Михаил МАРГОЛИН, Юрий ОКУНЕВ: Введение в толковый словарь советских терминов и понятий — 02

 616 total views (from 2022/01/01),  7 views today

БЕСЕДА — полуофициальный вызов в КГБ, в милицию, в партийные органы. Получая повестку с вежливым «приглашением на беседу» в одну из таких организаций, советский человек обычно знал, что ему предстоит дорос. В КГБ беседы могли длиться по шесть-восемь часов. Опытные следователи стремились получить от приглашенного информацию о нем самом, о его окружении, что могло позже послужить основой для создания «дела». На беседах также могли запугивать или стараться переубеждать граждан, чье поведение было неугодно властям. 

Введение в толковый словарь  советских терминов и понятий -02

Михаил МАРГОЛИН, Юрий ОКУНЕВ

Продолжение. Начало

Окунев

Б
БАМБайкало-Амурская магистраль, железная дорога, которая в течение многих лет прокладывалась на востоке Сибири по направлению к Тихоокеанскому побережью. Строилась в основном заключенными. В 1934 году на БАМ перевозились тысячи заключенных из разных лагерей — в условиях зимы, в неотапливаемых вагонах заключенные гибли, отправка на БАМ среди них расценивалась как бедствие (см. И. Солоневич, «Россия в концлагере»). Раньше других был построен участок Комсомольск-на-Амуре — Советская Гавань с веткой в порт Ванино, откуда заключенных направляли в Магадан, а также участок Тайшет — Усть-Кут, который тоже обслуживал ГУЛАГ. Позже дорога достраивалась, ее проекты менялись… Уже в брежневские времена БАМ объявили «ударной комсомольской стройкой», «дорогой века», на строительство стали усиленно вербовать молодежь, однако и в это время основной рабочей силой оставались заключенные.

БАРАК — быстро возводимое, обычно деревянное строение. Бараками назывались временные казармы, госпитальные постройки, жилье для военнопленных и заключенных. В СССР бараки стали также основным типом жилья для многих рабочих. Бытовая жизнь рабочего на стройке мало отличалась от условий жизни заключенного. Особенно много бараков было в тех местах, где строились крупные заводы — на Севере, в Сибири. Бараки обыкновенно были одноэтажными постройками.

В центре строения находился вход. Напротив входа располагалась кухня с плитами для приготовления пищи. Здесь же на кухне умывались. Неправо и налево от кухни тянулись два коридора, где по каждой стене было несколько дверей, за которыми находились комнаты с печками. Бараки строили кучно и рядом с ними рылся пожарный водоем и сооружалось отхожее место с выгребными ямами. Иногда строился общий барак с горячей водой, называемый кубовым, в котором стирали белье.



БАСМАЧЕСТВО — партизанское движение в Средней Азии (Туркестане) и Казахстане (Степной губернии), возникшее после октябрьского переворота 1917 года в Российской империи. Первые значительные очаги этого движения возникли после разгрома большевиками Кокандской автономии на территории Туркестана, а после проведения национального размежевания — на территориях современных Узбекистана, Казахстана, Таджикистана, Туркмении и Киргизии. Движение ставило своей целью борьбу с советской властью и изгнание большевиков. Крупные организованные вооруженные отряды представителей этого движения именовались в советских средствах массовой информации как басмачи. Сами себя участники этих вооруженных формирований называли моджахедами, то есть участниками джихада — священной войны мусульман против неверных, то есть немусульман.

По официальной версии, басмачество как организованная сила было ликвидировано по всей Средней Азии в 1931-1933 годах войсками под командованием Буденного. Буденный, не решаясь навязать открытый бой отрядам басмачей, отдал приказ вырезать все мужское население кишлаков. Поэтому имя Буденного в Средней Азии и Казахстане вспоминалось всегда с ужасом и презрением. Отдельные бои и столкновения с басмачами продолжались вплоть до 1942 года. В советское время понятия «басмач» и «басмачество» имели оттенок крайнего осуждения. После распада СССР отношение к басмачам в независимых республиках Средней Азии пересмотрено. В настоящее время это движение называется освободительным движением народов Центральной Азии.

БЕЗ ПРАВА ПЕРЕПИСКИ стандартная формулировка приговора осужденным в годы сталинских репрессий, например, «10 лет без права переписки». Этой формулировкой сталинские палачи маскировали подлинное свое деяние — немедленный расстрел арестованного сразу после оглашения приговора. Брат моей матери Рыбштейн Х.Э. был арестован в августе 1937 года. Когда родные начали справляться о нем, ответ всегда был один: осужден без права переписки. Когда закончилась война, на розыски дяди отправили его сестру, у которой не было семьи. Мы считали, что она меньше всех рискует. Она побывала во многих лагерях, но никаких сведений не получила. Ответы были те же: осужден без права переписки. В годы перестройки мы написали запрос в КГБ Украины, когда уже часть архивов была рассекречена и шла реабилитация жертв 1930-х годов. Буквально через несколько дней мы получили ответ: Рыбштейн Х.Э. обвинялся в шпионской деятельности в пользу Польши, необоснованно осужден к высшей мере наказания, приговор был приведен в исполнение 1 декабря 1937 года в г. Бердичеве. В июне 1989 года он был посмертно реабилитирован. В свидетельстве о смерти, присланном из ЗАГСа, в графе «причина смерти» написано «расстрел». Сколько же было мерзости, кощунства и жестокости в этих словах — «без права переписки!»

БЕСЕДА полуофициальный вызов в КГБ, в милицию, в партийные органы. Получая повестку с вежливым «приглашением на беседу» в одну из таких организаций, советский человек обычно знал, что ему предстоит дорос. В КГБ беседы могли длиться по шесть-восемь часов. Опытные следователи стремились получить от приглашенного информацию о нем самом, о его окружении, что могло позже послужить основой для создания «дела». На беседах также могли запугивать или стараться переубеждать граждан, чье поведение было неугодно властям. В других случаях форма беседы использовалась для проверки лояльности и качеств человека, которого намеревались привлечь к работе в «органах», в аппарате, на руководящих административных должностях. По существу, в случаях, когда беседа носила характер допроса, происходило прямое нарушение прав граждан, так как при этом игнорировались необходимость судебной повестки и юридическое обоснование вызова на допрос.

БЕСПРИЗОРНИКИ — оставшиеся без присмотра и постоянного жилья дети и подростки, огромное число которых появлялось как один из результатов социальных потрясений, вызванных революцией, гражданской войной, голодом и разрухой. В 1921 году на территории России насчитывалось более 4.5 миллионов беспризорников. Голодные, оборванные, немытые, они наводняли города, обитали на вокзалах и рынках, в подвалах и на чердаках, путешествовали по стране в товарняках, на крышах вагонов и в подвагонных «собачьих» ящиках… Многие при этом гибли от голода и холода. В поисках пищи они рылись в помойках, воровали. Из среды беспризорников уголовный мир вербовал участников грабежей и крупных краж, девочки-подростки занимались проституцией.
Советское правительство создавало специальные органы для борьбы с беспризорностью; во главе «Комиссии по улучшению жизни детей» был поставлен Дзержинский, участвовал в работе нарком просвещения Луначарский.
Начали создаваться «детские воспитательные колонии», одной из образцовых среди них считалась колония, которой руководил А.С. Макаренко, описавший свой опыт в ряде книг, легших в основу идеологии советской педагогики. Воспитательные колонии носили характер «трудовых», во многом смыкаясь с исправительными детскими учреждениями. Жестокость и издевательства над колонистами были в порядке вещей.
Подростковая и детская преступность всегда оставалась одной из серьезнейших проблем советского общества, власти же в попытках ее разрешить шли на применение по отношению к двенадцатилетним детям уголовных наказаний (постановление 1935 года).
В годы Второй мировой войны вновь наблюдался всплеск беспризорности — он, однако, сравнительно быстро был снижен. Полностью ликвидировать детскую беспризорность не удавалось никогда, несмотря на большую сеть детских трудовых колоний, а также детских домов и школ-интернатов.


