Ханох Дашевский: Недетская болезнь левизны в еврействе

 581 total views (from 2022/01/01),  3 views today

Оставившие свой народ ренегаты на нееврейском поле становятся закваской, вызывающей брожение, опасное для евреев. В родной среде проводят чужие идеи, подвергая угрозе национальное существование. Это было, и это есть. И только от нашей способности выучить уроки истории зависит, будет ли это продолжаться и дальше.

Недетская болезнь левизны в еврействе

Ханох Дашевский

Принято считать, что Великая французская революция положила начало еврейской эмансипации в Европе. Это верно, но пик явления пришёлся на XIX век. Революционные события позапрошлого столетия привели к тому, что раскрылись, хотя и со скрежетом, ржавые ворота европейских гетто, и евреи вышли на свободу под рукоплескания сочувствующих, ибо во многих странах Старого Света освободительные движения сопровождались противостоянием между сторонниками и противниками еврейского равноправия. Борьба шла с переменным успехом, но так или иначе к началу XX века евреи ведущих европейских стран имели основные гражданские права.

Для вчерашних детей зловонных переулков и сточных канав открывшиеся их взорам привольные луга стали искушением. Распахнутые настежь ворота заставили нарождающуюся еврейскую интеллигенцию испытывать неведомые ранее ощущения, хотя первое поколение эмансипированных ещё старалось сохранить живую связь с еврейской традицией. Среди них были популярны стихи выдающегося поэта Людвига-Августа Франкля, либерала и горячего сторонника эмансипации, австрийского патриота, не забывшего, однако, родные еврейские корни и воспевшего национальную символику:

Цвета эти — символ родимой земли,
Цвета эти — символ чудесный!

Цвет белый-то веры незыблемый блеск,
А цвет голубой — цвет небесный!
«Цвета Иудеи», пер. Дмитрия Минаева)

И если первое поколение, действуя в лучших традициях еврейского Просвещения, ещё пыталось балансировать между национальным и общечеловеческим, под последним подразумевая культуру титульной нации, то последователи и потомки зачастую старались сбросить обременительный еврейский груз. Революционная атмосфера XIX-начала XX века, сопровождавшаяся подъёмом национального самосознания многих европейских народов, побудила освободившихся от иудейских оков искать приют под чужой этнической крышей. На этом поприще большинство постигла жестокая неудача, ибо европейские националисты не желали иметь дело с евреями, и даже смена религии помогала нечасто. Кроме того, евреи оказывались между молотом и наковальней: поддержка немецкого, австрийского или венгерского национализма вызывала гнев славянских народов, а поддержка славян — серьёзное недовольство немцев, австрийцев и венгров. Для тех, кто ломился в нееврейское обшество, правая дверь была закрыта по определению. Оставались центр и левый фланг. Поэтому некоторая часть «прогрессивных» евреев нашла себе место среди либеральных демократов, а большинство — среди демократов социальных, провозглашавших, что нет «ни эллина, ни иудея», а есть всемирное братство трудящихся. Этот вариант был наиболее притягательным.

Многие из ранних социалистов (Фурье, Прудон) исповедовали устойчивый антисемитизм. Правда, Фурье полагал, что если евреи вернутся в Палестину, отношение к ним может измениться. У марксистов, пришедших на смену фурьеристам дела обстояли лучше. Хотя первый лидер германских социал-демократов Фердинанд Лассаль, сам еврей, испытывал, по его собственным словам, отвращение к единоплеменникам, пришедшие ему на смену немцы Вильгельм Либкнехт, Август Бебель, и, в отличие от своего друга Маркса, сам Фридрих Энгельс были к евреям вполне лояльны. Положение, которое сложилось в Социал-демократической партии Германии привлекало сынов Израиля, и вскоре немецкий социализм нельзя было представить себе без евреев, которые заняли в нём ведущие позиции. За 33 года (1881-1914) 43 еврея были избраны в рейхстаг от СДПГ, что значительно превысило еврейскую долю в общем населении страны. При этом евреи были наиболее пламенными интернационалистами. Они наконец-то нашли нишу, где спокойно, без сожалений и угрызений, могли снять традиционные одежды предков и примерить на себя европейский костюм. Всё это находило идеологическое обоснование и облекалось в красивые слова. Несмотря на то, что отрекаться от еврейства не требовалось, многие старались забыть о том, что они евреи, или хотя бы не упоминать об этом. Точно так же, как это происходило в Германии, евреи составляли значительный процент в социалистическом движении Австро-Венгрии, были заметны во Франции и Англии. В сознании европейского обывателя оба понятия: еврей и социалист начали сливаться.

Но дарованное евреям равноправие не отменяло антисемитизм, который из религиозного и экономического стал превращаться в расовый. Разразившееся во Франции дело Дрейфуса пошатнуло устои, на которых зиждилась уже построенная евреями в своём воображении новая действительность. И либералы и социалисты получили шок, но к исторической родине глаза устремили немногие. Среди них был благополучный, вполне эмансипированный журналист Теодор Герцль. Он сам видел бушующие толпы антидрейфусаров, а в Вене, где Герцль провёл студенческие годы, на муниципальных выборах победил антисемитский список, который возглавлял харизматичный Карл Люгер. Люгером восхищался не пропускавший ни одного собрания с его участием молодой Гитлер.

Герцль стал создателем и организатором сионистского движения. Для евреев наступил подходящий момент осознать всю тщетность голубых мечтаний и сплотиться вокруг национального знамени. Но этого не произошло. Для ассимилированных адвокатов, журналистов, писателей и врачей, вольно или невольно оказавшихся там, где их принимали — в европейском либеральном лагере, ничего не говорившая их душе заброшенная азиатская окраина была гораздо страшнее антисемитизма. А евреи — социал-демократы боролись за дело мирового пролетариата, разжигали революционный пожар и осуждали сионистов. Кроме того существовали анархисты. Они совершенно серьёзно полагали, что если разрушить капитализм, на смену ему немедленно придёт коммунизм. В этих кругах потомки праотца Яакова порою были настолько активны, что могло сложиться впечатление, будто среди идеологов анархизма только Михаил Бакунин и князь Кропоткин не были евреями.

Но наиболее значительная часть еврейского населения проживала не на западе, а на востоке европейского континента — в Российской империи. Евреи в этой стране находились в черте оседлости — гигантской резервации, где их собственная плотность накладывалась на и без того немалую плотность местного этнического большинства. Этот перенаселённый регион, где угнетение еврейского народа ощущалось с особой силой, и стал плодородной почвой, породившей огромное количество еврейских революционеров. Они делились на несколько категорий. Наиболее последовательными в отходе от еврейства были евреи — русские социал-демократы, как умеренные (меньшевики), так и радикальные (большевики). Ни тех, ни других не смущало, что их нееврейские соратники, следуя марксистским догмам, не считали евреев нацией и требовали безоговорочной ассимиляции. Немало евреев вступило в партию социалистов-революционеров (эсеров). Это была партия действия. Её боевая организация, в которой состояло 19 евреев, прославилась осуществлением террористических актов против царских вельмож и провокационной деятельностью своего командира Евно Азефа, сослужившего соратникам-единоплеменникам плохую службу. Эти левые евреи, от вооружённых увесистым томом «Капитала» теоретиков-меньшевиков до эсеров с бомбой в руке были одержимы стремлением к всеобщему счастью и далеки от еврейских сантиментов.

Если на Западе идеи сионизма разделяли отдельные национально ориентированные евреи, то на Востоке, в краю погромов и постоянных преследований, сионистская идея имела определённый успех. На еврейской улице существовало собственное социалистическое движение, но его раздирали противоречия. На одном фланге был Бунд — Всеобщий еврейский рабочий союз в Литве, Польше и России. Эта социал-демократическая партия, в целом разделяя марксистское учение, тем не менее противилась ассимиляции, постоянно вступая в конфликт с РСДРП. Таким же постоянным был конфликт с сионистами, вернее с сионистской социалистической партией Поалей Цион. Бундовцы считали сионизм заблуждением и верили, что грядущая революция осуществит национальные чаяния евреев-пролетариев в странах их проживания на основе национально-культурной автономии, а поалейционовцы видели будущее еврейского пролетариата в Стране Израиля. В остальном и те и другие оставались похожими друг на друга, как близнецы, но противостояние было серьёзным.

Именно российские евреи способствовали тому, что социализм прочно утвердился на сионистской почве, и теперь уже сионисты-социалисты играли сначала заметную, а затем и ведущую роль в жизни палестнского Ишува — ядра будущего еврейского государства. В 1920 г. возникла Партия рабочих Страны Израиля — МАПАЙ. Само название партии говорило о том, что в те годы никакая мысль о разделе даже отдалённо не возникала в мозгу идеологов социалистического сионизма, а создание арабского государства на земле, о которой евреи молились и мечтали две тысячи лет, могло присниться им лишь в кошмарном сне. Идея территориального компромисса первоначально зрела в другой интеллектуальной среде.

Разница между евреями-социалистами, в начале XX века вернувшимися на земли предков и закладывавшими фундамент еврейского государства, и теми, кто, вступив в ряды легальных западных и нелегальных русских социалистических партий променял наследство отцов на классовую солидарность, заключалась не в степени их левизны. Основные марксистские догмы разделяли все, но главное различие было в том, что одни изначально не верили в интернационализм, либо успели в нём разочароваться, а другим нужно было встать к расстрельной стене или попасть в лагерный барак, чтобы убедиться в крахе своих идеалов. Но рушились не только мечты интернационалистов. В Германии погиб целый мир, построенный на непоколебимой убеждённости в том, что страна Зигфридов и Брунгильд может стать настоящей родиной для говорящих по-немецки и приобщённых к немецкой культуре евреев. Приход нацистов разрушил иллюзию, а Хрустальная ночь показала, что любимый Vaterland превратился в смертельную ловушку. Среди бежавших из Германии интеллектуалов еврейского происхождения большинство разделяло левые взгляды. Часть из них оказалась в подмандатной Палестине, где некоторые включились в работу по выхолащиванию сионистской идеи и защите арабских интересов. Здесь они нашли единомышленников, и происходило это в те годы, когда над еврейским народом нависла угроза тотального уничтожения.

Ещё в 1925 году группа видных либералов и пацифистов Ишува создала общество Союз мира (Брит Шалом). Официальной целью общества провозглашалось стремление к арабо-еврейскому сотрудничеству и взаимопониманию. Брит Шалом соглашался с идеей двунационального государства, косвенно, а то и прямо признавая невозможность и этическую несостоятельность сионистского проекта. Это был Шалом Ахшав того времени. Бацилла разложения даже в те далёкие дни начинала свой путь в ещё чистую от миазмов самоненавистничества и самобичевания атмосферу будущего Израиля оттуда, откуда она действовала и в последующие годы: из еврейского интеллектуального ядра. По странному совпадению, а может быть и нет, создатели Брит Шалом в большинстве своём были выходцами из Германии и Австрии. У истоков организации стояли такие деятели как Гершом Шолем, Мартин Бубер, Шмуэль Хуго Бергман, Иегуда Эрнст Симон, Ганс Коэн и другие. Их, недавних репатриантов, никак нельзя было упрекнуть в забвении еврейства, но усвоенное в университетах искажённое видение, заставлявшее европейского интеллигента испытывать чувство вины перед пролетарием, перенесённое на почву исторической родины и применённое к арабам, способствовало тому, что некоторые интеллектуалы в сионизме пытались пересмотреть сионистскую идею и отказаться от неё уже тогда, когда возрождение еврейской страны только начиналось.

Сторонников у Брит Шалом было немного, и только это обстоятельство, помимо идеологических совпадений, роднит её с нынешними израильскими левыми. В отличие от сегодняшних реалий у тогдашних левых радикалов не было ни ангажированных средств информации, ни влиятельного присутствия в важнейших структурах, что позволяло бы тормозить неугодные процессы. Это привело к тому, что деятельность Союза мира натолкнулась на резкое осуждение большей части еврейского Ишува, в том числе тех, кто соглашался на компромисс, но не готов был отказаться от сионизма. По мере нарастания арабо-еврейского противостояния Брит Шалом рисковал превратиться в изгоя, тем более, что несмотря на отчаянные попытки не удалось найти ни одного араба, готового к сотрудничеству. Либералы из Брит Шалом так и не поняли, что арабам нужны не соглашения, а полное отсутствие евреев в стране. В 1933 году общество пришлось распустить, но идея близкого мира за счёт обкорнанного сионизма продолжала волновать бывших сторонников несостоявшегося диалога. На развалинах Брит Шалом была создана другая организация — Ихуд, пытавшаяся продолжить неудачное начинание предшественников.

И всё-таки почему именно европейцы-интеллектуалы первыми заговорили о том, как нехорошо претендовать на страну, где уже находится другой народ? Они словно не видели очевидного факта, что этот народ — осколок арабской нации, и никаких особых отличий у него нет. Ни оригинального языка, ни самобытной культуры, ни отдельной национальной истории — всё это у так называемых палестинцев является общим с другими арабами, поскольку большинство из них прибыли из разных арабских стран. Попытка привязать их к филистимлянам, на заре истории враждовавшим с древним Израилем, может вызвать только смех. Учёные и по сей день не знают толком, куда отнести филистимлян. От них не осталось ничего, кроме нескольких названий городов: Ашдод, Ашкелон, Газа, Гат, и это явно не арабские названия. Само наименование «филистимляне» происходит от ивритского слова «плиша» (проникновение, вторжение). «Плиштим», вторгнувшиеся — так их называли евреи, и никто не знает, как они называли себя на своём языке. В Книге пророка Амоса говорится о «филистимлянах, пришедших с Кафтора». Кафтором в те времена называли Крит. Исход филистимлян мог быть вызван геологической катастрофой на острове Санторини в Эгейском море, произошедшей, предположительно, в 15-м веке до н.э., когда гигантские волны накрыли Крит, где существовала догреческая минойская цивилизация, ни к древним арабам, ни к нынешним никакого отношения не имевшая. Так неужели получившие образование в европейских университетах евреи об этом не знали? А современные израильские левые? Во время морского путешествия на остров Санторини некий известный профессор-израильтянин совершенно серьёзно убеждал туристов, что филистимляне — предки арабов — палестинцев. Но ни одного серьёзного аргумента привести не мог. И в самом деле — откуда им взяться? Артефакты? Где они? В Стране Израиля находят только еврейские артефакты, иногда — периода римского, либо византийского господства. Либо ханаанейского периода, но и с древним Ханааном у тех, кто претендует на «палестинцев» нет никакой связи. Сами же т. н. палестинцы утверждают, что живут здесь 5000 лет. За этот свой миф они готовы сражаться. А евреи? Готовы сражаться за истину?

«Истина одна, и нету двух» — писал выдающийся израильский поэт Ури Цви Гринберг. В молодости он тоже придерживался левых взглядов. Совершив в 1923 году алию, стал певцом социалистического сионизма, постоянным автором профсоюзной газеты «Давар», пока не разочаровался в товарищах, не сумевших дать достойный отпор арабским погромщикам. Потому что истина одна, и нету двух: или ползучая экспансия вчерашних обитателей гетто с поклонами в сторону сынов Востока, презирающих подобное поведение и усматривающих в нём признак слабости, или:

Дышу я по-прежнему воздухом царского края,
и верю — как будто иду за Моше по пятам,

что мы перейдём Иордан, и к Евфрату дойдём от Синая,
и силы умножим свои, ибо было предсказано нам,

что нас не поглотят враги в этом граде, где Господа Дом —
придёт День Господень, и мы по вершинам пройдём:

Скрижали Завета у сердца, наполнена мощью десница,
кружат в поднебесье орлы, осеняют познанием лица:

знамение мудрости это — из омута разум родится.
(Ури Цви Гринберг, пер. автора статьи)

Именно первый вариант выбрали западные носители леволиберальной идеологии, судившие об арабах по себе и ожидавшие, что вкусив блага прогресса, принесённого евреями, арабы раскроют объятия. Более трезво вели себя восточноевропейские евреи, представители первого поколения социалистов-мапайников, выходцев из «черты оседлости», не забывшие царский гнёт и погромы. Бен Гурион мечтал о том дне, когда евреи вернут себе Хевронское нагорье. Голда Меир заявляла: «Я не знаю такого народа «палестинцы». Палестинка — это я». И была совершенно права, ибо настоящий коренной народ Страны Израиля — евреи, у которых римляне украли родину, назвав её Палестиной по имени давно исчезнувшего полумифического народа, чтобы истребить даже память об иудеях и Иудее. Те, кто поддерживает нынешних «палестинцев», хотят того же.

Евреи левого толка, которые продвигались к социализму через сионизм, были пасынками социалистического движения. Их социализм был национальным. На международном уровне тон задавали евреи-интернационалисты. Особенно сильно звучали их голоса на левом фланге социал-демократии, откуда начинали свой путь коммунисты. В Европе эти евреи были проводниками большевизма, устанавливали советскую власть в Баварии и Венгрии, заодно пытаясь сделать это и в других странах. Их численность не была значительной — значительным было вмешательство в чужую историю, в создание, таким образом, питательной среды, в известной мере подготовившей Холокост. Но если говорить о революционной роли евреев, то наиболее впечатляющим был еврейский вклад в русскую революцию. За него расплачивались не имевшие никакого к этому отношения еврейские обыватели, и, поднимая их на штыки, погромщики разных оттенков приговаривали: «Это вам за Троцкого!». В СССР большинство интернациональных евреев было расстреляно на полигонах и в тюрьмах, погибло на этапах, устлало телами заснеженные просторы ГУЛАГ (а). В Европе большая часть исчезла в дыму Катастрофы. Научило ли это хоть чему-то сегодняшних левых евреев? Вопрос риторический. В Европе левое еврейство потерпело поражение. В наши дни эстафета находится у «прогрессивных» евреев США, и все признаки ожидающей их трагедии налицо.

Оставившие свой народ ренегаты на нееврейском поле становятся закваской, вызывающей брожение, опасное для евреев. В родной среде проводят чужие идеи, подвергая угрозе национальное существование. Это справедливо для социалистов и либералов. Это было, и это есть. И только от нашей способности выучить уроки истории зависит, будет ли это продолжаться и дальше.

Print Friendly, PDF & Email

30 комментариев к «Ханох Дашевский: Недетская болезнь левизны в еврействе»

  1. Вы всё так правильно заметили,
    И выстрелили, как наметили,
    И опозорили! С.Л.
    Вы помогли! Я поумнел!
    И чтобы не болеть простатою
    Грамматику себе сосватаю!

  2. Мы часто слышали выражение: «История ничему вас не научила!» и воспринимаем его со скепсисом! История помогла нам выделить из всего многообразия элементов прошлого времени основные, которые определи результат исторических изменений в обществе. Именно этим, как учебник жизни, и важна история. История не повторяется, потому что новое время даёт новые возможности, а новые люди, впитав в себя новые навыки и знания, находят новые решения для старых или похожих на старые проблем. В этом смысле статья Ханоха Дашевского – глупая статья. Добросовестно пересказав историю развития еврейского самосознания в 19-20 веках, Дошевский подвёл нас к выводу: «Оставившие свой народ ренегаты на нееврейском поле становятся закваской, вызывающей брожение, опасное для евреев. В родной среде проводят чужие идеи, подвергая угрозе национальное существование. Это справедливо для социалистов и либералов. Это было, и это есть. И только от нашей способности выучить уроки истории зависит, будет ли это продолжаться и дальше». Если из приведенной цитаты убрать упоминание о евреях, то окажется, что он совершенно точно отражает реальность во всех современных национальных государствах. Либералы и социалисты – подвергают угрозе национальное существование любого народа! Ничего специфического еврейского Х. Дошевский не выявил и не понятно к чему он так усердно сделал нам экскурс в еврейскую историю? Поэтому статья глупая. И вообще, искать специфические отличия евреев от остальных народов не стоит, потому что это на протяжении веков усердно делают все враги евреев! Относительно же идеологии либералов и социалистов, то она действительно враждебна национально освободительному (сионистскому) движению евреев за создание и свободное развитие своего государства!

    1. Упрекать автора в глупости по меньшей мере неэтично. Я ведь не пишу в ответ, что Ваш комментарий дурацкий. Нет, он вполне имеет право на существование, т.к отражает Ваше особое мнение. По существу возражать не стану, поскольку свою точку зрения никому не навязываю.

      1. «На всякого мудреца довольно простаты»! Я не упрекал автора в глупости, а так отозвался о своём восприятии статьи. Своё восприятие я обосновал. Скажем так, по существу я выразил своё не согласие с Вашей статьёй и не более.

  3. Длинная, но интересная и обстоятельная статья. Автор не упомянул о действовавшей в 1920-30х годах в СССР еврейской секции коммунистической партии, Евсекции. Члены Евсекции учили евреев коммунизму, объявили ненужным изучение Торы и истории еврейского народа, еврейской религии и традиций, активно участвовали в закрытии синагог, в гонениях на раввинов, резников и моэлей, выдавали их ЧК. Они участвовали в аресте Любавичского Ребе и настаивали на его расстреле (Ребе спасла жена Горького). Кончили предатели-Амалеки плохо – во время репрессий 1937 года почти все они были расстреляны. Но, увы, Амалек возродился в Израиле — в виде партий Мерец, Еш Атид и НДИ, активно разрушающих Страну.

  4. По поводу «плиштим» рекомендую посмотреть комментарий Рамбана на Тору, в частности на книгу «Брейшит». Он есть и на русском языке, выпущен издательством «Пардес».
    Статья довольно сильно перекликается со статьей Й. Шефтеля «Грехи красного сионизма».

  5. «Основные марксистские догмы разделяли все (евреи-социалисты), но главное различие было в том, что одни изначально не верили в интернационализм, либо успели в нем разочароваться, а другим нужно было встать к расстрельной стене или попасть в лагерный барак, чтобы убедиться в крахе своих идеалов. Но рушились не только мечты интернационалистов.»
    Какое отношение к интернационализму имеют лагерный барак и расстрельная стенка? Что это за фантазия у автора?

    «Их, недавних репатриантов, никак нельзя было упрекнуть в забвении еврейства, но усвоенное в университетах искаженное видение, заставлявшее европейского интеллигента испытывать чувство вины перед пролетарием»
    Неужели все европейские интеллигенты, окончившие университет испытывали чувтсво вины перед пролетариатом (в силу преподнесенного им в униветситете искаженного видения)? Автор опять фантазирует?

    «Но если говорить о революционной роли евреев, то наиболее впечатляющим был еврейский вклад в русскую революцию. За него расплачивались не имевшие никакого к этому отношения еврейские обыватели, и, поднимая их на штыки, погромщики разных оттенков приговаривали: «Это вам за Троцкого!».»
    А что приговаривали погромщики до 1917 года, расправляясь с еврейскими обывателями? Неужели это Троцкий изменил их отношение к евреям и Троцкий виноват в антисемитизме?

  6. Социалисты — нехорошие люди — добились ограничения продолжительности рабочего дня и пенсионного обеспеыения. А левые — это исчадие ада — добивались (и добились) равенства всех граждан перед законом.

  7. Нехорошие люди — социалисты — добились сокращения продолжительности рабочего дня, они же добились пенсионного обеспечения и много чего еще нехорошего. Не все плохо в социализме. Разумеется, нужно уточнить, где автор проводит грань между социализмом и капитализмом.

  8. На СОЦИАЛИЗМ, на Социалистические идеи можно вешать всех собак, в том числе и нынешние проблемы Израиля. Я не против. Особенно, если учесть, что После того мы знаем значительно больше, чем До того. Только мне кажется, что в послевоенном заражённым Советским социализмом мире (благодаря роли СССР в победе над фашизмом) сионисты-противники двух государств не получили бы от ООН ничего. Идея создания Израиля без «Палестинского государства» никогда не набрала бы большинство голосов в 1947 году.

  9. В новое время в еврейских общинах всегда было много социальной помощи и прочей «левизны», «социал-демократии» и «социализма».
    Но левизна стала очень опасной болезнью не от этого милосердия (нередко за счёт общины), но когда евреи отошли от принципа «бедные твоего города (твоей общины и твоего народа) имеют преимущество». Это потеря баланса между национальным и общечеловеческим, потеря национального самосознания, потеря общины и упование на добреньких чиновников государства, у которых нет и быть не может обратной связи с реальностью (ака «Skin in the game»).

    Также, без национального самосознания крайне опасными левыми становятся не только евреи, но и американцы с канадцами.
    Например, Александра Окасио Кортес нееврейка, но идеально подходит под этот анекдот:

    «Абрам под красным знаменем
    По улице идет.
    Абрам не просто коммунист,
    Он — просто идиот!»

  10. Спасибо за хорошую статью. Мне представляется неточным утверждение: «Более трезво вели себя восточноевропейские евреи, представители первого поколения социалистов-мапайников, выходцев из «черты оседлости», не забывшие царский гнёт и погромы», с именами Голды Меир и Бен-Гуриона. Голда описывала, как уговаривала арабов не покидать рождавшийся Израиль. Такую же позицию занимал Бен-Гурион. После Шестидневной войны лидеры Израиля социалисты сбрасывали десант, чтобы вернуть убегавших арабов.
    А национальную позицию занимали «ревизионисты» — Жаботинский и его последователь Бегин, а также следующий за Бегиным премьер Шамир.
    Западные евреи в руководстве Израиля формально заметной роли не играли.

    1. После Шестидневной войны лидеры Израиля социалисты сбрасывали десант, чтобы вернуть убегавших арабов
      ***
      Предъявите доказательства, чтобы это не выглядело, как очередные «бобе майсес»

    2. Уважаемый Борис, присоединяюсь к просьбе и прошу разъяснить Ваше упоминание «сброшенных десантов». Каких, папашютных, с моря? И если после войны, то на какую территрию?
      О беженцах. Если Вы не читали, то очень рекомендую узнать, что написал об этом известный израильский историк Бенни Моррис в книге לידתה של בעיית הפליטים הפלסטינים 1947–1949
      В английском варианте
      The Birth of the Palestinian Refugee Problem, 1947—1949 (Есть на Amazon)
      Может Ваше мнение изменится

  11. Уважаемый Юрий!
    Вы написали «ГОРА» Хеврон.
    И уже если прибегать к Вики, то вместе с приведённой Вами цитатой есть ещё и другая, из его статьи в газете Давар
    בתום המלחמה תמך בן-גוריון בנסיגה «תמורת שלום אמת», מכל השטחים פרט לירושלים ורצועת עזה.
    Т.е.получается, что его публичные выступления отличались от дневниковых записей.
    И, често говоря, я понимаю, почему Иерусалим, но почему Газа?
    Вы можете объяснить?

  12. Интересно, но на мой взгляд, обкуцано. Теми же ножницами, что и подавляющее большинство материалов по истории Государства Израиля. В этом тексте даже не упомянуто такое великое явление второй четверти ХХ в., как Британский мандат, реальный физический инструмент воссоздания современного Еврейского Государства.
    Ведь все, что здесь описано, касательно 2-й четверти ХХ в., происходило при Британском Мандате. И «левые»-«правые»-«средние» евреи, колебались вместе с линиями партий, идеологических центров, как Европы, так и Америки, так и СССР, и всего мира. И отнюдь, не в безвоздушном пространстве. Во многом копируя их, обезьянничая с них, и, просто — работая на них. Даже сегодня — так!

  13. Есть мнение, что один из главных принципов социализма — ограничение свободного рынка государством — эффективно cрабатывает в случаях выхода из чрезвычайных обстоятельств, таких как экономические и политические (война) кризисы (вероятно и при пандемии). Действительно, даже в супер-капиталистических США и Великобритании они сработали во время ВМВ. Нацисты в Германии и коммунисты в России сумели преодолеть кризисы ПМВ и резко усилить военную мощь своих стран до и во время ВМВ. Похожая ситуация наблюдалась и в еврейском ишуве 20-40-х годов, когда социалисты-сионисты строили гос-во де-факто на пустом месте. Сельское хозяйство держалось на киббуцах, а промышленость и социальное обеспечение — на Гистадруте. Но сравнительно высокая эффективность социализма — явление временное. Перманентный примат гос-ва ведет к его вырождению: разрастанию и всевластию бюрократии, которая регламентирует все и вся. Но человечество не может вечно управлять природой, экономикой и социальными отношениями «в ручном режиме», потому что эти явления сверх-сложные и комплексные. Даже применение для управления математических моделей на суперкомпьютерах не гарантирует адекватности применения этих методов. Очевидно, что невозможно учесть абсолютно все факторы. Значит в долгосрочной перспективе надо надеяться на саморегуляцию естественных процессов, таких как рыночная экономика и эволюция, в том числе и на метод проб и ошибок. Ну, а перестроить психологию людей, которые хотят получить все и сейчас, невозможно. Вот периодически и прорываются такие утопические настроения. На них играют либеральные социалисты всех мастей.

  14. Толковая и обстоятельная статья. Кстати, с указанием на одну из важнейших причин Холокоста. Впервые — так что дорогого стоит.
    «И всё-таки почему именно европейцы-интеллектуалы первыми заговорили о том, как нехорошо претендовать на страну, где уже находится другой народ? Они словно не видели очевидного факта, что этот народ — осколок арабской нации, и никаких особых отличий у него нет. Ни оригинального языка, ни самобытной культуры, ни отдельной национальной истории — всё это у так называемых палестинцев является общим с другими арабами, поскольку большинство из них прибыли из разных арабских стран. Попытка привязать их к филистимлянам, на заре истории враждовавшим с древним Израилем, может вызвать только смех.»
    С филистимлянами во вполне историческое время воевал Ал-др Македонский…
    «Палестинцы — осколок арабской нации». А нынешние израильтяне — не осколок ли еврейской нации?.. Продолжать спор — бессмысленное дело. Но реальное дело-то не в том, «куда девать палестинцев» — осколок древнееврейского народа (*исчезнувшие 10 колен») , многочисленные землепашцы и постухи, оставшиеся на земле после того, как было угнано в плен «более ценное население» — воины, городские ремесленники, знать, грамотное духовенство… Читайте «Книгу Царств»- и воймёте!
    Короче. Палестинцы никуда не денутся — и придётся признать их законное гражданское существание. Два (и более того) народа в одном гос-ве отнюдь не редкость (валлоны и фламандцы и т.д.) — и Израилю не избежать этой нестрашной участи при разумном, без апломба — достаточно бесмысленного — решения вопроса.
    Другого пути — как ни спекулировать и надрываться — просто нет.

    1. … Два (и более того) народа в одном гос-ве отнюдь не редкость (валлоны и фламандцы и т.д.) …
      +++
      И Бельгия балансирует на грани распада. «Отличный» пример

  15. Все верно, но интересно еще другое (не относящееся к теме статьи): становится ясно, что самоубийственную для своих народов и стран идею продвигают ЛЮБЫЕ левые Европы и Америки. Просто евреи, как всегда, бегут впереди паровоза.

  16. \»… Среди бежавших из Германии интеллектуалов еврейского происхождения большинство разделяло левые взгляды. Часть из них оказалась в подмандатной Палестине, где некоторые включились в работу по выхолащиванию сионистской идеи и защите арабских интересов. Здесь они нашли единомышленников, и происходило это в те годы, когда над еврейским народом нависла угроза тотального уничтожения…\»
    ====
    Я практически незнаком с существом этого вопроса и просил бы автора (или знающих вопрос) подробнее рассказать о тех, кто именно и каким путём они защищали интересы арабов.
    Что-то порождает сомнения, особенно, после слов об угрозе тотального уничтожения.

    1. Я спросил Гугл о защитниках интересов арабов. Масса информации, вот например http://online-books.openu.ac.il/russian/democracy-and-national-security/volume3/article28.html.
      То же и с Вашими «сомнениями об угрозе тотального уничтожения». Тут искать — страшно даже. Нам трудно представить себе мощь ислама в среде этого народа — а это непросыхающий фонтан юдофобии. С Хартией ХАМАС Вы знакомы?
      Я не могу стать вашим проводником по этому аду. Заболеем оба.

    2. lДорогой Соплеменник! Доказательством правоты автора в отношении левизны израилькой элиты западноевропейского происхождения является их концентрация в СМИ и особенно в вокруг газеты Гаарец. Левонастроенные олигархи, родители нынешней элиты, воспитали их такими.

  17. Спасибо! Это программная и давно ожидаемая мною статья, все в ней — та одна, искомая истина проблем Нового Израиля. Я пришел к пониманию этого философским путем, но исторический — более убедительный. Надо переводить и распространять эту статью всеми средствами, включить в программы израильских школ, обсуждать на зум-конференциях. Каждый, рдеющий о благополучии своей страны, еврей должен переслать эту статью своим друзьям и недругам.

  18. Автор мечтает : мы перейдём Иордан, и к Евфрату дойдём от Синая…!!!
    И автор знает, о чём мечтал Бен Гурион: евреи вернут себе Хевронское нагорье
    Только вот на заключительном этапе войны Бен Гурион выбрал удар на юг, в направлении Эйлата, а не на восток.
    И ещё автор знает, что в Холокосте виноваты левые евреи.
    Создаётся впечатление, что эта статья, с довольно тривиальным и абсолютно неполным и необъективным пересказом давно известного, написана ради последнего абзаца – левые, либеральные евреи «опасны для евреев».
    И знаете, они действительно опасны для евреев, евреев таких, как автор.
    А вот его фраза :В родной среде проводят чужие идеи, подвергая угрозе национальное существование во-первых неверна – именно их идеи это суть современного еврейства, а во вторых, касательно «угрозы» – очередная МЕРЗОСТЬ и кровавый навет.

    1. «Автор мечтает : мы перейдём Иордан, и к Евфрату дойдём от Синая…!!!»
      Вообще-то это Ури Цви Гринберг, в переводе автора. Но я тоже об этом мечтаю, понимая несбыточность своей мечты в обозримом будущем. А что, нельзя мечтать?
      «И автор знает, о чём мечтал Бен Гурион: евреи вернут себе Хевронское нагорье»
      Не совсем. По автору «Бен Гурион мечтал о том дне, когда евреи вернут себе Хевронское нагорье». И действительно:
      «После [Шестидневной] войны Бен-Гурион выступил за возвращение всех захваченных территорий, кроме Восточного Иерусалима, Голанских высот и горы Хеврон, в рамках мирного соглашения» (Из Википедии, свободной энциклопедии).
      «А вот его фраза :В родной среде проводят чужие идеи, подвергая угрозе национальное существование во-первых неверна – именно их идеи это суть современного еврейства, а во вторых, касательно «угрозы» – очередная МЕРЗОСТЬ и кровавый навет».
      У Вас есть полное право не соглашаться с мнением автора (совпадающего с моим). Но у Вас нет никакого права узурпировать истинность своего мнения и клеймить чужое в стиле, который Вы сами справедливо высмееваете.
      גמר חתימה טובה.

      1. Уважаемый Юрий!
        Думаю, что у Вас описка: гора не Хеврон, а Хермон
        И я никогда, никогда, не обвинял, и не обвиняю инакомыслящих (со мной), что они подвергают угрозе национальное существование
        גמר חתימה טובה

        1. Если бы была описка, то не у меня, а в Википедии. Но описки нет:
          ב-8 ביוני [1967] כתב [בן גוריון] ביומנו: «מירושלים אסור לזוז, יש למהר ולהקים בתוכה ישוב יהודי גדול, כמו כן בחברון.
          ב-1968 תרם לישיבת מתנחלי חברון, כחלק מתמיכתו בהתיישבות יהודית בעיר. בינואר 1970 כתב על הצורך הדחוף בהתיישבות יהודית נרחבת בעיר: «נעשה משגה עצום ונורא אם לא ניישב את חברון, שכנתה
          » וקודמתה של ירושלים, ביישוב יהודי גדול והולך בזמן הקצר ביותר. זה יביא גם ברכה לשכנים הערבים

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *