

  4. «… возможность отмобилизовать 2-3 миллиона человек — не дает гарантии победы, а вот возможность окончательно угробить экономику своей страны — дает …»

    Владимир, дружеское предложение — давайте вдвоем последуем вашему же примеру непредвзятого разбора ситуации ? Без эмоций, строго на основе разбора возможной шахматной партии ? Так сказать, «не евреи/египтяне», а «белые/черные» ?

    Коли так, то с вашим положением номер один (см.выше) следует сразу же и без взяких споров соглашаться — да, в конвенциональной войне у Египта нет никаких шансов.

    Припомним, однако, ваше положение о новых типах войн, о всевозможных ассиметричных конфликтах, и так далее.

    Теперь давайте представим себе, что Египет стал гнездом исламистов и ведет себя так, как сейчас ведет себя Иран. У вас сразу будет невыносимая обстановка на границе с Синаем, потому что жить в периодически обстреливаемом Эйлате не получится — волей или неволей вам придется отодвинуть границу в Синай. До какого предела понадобится отодвинуть, мы не знаем — но в итоге опять получится «оккупированный Синай» и военная граница. Дальше на вас посыпется куча терактов и начнется интенсивная разработка египетской ядерной программы, ну и так далее — все как при Насере.

    Хизбалла, умноженная на сто — не смертельно, но очень неприятно 🙂

    1. Дорогой Борис, на невозможности регулярной войны с Египтом, как бы ни спорил уважаемый Элтэзер, у нас совпадение взглядов. Что остается — ассиметричные действия, описанные в войне 4 типа. Им можно противостоять? Конечно да. Консенсус в израильском обществе больше? Больше, не смотря ни на что, ни на какую глупость со стороны властей, дело, все же идет к большей консолидации, а это решающее условие в войне 4 типа.
      А вот оккупировать никого не нужно, это ничего хорошего не принесет. Мощный отрезвляющий удар, хватит его на 4-5 лет, и отлично, даже если реб Элиэзер назовет это проигранной войной.

  5. Уважаемый Игонт, спасибо за ссылку, правда там сведены все потери, а не бой по ликвидации группировки в долине Бекаа, но не важно. Мне хотелось бы знать Ваше мнение по существу статьи. Долина Бекаа приведена лишь, как иллюстрация того, что «размер имеет значение», но это не достаточно.

  6. Владимир, при всем моем к вам истинном уважении — все это очень запутанно. Я, собственно, что имею в виду ? Вот был 1967-ой — самая полная военная победа, какую только можно себе вообразить. Результат: Война на Истощение, которая началась почти немедленно, и шла где-то года три. А потом, через шесть лет после 1967 — Война Судного Дня, с большими потерями, которая была выиграна, но окончилась не так уж здорово.

    Результат — болезненное отступление с Синая и частично с Голан — мирный договор с Египтом. Не самый лучший, не победоносный — но мир, и более или менее относительный покой на южной границе, где с 1948 и по 1967 самое опасное место и было.

    Мир длился с Кэмп-Дэвида и по египетскую, будь она неладна, революцию — но формально длится и сейчас, и не факт, что совсем окончится.

    И получается, что военная победа и политическая победа совсем не обязaтельно совпадают.

    1. Борис, Вы пишете «военная победа и политическая победа совсем не обязaтельно совпадают». Это так, но статья была написана, чтобы оценить вероятность большой войны с Египтом, а на для оценки и переоценки итогов Ливанских войн. Война в Ливане упоминалась лишь для того, чтобы показать, что возможность отмобилизовать 2-3 миллиона человек — не дает гарантии победы, а вот возможность окончательно угробить экономику своей страны — дает. Помните: «Война в воздухе — это не бой самолета с самолетом, а бой систем ВВС».

  7. Ну, я действительно вижу себя уважаемым, коль написано СПЕЦИАЛЬНО! Вы понимаете, дорогой Владимир, Вы подходите к проблеме исключительно как военный человек, привыкший к тактическим решениям. А как быть с тем для меня несомненным фактом (многие не согласятся) проигрыша последней войны в Газе, остановленной из-за боязни жертв? С ракетами, которые продолжают летать, как будто той войны не было? С тем, что Египет может устроить любую провокацию, а израильские возможности ответа очень ограниченны дипломатически? Можно ли обратно оккупировать Газу и весь Синай и нужно ли это Израилю?

    Израильское правительство в полном параличе в отношении дипломатической инициативы, и я не верю (основываясь не на религии, а на своём видении фактов), что Израилю может легко даться военная победа.

    1. Дорогой Элиэзер, Вы пишете «А как быть с тем для меня несомненным фактом (многие не согласятся) проигрыша последней войны в Газе, остановленной из-за боязни жертв?»
      Видите ли, проигрыш в войне требует четкой формулировки, это нельзя оценивать эмоционально, только и исключительно профессионально. Я лично проигрыша не вижу, а вижу вот какую проблему — до того, чтобы добраться до верхушки Хамаса оставались несколько сотен метров. Проблема была в том, что никто не знал, что делать потом. В Газе не было силы, способной взять власть, а снова ввести там израильское военной правление не хотел (и правильно) никто. Зато сегодня Хамас организовал милицию, которая патрулирует границу с Израилем и отлавливает самозванных артиллеристов и ракетчиков. Это не значит, что Хамас стал белым и пушистым, но некоторое отрезвление есть.
      Вы пишете «С ракетами, которые продолжают летать, как будто той войны не было?» — это вы перегнули. Попробуйте просмотреть цифры перед операцией в Газе и сейчас.
      Вы пишете «Египет может устроить любую провокацию, а израильские возможности ответа очень ограниченны дипломатически?» — извините, дорогой Элиэзер, а это я не понял совершенно.
      Вы пишете «Израильское правительство в полном параличе в отношении дипломатической инициативы» — это просто не соответствует действительности, я писал на эту тему достаточно, последний альянс — это союз с Кипром и Грецией, я уж не говорю про Болгарию, Канаду и пр.
      Ну а насчет «я не верю, что Израилю может легко даться военная победа». — легких военных побед никто и не ждет, их не бывает.
      Дорогой Элиэзер, попробуйте пройтись по моему тексту и либо его принять, либо опровергнуть, либо, как говорят, «одно из двух».

  8. Дорогой Борис Маркович, вы совершенно верно пишете по поводу Египта, что «резко политизированное революционное государство найдет способ оказаться крайне неприятным соседом». Тут у нас, как говаривал Горбачев, консенсус. А вот способность Египта вести регулярную войну против Израиля — «это две большие разницы».
    Процитирую Грановского: «Важно отметить, что сражение в воздухе не сводится лишь к противостоянию самолётов. Это — борьба ВВС как систем. А тут Израиль превосходил Сирию во всех отношениях».
    Страна, как говорят, «в революционном горении» — это и есть слабая система. Пусть живут себе и обойдутся без большой крови, если смогут.

Обсуждение закрыто.