БЛОКАДНИК —
так называли гражданского человека, который по тем или иным причинам не был эвакуирован из Ленинграда во время наступления на город немецких войск в 1941-м году, и оказался в блокированном фашистами городе.
Среди блокадников было много детей и пожилых людей, которые не могли никоим образом помочь в защите города — их оставление в Ленинграде в предвидении сдачи города врагу или блокады города было преступлением властей. Город пребывал в блокадном положении почти три года. Особенно тяжелой была зима 1941-1942-го, когда к фашистским обстрелам и бомбардировкам прибавились жестокие морозы, отсутствие продуктов питания, отопления, электричества, воды и канализации. В этот период норма выдачи хлеба блокадниками из числа служащих, стариков и детей составляла 125 граммов в день. По свидетельству врачей состояние умиравших от голода ленинградских дистрофиков не имело аналогов в мировой медицинской практике. В блокадном Ленинграде умерло и погибло от голода, холода, артиллерийских обстрелов и авиационных бомбардировок более одного миллиона людей. Масштабы и кошмары мученичества блокадников превзошли всё известное в истории войн. Один из блокадников, академик Д. Лихачев вспоминал: «Были ли ленинградцы героями? Нет — это не то… Они были мучениками».
В послевоенное время выжившие блокадники имели некоторые льготы. В частности, для пожилых или больных блокадников были открыты специальные дома санаторного типа, где они содержались и обслуживались за счет государства. Очевидцы вспоминают, что бывшие блокадники часто отличались своим поведением от других людей. Например, для них было характерно преувеличенно трепетное отношение к хлебу — они не могли позволить выбросить даже крошечный кусочек хлеба.

БЛОКНОТ АГИТАТОРА — советский двухнедельный журнал. Основан в годы Отечественной войны (1942 год). Издатель — Главное политуправление Советской Армии и Военно-морского флота. Несколько позже «Блокнот агитатора» стал периодическим изданием областных комитетов КПСС.
На страницах этого партийно-политического издания в примитивной форме разъяснялись принятые ЦК КПСС решения и постановления, печатались агитки, рассчитанные на очень низкий уровень читателей: в основном, это были всевозможные планы и разработки для еженедельных политзанятий. Подобные издания в период становления Советского Союза тиражировал ЦК ВКП(б): с 1923 года — «Памятка агитатора», с 1925 года — «Спутник агитатора». Учитывая существовавшую обязанность коммунистов и комсомольцев подписываться на партийные периодические издания, «Блокнот агитатора» пользовался большой популярностью из-за своей низкой стоимости (10 коп.). «Блокнот агитатора», равно как и сами профессиональные агитаторы, были постоянным предметом народного юмора. Бытовала, например, расхожая шутка относительно «Спутника агитатора» — так называли простенький складной нож, включавший приспособление для откупорки бутылок с алкоголем, ножичек для нарезания огурцов и колбаски, а также крючковатый резачёк для вскрытия консервных банок.

БОЕВОЙ ЛИСТОК — стандартные, красочно оформленные бланки (приблизительный формат 40х50 см.) с призывным названием «Боевой листок». Эти бланки издавались Главным политическим управлением Советской Армии и Военно-морского флота, а также Политуправлениями военных округов и флотов. Как правило, «Боевые листки» использовались во время боевых учений, маневров, как оперативная информация об успехах и достижениях воинских подразделений и отдельных военнослужащих, принимавших участие в учебно-боевых мероприятиях. Руководили выпуском «Боевых листков» политработники, секретари партийных и комсомольских организаций. Формализм и примитивизм были его отличительными чертами, присущими всей воинской стенной печати. Одним из показателей результатов боевых учений было количество «Боевых листков», выпущенных в период проведения учений. Чем больше было выпущено этих пропагандистских листков, тем выше признавался уровень боевой и политической подготовки воинского подразделения.

БОРЬБА, БОРОТЬСЯслова из числа основных понятий, выражающих смысл жизни и деятельности революционера, пролетариата, советского человека, людей «мирового лагеря прогресса». Восходят к марксистскому понятию «классовой борьбы» и внутренне с ним связаны.
Создавалось множество песен и стихов, воспевающих романтику борьбы: «Вперед, заре навстречу, товарищи в борьбе…», «И как один умрем в борьбе за это…», «Вы жертвою пали в борьбе роковой…», «И вся-то наша жизнь есть борьба…», «В борьбе единство мы нашли…» К борьбе за различные идеологические и сиюминутные политические цели звали праздничные призывы ЦК КПСС: «Трудящиеся стран Африки! Боритесь против колониального империализма!», «Работники советской торговли! Боритесь за высококачественное обслуживание населения!» Пионеры должны были провозглашать в своей клятве (торжественное обещание) и на своих сборах, что они «к борьбе за дело Ленина-Сталина (позже «за дело Коммунистической партии») всегда готовы».

Советские люди уже с детства за что-то боролись: школьники и студенты — «за повышение успеваемости», рабочие — «за повышение производительности труда», колхозники — «за урожай и надои молока», писатели — «за высокий идейный уровень советской литературы», солдаты — «за успехи в боевой и политической подготовке». И все вместе боролись «за мир во всем мире». Боролись не только «за», но и «против»; боролись с троцкизмом, с врагами народа, против поджигателей войны, против космополитизма, против вейсманистов-морганистов, против «буржуазной науки кибернетики» и генетики, против формализма и абстракционизма, против чуждой идеологии и ревизионизма. Эта непрерывная всеобщая борьба и ее последствия сложились в независимом сознании советских людей в широко распространенную поговорку: «За что боролись, на то и напоролись».

БРИГАДА КОММУНИСТИЧЕСОГО ТРУДА — звание, присваиваемое производственным бригадам, участникам массового движения трудящихся СССР за коммунистическое отношение к труду и воспитание человека коммунистического общества.
Обязанность присваивать это звание возлагалось на профсоюзные организации всех уровней. Инициатором движения выступила производственная бригада «Депо Москва-сортировочная» в октябре 1958 года в канун 41-й годовщины Октябрьской революции. Непременным условием присвоения бригаде этого высокого звания было наличие у большинства ее членов (более 70%) персонального звания «Ударник коммунистического труда» с вручением нагрудного знака и соответствующего удостоверения.
Критерием присвоения звания «Бригады коммунистического труда» являлась оценка выполнения членами бригады «Морального кодекса строителя коммунизма», где были собраны воедино все положительные с точки зрения марксизма-ленинизма человеческие качества, в большинстве своем резко выпадавшие из общечеловеческой нравственности, основанной на религиозном сознании. Показатель уровня работы предприятий, колхозов, учебных заведений оценивался количеством бригад и ударников коммунистического труда. В период наибольшего расцвета этого движения (середина 1970-х годов») звания коллективов коммунистического труда удостаивались целиком коллективы предприятий, колхозов и т.п. Практически всё население страны объявлялось гигантским коллективом коммунистического труда.

БРОВЕНОСЕЦ В ПОТЕМКАХ — анекдотическое прозвище генерального секретаря ЦК КПСС Л.И. Брежнева, основанное на каламбуре: обыгрывается название крейсера и знаменитого фильма Эйзенштейна «Броненосец Потемкин». Издевательское прозвище отражает, во-первых, основную черту внешности Брежнева — чересчур широкие и густые брови, и во-вторых, свойства его невеликого ума, блуждающего в потемках необразованности.
Народный юмор резюмировал ситуацию с очередным вождем с гениальной краткостью:
Брови темные, густые,
Речи длинные, пустые.
Он и маршал, и герой –
Отгадай, кто он такой?
Кто даст правильный ответ,
Тот получит десять лет.

БУДЕНОВКА — головной убор красноармейцев и командиров Рабоче-Крестьянской Красной Армии (РККА).
Народный комиссариат по военным делам РСФСР приказом от 7 мая 1918 года объявил конкурс по разработке нового обмундирования для военнослужащих РККА. В нем приняли участие известные русские художники В.М. Васнецов, Б.М.Кустодиев, М.Д. Езучевский и др. 18 декабря 1918 года Реввоенсовет утвердил новый тип зимнего головного убора — суконный шлем, формой напоминающий средневековую «ерихонку», за что в первое время получил обиходное название «богатырка». Впоследствии шлем, ставший ярким признаком принадлежности к Красной Армии, называли по имени знаменитых военачальников Гражданской войны Фрунзе и Буденого — «фрунзевка» и «буденовка». Отличительным символом принадлежности к Красной Армии явилась нашивавшаяся спереди над козырьком пятиконечная звезда, диаметром 8,8 см из сукна, цвет которого зависел от рода войск. Отменена буденовка была в июле 1940 года, тем не менее она оставалась в действующих частях Красной Армии на протяжении всего 1941 года и до весны 1942 года, а в тыловых частях, училищах и партизанских отрядах — до 1944-1945 годов.



БУРЖУАЗНАЯ ЛЖЕНАУКА — таким образом советские идеологи клеймили любые достижения и направления мировой науки, которые, по их мнению и по отмашке высшего руководства, не соответствовали догмам марксизма-ленинизма или диалектического материализма, бывшими официальной основой коммунистической идеологии.
В 1940–1950-е годы к «буржуазным лженаукам» были отнесены генетика и кибернетика. Запрет генетики сопровождался увольнениями с работы и арестами видных советских ученых. Их места тут же заполняли проходимцы от науки типа Трофима Лысенко. Изучение современной биологии замещалось пропагандой примитивной так называемой «мичуринской биологии». Это в итоге привело к катастрофическому отставанию СССР в биологической науке и ее приложениях, которое не преодолено до сих пор. Гонения на кибернетику сопровождались запретом изучения теории информации и теории автоматического управления в технических музах и на физико-математических факультетах университетов. Это привело не просто к отставанию, но к временному выпадению Советского Союза из мирового процесса компьютеризации и цифровой технической революции.

 Сталинская верхушка собиралась объявить буржуазными науками теорию относительности, квантовую механику и ряд других достижений физики. И только благодаря энергичному вмешательству видных физиков это удалось остановить. Академики И.В. Курчатов, В.А. Фок и другие разъяснили вождю и его окружению, что без теории относительности и квантовой механики атомную и водородную бомбу сделать нельзя. Гонения на современную биологию и кибернетику продолжались и в послесталинское время, и были тихо отменены только в 1960-е годы.

БУРЖУЙКА — небольшая металлическая печка, топившаяся, как правило, дровами. На буржуйке варили еду, сушили одежду, обувь и портянки, в ней пекли картошку. Сырые дрова трещали, искры сыпались во все стороны, и если люди засыпали от усталости или водки, случались пожары. Буржуйка особенно зарекомендовала себя на Великих стройках коммунизма: Днепрогэс, Магнитка, Кузбасс, Беломорканал, Комсомольск-на-Амуре, Братск и другие. Буржуйка отапливала теплушки, в которых бойцы ехали на фронт, вагоны с беженцами. Дым от буржуек шел из товарных вагонов, обмотанных снаружи колючей проволокой, в которых везли заключенных в Сибирь. После Отечественной войны во всех разрушенных городах коптели буржуйки. В 1947 году Севастополь еще лежал в развалинах, а на Корабельной стороне люди жили в землянках, и буржуйка их согревала. Так что буржуйка — это верная спутница советской эпохи, и она по праву должна быть на красном знамени рядом с серпом и молотом. Буржуйка — это, наверное, единственное изобретение, не имеющее недостатков. И даже после того, как она тухнет и сразу становится холодно, это говорит о том, что «без меня вам — труба!». И не исключено, что потомки воздадут должное буржуйке и увековечат ее «неугасимую славу», как символ советской власти, в виде памятника, монумента или небоскреба.

В
ВАТНИКсшитая из грубой хлопчатобумажной и простеганная теплая куртка, обычно серого цвета (у солдат советской армии — защитного)

.

Для утепления ватник внутри проложен толстым слоем ваты — отсюда его название. Являлся непременной и основной частью одежды миллионов работающих советских людей. Ватник уравнивал заключенных и вольных, заводских рабочих, строителей, дорожников и колхозников, солдат и штатских, мужчин и женщин, вследствие чего он стал восприниматься как общепонятный символ несвободного тяжелого труда.

«ВЕРНОЙ ДОРОГОЙ ИДЕТЕ, ТОВАРИЩИ!» — популярный пропагандистский лозунг послесталинского периода истории СССР.
Обычно был представлен на красочном плакате с изображением основателя СССР В.И. Ленина, c доброй улыбкой простирающего свою руку, как бы одобряя новый курс партии.

В 1950–1960-е годы улыбающийся добрый Ленин противопоставлялся только что разоблаченному «культу личности» Сталина, дабы политика нового лидера Н.С. Хрущева воспринималась как прямое продолжение «ленинского курса». Затем, до середины 1980-х годов это напутствие, якобы идущее от самогó непогрешимого Ленина, использовалось для подтверждения правильности новой «генеральной линии партии» под руководством новоиспеченного вождя Л.И. Брежнева и его маразматического окружения.
В те годы повсюду активно демонстрировались монументальные произведения советских художников на тему «ленинианы»: «Ленин и красноармейцы», «Ленин среди крестьян села Шушенского», «В.И. Ленин среди делегатов III cъезда РКСМ», «Ленин на елке в Сокольниках», «Ленин на коммунистическом субботнике» и прочие «шедевры» так называемого «социалистического реализма». Эти масштабные полотна художественной «ленинианы» вполне отражали дух энтузиазма и настроение целой эпохи.
С конца 1980-х годов, когда человеконенавистническая сущность политики В.И. Ленина была полностью раскрыта, лозунг был снят и быстро забыт, превратившись, как и многие другие советские лозунги, в анекдот.

ВЕЙСМАНИСТЫ — МОРГАНИСТЫ — этим ругательным термином в советской биологической псевдонауке клеймили сторонников генетики.
Термин был придуман по инициативе Т.Д. Лысенко сторонниками так называемой «мичуринской биологии», отрицавшей существование генов. Он образован словно в насмешку над наукой из имен выдающихся ученых: немецкого зоолога Августа Вейсмана и американского биолога, лауреата Нобелевской премии Томаса Ханта Моргана. Иногда к термину «вейсманизм-морганизм» добавляли слова «менделизм» и «вирховизм» от имен других западных ученых: основоположника генетики австрийского ботаника и монаха Грегора Менделя и основоположника клеточной теории в биологии и медицине немецкого ученого Рудольфа Вирхова.
Сторонников генетики — «идеалистической буржуазной псевдонауки вейсманизма-морганизма-менделизма-вирховизма» — приравнивали к «врагам народа». Их судьба подчас складывалась трагически. Примером служит выдающийся советский биолог академик Н.И. Вавилов, умерший от пыток и голода в советской тюрьме. Результатом господства в советской биологии лысенковщины стало хроническое отставание страны от мировой науки.

«
В ОДНИ РУКИ» — весьма распространенное выражение, означавшее искусственное ограничение покупательного спроса в условиях советского перманентного дефицита товаров. Ограничение продажи населению продовольственных и промышленных товаров, как правило, узаконивалось центральными и местными органами государственной власти. Но нередко бывало, что при распродаже дефицитных товаров, люди, стоящие в очередях, сами требовали ограничить продажу «в одни руки». Часто можно было услышать или прочесть в магазинах такие объявления:
«Граждане покупатели! Отпуск колбасы (масла, мяса, крупы и т.д.) по 500 гр. в одни руки». Это вынуждало многодетные семьи стоять в очередях почти в полном составе, чтобы обрести возможность купить необходимый товар не в одни, а в «несколько рук», и даже грудной ребенок на руках у мамы также засчитывался как еще «одни руки». К этому словосочетанию люди страны Советов настолько привыкли, что оно стало вполне обыденным и естественным понятием, хотя и являлось элементарным алогизмом с точки зрения русского языка.

ВОЕННЫЙ КОММУНИЗМ — такое историческое название обрела внутренняя политика Советского государства в условиях Гражданской войны 1918-21 г.г. Характерными чертами ее были крайняя централизация управления экономикой, национализация крупной, средней и даже мелкой промышленности, государственная монополия на многие продукты сельского хозяйства, продразверстка, запрет частной торговли, свертывание товарно-денежных отношений, уравниловка в распределении материальных благ, милитаризация труда. Такая политика в полной мере соответствовала принципам, на основе которых, по мнению левых коммунистов фракции РСДРП(б) в Советском государстве должно было возникнуть коммунистическое общество.

ВОЕНПРЕД — офицерская должность в Управлении военных представительств Министерства обороны. Военные представительства (иначе их называли Военными приемками) были созданы на предприятиях страны для контроля за выполнением заказов и качеством выпускаемой продукции, предназначенной для использования во всех родах войск Министерства обороны СССР. Военные представительства практически являлись параллельной структурой на предприятиях, где собственные контрольные функции за качеством выпускаемой продукции выполнял Отдел технического контроля (ОТК). Военный представитель не подчинялся руководству предприятия и нес прямую ответственность перед военным заказчиком за качественный и своевременный выпуск оборонной продукции и продукции, предназначенной для реализации на экспорт. Руководители предприятий военно-промышленного комплекса побаивались военпредов, ибо от них зависело финансирование выпускаемых изделий и получение новых заказов.

ВОЕНТОРГ — система торговли в Министерстве обороны СССР, обслуживавшая воинские части и семьи военнослужащих в отдаленных военных городках и гарнизонах, лагерях, на учениях и в действующей армии. В структурах военторга руководство (начальник и его заместитель по политчасти) комплектовались офицерским составом, а остальные сотрудники — гражданскими лицами. Военторги сыграли положительную роль в системе обеспечения военнослужащих и их семей, но вследствие постоянного дефицита продовольственных и промышленных товаров постепенно становились вотчиной того начальника, в чьем подчинении они находились. Руководство военторгов и начальники гарнизонов и командиры частей единолично осуществляли распределение товаров, что, как правило, приводило ко всякого рода злоупотреблениям, а нередко и преступлениям.

ВОЖДИверноподданническое, казенно-эмоциональное наименование верхушки партийного руководства в СССР, особенно часто употреблявшееся в сталинские времена.

За спиной «великого вождя» cтоят 11 «невиликих вождей» Советского народа,
безлико толпящегося на заднем плане: «Под знаменем Ленина под водительством Сталина вперед к победе коммунизма…»

По отношению к самому Сталину применялось устойчивое словосочетание «Великий вождь и учитель». Маркс, Энгельс, Ленин и Сталин именовались «вождями мирового пролетариата». Руководители западных компартий назывались «вождями братских коммунистических партий». До последних лет советской власти бытовало выражение «портреты вождей», то есть портреты руководителей партии и правительства, которые вывешивались в учреждениях, на улицах и площадях и проплывали над колоннами праздничных демонстраций.

ВОРОНОК (другие названия: «Черный ворон», «Маруся», «Эмка») — служебный автомобиль для перевозки политических заключенных. Все эти автомашины выпускались первенцем советского автомобилестроения Горьковским автозаводом.
Особенно известным был легковой автомобиль с серийным индексом «М», запущенный в производство в 1936 году. Именно этот автомобиль прозвали в народе «Эмкой». В сталинские времена все боялись этих машин, потому что на них, как правило, ездили и арестовывали людей сотрудники НКВД. Обычно они приезжали ночью, производили обыск и увозили людей. Воронки (маруси, эмки) были черного цвета. Как и черные вороны, эти машины, зачастую предвещали беду. Вот что об этих страшных вестниках писала Анна Ахматова:
Затем, что и в смерти блаженной боюсь
Забыть громыхание черных марусь,
Забыть, как постылая хлопала дверь
И выла старуха, как раненый зверь.
Это строчки из поэмы «Реквием», рассказывающей о тех людях, чьих близких родных увезли на черных «воронках». Наутро после ареста родственники начинали обивать пороги следственных учреждений, чтобы узнать судьбу своих родителей, мужей, жен, детей. Практически всегда следовал один и тот же ответ: обвиняются как враги народа по 58-й политической статье Уголовного кодекса СССР. Обвиняемых по этой статье, введенной в УК СССР в 1927 году, расстреливали, ссылали в тюрьмы и лагеря на сроки от 5 до 25 лет. Родственников расстрелянных (ЧСИРы — члены семей изменников родины) ссылали в специальные концлагеря, а детей врагов народа определяли в детдома, где воспитывали так, чтобы они забывали имена своих родителей.


ВОРОШИЛОВСКИЙ СТРЕЛОК — 29 октября 1932 года было установлено почетное звание «Ворошиловский стрелок». Его учредителем стал ЦК ОСОАВИАХИМА Советского Союза. Спустя два месяца появился нагрудный знак с тем же названием, которым поощрялись самые меткие стрелки. Несколько позже для повышения мастерства появилась 2-я степень значка «Ворошиловский стрелок». Тогда же появился жетон «Юный Ворошиловский стрелок», который вручался пионерам. С 1934 года значком «Ворошиловский стрелок» награждались и военнослужащие Рабоче-крестьянской Красной Армии (РККА), а в 1939 году для них была учреждена новая награда «За отличную стрельбу РККА». Своим названием «Ворошиловский стрелок» значок обязан событию, о котором якобы было рассказано в одной из центральных газет. Однажды на учебных стрельбах один из командиров, у которого после стрельбы мишень оказалась совсем чистой, с горечью сетовал, что причина его неудачи плохой наган. Якобы тогда К. Ворошилов, который в то время занимал должность военного наркома, взял этот наган, совершил из него семь выстрелов и набрал 59 очков. Возвращая наган владельцу, он произнес: «Нет плохого оружия, есть плохие стрелки». К 1941 году в обществе ОСОАВИАХИМ состояло свыше 10 миллионов человек, в нем было подготовлено 80% всех будущих военнослужащих Красной Армии. Тем не менее беспорядочное катастрофическое отступление Красной Армии от западных границ до Москвы в первый год Великой отечественной войны показало очень низкий уровень подготовки солдат и офицеров, чему в немалой степени способствовало уничтожение Сталиным командного состава Красной Армии в предвоенные годы. Низкая готовность войск совсем не соответствовала призывам популярной в те годы песни «Если завтра война…» После войны в результате реорганизации ОСОАВИАХИМА появилось новое объединение ДОСААФ — «Добровольное общество содействия Армии, Авиации, Флоту.

ВРАЖЕСКИЕ ГОЛОСАвыражение из советского политико-идеологического словаря, общее наименование западных радиостанций, вещавших на СССР. К их числу относились «Голос Америки», «Би-Би-Си», «Свобода», «Свободная Европа», «Немецкая волна», «Голос Израиля», «Радио Канады», «Радио Швеции» и др. Передачи этих радиостанций советские власти подвергали интенсивному глушению посредством «глушилок», посылавших в эфир мощный непрерывный гул на соответствующих частотах. Лишь в редкие и недолгие периоды «мирного сосуществования» и «детанта» глушение прекращалось с тем, чтобы в скором времени возобновиться с новой силой. Работу этих радиостанций власти представляли советскому народу как подрывную, враждебную деятельность. Однако для мыслящей части населения, особенно интеллигенции, передачи западного радио были в течение многих лет неотъемлемой частью независимого духовного существования. Многие уезжали по выходным дням подальше за город, чтобы послушать «голоса» — радиус действия глушилок был ограниченным и покрывал, в основном, территории больших населенных пунктов. В то время как советская пропагандистская машина забивала сознание советских людей дезинформацией, ложью, радиопередачи «голосов» становились единственным средством получения объективных сведений о событиях в мире и, главное, в самом СССР. Огромную роль играло то, что корреспонденты этих радиостанций, как и их коллеги из западной прессы, сообщали миру и советским гражданам о диссидентском движении, о положении политзаключенных, о процессах над инакомыслящими и о других явлениях внутри СССР, которые советские пропаганда замалчивала или искажала. Так, например, когда произошел взрыв на Чернобыльской атомной электростанции и советские власти еще продолжали скрывать правду о случившемся, дикторы «Свободы» уже давали в эфир информацию, помогавшую населению осознать опасность. Слушание западного радио всегда было делом опасным, включавшие передачу таились от чужих ушей, так как «стукачи» могли об этом донести; за пересказ или обсуждение услышанного можно было серьезно пострадать; свидетельства о фактах слушания «враждебных голосов» рассматривались в ходе следствий и судебных процессов

ВРАЧИ–УБИЙЦЫ или УБИЙЦЫ В БЕЛЫХ ХАЛАТАХ — так была названа газетой «Правда», а вслед за ней всеми советскими органами печати и радио группа выдающихся врачей, в основном евреев, лечивших в том числе кремлевскую верхушку. В сообщении ТАСС от 13 января 1953 года было сказано, что они являются участниками «террористической группы, связанной с международными еврейскими организациями и получившей от США директиву об истреблении руководящих кадров СССР». Арестованные органами КГБ врачи «оказались также давнишними агентами английской разведки». Это полностью сфабрикованное «Дело врачей» стало кульминацией целой серии антиеврейских акций, предпринятых в последние годы сталинской диктатуры, и, по ряду свидетельств, должно было послужить сигналом к началу массовых репрессий против еврейского населения СССР.

Судебный процесс над «врачами-убийцами» в соответствии со сталинским планом предполагалось завершить их публичным повешением на Красной площади, что должно было послужить сигналом для массовых еврейских погромов. Далее по плану органам КГБ и милиции предписывалось «в целях защиты еврейского населения от справедливого гнева русского народа» произвести массовую депортацию евреев в отдаленные районы Сибири и Дальнего Востока. Антисемитская истерия быстро распространилась по всей стране. Большое число евреев-врачей лишилось работы, другие испытали на себе злобу обманутых пропагандой людей, веривших, что врачи-евреи не лечат, а отравляют и убивают. Были разгромлены лучшие медицинские научные школы, евреев массово увольняли из армии, научных институтов и предприятий, чтобы облегчить органам КГБ их последующую депортацию. Милиция составляла списки евреев с указанием места жительства и состава семей для депортации. Только неожиданная смерть Сталина в день еврейского праздника Пурим 5 марта 1953 года спасла евреев СССР от второго Холокоста. Меньше чем через месяц после смерти изверга, 3 апреля 1953 года, та же газета «Правда» сообщила, что оклеветанные врачи освобождены и полностью реабилитированы.

ВСТРЕЧНЫЙ ПЛАН — это понятие возникло еще в годы первой пятилетки (1928–1932). С точки зрения крючкотворцев советского партийного аппарата встречный план был новой формой социалистического планирования и соцсоревнования. Этот принцип организации планирования народного хозяйства СССР предусматривал доведение контрольных, как правило, слегка заниженных плановых заданий сверху вниз (Госплан СССР–Госплан Союзной республики — Министерства — предприятия — цехи и бригады). Получив сверху плановые цифры, коллективы низовых звеньев в своих социалистических обязательствах незначительно увеличивали заведомо заниженный плановый показатель, что и называли «встречным планом». Особенно широкий размах эта форма соцсоревнования (а точнее — новая форма очковтирательства) приобрела в 1970-е годы — годы расцвета брежневской партократической теории развитого социализма.

ВСЯ ВЛАСТЬ СОВЕТАМ! — основополагающий политический лозунг большевистской партии в период подготовки и проведения Октябрьской социалистической революции, провозглашенный В.И. Лениным в его «Апрельских тезисах». История возникновения Советов относится к буржуазной революции 1905-1907 годов, когда РСДРП пыталась возглавить стачечную борьбу пролетариата. Во время Февральской революции 1917 года Советы создавались как органы революционной диктатуры пролетариата. С января 1918 года Советы стали выборными органами государственной власти Советской республики. С 1936 года, в соответствии с так называемой «Сталинской конституцией» Советы депутатов трудящихся стали представительными органами государственной власти в СССР. В 1977 году Советы депутатов трудящихся были преобразованы (изменилось лишь название) в Советы народных депутатов. В сущности, Советы не являлись реальными органами власти, ибо вся их деятельность находилась под полным контролем («руководящим оком») партийных органов. В статье 6 Конституции 1977 года было четко определено: «Руководящей и направляющей силой советского общества, ядром его политической системы, государственных и общественных организаций является КПСС…» Это позволяло партийным органам сосредоточить в своих руках всю законодательную, исполнительную и судебную власть страны. Бытовала расхожая подпольная шутка: «Советы — это орган государственной власти, который способен лишь советовать».

ВЫБОРЫ — Конституция CCCР 1936 года учредила новый высший орган государства — Верховный совет, включавший Совет Союза и Совет национальностей, заменив им длительное время существовавший Съезд советов СССР. 12 декабря 1937 года на пике Большого террора в стране состоялись первые выборы в Верховный совет СССР. Перед выборами в газетах и по радио было официально заявлено, что выборы будут производиться на строго альтернативной основе, но вскоре это заявление также официально было опровергнуто, а многие из тех, кто пытался баллотироваться в Верховный Совет в качестве альтернативных кандидатов, были арестованы. Вообще, канун первых выборов в Верховный совет сопровождался массовыми арестами. С тех пор все выборы в стране Советов были официально признаны безальтернативными. Существовало еще надуманное большевистской элитой понятие о каком-то крепко спаянном идеями коммунизма «блоке коммунистов и беспартийных», всегда побеждавшем на выборах всех уровней. Так, на первых выборах в Совет Союза Верховного совета «блок коммунистов и беспартийных» набрал 99,3 % голосов избирателей, а в Совет национальностей — 99,4 %. Спустя почти полвека на выборах в Верховный Совет 4 марта 1984 года, этот же пресловутый «блок коммунистов и беспартийных» набрал в Совет Союза — 99,94 %, а в Совет национальностей — 99,5 % голосов избирателей. Невольно вспоминается тезис, изреченный Сталиным еще на XVII cъезде ВКП(б), когда при голосовании развернулась борьба за пост Генерального секретаря партии: «Неважно как голосуют — важно кто считает». Именно под таким девизом строились и практически продолжались все годы существования советского тоталитаризма игры в «демократию» на выборах всех уровней власти.
Избирательные участки в день выборов были празднично украшены, поблизости продавались всякие вкусные вещи, обычно малодоступные гражданам, из репродукторов раздавалась веселая музыка. Тысячи активистов ходили по квартирам и торопили людей поскорее проголосовать — они не могли пойти к себе домой и отдохнуть, пока все избиратели их участка не проголосуют. Вошедшему в зал голосования избирателю вежливо и торжественно выдавали бюллетень для голосования, в котором значилась только одна кандидатура от «блока коммунистов и беспартийных». Избиратель мог прямо пройти к урне для голосования, у которой стояли пионеры в белых рубашках с красными галстуками, и сунуть в урну свой бюллетень, показав тем самым, что он «ЗА», или зайти в закрытую кабину, показав тем самым, что он «ПРОТИВ». Посмотрев на пионеров, а затем на серьезного мужчину в штатском, молчаливо наблюдавшего за происходящим из угла зала, избиратель решительно направлялся к урне, и пионеры отдавали ему салют.

ВЫБРОСИТЬшироко распространенный глагол устойчивых выражений типа «выбросили копченую колбасу», «должны выбросить женские сапожки», «к концу недели выбросят партию телевизоров». В условиях советского товарного дефицита означал появление того или иного товара, который ни в коем случае не следовало прозевать или упустить. Сама однократность и краткость действия, выраженная глаголом, очень верно отражала ситуацию, при которой товар появлялся в продаже внезапно и на короткий срок.

Нуждающийся в данном товаре покупатель заранее старался выяснить, где и что «собираются выбросить»; часто можно было видеть очереди, подолгу ожидающие момента, когда наконец что-то «выбросят», и люди не всегда знали, что именно. В бытовой советской речи, связанной с процессами «отоваривания» (приобретения товаров), глагол «выбросить» стоял в одном ряду с «давать», «доставать», «брать»: «Где цыпленка брали?» — «В гастрономе выбросили. И еще яиц достала», — «По скольку давали?» — «Два десятка в одни руки. Так я с внуком стояла, четыре взяла» (то есть купила про запас, поскольку неизвестно, когда опять удастся «достать» яиц). Была распространенной практика время от времени «выбрасывать» небольшие партии дефицитных промышленных изделий только для того, чтобы создавать у населения видимость их свободной продажи и прикрывать этим «левую» торговлю — «по знакомству», «по блату», или целевую продажу «начальству».

ВЫТРЕЗВИТЕЛЬ — советское, в прошлом российское с 1902 года, медицинское учреждение, ставившее своей целью содержание лиц, находящихся в состоянии средней и тяжелой степени алкогольного опьянения, вплоть до их вытрезвления. Лица по подозрению на «нахождение в состоянии алкогольного опьянения», доставлялись в вытрезвитель милиционерами. Там они осматривались фельдшерами, а также устанавливалась их личность для сообщения о случившемся по месту работы и взимания оплаты.

Формально, лица, находившиеся в состоянии тяжелого алкогольного опьянения, алкогольной коме, должны были доставляться в больницы для госпитализации в отделениях реанимации и интенсивной терапии. Но это требование не выполнялось, так как все больницы в Советском Союзе были переполнены и без алкоголиков. Кроме того, милиционеры подчас предпочитали вывозить в вытрезвители людей, у которых они предполагали наличие денег для оплаты услуг вытрезвителя и получения взяток. Поэтому в ряде городов местные власти старались обеспечить контроль за работой вытрезвителей с помощью общественных организаций, например, членов «Добровольных народных дружин».

(Продолжение следует)

Print Friendly, PDF & Email

10 комментариев к «Михаил МАРГОЛИН, Юрий ОКУНЕВ: Введение в толковый словарь советских терминов и понятий — 02»

  1. Вот ещё. Написано: «За спиной «великого вождя» cтоят 11 «невиликих вождей» …»
    Исправьте — «невЕликих».

  2. Несколько поверхностно.
    Фамилия маршала Будённого хорошо известна, там два Н. Соответственно и «будённовка». Здесь почему-то одно Н, вот так словарь! Кстати, показанная будённовка выглядит несколько неестественно, слишком театрально. Пишут, что подлинных головных уборов этого типа не сохранилось, даже в музеях нет, все пропали.
    О печке «буржуйке» написано много, а главное забыли — почему у неё такое название? Надо было объяснить — за прожорливость, много жрёт топлива, а тепла даёт мало, остывает сразу как погаснет.
    Военный коммунизм. Почему «коммунизм»? Да потому что у советской власти ещё не было своей валюты, денег. Всё было натурально, например, промтовары за продукты. Без денег, как при коммунизме.
    Вожди — слово 1920-30х годов, оно есть в стихах Маяковского и Мандельштама, а на фото Сталин в мундире Генералиссимуса, но это 1946 год, послевоенное время, «вождизм» уже сходил на нет, это слово вышло из употребления.
    Врачи-убийцы. Во-первых, пишется через дефис, а не тире, а во-вторых, заметим, что приведённая карикатура работы Бориса Ефимова (Бронштейна), который закончил свои дни в Израиле в возрасте старше 100 лет.
    Есть и ещё замечания, но сейчас ограничусь этим.

  3. О ВЫБОРАХ. Немногим более полувека тому назад автор этих строк командовал кораблем на Балтийском Флоте Советского Союза. День выборов неписанным законом по приказу командования должен был завершен не позднее 8 часов утра. День выборов флотские острословы издавна называли
    «днем разгула демократии»: вместо сигнала «побудка» на кораблях во всю трансляционную мощь гремела бравурная музыка, а личному составу было дозволено вне строя прогуливаться к избарательному участку в штаб Бригады. На исходе контрольного времени дежурный по кораблю доложил мне, что штурманский электрик, старший матрос Анатолий Смирнов (фамилия подлинная) отказывается идти голосовать, так как поспорил с радистом на полпуда конфет «раковая шейка»и, что никто его не эаставит голосовать раньше. чем за полчаса до закрытия избирательного участка. Мой перепуганный «мудрый» замполит стал меня уговаривать избавиться от матроса Смирнова, определив его в психиатрическое отделение госпиталя (сумасшедшие не голосуют), за что был изгнан из моей каюты. Не уговорил матроса Смирнова ни Комбриг, ни даже Начальник Политуправления Балтийского флота контр — адмирал Комаров.
    За полчаса до закрытия избирательного участка матрос Смирнов отдал свой голос за «блок коммунистов и беспартийных». Не трудно догадаться, сколько неприятностей пришлось преодолеть и мне, но в душе я восторгался выдержкой молодого матроса, выигравшего полпуда любимых конфет.
    Тут, как говорится, «ни убавить, ни прибавить».

    голосуют). эа что был изгнан из моей каюты. Матроса Смирнова пригласил на беседу Комбриг, которая проходила во время обеда в кают-компании.

  4. Потрясающая работа Михаила МАРГОЛИН и Юрия ОКУНЕВА действительно вводит читателя в «сказочный» мир советских терминов и понятий.
    Не случайно все откликнувшиеся добросовестно вспоминают и приводят убедительные иллюстрации из своей частной жизни.
    Мне тоже привелось встретить «блокадников», которых осталось в после-
    гуталинном послеждановском Питере, полагаю, не больше 200-250 тысяч человек. Но какие это были замечательные люди!…
    P.S.
    С нетерпением буду ожидать Продолжения, перечитывая Начало.

  5. К термину БЛОКАДНИК. В первые послевоенные годы, когда я командовал кораблем, к нам прибыл для прохождения службы молодой офицер
    (фамилию сознаткльно не указываю). Никто из нас не знал, что он в подрастковом возрасте пережил с мамой и тетей Ленинградскую блоквду. В один из дней, отмечая свой день рождения, он принес в коют-компанию к ужину посылку от мамы с праздничными пирожками. Все ели и расхваливали пирожки и когда их оставалось совсем мало виновник торжества объявил, что остальные пирожки он предлагает доесть на завтрак. Но тут один из офицеров всетаки продолжал наслаждаться пирожками. В этот момент все невольно обратили внимание на хозяина пирожков: он смотрел на уплетающего пирожок офицера и из глаз его лились слеэы. Я пригласил его к себе в каюту , где он поведал мне историю, как его мама и тетя в годы блокады договаривались о суициде, который они решили начать с него. Они были уверены, что он спит, но они ошибались и эта ужасная акция не состаялась: он проснулся и стал их слезно умолять этого не делать. Самое страшное, что подобные душераздирающие кошмары не были очень уж редкой «гримасой» Ленинградской блокады.

  6. «ВРАЧИ–УБИЙЦЫ или УБИЙЦЫ В БЕЛЫХ ХАЛАТАХ — так была названа газетой «Правда»…»
    ____________________________________________

    Конец пятьдесят второго. Я работаю под Гомелем — в школе механизации. Преподаю Основы Конституции будущим трактористам.
    В Правде выходит статья, где обо мне всего несколько слов: «В гомельской школе механизации подвизается такой-то, сеющий путаницу в умах учащихся»
    Меня вызывает директор школы:
    — Извините… После статьи в Правде я должен вас уволить, но… напишете заявление по собственному желанию.

    Собираюсь ехать в Москву в редакцию Правды «искать правду».
    Друзья отговаривают.
    — Ты с ума сошёл?! Тебя посадят! Сиди тихо! Если нет денег — отдолжим!

    Наступает зима. Начинается Дело Врачей…
    В поликлиниках люди требуют чтобы их отправили на приём к русским — врач-еврей «уморит».

    Умирает Сталин. Дело Врачей прекращают. Ещё через некоторое время начинаются реабилитации…
    — Вот теперь едь в Москву — говорят друзья.
    Еду. Останавливаюсь у старшего брата.

    В редакции Правды выстаиваю огромную очередь. Наконец, захожу в кабинет. Из-за стола поднимается и идёт мне навстречу с открытой улыбкой человек с очень значительным и одухотворённым лицом. Пожимает мне руку, приглашает сесть…
    Сажусь рассказываю ему свою историю. Он внимательно меня слушает, улыбается, кивает…
    Вдруг замечаю, что он… ничего не записывает…

    Наши с братом занимающие высокие руководящие посты тётушки, снисходят:
    — Ну ты же умный человек, дорогой племянник (так тебя вежливо обзывают дураком) — неужели ты думаешь, что газета Правда похожа на унтерофицерскую вдову, которая сама себя высекла? Тебе нужно обращаться в ЦК КПСС.
    Прислушиваюсь…

    Записываюсь на приём в ЦК, подготовив письмо на имя Хрущёва.
    Работник ЦК с которым я встречаюсь, выслушав меня, обещает, что в течение пары недель мой вопрос будет рассмотрен. Принимает письно, но увидев на чьё имя оно написано, просит запечатать в специальный конверт для «секретной кореспонденции».

    Жду. Гуляю по Москве. Не проходит и двух недель, как я получаю заказное письмо из ЦК (копия в гомельский обком партии) о том, что меня необходимо трудоустроить по специальности.

    Возвращаюсь в Гомель. Иду в обком. Там меня уже ждут и предлагают на выбор два места: средняя школа или кооперативный техникум. Место в техникуме больше подходит для моей жены. Что ж — попробую трудоустроить и её.

    Встречаюсь с директором кооперативного техникума. Он ярый антисемит и явно не желает брать меня на работу, но… распоряжение обкома партии.
    На следующий день после нашей встречи жена звонит ему по телефону. Фамилия у неё самая что ни на есть «арийская» и директор, даже не встретившись с ней, отправляет её в отдел кадров. Потом звонит в обком и говорит, что (к сожалению) уже взял человека и даже выделил ему комнату для проживания с семьёй в здании техникума

    Через некоторое время увидев меня, гуляющего во дворе с маленькой дочкой, директор техникума всё понимает, но сделать уже ничего не может…

    Устраиваюсь учителем истории в средню школу. Я снова, как и до войны, буду учить детей!

  7. «БЕСЕДА — полуофициальный вызов в КГБ, в милицию, в партийные органы.»
    ____________________________________________

    Из рассказов отца ( https://z.berkovich-zametki.com/y2020/nomer1/frenklah/ )

    Конец семьдесят шестого. Работаю в средней школе учителем истории. Перед началом уроков захожу в учительскую…
    — Вы слышали — Леонида Ильича наградили третьей звездой!
    — При его скромности он скоро будет четырежды героем — не подумав, отвечаю я…

    Проходит пару недель. Меня вызывают к заведующему РАЙОНО…
    Захожу в кабинет. Здороваюсь. Мы с заведующим хорошо знакомы, он не раз был на моих уроках. Но в этот раз он старается не встречаться со мной глазами.
    Знаком приглашает сесть.
    — На вас поступило несколько «сигналов»…
    — Каких «сигналов»? — спрашиваю я, хотя всё уже понял. Как человек с моим опытом работы в органах мог быть так неосторожен!
    — Неужели не догадываетесь — спрашивает кто-то сзади.
    Поворачиваю голову и вижу в углу кабинета серого невзрачного человека.
    Сразу понимаю, что он тут главный…
    — Я перед вами с «открытым забралом» — обращаюсь я к «серому» — Не могли бы и вы представиться?
    «Серый» представляется. Его имя мне ничего не говорит. Кто он и откуда и так понятно, но я заработал несколько драгоценных секунд, чтобы справиться с собой.

    — Вы на уроках неуважительно отзываетесь о великих русских писателях и поэтах, например, об их семейной жизни — начинает беседу «серый».
    Вспоминаю… Действительно однажды на вопрос учеников о том сколько раз был женат Сергей Есенин — ответил, что трижды, не считая связей, которые не закончились браком…
    — О семейной жизни Сергея Есенина мне во время урока задали вопрос мои ученики. Я не мог не ответить на их вопрос или сказать неправду.
    «Серый» задаёт ещё несколько вопросов по другим похожим «сигналам». Отвечаю.
    Но ведь меня вызвали не для этого…
    — Скажите, а почему вы в присутствии такого-то, такого-то и такой-то саркастически отовались о скромности Леонида Ильича Брежнева после получения им высокой награды?
    Вот и главный вопрос! «Сигнализировали», конечно, не те, кого назвал “серый”.
    — Сам не понимаю, как у меня такое могло вырваться — я всегда очень уважительно отзывался о Леониде Ильиче, а тут вдруг решил пошутить…
    — Понимаю… В следующий раз перед тем, как так «пошутить» — думайте. Беседа окончена. Кстати, вам привет от моего «коллеги по работе» — вашего бывшего ученика. Вы, оказывается его любимый учитель…

    Я понимаю, что легко отделался. За такие шутки учителю истории могут приклеить ярлык «не заслуживает политического доверия» и потом только в дворники…
    Всю эту историю надо бы забыть, но меня душит злость на доносчиков.

    Используя свой предыдущий опыт, довольно легко выявляю «информаторов» и делаю так, чтобы о них узнали в нашем учительском коллективе.
    Они снова «сигнализируют» — жалуются, что я им создал невыносимые условия для «плодотворной работы»…

    Меня снова вызывают, но уже не в РАЙОНО… На этот раз «серый» разговаривает жёстче:
    — Я вижу вы не поняли смысл нашей предыдущей профилактической беседы. Вы, используя свой предыдущий опыт работы в органах, раскрыли наших «информаторов». Вы хотите положить на стол партбилет? Потерять работу?…
    Кажется, я серьёзно влип…

    К счастью, делу не дают ход. На внеочередном партийном собрании мне объявляют строгий выгвор… без занесения в личное дело.
    Метла пока подождёт…

  8. А про вытрезвитель в СССР у меня был такой рассказ…. 😊

    В вытрезвителе

    – Угости даму сигаретой! – говорит мне пьяная неопрятная женщина неопределённого возраста из окошка изолятора, сопровождая просьбу крепким мужским матом. Протягиваю ей одну штуку вместе со спичечным коробком…
    Осенью 1982 года меня назначают комсоргом «потока» нашего курса. Я должен собирать комсомольские взносы и проводить собрания, на которые трудно загнать студентов. Одна из общественных нагрузок – участие в Добровольной Народной Дружине (ДНД). Как-то осенним вечером мне выделяют особую зону ответственности, своеобразный «стратегический объект» – медицинский вытрезвитель. Сюда помещали лиц, находившихся в общественных местах в средней или тяжёлой степени опьянения, «оскорбляющей человеческое достоинство и общественную нравственность». Дежурный фельдшер и сотрудник милиции проводят инструктаж: я должен помогать сопровождать в туалет обитателей сего заведения, а также быть на подхвате. В советские времена пребывание здесь для законопослушного гражданина, немного перебравшего на торжестве, имело серьёзные последствия: штраф, неприятности на работе и выговор по партийной линии. Для постоянных же обитателей вытрезвитель был своеобразным местом отдыха, где ещё и спать уложат. При входе мне сразу бросается в глаза огромный плакат – «ПЬЯНСТВУ БОЙ!», где мужик кувалдой разбивает бутылку водки. Одновременно в нос ударяет стойкий запах алкоголя, исходящий от мужиков и женщин. Над столом фельдшера висит ещё одно душещипательное произведение: маленький мальчик со словами: «ПАПА, НЕ ПЕЙ!» хватает отца за огромную руку с рюмкой водки. Так и хочется верить, что отец прислушался к просьбе ребёнка. Но самое сильное впечатление на меня производит плакат, на котором изображён обедающий коммунист в костюме с галстуком, решительным движением ладони отодвигающий предложенную ему рюмку водки: «НЕТ!».
    – Сейчас начнётся наплыв «алкашей», ведь сегодня пятница! – уверенно говорит мне сержант милиции. И как будто в подтверждение его слов, через полчаса милицейский «УАЗ» привозит двух новых посетителей. Сморщившись от резкого запаха пота и перегара, помогаю затащить почти бесчувственные тела внутрь, чтобы положить на кровати в изоляторе. Фельдшер приступает к осмотру прибывших. Закончив осмотр, он закрывает за собой железную дверь, оставив открытым окошко. Моё внимание привлекает полный мужчина в полосатой тельняшке с пятнами от вина и пищи. Он уже очнулся и тщательно ощупывает руками подбитый в драке левый глаз с огромной синей гематомой.
    – Эй, мужик! Дай опохмелиться! – несётся мне из окошка изолятора, откуда он моргает мне здоровым глазом. – Будь человеком, отпусти домой. Меня жена ждёт!
    – Подождёт! – сурово отвечаю я. – На всех вас выпивки не напасёшься.
    Из изолятора напротив продолжает материться женщина, извергая на нас такое невероятное количество бранных слов, что даже сержант, привычный к местным обитателям, не выдерживает:
    – Слушай! Ты, старая кошёлка! Заткнись, иначе я надену на тебя наручники и вставлю тебе кляп в рот! – кричит он ей в окошко. Удивительно, но эти слова успокаивают даму.
    – А ты знаешь, что женщины намного быстрее привыкают к алкоголю, чем мужчины? – говорит мне фельдшер, тщательно моя руки в умывальнике после осмотра. – Я их здесь столько насмотрелся.
    Произносит он это на фоне плаката, где нарисована девочка, обнимающая маму с красными губами, которыми она целует бутылку вина, нежно прижимая ее к себе. Девочка на плакате обречённо говорит: «А МАМА ЛЮБИТ НЕ МЕНЯ»…
    Я немного ошарашен, хотя не раз до этого наталкивался на мертвецки пьяных людей, которые иногда засыпали прямо на тротуаре, но так близко контактировать с ними мне не приходилось. Из открытых окошек изоляторов раздаются вздохи и храп погрузившихся в пьяное забытьё пациентов, прикрытых одеялами. Фельдшер вместе со мной периодически заходит проверить их состояние, брезгливо щупая пульс и слушая дыхание. Уже поздний вечер, моё дежурство подходит к концу. Я жутко устал, и алкоголь, уж точно, не скоро захочу.

  9. Мне, почему-то, не очень хочется вспоминать про СССР в негативном ключе, хотя плохого в то время было предостаточно.

    Мои сегодняшние чувства великолепно описал один прекрасный человек. Позволю себе его процитировать…

    Это написал поздний Жванецкий, мудрый еврей, всю свою жизнь критиковавший советскую власть.

    О СОВЕТСКОЙ РОДИНЕ …

    «Она была суровой, совсем не ласковой с виду. Не гламурной. Не приторно любезной. У неё не было на это времени. Да и желания не было. И происхождение подкачало. Простой она была.
    Всю жизнь, сколько помню, она работала. Много. Очень много. Занималась всем сразу. И прежде всего — нами, оболтусами.
    Кормила, как могла. Не трюфелями, не лангустами, не пармезаном с моцареллой. Кормила простым сыром, простой колбасой, завёрнутой в грубую серую обёрточную бумагу.
    Учила. Совала под нос книги, запихивала в кружки и спортивные секции, водила в кино на детские утренники по 10 копеек за билет.
    В кукольные театры, в ТЮЗ. Позже — в драму, оперу и балет.
    Учила думать. Учила делать выводы. Сомневаться и добиваться. И мы старались, как умели. И капризничали. И воротили носы.
    И взрослели, умнели, мудрели, получали степени, ордена и звания. И ничего не понимали. Хотя думали, что понимаем всё.
    А она снова и снова отправляла нас в институты и университеты. В НИИ. На заводы и на стадионы. В колхозы. В стройотряды. На далёкие стройки. В космос. Она всё время куда-то нацеливала нас. Даже против нашей воли. Брала за руку и вела. Тихонько подталкивала сзади. Потом махала рукой и уходила дальше, наблюдая за нами со стороны. Издалека.
    Она не была благодушно-показной и нарочито щедрой. Она была экономной. Бережливой. Не баловала бесконечным разнообразием заморских благ. Предпочитала своё, домашнее. Но иногда вдруг нечаянно дарила американские фильмы, французские духи, немецкие ботинки или финские куртки. Нечасто и немного. Зато все они были отменного качества — и кинокартины, и одежда, и косметика, и детские игрушки. Как и положено быть подаркам, сделанным близкими людьми
    Мы дрались за ними в очереди. Шумно и совсем по-детски восхищались. А она вздыхала. Молча. Она не могла дать больше. И потому молчала. И снова работала. Строила. Возводила. Запускала. Изобретала. И кормила. И учила.
    Нам не хватало. И мы роптали. Избалованные дети, ещё не знающие горя. Мы ворчали, мы жаловались. Мы были недовольны. Нам было мало.
    И однажды мы возмутились. Громко. Всерьёз.
    Она не удивилась. Она всё понимала. И потому ничего не сказала. Тяжело вздохнула и ушла. Совсем. Навсегда.
    Она не обиделась. За свою долгую трудную жизнь она ко всему привыкла.
    Она не была идеальной, и сама это понимала. Она была живой и потому ошибалась. Иногда серьёзно. Но чаще трагически. В нашу пользу. Она просто слишком любила нас. Хотя и старалась особенно это не показывать. Она слишком хорошо думала о нас. Лучше, чем мы были на самом деле. И берегла нас, как могла. От всего дурного. Мы думали, что мы выросли давно. Мы были уверены, что вполне проживём без её заботы и без её присмотра.
    Мы были уверены в этом. Мы ошибались. А она — нет.
    Она оказалась права и на этот раз. Как и почти всегда. Но, выслушав наши упрёки, спорить не стала.
    И ушла. Не выстрелив. Не пролив крови. Не хлопнув дверью. Не оскорбив нас на прощанье. Ушла, оставив нас жить так, как мы хотели тогда.
    Вот так и живём с тех пор.
    Зато теперь мы знаем всё. И что такое изобилие. И что такое горе. Вдоволь.
    Счастливы мы?
    Не знаю.
    Но точно знаю, какие слова многие из нас так и не сказали ей тогда.
    Мы заплатили сполна за своё подростковое нахальство. Теперь мы поняли всё, чего никак не могли осознать незрелым умом в те годы нашего безмятежного избалованного детства.
    Спасибо тебе! Не поминай нас плохо. И прости. За всё! Советская Родина».

    Михаил Жванецкий

    1. Жванецкий, конечно, был мудрый человек.
      Но при этом абсолютно советский, в том диапозоне, который позволялся в послесталинское время, благоденствующий при ней.
      В этом он вполне напоминает Райкина, с которым разгугался.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *